Имоджин: Сказка о Гарри Поттере

На следующее утро она впервые столкнулась с обычной рутиной в Хогвартсе. Встала рано, чтобы собраться и одеться, а потом отправилась завтракать в Большой зал. Она проспала всего несколько часов и была совершенно измучена, спотыкаясь на лестнице вместе с остальными обитателями факультета. Но когда она приблизилась к Большому залу, в животе у нее заурчало. Не успела она сесть, как на столе появился чудесный завтрак - такого она еще никогда не ела. Жареные помидоры-она не знала, что люди жарят помидоры. Жареный хлеб! Что за штука такая неслыханная - и очень вкусно. По какой-то причине ей захотелось горохового бекона, и она спросила соседа за столом, подают ли его в Хогвартсе. - Никогда не слышал об этом, - сказал Рон, - Но есть много других вещей. - так оно и было. Имоджин попробовала все подряд: сосиски, бекон, яйца и какую-то рыбу на завтрак - также первый для нее. Она потянулась за еще одним кусочком жареного хлеба, когда он внезапно исчез в большой сильной руке, а затем прямо в разинутом рту Рона. - Рон! - воскликнула Гермиона. - Ах ты, великий жадный обжора! Это твой пятый кусок, и он был последним - ты практически вырвал его из рук Имоджин! - по какой-то причине Имоджин поймала себя на том, что восхищается способностью Гермионы к аллитерации, но прежде чем она успела подумать дальше на эту тему, Рон начал извиняться перед ней, эффект чего был потерян из-за крошек, летящих изо рта. Имоджин расхохоталась. И ей было приятно смеяться, потому что вчерашний день был ужасно напряженным, а этот, ее первый настоящий день в Хогвартсе, вероятно, будет еще хуже. Поскольку она была новичком и наименее способной из всех сидящих за столом, она не чувствовала, что может вступать в какие-либо шутки со своими сокурсниками. Так что она спокойно просидела весь завтрак, разговаривая, когда к ней обращались, весело поглощая еду (и много чашек кофе), пока не пришло время начинать занятия. Студенты потоком хлынули из зала, многие из пятикурсников Гриффиндора направлялись на утомительный курс истории магии с полупрозрачным профессором Биннсом. Но Имоджин не увидит призрачного учителя. Поскольку она была освобождена от посещения его курса, она отправилась в неиспользуемый класс, чтобы попрактиковаться в том, что, как она надеялась, она узнала из чтения заклинаний первого курса и текстов трансфигурации прошлой ночью. Она не вернется к своим соседям по факультету до тех пор, пока не будет двойной урок по зельям, и у нее было почти два часа, чтобы поработать самостоятельно. Имоджин совсем не была знакома с замком и знала, что легко может заблудиться, поэтому она с большой осторожностью пробралась в класс, который, как сказала ей профессор Макгонагалл, был свободен - он находился только на втором этаже, но, учитывая капризные лестницы Хогвартса, ей все еще приходилось быть осторожной. Идя по коридору, она не сводила глаз с различных настенных картин, думая, что, возможно, это поможет ей лучше запомнить окружающую обстановку. Пейзажные картины были пассивным украшением, но некоторые портреты смотрели прямо на Имоджин. На одной картине ей помахала рукой молодая девушка, на другой джентльмен, вполне годящийся ей в отцы, открыто ухмыльнулся и одобрительно кивнул. Она без приключений добралась до места назначения, закрыв за собой дверь неиспользуемого класса. Она была очень рада побыть одна - было бы неловко демонстрировать кому-либо свою некомпетентность. Она положила книги на ближайший стол и огляделась. В классе не было ничего, что указывало бы на то, что он предназначен для какого-то конкретного предмета. Она открыла свой текст заклинаний и посмотрела на иллюстрацию, как держать палочку. Как только она убедилась, что знает правильный захват, следующий урок в тексте был посвящен основному движению палочки. Накануне вечером она с удивлением обнаружила, насколько сложным был этот вопрос. Палочку можно было двигать в трех измерениях: вверх и вниз, влево и вправо, вперед и назад. Но она также может вращаться и в этих измерениях. Таким образом, от ведьмы может потребоваться переместить ее палочку слева направо, вращая ее против часовой стрелки - возможно большое количество комбинаций. Но текст только подчеркивал, что более сложные заклинания иногда требуют более сложного движения палочки, указывая, что новые ученики не должны иметь дело с более сложными заклинаниями. На данный момент, единственные заклинания, которые она будет изучать, были одномерными, не требующими вращения - простое тычущее движение палочкой во время произнесения заклинания. Она усердно работала над первой главой книги, пробуя каждое из заклинаний, содержащихся в тексте. Первые несколько заклинаний дались ей с трудом, но по мере того, как она продолжала упорствовать и ее уверенность росла, она обнаружила, что ей все легче и легче выучить каждое новое заклинание. Наконец, когда она закончила главу, она решила попробовать еще одно заклинание. - Люмос! - она произнесла это слово с гораздо большей уверенностью, чем прошлой ночью, и была вознаграждена ярким лучом своей волшебной палочки, гораздо более мощным, чем ее усилия прошлой ночью, светом, легко видимым в ярком классе. Ободренная, она махнула палочкой в сторону учебника. - Вингардиум Левиоса! Передняя обложка текста слегка приподнялась, а затем снова опустилась. Заклинание левитации было одним из тех, которые первогодки не пробовали, пока они не пробыли в Хогвартсе в течение двух месяцев, и в настоящее время казалось, что это все еще далеко за пределами скудных способностей Имоджин. Имоджин была прервана звуками студентов, выходящих из своих классов - это было время перерыва. Она была поражена, обнаружив, что уже потратила девяносто минут на заклинания и даже не приступила к трансфигурации. Но маховик времени времени, висевший у нее на шее, был тут как тут, и Имоджин собрала свои книги и направилась во второй класс, который ее глава факультета назначила доступным для нее в подобных ситуациях. Имоджин вышла за дверь и первым делом направилась в Большой зал, предпочитая использовать его в качестве отправной точки для своих блужданий по замку. Оттуда она направилась к лестнице и поднялась на третий этаж, снова внимательно следя за картинами и различными другими украшениями, чтобы лучше ориентироваться. Ее продвижение по залам было медленным и нерешительным - она не хотела быть слишком торопливой и в конечном итоге потерять драгоценное время, блуждая по замку, потерянной. Она поднялась на третий этаж и пошла по коридору в поисках своего класса. Она услышала звук бегущих ног по коридору. Но когда она посмотрела, то ничего не увидела, и звук прекратился. Вскоре она нашла свою классную комнату и, оказавшись внутри, вытащила из-под блузки маховик времени. Она перевернула его, как было велено, и так как это был ее первый раз, то только один раз. Ощущение, которое она испытала, было кратковременным, но очень странным, и как только оно прошло, Имоджин поняла, что перенеслась назад во времени ровно на час. Правила, сформулированные профессором Макгонагалл, были предельно ясны. Ни при каких обстоятельствах Имоджин не должна делать ничего такого, что могло бы привести ее к столкновению с самой собой. Кроме того, вернувшись в прошлое, она должна была оставаться в тех местах, которые Макгонагалл определила как безопасные, чтобы не было никаких шансов, что она сможет повлиять на события вокруг себя таким образом, чтобы изменить прошлое. И поэтому в течение следующего часа Имоджин будет находиться в классе, где она сейчас учится. Имоджин убедилась, что перевернула будильник, стоявший на соседней парте, потому что ей нужно было выйти из класса, прежде чем она войдет туда через час. Дверь сама собой закрылась за ней, бездумно повинуясь заклинанию, которое Макгонагалл наложила на нее этим утром, потому что Имоджин не обладала магическим мастерством, необходимым для того, чтобы запереть дверь так, чтобы ее не могли открыть даже магглы, не говоря уже о студентах-волшебниках. Чтобы отменить магию профессора, требовался действительно продвинутый студент, и поэтому в течение следующего часа Имоджин была свободна для работы над трансфигурацией. Первая глава в какой-то степени была повторением текста заклинаний, и Имоджин смогла пропустить некоторые основные работы с палочками, описанные в книге. Как и первогодки в книгах, запечатленных в ее памяти, Имоджин начала с простой трансфигурации. К тексту по трансфигурации прилагалась маленькая жестяная коробочка с различными предметами, полезными для более простых заклинаний. Заглянув в коробку, Имоджин вынула оттуда спичку и положила ее на стол. Попрактиковавшись отдельно в движении палочки и заклинании, она попыталась произнести заклинание. Поначалу никакого эффекта не было, но Имоджин не сдавалась, и минут через тридцать ей это удалось: спичку заменила яркая блестящая игла. Ободренная таким образом, Имоджин начала работать над текстом, успела сделать три трансформации и работала над четвертой, когда прозвучал сигнал тревоги. Ее время истекло. Имоджин поспешно собрала свои вещи, радуясь, что не торопится. Ручка легко повернулась, автоматически сняв запирающий амулет, и она побежала по коридору, завернула за ближайший угол и стала ждать. Позади себя в коридоре она услышала, как ее второе "я" открыло класс, а затем звук надежно и волшебно запертой двери. Теперь у нее не было ни малейшего шанса встретиться с самой собой, поэтому она направилась обратно к лестнице и снова спустилась вниз, к выходу из Большого зала. Учеников выпускали из классов на перемену, и она встретила некоторых на лестнице, но никого не узнала. На первом этаже многие студенты направлялись к двери рядом с Большим залом, потому что был прекрасный день и чудесно было находиться снаружи. Имоджин еще ничего не видела вокруг, поэтому она вышла, спустилась по ступенькам и вышла на лужайку. Она пошла по тропинке, которая вела ее вдоль озера. Затем она сошла с тропинки и, поднявшись на небольшой холм, направилась в сторону леса. На самом краю леса стояла маленькая хижина. Она сразу узнала ее - хижина Хагрида. Имоджин удивилась, откуда она могла знать, что хижина принадлежит Хагриду, или даже кто такой Хагрид. Она так много знала из "книг" - заклинания, людей, предметы, события. И все же то, чего не было в книгах, не входило в ее понимание. Наряду с книгами, у нее было сильное чувство миссии, того, что она была помещена в Хогвартс с определенной целью. Но о своем существовании до Хогвартса она почти ничего не знала - только мимолетные проблески другого места, маггловской жизни без намека на магию. Она замолчала, глубоко погрузившись в свои мысли. Она даже не осознавала, что слезы текут из ее глаз, когда она смотрела в никуда, чувствуя себя потерянной. Она вышла из задумчивости, когда почувствовала, что ее рука стала влажной. Она посмотрела вниз и увидела огромную черную собаку, которая лизала ей руку и сочувственно скулила. - Клык! - сказала она, просияв. Она опустилась на колени рядом с огромным зверем, дружелюбным существом, которое сразу же прониклось симпатией к милой девушке, которая каким-то образом знала, что ему нравится, когда его чешут под воротником, а еще больше нравится, когда ему растирают шею. Не прошло и минуты, как Клык уже лежал на земле, издавая веселые собачьи звуки, приоткрыв рот и высунув язык. - Похоже, у тебя уже есть по крайней мере один друг в Хогвартсе, - сказал невероятно крупный мужчина, шагая к ней. - Здравствуйте, профессор Хагрид, - сказала Имоджин, поднимаясь на ноги. - А ты, наверное, Имоджин, - сказал Хагрид, довольный своим каламбуром. - Вы правильно понимаете, сэр, - ответила она, улыбаясь. Клык издал печальный звук протеста, когда она пожала руку Хагриду, разочарованный тем, что он потерял внимание девушки. - Ты большой неженка, - сказал Хагрид. - Можно подумать, что ты никогда не получал никакого внимания. Не обращай на меня внимания, Имоджин, и не вздумай баловать его тоже. - Имоджин радостно рассмеялась, услышав акцент Хагрида, его голос не был похож ни на один из тех, что она когда-либо слышала. Хагриду девушка сразу понравилась. Он был разочарован, узнав, что она не хотела изучать уход за магическими существами вместе с ним, но он знал, что это не было намеренным оскорблением - было много предметов, от которых она была освобождена, включая травологию и историю. И все же ему хотелось бы иметь возможность учить эту новую девушку. Хагрид был чистой, доброй душой, и он оценил ее красоту с полным уважением. Каким-то образом Имоджин чувствовала это и чувствовала себя комфортно в его присутствии. - Я бы с удовольствием снова навестила Клыка, если Вы не возражаете, - сказала она. Она любила собак, и было хорошо, что в Хогвартсе нашелся кто-то, кому она нравилась. Хагрид пригласил ее зайти, когда она пожелает, когда у нее будет свободное время. - И судя по тому, что я тебе скажу, у тебя будет драгоценная малютка этого, - сказал он. - И маховик времени, никак не меньше! Можно мне посмотреть? Профессор Макгонагалл предупреждала ее, что маховик времени не должен показываться на всеобщее обозрение, и ее обладание им держалось в строжайшем секрете, но, очевидно, это ограничение не относилось к профессору Хогвартса, поэтому Имоджин без колебаний сунула руку под блузку и вытащила маховик времени, тщательно следя за тем, чтобы он не перевернулся, - у нее не было никакого желания возвращаться в прошлое. - Никогда раньше таких не видел, - сказал Хагрид. - Хотя не скажу, что тебе повезло с одним из них. Я знаю, что у тебя впереди действительно тяжелая работа. Имоджин вспомнила, как тяжело ей было, когда она услышала звуки бегущих обратно в замок студентов. - Извините, профессор, но я должна идти! У меня первый урок зелий! - Тогда иди! Успехов! Имоджин быстро погладила Клыка по голове, а затем бросилась вниз по тропинке и обратно ко входу в Хогвартс. Она не заметила небольшой группы мальчиков возле дверей, ни Малфоя среди них, ни их пристальных взглядов, ни взглядов, которыми они обменивались, когда она бежала вверх по лестнице. Когда она поднималась по ступенькам мимо них, глаза мальчиков внимательно следили за ней, и они всей группой последовали за ней в школу.