Имоджин: Сказка о Гарри Поттере

- Имоджин, мне действительно нужно кое о чем с тобой поговорить. Я не хотела ничего говорить, но я просто обязана. Дело в том ... - Гермиона замолчала, с трудом понимая, что нужно сказать. Но потом ей помогли. - Рон? - спросила Имоджин. - Откуда ты знаешь? - ахнула Гермиона, обрадованная тем, что Имоджин согласилась обсудить эту тему, и в то же время раздраженная тем, что Имоджин заметила внимание Рона. Имоджин напомнила Гермионе о дискуссиях, которые они вели в течение последних двух недель, из которых Гермиона знала, что каким-то образом Имоджин была запрограммирована на знание вещей, которые могут произойти, а могут и не произойти. - Ты знаешь о нем что-то такое, чего не знаю я? Ты хочешь сказать, что я потеряю Рона? - спросила Гермиона. - Или, вернее, что я никогда его не получу? - Вовсе нет, - ответила Имоджин. - Но на этом пути, конечно, будут некоторые трудности. Но давай разберемся с твоей первой заботой - причиной, по которой ты сейчас со мной разговариваешь. Рон - настоящая жемчужина, в этом нет никаких сомнений. Но насколько я понимаю, он - твоя жемчужина, а не моя. Я постараюсь ничего не делать, чтобы подбадривать Рона, и нет ни малейшего шанса, что между мной и Роном возникнут какие-то чувства. Все очень просто. То, что этот простой ответ удовлетворил большую часть беспокойства Гермионы, свидетельствовало о том, насколько Гермиона привыкла доверять Имоджин. Но не все. - Но это так больно! Сначала Флер Делакур на четвертом курсе, а теперь ты. Почему он не обращает на меня такого внимания? Почему он меня не замечает? - Ты так привыкла к его вниманию, что даже не замечаешь, как он тебя замечает, - ответила Имоджин. - Он боготворит тебя. Я говорю тебе это не для того, чтобы польстить тебе, не для того, чтобы ты почувствовала себя лучше. Это просто факт, что он обожает тебя. Но не забывай, что Рон такой же, как и все здешние мальчишки - незрелый и невежественный. В глубине души он хочет тебя. Но с другой стороны, он подросток, а в школе полно девочек-подростков. Его взгляд будет блуждать туда-сюда, пока какая-нибудь девушка не схватит его. Но он уже очень близок к тебе, и поэтому у тебя есть преимущество перед всеми остальными. Не стесняйся с ним - поощряй его, и он ответит. - Но как мне это сделать? - спросила Гермиона. - В этом ты сама по себе, Гермиона ... у меня не больше опыта общения с мальчиками, чем у тебя ... даже меньше ... я даже не знаю, где я была до Хогвартса. Но я не думаю, что ты нуждаешься в чьих-то наставлениях. Просто следуй своим инстинктам. - их беседа была прервана появлением Лаванды Браун, поднимавшейся по лестнице. Имоджин взяла книгу по зельям, которую отложила, и быстро сменила тему. Несмотря на преждевременное окончание разговора о Роне, Гермиона почувствовала, как внутри у нее внезапно развязался тугой узел. Она похудела за последнюю неделю, может быть, снова начнет нормально питаться. Она сосредоточилась на беспокойстве Имоджин по поводу ее успехов или отсутствия таковых в классе Снейпа. Имоджин не могла ускорить свой темп в зельеварении так, как в других предметах, потому что Снейп вел ее через учебный план первого года в темпе первого года. На каждом уроке зельеварения он давал ей тот же урок, что и одиннадцатилетним. И каждый раз она следовала инструкциям до последней буквы и неизменно добивалась очень хорошего результата. Гермиона предложила помочь ей с зельями, предложила достать ингредиенты и так далее. Но Имоджин отказалась. - Но почему? - снова спросила Гермиона. Имоджин повторила свое объяснение: Снейп очень четко приказал всем ученикам воздерживаться от оказания какой бы то ни было помощи. Ей предстояло учиться совершенно самостоятельно. - Но какое тебе дело до дурацких правил Снейпа? И ты совсем его не боишься - посмотри, как ты ему ответила на первом уроке. - Да, но как насчет того, что произошло потом? - это заставило Гермиону задуматься. Стол Имоджин в классе зелий стоял в дальнем углу, вдали от других учеников, и поэтому Имоджин не часто попадалась на глаза Гермионе. Но между профессором и новой гриффиндоркой больше не было разногласий, по крайней мере, таких, которые видела Гермиона. И Имоджин регулярно готовила свои зелья в совершенстве, и даже Снейп не мог найти в них недостатки. Гермиона знала, что домашнее задание Имоджин всегда сдавалось вовремя, и хотя Имоджин никогда не позволяла Гермионе просмотреть его заранее, Имоджин показывала ей работу после того, как она была отмечена, а требовательный Снейп обычно ставил Имоджин очень хорошие оценки. Гермиона признала, что не заметила никакого конфликта между Снейпом и Имоджин и не слышала ни критики в адрес ее работы, ни каких-либо отрицательных комментариев. - Он дает тебе лучшие оценки, нежели любому другому гриффиндорцу, - заметила Гермиона. - Для этого есть причина, - объяснила Имоджин. - Я не уверена, что ты понимаешь это, но давая мне хорошие оценки и в то же время удерживая меня, Снейп издевается надо мной. Он делает все возможное, чтобы подразнить меня. Он изо всех сил старается спровоцировать конфронтацию. Больше всего на свете он хотел бы, чтобы я дала ему повод для того, чтобы меня наказали или вообще выгнали из его класса. И он мог честно сказать, что всегда был справедлив ко мне - ставил мне отличные оценки, и поэтому все это будет выглядеть как моя вина. - Но если ты получишь помощь от меня или от кого-то еще за пределами класса, Снейп никогда не узнает, что ты ослушалась его. Ты не можешь его так бояться. - Есть две вещи, которых ты не знаешь, - сказала Имоджин. Теперь они обе сидели на кровати Имоджин и говорили тихо, чтобы их не услышали две другие девушки в спальне. - Во-первых. Ты ведь знаешь, что такое Легилименс? - Гермиона кивнула, и Имоджин продолжила. - Снейп - Легилимент, и притом очень могущественный. Если ты позволишь себе встретиться с ним взглядом, он мгновенно окажется у тебя в голове. - Но это же так мерзко! - воскликнула Гермиона. - Это в тысячу раз хуже, чем читать чей-то дневник, вторгаться в чужие мысли! - Да, - ответила Имоджин. - Но Снейп - мерзкий человек. И это подводит меня ко второй вещи, которую ты не знаешь, да и не могла бы знать, потому что она связана с моим чувством миссии, о котором я уже говорила вам раньше. Снейп - это большая часть причины, по которой я здесь. Я должна вызвать определенные события, и для этого я должна изменить некоторых людей. - Я не знаю, как ты изменишь Снейпа, - сказала Гермиона настойчивым шепотом. - Сейчас он злобная змея, и я уверена, что в молодости он был не лучше. Как, по-твоему, ты вообще можешь добиться с ним каких-то успехов? - Не знаю, - как всегда откровенно ответила Имоджин. - Но спорить с ним не сработает. И это определенно не сработает завтра - я собираюсь попробовать кое-что, чтобы привлечь его внимание, я бы сказала тебе об этом, но консультация с тобой может подпадать под определение Снейпа получения помощи, так что нам просто нужно посмотреть что произойдет. И с этими словами Имоджин вернулась к учебнику зельеварения, готовясь к уроку на следующий день. На следующий день был четверг, и в то время как большинство других гриффиндорцев имели прорицание, за которым следовал перерыв, у Имоджин были другие дела. Первым был визит к профессору Спрут. Ей пришлось прервать завтрак, чтобы повидаться с профессором травологии перед первым уроком травологии в то утро, спеша в оранжереи, где готовилась профессор. Спрут слышала много хорошего о девочке и жалела, что не взяла ее на свой факультет. Она очень удивилась, когда, услышав стук в дверь, увидела входящую Имоджин. Что может быть нужно этой девушке? - Ингредиенты для зелья, - объяснила Имоджин. - Я делаю кое-какую дополнительную работу, и мне нужна целая куча вещей. - Имоджин достала список и почтительно спросила, не сможет ли профессор Спрут помочь. Спрут знала, почему Имоджин пришла к ней - очевидно, к ужасному Снейпу нельзя было обратиться за ингредиентами для зелий, хотя у него были шкафы, полные всего, что могло кому-то понадобиться. А здесь был действительно талантливый студент, который действительно искал возможность сделать дополнительную работу. В мгновение ока профессор Спрут наполнила пустую сумку Имоджин различными травами, растениями, листьями и побегами, наслаждаясь энтузиазмом молодой девушки. А потом Имоджин бросилась бежать, на этот раз к хижине Хагрида. Только после того, как она увидела Хагрида две недели назад, она поняла, что вообще не должна была его видеть. К счастью, она ничего не сказала своим однокурсникам, и на следующий день Макгонагалл предупредила ее, чтобы она ничего им не говорила, объяснив ей, что Имоджин столкнулась с ним, потому что Хагрид по глупости вышел из своей хижины, чтобы забрать Клыка, который каким-то образом освободился. Возможно, Хагриду пришло бы в голову попросить Имоджин ничего не говорить о нем, но она внезапно убежала, потому что опоздала на урок. Имоджин нужны были определенные ингредиенты для зелья, и она надеялась найти их в хижине Хагрида. После недолгих поисков она нашла то, что, как она надеялась, было пером гипогрифа и собачьей шерстью. А потом она отправилась в совятню. Ее сова, Олвина, сейчас отсутствовала. Хотя Имоджин некому было посылать совиные послания, были и такие студенты, у которых не было совы, и они не могли позволить себе нанять ее в городе. Для таких студентов Имоджин была рада позволить им использовать Олвину, которая также выиграла бы от упражнения. Но то, что Олвины не было дома, не имело значения: Имоджин требовалось только немного птичьего помета, который легко можно было найти в совятне. Имея под рукой все необходимое на сегодняшний день, она направилась в класс на втором этаже, который она привыкла считать своим. Она захватила с собой все свои ингредиенты, а также четыре миски, которые позаимствовала из буфета в общей комнате. Она распаковала миски и поставила их рядышком на один из столов, а затем вытащила свою волшебную палочку. Упражнение по трансфигурации, которое она собиралась практиковать, в случае успеха, будет огромным подспорьем для нее сегодня в зельях. Как оказалось, трансфигурация, к которой она стремилась, оказалась гораздо сложнее, чем она думала. Ей пришлось сменить место проведения занятия на свой класс на третьем этаже, где она затем использовала маховик времени, прежде чем она, наконец, преуспела. А потом пришло время мчаться в класс зелий, четыре чаши стали намного тяжелее, потому что их превратили в железо, и каждая из них превратилась в котел. Выходя из класса, Имоджин было очень тяжело, и только на самом тонком краю ей удалось помешать Имоджин, поднимающейся по лестнице со второго этажа, заметить Имоджин, убегающую из класса на третьем этаже. Как только проход очистился, она поспешила на урок зелий, радуясь, что заметила Гарри, и теперь могла заставить его нести котлы для нее. Она протянула Гарри мешок, не сказав, какой он тяжелый, и он чуть не выронил его. - Черт возьми, - заметил он. - Что это у тебя тут? - Скоро ты все поймешь на зельях. Давай, поторопись, а то опоздаем. Гарри не планировал таскать тяжелые предметы в этот день, он все еще испытывал сильную боль от квиддичной травмы, полученной несколько дней назад (не будучи задержанным Амбридж, он смог присутствовать на всех тренировках). Но ему с трудом удавалось не отставать от Имоджин, потому что он был на несколько шагов позади, когда они торопливо пробирались сквозь толпу перед Большим залом. - Забавно, - подумал Гарри, наблюдая за реакцией студентов, когда Имоджин шагала среди них. Все мальчики резко повернули головы, наблюдая, как среди них движется белокурая девушка. Гарри не боялся быть объектом слишком пристального внимания, когда Имоджин была рядом - это было почти так же, как если бы он носил свой плащ-невидимку. Они добрались до кабинета зельеварения Снейпа вовремя, и урок скоро начался. Как обычно, Имоджин отошла в свой темный угол, подальше от всех остальных. Сегодня Гермиона сидела за одним рабочим столом с Гарри, и Снейп уже пятый год подряд готовил очень изысканное зелье. Это задание требовало двух пар рук, и поэтому на каждом столе был только один котел, так как студенты работали парами. Гарри был очень благодарен за то, что сегодня оказался в паре с Гермионой - не было никого, с кем бы он предпочел быть на таком задании. Он благоразумно позволил Гермионе взять на себя руководство операцией, нарезая травы, когда это было приказано, помешивая по команде через определенные промежутки времени и придавливая решительное извивающееся насекомое, чтобы Гермиона разрезала его на части. Как только он взял сопротивляющееся беспозвоночное под контроль, он смог бросить взгляд на комнату. Рон был в отчаянии - в паре с Невиллом, они оба выглядели потерянными, направляясь к провальной оценке, без сомнения. Гарри печально покачал головой и бросил взгляд в сторону Имоджин. Она казалась такой же занятой, как и они, что удивило Гарри - он не помнил, чтобы когда-нибудь так много работал, когда учился на первом курсе. Имоджин двигалась с огромной скоростью, рубила, резала, смешивала, перемешивала. Он заметил, что в зелье Имоджин было задействовано значительное количество использований волшебной палочки - Снейп, должно быть, дал ей для разнообразия более продвинутую работу. Возможно, то, как Гарри разглядывал Имоджин, не ограничивалось только восхищением ее работой. Внезапно он ахнул и посмотрел на Гермиону. - Если бы ты хоть на мгновение перестал пялиться на белокурые локоны прелестной девушки, возможно, мы смогли бы закончить зелье вовремя, - сказала Гермиона, сладость ее голоса была интересным контрастом с диким тычком в ребра, который она нанесла Гарри деревянной ложкой. Она была великодушна, предположив, что Гарри восхищался только волосами девушки. - Да, Гермиона, - мягко ответил Гарри, чувствуя себя очень домашним. - Хочешь, я вымою собаку, когда мы закончим, а потом разберу белье? - Заткнись и шевелись, - хихикнула Гермиона. Никогда еще занятия по зельеварению не проходили так быстро, подумала Гермиона. Как и у Гарри, у нее было мало возможностей посмотреть, как поживают ее однокурсники. Но она слышала много болтовни, в основном негативной - партнеры препирались друг с другом о том, чья вина в том, что котел был наполнен беспорядком вместо требуемого результата. - Довольно! - объявил Снейп. - Всем отойти от своих столов. - несколько студентов попытались в последнюю минуту вмешаться ложкой, но вскоре все бросили работу, так как Снейп начал ходить по классу с карандашом и пергаментом в руках. Малфоя и Паркинсон, как обычно, похвалили. Практически идентичный результат, достигнутый Дином и Симусом, подвергся критике. Рон и Невилл заработали только испепеляющий взгляд, когда Снейп исчез у их котла, а профессор для разнообразия не скрывал своего отвращения. Он медленно направился к столику Гарри и Гермионы. - Ну что ж, Поттер, теперь я вижу, как ты добиваешься оценки "превосходно" в моем классе - откинься на Грейнджер, и все будет в порядке. - это была первая похвала, которую Гермиона когда-либо получала от Снейпа, но, конечно, произнесенная таким образом, чтобы лишить ее всякого удовольствия. Когда Снейп направился к дальнему столику Имоджин, класс начал немного болтать, так как мало кто из них интересовался ее работой. Но разговор закончился почти сразу же, как и начался. - И что Вы себе позволяете, Мисс Йорворт? - крикнул Снейп, более разъяренный, чем кто-либо из присутствующих мог вспомнить. Имоджин ожидала подобной реакции. Она знала, что Снейп будет недоволен, обнаружив за ее столом не один котел, а целых пять, причем только один содержал дневное задание, остальные были наполнены разными зельями, а вся ее работа была первоклассной. Любой другой профессор был бы в восторге, но она очень хорошо читала Снейпа - его желание было сдерживать и расстраивать ее, и отличные оценки, которые он давал ей, были его ироничным способом подчеркнуть тот факт, что она застряла на первом курсе. Но она перевернула все с ног на голову, преподнеся ему слишком много работы на первом курсе: перед ним стояло задание на день и на следующие три урока, плюс зелье, которое он обычно давал на четвертом курсе - Имоджин таким образом указала, что ее задерживают. Имоджин очень тихо ответила профессору, ее голос не был слышен никому, кроме Снейпа. - Мне очень жаль, что я рассердила Вас, профессор, - сказала она с раскаянием в голосе, опустив глаза. - Мне следовало спросить Вашего разрешения, прежде чем делать что-то подобное. - Да, конечно, Вы должны были это сделать! - сказал Снейп, его голос звучал уже не так громко, как раньше. - И кто же Вам помог? И никаких глупостей - наверняка это был кто-то в Вашем факультете! Имоджин подняла голову и посмотрела Снейпу прямо в глаза, даже не пытаясь отвести взгляд. - Сэр, мне никто не помогал, честное слово! Но Снейп уже был доволен собой на этот счет. Его глаза были прикованы к девушке, и в мгновение ока он проник в ее сознание. В классе, полном студентов и с ограниченным временем, он мог делать только самые поверхностные исследования, используя свой талант Легилимента. Но его способности в этом отношении были несравнимы. Волан-де-Морт казнил бы его много лет назад, если бы Снейп не был лучшим Легилиментом и Оклюментом за последние несколько столетий - требовался действительно тонкий волшебник, чтобы одурачить Темного Лорда. Снейп быстро убедился, что девочка говорит правду. Он ожидал обнаружить, что всезнайка Грейнджер стоит за этой выставкой, и был немного разочарован, обнаружив, что он не назначит ей никакого наказания. Он заметил, что девушка, Имоджин, не спешит разорвать зрительный контакт - он предположил, что эта инженю не знает о Легилименции и понятия не имеет, что ее мозг исследуют. Он воспользовался возможностью продолжить расследование - он не знал, когда ему снова представится такая возможность. Он задавал ей технические вопросы о различных зельях, не обращая внимания на ее ответы, когда касался поверхности ее разума - он не мог проникнуть глубже без того, чтобы они оба не были наедине и большего времени. Он был очень удивлен тем, что обнаружил. У большинства девушек доминирующим чувством, с которым он сталкивался, было отвращение - девочки-подростки почти всегда находили его отвратительным. Лавгуд нашла его вызывающим рвоту. Эджкомб почувствовала к нему отвращение. Даже Паркинсон находила его отвратительным (если бы Снейп был склонен к самоанализу, он мог бы понять, что девушки, чьи умы он сканировал, как правило, были блондинками или рыжеволосыми). Но Имоджин была другой. Главное, что он почувствовал, - это уважение к своим способностям волшебника, благодарность за знания, которые он передал ей, и, самое главное, решимость делать именно то, что он ей скажет. Имоджин повезло, что у Снейпа нашлось время лишь на беглый осмотр ее разума, ибо под этой маской он мог обнаружить и другие вещи. Но Имоджин так хорошо убедила себя за последние две недели, что убедила и Снейпа. И ему было трудно продолжать злиться на потрясающе красивую девушку, чьим самым глубоким желанием было доставить ему удовольствие своей тяжелой работой и подчинением его воле. - Да, - повторил Снейп, - Вы должны были сначала спросить меня. Но результат компенсирует это. Пять зелий сразу - для этого вам понадобится полное владение заклинанием Аутоматии, не так ли? - Снейп, конечно, был прав, Имоджин научилась управлять столовыми приборами и другими инструментами для выполнения простых повторяющихся задач, таких как резка и перемешивание. Без этого никто не смог бы поддерживать работу сразу пяти котлов. Имоджин сразу же поняла, что так оно и есть. - Впечатляющее зрелище. Я сообщу об этом профессору Флитвику, а также главе вашего факультета. - Снейп поспешно отвернулся. Если бы он остался, то, возможно, публично присудил бы девушке баллы на факультет.