Левелы войны

Солнце закатилось за горизонт, на ночном небе высыпали первые, самые яркие звёзды, а красавица-Луна выглянула над крышами домов. Вскоре появилась девочка, заказанная Кадзумой в магазине весёлых снов. Создание из страны грёз, демон в обличии молодой девушки, прилетевший похитить жизненную силу мужчины. Само слово суккуб было мужского рода и обращения типа суккубиха или суккубка они воспринимали как попытку нахамить. Что, однако же, не мешало им говорить о себе «я красивая» вместо «я красивый». Кадзуму раздражали эти игры слов, но не настолько, чтобы ломать себе голову подобными вопросами. Он видел перед собой молодых девушек, и только. Одета демоница была откровенно: чулки и корсет. Впрочем, по меркам своего народа она ещё постыдно прикрыла наготу излишними тряпками. Именно та суккуб, которая прилетала два месяца назад в спальню Кадзумы. Тогда визит ночного гостя едва не стоил жизни как демону, так и призвавшему его парню. Архижрица Аква, у которой сводило скулы каждый раз, когда она видела создание мрака, грозилась испепелить визитёра. Лишь чудом Кадзуме удалось спасти призванное им существо. Чудо чудом, но девочки здорово избили парня в ту ночь. И вот сейчас Сато вновь видел её. Низенькая, бледная и совсем худая. Кадзума был уверен: ночуй здесь Аква – от демона остались бы хорошо если рожки, увенчавшие прелестную голову. Принцесса ночи склонилась в изящном поклоне. – Господин… – Глаза суккуба расширились, словно она пыталась видеть в кромешной тьме. – Господин, это вы! Кадзума положил палец ей на губы. – Не надо называть меня господин. Моё имя Сато Кадзума. Демоница поспешила склонить голову. – Как прикажите, господин Кадзума. Парень, слегка скривившись, покачал головой. – Ну, а как твоё имя? Ночная гостья широко улыбнулась. – Придумайте мне имя, господин. Парень коснулся пухлой щеки. Легонько провёл двумя пальцами. – Нет, тебя же как-то зовут? Суккуб отвела взгляд. – Господин, у меня нет имени. Парень удивлённо округлил глаза: – Разве это возможно? Тебя же как-то назвали папа с мамой! Расправив ажурные крылышки, суккуб вспорхнула и, левитируя, опёрлась ладошками о перила загона. – Господин, я плод мрака. У меня нет ни мамы, ни папы, если не считать Короля Демонов. Суккубы всего лишь разумные формы смерти. Кадзума посмотрел вверх. В окне блистали яркие звёзды. – Ну, тогда позволь называть тебя Звёздочка. Его собеседница закрыла глаза, и по её алебастрово-бледному личику расплылась синева, подобная пунцовой краске смущения человеческих женщин. – Это прекрасное имя. Господин, вы спасли мне жизнь. Позвольте отплатить вам за доброту. Кадзума покачал головой. – Нет. Если так хочешь выразить мне свою признательность - то скажи простое человеческое спасибо. Крохотная ладошка легла на лицо парня. – Я же не человек. Так что человеческое спасибо – не мой путь. Кадзума закрыл глаза. Помотал головой, стараясь выкинуть дурные мысли, но потерпел сокрушительное фиаско. Мгновение, и вот уже на стоге соломы лежали три жизни. Первая снежинка коснулась крыши конюшни.