Левелы войны

Луна протянула Кадзуме листок. – Второй квест требует архижрицу не ниже двадцатого ранга. Вроде, у госпожи Аквы как раз такой? Аква поспешила напомнить: – У меня уже двадцать первый уровень! Луна кивнула. – Прекрасно. Господин Кадзума? И тут заговорила Мегумин: – Кадзума, мы ведь уже взяли квест, зачем нам ещё один? Кадзума посмотрел на своего архимага. – Там же только один череп, верно? Значит, ты с ним сама справишься. А в этом квесте сказано, что работа в подземелье, где ты бесполезна. Словом, прогуляешься без нас! – Нет! Идти в поля одной я боюсь! Кадзума протянул второй квест администратору для оформления. – Ну, значит дождись Даркнес. Всё, Аква, мы пошли. Мегумин ухватилась за плечо Кадзумы. – Нет! Я не протяну в полях долго! – Ты авантюрист, искатель приключений, ты должна уметь преодолевать препятствия. Кадзума и Аква ушли. Мегумин осталась ждать в гильдии.       Маленькая волшебница напросилась работать официантом, и носила заказы до самого вечера, а после шестичасового рабочего дня направилась в гостиницу, где снимала номер напару с подругой. Весьма приличный номер на третьем этаже, из окон которого была видна протекающая через город река. Мегумин ввалилась в комнату, находу стаскивая шляпу. – Уф… мои ноженьки… Юнъюн! Ты дома? Ну, в смысле, в номер… Девочка так и застыла со своей шляпой в руке, когда разглядела лежащих в постеле людей. – Даркнес? Ты-то тут что делаешь? Воительница разлепила глаза. – Э… Мегумин? А как ты тут очутилась? – Я тут живу, вообще-то. А где Юнъюн? Даркнес приняла более горизонтальное положение и поправила одеяло. – Ты про ту жрицу Эрис? Ну, мы познакомились с ней сегодня утром у алтаря… вот, а потом она любезно предложила нам свою комнату в гостинице. Мегумин села на ближайший стул. – Потрясающе… и о чём она думала, когда отдавала вам наш номер, даже не подумав спросить меня! Даркнес пожала плечами. – Да, она какая-то… сердобольная. Вот. Мегумин глянула на лежащую под одним одеялом пару. – Сочувствую вашему горю, а мне где спать? Даркнес повела плечом. – Ну… сними себе номер. Мегумин едва не пальцами натянула на своё лицо улыбку. – Конечно же, вы для себя этот вариант даже не рассматривали. Ты из благородной семьи, он на службе, а девочка без денег на еду должна снимать себе номер. Лежащая чуть приподнялась. – У тебя совсем нет денег? Мегумин глянула свою карточку авантюриста, где отображалась часть её финансов, не выведенная из магических потоков. – Ну, я за день заработала двести эрис. На пиво хватит… – Ты ребёнок, тебе нельзя пить! Мегумин сделала попытку встать со стула, но снова грохнулась на сидушку. – Ай… слушай, у нас разница в пять лет! Если хочешь знать, мне ничего не мешает пойти в кабак и пропить эти деньги! Может, я тоже себе красавца подцеплю! И вообще, как у тебя с этим… Мегумин пригляделась к спящему.       – Ох… святые небеса смеются надо мной… это же тот урод, который Кадзуму обезглавил… говоришь, утром с ним виделась? Щёки Даркнес тронул румянец. – Это как-то само собой получилось… вот. Я пришла утром молиться Эрис, а он уже был там. Потом… мы поговорили по душам… Мегумин кинула издевательскую реплику: – Принесли клятвы у алтаря… Даркнес усмехнулась. – Ну, подруга, не будь букой. Зато он мне так врезал… а потом загонял иголки под ногти… но это уже в номере… Даркнес поднялась и накинула на себя лежащий рядом с кроватью белый халатик Юнъюн. – Ладно, можешь прилечь, я пока завтрак… ну, то есть ужин сделаю. Мегумин устало вздохнула. – Где? В гостиничном номере? Тут только рукомойник, уборная в конце коридора. Кормят на первом этаже с восьми до шести. Даркнес присела на край кровати. – Святые небеса… тут всегда так? – Привыкай, это тебе не дом аристократа с прислугой. Дверь номера распахнулась. – Я только забыла… – Юнъюн остановилась, увидев Мегумин, скромно сидящую на стуле. – Ой, ты сегодня хотела заночевать здесь? Мегумин сладко улыбнулась вошедшей. – Здравствуй, подруженька. Не болит ли у тебя голова? Не повредилась ли ты рассудком прежде чем отдавать кому-то номер, за который я плачу половину? Мегумин повернулась к Даркнес. – Есть люди, которые не могут отказать. А наша Юнъюн не то, что никому не отказывает, а сама предлагает сделать что-то, от чего потом ей же будет худо. Даркнес пожала плечами. – Ну, я тоже прошу… – Ты просишь, чтобы тебе иголки под ногти загоняли, и от этого испытываешь удовольствие, а Юнъюн каждый раз просит у всех прощения за очередную глупость. Вот она пришла, потому что что-то забыла. Но вместо того, чтоб взять и уйти - она тут стоит столбом и боится рта раскрыть. Мегумин кашлянула, и продолжила: – Спорим, что если разбудить твоего парня, то Юнъюн убежит? И, не дожидаясь реакции Даркнес, Мегумин подошла к висевшему на стене рукомойнику, и пару раз надавила на штырёк. Вода закапала, и Говард почти сразу проснулся. – М… какие мухи тут жужжат? Мужчина сел в постели.       – Три? Я столько не вывезу… – он провёл ладонью по лицу. – Так. Юнъюн вернулась, а ты кто? Выслушав стандартное представление Мегумин, длящееся целую минуту, Говард размял плечи. – Так. Если я правильно понял ситуацию, сейчас ближе к полуночи, нас четверо, и все мы хотим жрать. Даркнес посмотрела на Говарда. – Почему все? – Ну, ты и я это понятно, у мелкой живот урчит, а у крупной коленки трясутся, ей надо срочно промочить горло. Мегумин кинула взгляд на Юнъюн, которая действительно была тяжелее её килограмм на пять, и сказала: – Коленки у неё постоянно трясутся, когда вокруг много людей. Ещё в школе, когда надо было выходить к доске - она выбегала из классной комнаты. Говард посмотрел на Мегумин. – Вы учились вместе? Ладно, не важно. Итак, нам всем сейчас надо хорошо поесть. Вопрос только где? Мегумин раскрыла свою походную сумку, и вытащила бумагу. – У меня в руках квест на двести тысяч! И только один череп! Короче, предлагаю сходить всем вместе, а награду поделим на четверых! Это же по пятьдесят кусков на каждого! Юнъюн клацнула зубами. – Это… это… я уже взяла квест… Говард посмотрел на Даркнес. – Ты брала квест? – Нет. – Хвала небесам. Даркнес положила руку на плечо Говарда. – Я могу сходить в гильдию, и взять квест. – Зачем ты загоняешь мне иголки под ногти? И в эту самую секунду Юнъюн, словно вспомнив, что у неё есть ноги, развернулась и бросилась к двери. Дрожащими пальцами девочка пыталась дёрнуть петли, но толкала на себя, а не от. Мегумин подошла к подруге, обняла и ласково шептала в ухо. – Успокойся, повернись, видишь - это голый мужчина. Посмотри на него хоть раз живьём, а не на картинке. Пока Мегумин и Юнъюн обе стояли лицом к двери, Говард успел натянуть штаны. – Так, жрица, покажи мне свой квест. Юнъюн, всё ещё стоя спиной к мужчине, пропищала: – Я архимаг! Даркнес подошла с другого бока, и вдвоём они усадили Юнъюн на стул. Говард, обувшись и накинув рубаху, вышел из номера. Выпив воды, Юнъюн сказала. – Спасибо… что не прогнали. Даркнес мягко улыбнулась. – Ну, в твоём случае «спасибо, что удержали». А зачем ты возвращалась? – Я забыла тут карту. Только когда отошла от города, вспомнила. – Ты ходишь в поля одна? Юнъюн на секунду глянула в лицо Даркнес, и отвела глаза. – Ну конечно, а как же ещё? Мегумин хлопнула подругу по плечу. – Она у нас всегда была стесняшкой. В группе из трёх человек ещё как-то работала, но больше уже нет. У неё дрожали руки и язык отваливался. – А… – Даркнес протянула звук. – Вот почему утром у алтаря она сравнительно спокойно разговаривала? Мегумин, поглаживая бывшую сокурсницу по плечу, сказала: – Так Юнъюн была твоей подружкой на брачной церемонии? Сразу после этих слов Юнъюн стиснула коленки, крепко обняла саму себя и, зажмурившись, низко наклонила голову. Даркнес посмотрела на Мегумин. – Может, мне тоже выйти? Девочке явно надо побыть одной… – Ей надо побыть одной с самого рождения, всё никак ненабудется. О, кстати! Юнъюн, этот мужчина, который только что вышел - он у меня на глазах отрубил голову моему дорогому другу. Девочка, закрыв уши руками, согнулась в пояснице. Даркнес поднялась на ноги. – Послушай, Мегумин, по-моему ты делаешь только хуже! – Сейчас твой палач вернётся, вот тогда Юнъюн сбежит отсюда любыми путями, хоть в окно выбросится, хоть магией дырку в стене проковыряет. Даркнес села на кровать. – Мегумин, если у тебя такая проблема возникнет, то тут не дырку в стене, тут весь район запылает. – Да не расстраивайся ты так! – Мегумин уселась рядом. – Все маги воды работают в городе в пожарных командах. И завидуют нам, магам огня, потому что мы каждый день за стену ходим.       О! Я помню выпускной в школе магии. Все четыре стихии словно встали на дыбы и огонь казался самой дисциплинированной из них, работая словно твёрдое тело. Юнъюн, оставшись без придерживающих её рук подруг, подскочила и бросилась к проходу, но и в этот раз стала толкать засов влево, будто бы пытаясь запереть дверь. Наконец, совершив невероятное доселе интеллектуальное усилие, девочка дёрнула засов вправо, отпирая тем самым вход. В коридоре стоял Говард. – Я уж не стал стучать… – Он вошёл и запер дверь. – Присядь. К ним подошла Даркнес. – Если хотите, я постою в коридоре… Всё ещё сидевшая на кровати Мегумин усмехнулась: – Да ладно вам! Она уже расцветает. Даже вспомнила, как засовом пользоваться, скоро совсем к зениту подойдёт. Юнъюн, повернувшись, сама прошла к стулу. – Я… прошу меня простить… Говард поставил на стол принесённую им корзину. Там были четыре бутылки с молоком и ржаной хлеб. Мегумин, получив свою пайку, принялась разглагольствовать. – И так каждый раз. В школе поспокойнее была, потом переехала в город новичков - и месяц из номера не выходила. Юнъюн подняла голову и, смотря куда-то в сторону Даркнес, шепнула: – Она врёт. Ей ответил Говард: – Расскажи свою версию. Юнъюн сделала глоток молока. – Мы обе телепортировались из деревни в город. Мегумин потеряла чулок, а я заколку… а могли бы и головы лишиться… Словом, мы обе пришли к архимагу Элизабет, та взяла нас в ученицы. И я целую неделю ходила по городу… выполняла квесты… а потом Мегумин убила ту демоницу… у меня на глазах. И я после такого месяц не выходила из номера. Одно дело жечь гигантских жаб, размораживать ледяных големов или сушить слизь… а демоница… она совсем как человек… Девочка допила молоко, и задала вопрос: – А… где ты взял эту еду? Говард взглянул прямо в глаза малышке: – Украл. Юнъюн задрожала, а её губы затрепетали. Даркнес схватила Говарда за плечо. – Слушай, мы больше не в академии, здесь не надо воровать! – А может, здесь и фехтовать не надо? – Внезапно Говард ухмыльнулся. – Хотя, о чём это я… ты же не фехтуешь. Крестоносец покончил с лёгким ужином, и вновь обратился к Юнъюн. – Так зачем ты вернулась? – За картой. – Девочка расстелила на столе бумагу. – Вот, тут отмечен лучший маршрут. Мегумин охнула, глядя на освещённую одинокой свечкой карту. – Так это же совсем рядом! – Она достала свой квест. – Вот! Мы вместе можем дойти досюда! А там ты поворачиваешь… Даркнес закончила читать текст квестов. – Нет! Мы сперва выполним квест Мегумин, потом квест Юнъюн! Обе волшебницы спросили хором: – Почему? – Потому что когда взрыв-камней не станет, будет проще пройти по пламенному полю! Говард покачал головой. – Это только кажется хорошей идеей. Когда взрыв-камни все разом взорвутся, то могут разрушить пламенное поле. Так что сперва нужно выполнить квест Юнъюн. Даркнес энергично кивнула. – Точно! Так мы лучше справимся! Двести тысяч за первый, и триста за второй - того пятьсот тысяч за два! А это… Юнъюн сделала третий глоток молока. – Я видела на доске объявлений квест, который в том же квадрате. Награда за него полмиллиона. Это будет миллион за все три. Или по двести пятьдесят тысяч на каждого. А ещё, раз уж нас четверо, то можно воспользоваться телепортом. Заклинанию плевать, сколько людей за раз переправить, но сто тысяч вперёд заплатить придётся. Даркнес воскликнула: – Я дам сто тысяч! Говард покачал головой. – Я сам заплачу. Мегумин усмехнулась. – Да заплатите каждый по пятьдесят! И всё. Даркнес посмотрела на Говарда. – А как же барон… – Вы идите сразу в гильдию, я поговорю со своим господином. Если не приду к восьми утра, отправляйтесь без меня.       На том и порешили.