Внутри тебя - 1

МАЮ

      Маю принял предложенный косяк и, колеблясь ровно секунду, сделал глубокую затяжку. Странное знакомое чувство, будто не спал двое суток, но при этом усталость куда-то испарилась. Марихуана оказалась не такой отвратительной, как он ожидал. Поначалу даже понравилось, но увлекаться Маю не собирался.       — Разденешь нас? — с улыбкой наблюдая за ним, предложила Куисма.       Маю сделал еще одну быструю затяжку и протянул самокрутку дальше по кругу. Затем перебрался на мягкое покрывало и очутился между двух девушек. Ему стало интересно, как далеко они втроем готовы зайти — конечно, без подзарядки он вряд ли бы осмелел настолько.       Он не разбирался в премудростях женского белья, но расстегнуть-то застежку был в состоянии. Девушка выжидающе смотрела на него. Когда пальцы коснулись теплой, нежной, как шелк, кожи Куисмы, он ощутил, как участилось ее дыхание.       Маю спустил с плеч Куисмы тонкие лямки. Не выпуская их из рук, начал опускать ладони ниже по груди. Какая мягкая… Подушечки пальцев коснулись темной родинки, совсем маленьких замерзших сосков — он впервые трогал женскую грудь.       Придвинувшись к нему почти вплотную, Леена потянула с его плеч кожаную куртку. Даже если кто-то из подруг и заметил его старые ссадины, то не подал вида.       Девушки передавали друг другу косяк, и вот очередь дошла до Маю. Следом он услышал тихий голос Куисмы:       — Какую позу предпочитаешь?       Самокрутка вовремя оказалась в его руках, помешав брякнуть какую-нибудь ерунду. Маю снова затянулся и выпустил густую струю дыма. Куисма потянулась к нему и почти сразу поцеловала. Маю не успел сделать полноценный вдох и едва не закашлялся. Но все же этот поцелуй был лучше предыдущего, в школьной раздевалке.       Хорошо, что он сидел, потому что в следующий момент Куисма, зашелестев покрывалом, встала на колени перед ним. Скрипнула кровать. Маю вскинул горящее лицо: красивая обнаженная грудь оказалась прямо перед его глазами. Прохладные ладони легли ему на шею, а оттуда двинулись ниже, поглаживая безволосый торс.       — Ты просто секси… — выдохнула Куисма, водя ладонями по его соскам.       Леена затушила самокрутку в пепельнице и переместилась к нему за спину. Ее влажные губы приникли к основанию шеи, и Маю невольно вздрогнул, по коже побежали мурашки. Леена принялась за него чересчур усердно, опыта ей было не занимать. Ее огромные губы прилипали к его коже, когда она его целовала, мягкий ажурный лифчик щекотал спину. Позиция «между» оживила в памяти сцену на пристани, и Маю передернуло. Меньше всего ему сейчас хотелось думать об этой троице.       Куисма склонилась к его лицу, и Маю удалось захватить ее губы, после чего он сразу же углубил поцелуй. В объятиях двух привлекательных девушек Маю знобило, тесные джинсы сдавливали вялый член, руки стали непослушными. В голову лезли картины того, как Эваллё долбит в очко Ионэ, и как после этого сует свой эрегированный прибор глубоко в горло Аулис. Маю замутило, в голове все поплыло.       Непривычный к большому количеству алкоголя Маю понял, что сегодня перестарался. Еще косяк с травой. Его вело, но куда-то в другую сторону. Вместо расслабления он стал дерганым, а возбуждения как не бывало.       Маю разорвал поцелуй и осторожно сел, ощущая внутри взрыв дурноты и адреналина. Дальнейшее стало вообще неприятным.       Леена расстегнула ремень и молнию на его джинсах и, нежно поглаживая его тело, надавила на плечи. Маю послушно лег спиной на кровать. Теперь он оказался в положении лежа, а девушки нависали над ним. Быстро сдернул с себя мешающиеся джинсы и спихнул их с кровати. Он уже ощущал себя голым, хотя на нем по-прежнему были трусы. Леена избавилась от лифчика и устроилась рядом. Маю несмело коснулся языком ее груди, вбирая в рот пухлый сосок. Вкус одновременно был и резким, и сладким, как будто девушка чем-то намазала свое тело. Маю быстро приноровился ласкать ее грудь языком и руками, вырывая у девушки громкие пошлые постанывания. Ладони шарили по ее необъятной груди, доходившей почти до пупка.       Хотелось поскорее покончить со всем, но он не мог просто взять и ускорить процесс, боясь обидеть девушек.       Куисма спустила с него трусы до коленей, Маю чувствовал, как его лицо залила краска. Уши горели, над верхней губой выступила испарина.       Леена нависала сверху, ее распущенные волосы щекотали лицо, лезли в рот и в глаза. Пальцы уже были у нее на бедре, под резинкой трусиков, когда горячий влажный язык заставил Маю вздрогнуть. Куисма лишь коснулась его кончиком языка.       — Хочешь, я это исправлю? — щекоча чувствительную кожу губами и жарким дыханием, обронила Куисма. — Приласкаю немного этого красавчика…       Маю не сразу сообразил, о чем речь. Она что, хотела взять его член в рот? И стоило подумать об этом, как Маю почувствовал отвращение при мысли, что Куисма невольно сравнивает его размер со своим футболистом. При этом у него-то даже не стоит!       Куисма поймала его ладонь и просунула себе в трусы. Пальцы тут же стали мокрыми от ее сока. Маю раздвинул влажные складки и нырнул глубже сразу двумя пальцами. Боже, как горячо! Тут явно требовалось что-то покрупнее.       Ну вот и справляйтесь, как хотите!       Маю рывком сел на постели. Повисло молчание. Все это было паршиво настолько, что он еле сдерживал слезы. Пригласив его на свидание в «Рапсодию», Куисма предоставила идеальную возможность заняться с ней сексом, круче того, их было двое, он мог отлично оттянуться…       В номере сильно пахло марихуаной. Маю показалось, что он весь пропитался этим приторным мерзким запахом.       Маю быстро натянул трусы, по дороге подобрал свои джинсы и куртку, после чего заперся в ванной комнате. Надев джинсы, он обтер о них липкие ладони, затем вытащил из заднего кармана неиспользованные презервативы, сунул обратно. Походив кругами по комнате, в приступе отчаяния сел прямо на пол.       Вскоре он услышал за дверью тихие шаги.       — Маю, — позвала его Куисма. — Ты хочешь домой?       Маю втянул воздух, все еще сдерживая рыдания силой воли. Ну и какой он мужчина после всего? Он не знал, куда деться от стыда.       — Да, мне надо.       — Извини. Для тебя отношения развиваются слишком быстро, да?       Голос Куисмы зазвучал ближе:       — У тебя первый раз? Просто… я хотела сказать, что это не имеет значения. Маю, слушай, прости, если что не так. Ты мне очень сильно нравишься, я бы не хотела терять такого друга, как ты. Я правда этого не хочу. Мы можем просто общаться, я не буду настаивать на повторении. Хочешь, отвезем тебя обратно домой?       Ее речь совершенно ничего не изменила. Сейчас ему казалось, что жизнь кончена. Прошлые проблемы отступили на задний план. Так гадко он себя еще не чувствовал.       — Я уже позвонил Эваллё, — выкрутился он. — Меня заберут.       Он действительно собирался звонить парню, но после того как возьмет себя в руки. Домой он не мог вернуться в таком виде, оставаться в номере не имело смысла: его самолюбие такого испытания просто не выдержит.       — Извини, — повторила девушка в запертую дверь. — Мне жаль. Такое бывает…       Ну да, у восемнадцатилетнего здорового парня, у которого жесткий недотрах! При этом две полуголые горячие красотки буквально висят на нем, мечтая, чтобы он присунул им, и пихают свои налитые сиськи ему в лицо! Да сплошь и рядом!       — Все, я понял, понял. — Маю уткнулся носом в колени и сдавил голову кольцом рук, желая спрятаться от всего мира. Да он просто урод какой-то! Да что с ним не так?! Почему с ним всегда что-то не так?!       Маю понял, что если не даст выхода эмоциям, то просто чокнется. В этот момент ему хотелось закричать.       Айфон показывал половину второго. Острое ощущение одиночества и собственной никчемности буквально раздирали его изнутри. Если раньше его интересовало, на что похож секс с девушкой, то теперь подобные мысли вызывали тошноту и воспоминания об этом месте. От омерзения по спине бегали мурашки. Хотелось встать под мощную струю в душе и тереть кожу до тех пор, пока она не облезет.       Маю схватил с полки полотенце и остервенело вытер шею от чужой слюны.       — Мы все-таки побудем здесь, если ты не против, — подала голос Куисма и отошла от двери.       Эваллё добьет его самолюбие. Похоже, у него помутнение рассудка, раз он решил обратиться к этому стукачу. Маю с силой потер лицо, после чего тяжко вздохнул. Дрожащей рукой он в конце концов нажал вызов.              

* * *

ЭВАЛЛЁ

      Аулис пошевелилась во сне, когда Эваллё укладывал ее на своей постели. Выслушивая излияния Маю, одной рукой уже натягивал брюки. Отправил Аулис короткое сообщение и метнулся за одеждой. Узнав, что Маю ждет его в «Римской рапсодии», куда люди приходили с одной целью, Эваллё старательно подавил в себе волну злости.       Сам не заметил, как добрался сюда. Заведение работало круглосуточно. Изнутри громыхала музыка.       Увидав его первым, Маю сразу же вышел навстречу. Явно выпивший, нацепив на лицо каменное выражение, парень был сам на себя непохож. По его внешнему виду Эваллё сделал неутешительные выводы — а еще по звонку и совершенно уж какому-то бредовому диалогу в полвторого ночи.       — Зачем тебе мяч? — спросил Маю как ни в чем не бывало, что выбесило Эваллё еще больше. Маю фактически уничтожил его вечер с Аулис: ни проходило и двух минут, чтобы Эваллё не думал о нем. О романтическом настрое можно было забыть! Маю куда-то свалил на всю ночь, у Эваллё были догадки, если учесть, что Маю часто с кем-то переписывался в последнее время. И это после того, как Маю закатил истерику, что его преследуют каннибалы, и Эваллё всю неделю играл роль его личного телохранителя и сто раз уже осмотрел их дом. Маю вел себя так, словно ему плевать, даже не сказал о своих планах.       — Ну и че ты молчишь? — не выдержал парень, когда они отошли от клуба. Его речь была немного замедленной, но сонным Маю не выглядел.       Эваллё остановился, Маю шумно выдохнул и тоже остановился.       — Да вот, думаю, как мне с тобой быть, — подкидывая футбольный мяч в воздух, ответил Эваллё. Он подошел ближе и, наклонившись к Маю, потянул носом воздух. Эваллё почувствовал запах плана, кроме того от Маю ощутимо несло алкоголем. А парень не терял времени даром! Следующие слова он выдохнул озадаченному Маю на ухо: — Если мы заявимся сейчас домой, нам обоим голову оторвут.       — И что теперь? — Маю скривился, демонстрируя свое недовольство, и отступил на пару шагов. — Побежишь жаловаться моему отцу, что бухаю и курю?       — Какого хрена ты добиваешься? — разозлился Эваллё. — Решил показать, какой ты у нас крутой теперь? Делаешь, что хочешь?       — Да вы достали уже своей опекой! — громче обычного заорал Маю. — Никто меня не расчленил! Значит, все в порядке, ясно?!       — За такие слова тебе следует всыпать так, чтобы мало не показалось.       — Да пошел ты! Только попробуй рассказать моему отцу про траву, я расскажу, что ты меня сбил, и я ходил потом в синяках!       — Рассказывай! Знаешь-ка что, мистер важный помидор, я придумал для тебя наказание, — усмехнулся Эваллё, не зная, сердиться ему на страшное заявление Маю или смеяться. Угрозы Маю на него не подействовали, что заставило парня только сильнее набычиться.       — Да мне похер. По-о-хер, — прогнусавил тот. Маю точно следует проветриться. В таком виде ему лучше не появляться дома. Эваллё ожидал чего-то подобного от Маю, поэтому и захватил с собой мяч, а план созрел уже по дороге к клубу. — Что, будешь меня пытать? — хмыкнул Маю, возобновляя диалог. Похоже, кому-то любопытство не давало покоя.       — Ну почти.       Эваллё метнул парню мяч, чтобы тот хоть как-то отвлекся — смотреть на то, как Маю снова замыкается в себе, было неприятно. Бросок был слабым и несерьезным, Маю не ожидал атаки, но подачу не проморгал. Они брели вдоль пустынных улиц. Эваллё вертел в руках мяч, постепенно разогревая мышцы. Что бы там ни стряслось у этого придурка — трагедия безусловно имела вселенский масштаб.       — Я вам помешал проводить время? — вдруг подал голос Маю. — Аулис, я ее встретил…       — Не слишком, мы смотрели телек.       Маю поглядел на него снизу-вверх, предельно ясно на его лице читался вопрос: «И это все?».       У самого футбольного поля, куда Эваллё привела привычка, Маю недовольно бросил:       — И что мы здесь забыли?       Свет стадионных фонарей рассеивал мрак над газоном, трибуны вокруг поля пустовали, ветер гонял оброненные кем-то листовки.       Оглядевшись, Маю недоуменно покачал головой:       — Я думал, мы вызовем такси и поедем домой.       Их с Маю взгляды пересеклись, Эваллё вспомнил, что приготовил парню возмездие за сорванное свидание с Аулис и собственное испорченное настроение.       — Я собираюсь немного побросать мяч, составишь мне компанию. — Отбросив лишние мысли, Эваллё подкинул мяч высоко в ночное небо и подался назад. — Лови!       — Ты серьезно? — опешил Маю, заторможено наблюдая за тем, как мяч летит прямо к нему в руки. Вместо того чтобы подхватить, Маю нахмурился.       Мяч ударился о поле в метре от парня.       — Или ты включаешь мозг и отбиваешь, или звонишь домой, — поставил свое условие Эваллё.       — У меня батарея села, позвони сам, — равнодушно бросил Маю.       — Так прям и разрядился? — не поверил Эваллё.       — Да прям так. Как тебе позвонил, сразу и сдох.       Сатин и Рабия были в курсе, что он отправился за Маю. Сатин, конечно, был не в восторге, что они собираются шататься где-то ночью, поэтому Эваллё пришлось взять всю ответственность на себя и убедить отца Маю, что к утру они будут дома. Однако легкомыслие Маю его просто поражало.       Коротко вздохнув, Эваллё вернулся за мячом. В крови бурлил адреналин. Эваллё чувствовал себя превосходно, разогретые мышцы гудели, энергия требовала выхода.       — Я не хочу играть, — заныл Маю. — У меня нет настроения на эту беготню.       Маю не любил признаваться в своих слабостях. Эваллё знал, что парень терпеть не может выходить на поле, мяч всегда пролетал мимо его рук, норовя выбить из игры. Страх мешал Маю на поле, вот в чем заключалась его основная проблема.       — Тебе нужно размяться, — заметил Эваллё. Легонько подбрасывая мяч одной рукой, он метнул взгляд на Маю: тот сделал скучающую мину.       Отбежав в сторону, он принялся набивать мяч, уверенно держа темп. В какой-то момент он оттолкнулся подошвами от земли, в ловком пасе отправляя мяч точно в ворота. Удар вышел такой силы, что Эваллё не удержал равновесия и со смехом завалился на бок. От движения по телу разлилось покалывающее тепло, заставляя кровь нестись быстрей.       — Хватит выделываться! — рядом возник Маю и перебросил ему мяч. — Я на воротах. Покажи, что нужно делать.       Эваллё поднялся с газона и направился в центр поля. Маю занял позицию у ворот и приготовился отразить удар. Эваллё чуть отступил и с силой ударил по мячу. Послав тот прямиком в ворота, Эваллё с замиранием сердца наблюдал за Маю. Давай же, соберись! Летит прямо в тебя!       С первого раза у Маю не вышло; проворонив гол, парень развел руками и швырнул ему мяч, пнув со всей дури. Эваллё сумел в прыжке отбить мяч, запустив его прямиком в ворота. Маю еще больше обозлился.       Привычней было находиться в защите, но сейчас целью Эваллё был не чемпионский титул, а легкая разминка. Если он начнет играть в полную силу, то загоняет Маю до полусмерти.       С шестой попытки Маю удалось кое-как отбить мяч, не дав тому коснуться сетки. Мяч задел кроссовок наотмашь и прокатился по газону, застряв на полпути к центру поля.       Уже спустя недолгое время с момента их выхода на поле, Маю вошел в раж. После второй удачно отбитой атаки он вскинул кулак вверх и радостно завопил, ужасно довольный собой. Вполне неплохо для новичка. Немного поднатаскать, и Маю можно выпускать на поле. Несомненно, у парня была одна уникальная способность — невероятно быстрая обучаемость, а ведь Маю просто повторял за ним.       Зеленые глаза горели азартом. Ветер разлохматил волосы, щеки налились здоровым румянцем.       Эваллё не щадил парня, упрямо обстреливая ворота. Маю начал задыхаться. Постепенно его движения стали замедляться, пропусков стало намного больше, чем отбитых мячей. Эваллё, напротив, не ощущал усталости: все тело жаждало скорости, мышцы приятно ныли. Свежий ночной воздух прочистил голову.       В какой-то миг Маю решил повторить его маневр — отбить мяч в прыжке (вероятно, из вредности) — но ожидаемо плюхнулся на траву. Став свидетелем поистине грандиозного падения на пятую точку, Эваллё прыснул со смеху.       Они провели немало времени на поле. Эваллё любезно уступил Маю роль нападающего, а сам встал на ворота. Подбадривая себя выкриками, Маю носился как угорелый, пока еще были силы.       Проворонив очередной пас, Маю повалился прямо на поле и показал ему фак.       — Несложно ведь, — фыркнул Эваллё, подбежав к парню.       — Ха-ха, — прохрипел тот, пытаясь перевести дух. — Жесть какая-то…       Эваллё улегся рядом с Маю прямо посреди футбольного поля.       Какое-то время они провели в молчании. Эваллё выискивал звезды, ощущая влажную траву под собой и ветер на разгоряченном лице.       — Я видел вас троих на пристани, — признался Маю: его дыхание все еще было неровным.       — Что ты делал там во время уроков? — спросил Эваллё, боясь выдать голосом свое состояние. Черт. Что конкретно ты видел?       — Да так… Почему ты не сказал? — не унимался Маю, оставив его вопрос без ответа. — Тебе трудно признаться в том, что ты би?       — Маю, я не би.       — В каком смысле?       — Я пансексуал.       — Господи, как все сложно…       — Можешь погуглить. Ты наверняка гуглил, что такое полиамория, — угарнул над парнем Эваллё.       Маю промолчал в ответ, а молчание, как всем известно, знак согласия. Эваллё еще какое-то время тихо посмеивался, но вскоре снова стал серьезным.       Таблетки, которые выписали Маю, как ни странно, оказались легализированы в стране, их можно было легко приобрести по рецепту в нескольких сетях аптек. Он много думал над этим. Похоже, проблемой Маю никто толком не занимался, ему только прописали усиленную дозу и велели соблюдать режим приема. По крайней мере, никто из врачей не пытался навредить Маю. По-хорошему, парню следовало обследоваться у семейного доктора, наверняка тот сможет предложить какую-то альтернативу приему снотворного и антидепрессантов.       Эваллё сместился вниз, чтобы его голова оказалась на одном уровне с головой Маю. Тот смотрел в небо, заложенное тучами. Маю открыл рот, чтобы добавить что-то, но лишь облизал искусанные губы. Краснота румянца не могла скрыть веснушек, различимых даже в полутьме. Веснушки редели и перетекали на шею.       Эваллё прикрыл глаза, позволяя легкому ветру щекотать сомкнутые веки. Сопящий звук, очевидно, исходил от Маю. Послышался шорох одежды.       — Почему не спрашиваешь, как все прошло? — выдохнул струю горячего воздуха прямо ему в щеку Маю. Дыхание парня отдавало ромом и зубной пастой, которой не удалось до конца перебить запах перегара.       Эваллё распахнул глаза. Маю мгновение смотрел на него, после чего отстранился. Его зрачки были сильно расширены, веки слегка дрожали, как от нервного тика. Процессы возбуждения и торможения так резко сменялись, что Эваллё было достаточно одного взгляда, чтобы определить состояние Маю.       Тот зашуршал в кармане пачкой сигарет, вытащил ее на свет вместе с зажигалкой и, откинувшись на спину, прикурил.       — Тебе не идет курение, — заметил Эваллё, касаясь щекой холодной травы. — Так же, как и мат.       Маю скривился в ироничной ухмылке и широко зевнул, продемонстрировал свой пробитый язык. Эваллё опалило жаром, он слишком хорошо помнил их поцелуй в машине и свои ощущения. Каким горячим был Маю, а еще этот пирсинг…       Эваллё хотел коснуться Маю, провести по гладкой щеке, по нижней припухшей губе, но всеми силами пытался отвлечься. Маю неверно истолкует его действия.       В воздухе медленно стелился туман, обещаясь к утру засосать весь город в призрачную воронку. Над футбольным полем потекли клубы сигаретного дыма.       Маю тщательно облизал губы и затянулся. К сильному запаху сырости примешалась привычная уже вонь табака. Эваллё почувствовал, как что-то холодное щекочет его ладонь — это Маю принялся общипывать газонную траву.       Нечеткое облако луны — будто флуоресцентные краски на асфальте. Синева ночного неба, подернутая зыбкой дымкой тумана, медленно гасла. Эваллё поднес запястье к глазам и покосился на часы. Пока не начало светать, им следовало выдвигаться в сторону дома.       — Давно это началось? Ну, в смысле, вы трое…       — Как переехали сюда. С Ионэ мы учились в одном классе, а Аулис была в нашей тусовке.       — Ты мне больше ничего не скажешь? Мы же не чужие люди, расскажи, — тон Маю стал просительным.       Эваллё сообразил, что задержал дыхание. Кончики пальцев начало покалывать от ночной прохлады.       — И что, у вас так и началось все?..       — Нет, конечно. Началось как у всех, незаметно увлечение перетекло в страсть.       Яростно потерев глаза, так что на них выступили слезы, Маю сел на траве и опустил взгляд на дымящуюся сигарету, зажатую в пальцах. Легкий ветерок ерошил его светлые волосы.       — Страсть?       — Нам хорошо втроем, — просто ответил Эваллё. — К тому же неплохо, когда есть постоянный сексуальный партнер. До Ионэ я не был сильно увлечен, у меня был секс, но ничего серьезного.       Маю смотрел на него, будто собирался протаранить взглядом.       — Ты любишь их обоих?       — Нам просто хорошо вместе, — повторил Эваллё, не желая вдаваться в подробности.       Глядя на физиономию парня, Эваллё догадался, что тот не осознает разницы. Маю сбросил пепел прямо на газон и обхватил колени рукой, чтобы согреться.       — Ионэ шлет тебе фотки своего члена, чтобы ты не скучал? У него больше, чем у меня?       — Маю, ты уверен, что тебя это касается?       — И как вы решаете, кто сверху?       — Успокойся уже, ладно?       — А если тебе понравится другой парень?       — Маю… давай, — Эваллё резко сел, — уже прекратим этот разговор.       — Ответишь на вопрос? — набычился Маю.       — Ты задал мне уже их целый воз!       — Почему ты скрывал ваши отношения с Ионэ?       — Маю, ничего я не скрывал, но что бы я тебе сказал?       — Я хочу научиться… Покажешь?       Смысл сказанного не сразу дошел до Эваллё. А вот тело отреагировало мгновенно: член дернулся, а кожа покрылась мурашками.       — Показать — что?       — Как это… бывает у парней.       От сигаретного дыма у него перехватило дыхание. Как будто кто-то резко выпустил из него воздух.       — И что же именно… я должен буду тебе показать? — сдавленно выдохнул Эваллё. Изнутри поднялась жаркая волна, заставив покалывать в области солнечного сплетения.       — Ну… что там может быть настолько приятного?       — О, Господи! — Эваллё взъерошил волосы на голове. — Ты совсем глупый?!       В груди бешено стучало.       — Не стоит так со мной шутить, — в его голосе прозвучала угроза, и Маю мгновенно прикусил язык. — Ты в своем уме? Или у тебя совсем мозги затуманены?       Эваллё всматривался в лицо парня, не сводящего с него глаз, и не мог поверить в то, что Маю это всерьез.       — Почему я? — в конце концов спросил Эваллё.       Маю его вопрос будто бы выбесил, он резко поменялся в лице, зыркнув с такой злостью, что Эваллё еще больше запутался.       — Забудь, что я сейчас говорил, — отозвался Маю, не скрывая своего раздражения.       …Как вдруг в ночи раздался чей-то веселый голос, заставив их обоих вздрогнуть:       — Парни, у вас такой интересный разговор… — заржал кто-то. Эваллё быстро обернулся и заметил на крайних трибунах пару ребят постарше Маю и девчонку, засевших там с баночным пивом. — Мы вам не помешаем, продолжайте.       Эваллё провел по мелкой щетине на щеках и подбородке и усмехнулся. Ситуация была более чем комичная. Они с Маю были так увлечены этим дурацким спором, что не заметили, что уже не одни на поле.       Маю быстро поднялся с травы и, не сообщая о своих намерениях, направился в ту сторону, где находился выход с поля. Твою ж мать! Эваллё вскочил следом. Маю! Куда его понесло?!       Размашисто шагая, Маю сошел с поля и отправил сигарету в урну.       — Просто скажи, что тебе плевать на меня, — глухо бросил Маю, его голос заметно дрожал, как будто парень сдерживал эмоции.       — Да дело-то не в этом.       — А в чем тогда?! — Маю обернулся к нему всем корпусом. Парня била крупная дрожь. Не мог напялить куртку потеплее? Чего ради вырядился? — Что, не можешь объяснить?!       — Тебе озверина подсыпали? Что с тобой происходит?       — А тебе не поебать?       — Я ведь могу и лесом тебя послать после таких заяв…       Эваллё хотел прекратить этот идиотский спор. Маю не понимает, о чем просит.       Достал из кармана куртки смартфон, собираясь вызвать такси.       Маю уже должен понимать, что нельзя просто так закатить сцену и получить все, что захочется.       Скоро они уже ехали в такси. Маю дулся на него всю дорогу.       Когда прошло двадцать минут, Маю не выдержал:       — Мы что, круги нарезаем? — парень принялся крутить головой, пытаясь хоть что-то рассмотреть в тумане за пределами дороги. — Какой адрес ты указал, когда заказывал такси?       Эваллё собирался уже достать кейс с наушниками и послушать музыку, как Маю попытался выхватить у него телефон.       — И куда мы, по-твоему, едем? — Маю не на шутку разошелся. — Ты офигел? Эй! Перестань меня игнорить!