A Bond in the Dark

«Меч света», или «сияющий меч», или «белая глефа света» — это тропический объект, который появляется в ряде ирландских и шотландских гэльских сказок. Народные сказки с участием сияющих мечей обычно заставляют героя выполнять (три) набора задач, которым помогают помощники, которые могут быть служанкой, «полезными компаньонами животных» или каким-то другим сверхъестественным существом. Большинство из них также являются свадебными квестами. Хранителем меча обычно является великан (груагач, Фермор) или ведьма (кайлах), которых часто невозможно победить иначе, как каким-то тайным способом. Таким образом, герой или помощник может прибегнуть к мечу света как единственному эффективному оружию против этого врага. Но часто меча оказывается недостаточно, и сверхъестественного врага приходится атаковать в единственном уязвимом месте на его теле. Более того, слабым местом может быть внешняя душа

Райан

Безрассудный. Глупый. Эгоистично говорить Хоуп Майклсон, что он ее любит, — это все, а потом еще кое-что. И все же он все равно это сделал. Райан не думал, что когда— нибудь забудет выражение удивления на ее лице-то, как она замерла, едва дыша, когда признание сорвалось с его губ. Ее широко раскрытые глаза и дрожащая нижняя губа вызвали у него панику—он боялся, что его слова напугали ее. — Все в порядке, — сказал он. — Я не жду, что мои чувства будут взаимными. Но я хотел, чтобы ты знала. Мне нужно, чтобы ты знала.… Хоуп, мне можно доверять. Она выбрала его, по какой-то причине его безопасность что-то значила для нее, и будь он проклят, если когда-либо будет верен другому существу на этой земле. Она внимательно наблюдала за ним, изучая его лицо. — Не знаю как, но в какой-то момент я перестала заботиться только о себе. Может быть, сначала это было подсознательно, но теперь я знаю— ты — то, за что я борюсь. — Райан» — прошептала она, — я…  Его сердце сжалось в груди, как и всякий раз, когда она произносила его имя… — Все в порядке, — быстро сказал он. — Ты не обязана ничего говорить. Я знаю, что должен заслужить твое доверие. Она одарила его легкой, но искренней улыбкой — он почувствовал, как его захлестнула волна облегчения. В нехарактерный для него момент спонтанности он наклонился вперед и поцеловал ее в щеку, наслаждаясь теплом, которое это принесло. — Пойдем позовем Лэндона, давай все исправим. Он протянул руку, удивляясь тому, что, несмотря на покрасневшие глаза и усталое выражение лица, молодая женщина все еще излучала силу. Она приняла его руку и встала рядом с ним. — Наконец-то мы встретимся с ним лицом к лицу, — сказала она, глядя на него снизу вверх. -Ты действительно собираешься мне помочь? — Да, — ответил он без колебаний. — Ты сказал, что я могу доверять тебе, но ты работал с Хуаном… почему? — выражение ее лица было настороженным, но он заметил вспышку боли. — Я сделал это не по своей воле, — осторожно сказал он. — Мной… манипулировали. — Как? Райан закрыл глаза и глубоко вздохнул. Разговоры о его творении никогда не были приятной темой, а раскрытие информации о его знаке шло вразрез со всеми его инстинктами выживания. — Ты знаешь, как создается голем? — Не совсем, — призналась она. — Мой отец… — он помолчал, поправляя себя. — Маливор был создан Союзом ведьм, вампиров и оборотней, но он не был первым големом. Голем создается из глины или другого природного материала в сочетании с ритуалом. — Лэндон упоминал кое-что из этого, — сказала она с понимающим кивком. — Ну, то, что я не сказал Лэндону или кому-то еще, если уж на то пошло, — сказал он многозначительно. — Это значит, что когда голем создается, часть исходного материала, использованного для его создания, сохраняется создателем. Хоуп снова кивнула, и в ее глазах появилось выражение осторожного раздумья. — Этот материал сделан в фигуру, символ, который хранится у создателя голема. Его можно использовать как средство контроля, причиняя боль. Он также может быть использован, чтобы уничтожить голема—единственный способ по-настоящему уничтожить их. Это признание заставило его почувствовать себя чертовски уязвимым. Бессмертие — это единственное, что у него было, единственное, что его отец считал успехом. И вот теперь он признал свою величайшую слабость. — О! — воскликнула Хоуп, застав его врасплох. — Эта маленькая фигурка, которую ты забрал из своей квартиры, — это был твой жетон. Вот почему ты не уйдешь, не вытащив его из сундука. Райан почувствовал, как его пронзила волна шока. Как она могла узнать об этом? — Как ты узнала об этом? — его голос прозвучал, возможно, более резко, чем намеревался. — Ты не помнишь? — спросила она, вызвав у него отчетливое чувство разочарования. Он все еще не привык испытывать эмоции, которые не были его собственными. — Помню? — спросил он, все еще сбитый с толку. — Когда это ты была в моей квартире? Но потом он почувствовал это — ноющее чувство в глубине его сознания. — Наручники? — спросила она с ухмылкой. Внезапно на него нахлынуло воспоминание — Ты шутишь? — недоверчиво спросила она. — «Триада» действительно вооружает своих головорезов наручниками? Он не обратил на нее внимания. — А может, ты просто подражаешь копам? — насмешливо спросила она. Он отстегнул от пояса наручники. — Нет? Значит, ты просто извращенный ублюдок? — выплюнула она. — Если бы это было так, — сказал он, делая паузу и сокращая расстояние между ними, — я, конечно, не стал бы тратить их на такого маленького шпиона, как ты, — прошептал он ей на ухо. Странный сон из пещеры вернулся к нему, он был настоящим. Там была его квартира, и его отец, и… лента? — Кларк? — спросила Хоуп, глядя на него с беспокойством. — Сон в лесу… была ли ты настоящей? — Ты вспомнил? — Да. — Все? — спросила она, потирая запястье. — Лента… — начал он, складывая кусочки вместе. — Я думал, ты мне приснилась, — признался он, чувствуя, как при этом воспоминании по его щекам пробежал румянец. — В любом случае, — сказала она с нервным смешком. — Какое отношение этот знак имеет к Хуану? Он не… — Райан увидел, как на ее лице появилось узнавание. — У него есть это, не так ли? — Да, — натянуто ответил он. — Почему ты мне ничего не сказал? — раздраженно спросила она, толкнув его в плечо — этот контакт только усилил его ощущение ее разочарования. — У меня не было шанса! К тому же я никому не рассказывал о своем жетоне! — Я могла бы тебе помочь! — огрызнулась она. — Я думала, ты предал меня! — Но почему? Ты нашла Лэндона. Ты могла бы найти Маливора и уйти вместе с ним. Она замолчала, видимо, застигнутая врасплох его вопросом. — Мы помогаем друг другу, — сказала она наконец. — Это просто… то, что мы делаем. Райан вздохнул и провел дрожащей рукой по волосам. — Хоуп, я не очень-то доверяю людям, — сказал он, тщательно выговаривая каждое слово. — Я тоже, но… я доверяла тебе, — тихо произнесла ведьма, и слезы снова заблестели в ее глазах. — Ты все еще веришь? — он чувствовал как сердце колотится в груди. Но прежде чем она успела ответить, сзади налетел порыв ветра, едва не сбив их с ног. — Какого черта?! Странный туман начал оседать вокруг них, приносимый странным ветром. — Гвиллион, — сказала Хоуп. — Гвиллион? — спросил он, обернувшись и обнаружив, что ее слова на самом деле были приветствием. Старая ведьма стояла перед ними, закутанная в лохмотья. — Приветствую, — прохрипела она.

Хоуп

Хоуп хотела бы сказать, что она была удивлена внезапным появлением ведьмы, однако к этому моменту она практически считала их старыми друзьями. — Почему ты здесь? — Я наблюдала за вами обоими, — сказала она, склонив голову в сторону Кларка. — Но почему? — агент насторожился. — Я не была до конца честен с тобой, — пожала плечами Гвиллион. — Я ждала, когда сбудется пророчество. Хоуп резко втянула воздух— может, это тот же самый, что она получила от Сфинкса? Кларк бросил на нее вопросительный взгляд; она чувствовала, как его смущение истекает кровью через их связь. — Я так понимаю, ты о нем слышал? — спросила Гвиллион с лукавой улыбкой на лице. Хоуп сунула руку в карман и вытащила бумагу, которую Сфинкс дал ей для разгадки загадки. Улыбка Гвиллиона стала невероятно широкой. — Что это такое?  — Кое-что мне дал Сфинкс, — ответила она, протягивая ему страницу для чтения. — Какое счастье, что ты умеешь разгадывать загадки, — рассмеялась ведьма. — В противном случае вы бы обнаружили, что последствия Сфинкса таковы.… довольно неприятны, — закончила она, не переставая улыбаться. — Что все это значит? — голем переводил взгляд с нее на Гвиллион. — Это значит, что ты получишь что-то от меня обратно, — ответила Гвиллион. — Зачем нам что-то делать для тебя? — резко спросил Кларк. — Кларк, — сказала она. — Гвиллион — это то, как я сбежал из камеры Аканэ. — Но почему?  — Здесь небольшой хаос, небольшой хаос. Здесь это делает жизнь интереснее, — сказала она, пожав плечами. Хоуп почувствовала, что начинает терять терпение — если Гвиллион знала что-то о пророчестве, то ей нужно было это знать, прежде чем она снова исчезнет. — Гвиллион, какое отношение пророчество имеет к нам? — Я — «маленький король», — уверенно заявил Райан. — А Лэндон — это «холм». — Умный мальчик, — сказала Гвиллион, подмигнув ему. — Что? — Хоуп была замешательстве, расстроенная тем, что ее оставили в стороне от разговора. — Наши имена — «Райан» по-ирландски означает «маленький король», а «Лэндон» по-английски означает «длинный холм», — объяснил он, настороженно глядя на Гвиллион. — Второй абзац касается тебя, — сказал он, избегая смотреть ей в глаза. — «Несущий сны» — это ты, Хоуп, а Солнца относятся к Лэндону и ко мне… «сыновьям» Маливора. Она посмотрела вниз, пробегая глазами второй абзац: «пойманная между орбитами двух солнц; одна обеспечивает тепло, а другая — тепло»… Может, все дело в ее проклятой личной жизни? — Откуда ты только знаешь, что это значит? — спросила она Кларка, бросив на него обвиняющий взгляд. — Я уже стар, — сказал он, пожав плечами. Когда она не ответила, мужчина вздохнул. — Прекрасно, и я ботаник, — признался он. — Отлично — сказала Хоуп. — Но что же означает все остальное? — Это может быть все, что угодно, — со смехом сказал Гвиллион. — Меня интересует только последняя часть пророчества— точнее, последняя строчка, — сказала она. — Вот, — сказала она, указывая на линию своим кривым костлявым пальцем. Там было написано: только свет может прорезать тьму. — Ну, это слишком широко. Так что же это значит?  — Это значит, что у этого ублюдка есть мой меч, и я хочу его вернуть, — ответила Гвиллион с рычанием, выглядя более опасной, чем когда-либо прежде. — Меч? Ты имеешь в виду… меч света? — спросил он, удивленно подняв брови. — Что? — спросила Хоуп, чувствуя, что ее терпение опасно истощается. — The Claidheamh Soluis — это меч из Ирландской легенды; обычно его хранит великан или чудовище.… ведьма. — Моё, — ответила Гвиллион, собственническая сила сочилась из этого слова. — Маливор украл его, а потом поймал меня здесь! — закричала она. — Этот меч… зачем он нужен Маливору? — Потому что это может уничтожить его, — с улыбкой ответил Гвиллион. — Это правда? — Спросила Хоуп, поворачиваясь к Кларку, которая внезапно побледнел. — Теоретически да, его можно использовать, чтобы погасить внешнюю жизненную силу.… — Как и твою… — агент приложил палец к губам, бросив на нее предостерегающий взгляд. Жетон. Конечно, у Маливора был жетон! — Глупый мальчик, я знаю все о том, как создаются големы, — сказала Гвиллион, закатив глаза. — Мне все равно, что с тобой будет. Я только хочу, чтобы мне вернули мой меч, и если ты не накажешь Маливора, то это сделаю я. — Тогда зачем вам понадобилось, чтобы мы достали его для вас? — А почему бы не забрать его самой? — Потому что он держит его в этом проклятом логове! Оно запечатана его кровью—только те, кто разделяет его кровь или получил его разрешение, могут войти. — Если это так, то почему ты пыталась убить Кларка, когда впервые встретила нас? Ты пыталась завести его в яму! При этих словах Гвиллион усмехнулась, словно вспоминая о чем-то приятном. — Гвиллион? — Возьми меч, — сказала она, расплываясь по краям. Только не это! — Нет! Не исчезай снова! — крикнула Хоуп, но, что неудивительно, это не имело никакого значения. В следующее мгновение Гвиллион исчезла в серебристом вихре тумана. — Пойдем, — сказал Кларк, положив руку ей на плечо. — Давай найдем меч и убьем моего отца.