Имоджин: Сказка о Гарри Поттере

Рождественский ужин на площади Гриммо, 12. Благодаря мастерству Макгонагалл, хотя внешние физические размеры столовой не увеличились ни на дюйм, теперь она могла вместить большую часть семьи и друзей Уизли вместе с многочисленными членами Ордена. Артур Уизли не присутствовал, так как недавнее слушание было для него очень тяжелым испытанием. Его раны вновь открылись, и его отвезли обратно в больницу Святого Мунго. Уизли был на пути к полному выздоровлению, и поэтому его отсутствие не слишком омрачало радость этого события. Сидя во главе стола, Дамблдор взял свой вновь наполненный бокал вина, его сияние удовольствия не было полностью вызвано алкоголем. Вернувшись на свой пост главного чародея, Дамблдор испытал тихое удовлетворение, поскольку теперь он будет гораздо лучше способен обуздать абсурдное преследование Министерством политических преступников и, возможно, даже начать меры против подозреваемых Пожирателей Смерти. Сделав вид, что изучает цвет вина, Дамблдор посмотрел через стол на некоторых гостей. За исключением Имоджин, он знал всех за столом уже много лет. Те, кто достиг определенного возраста, изучали с ним трансфигурацию в Хогвартсе. Младшие, конечно, знали его только как директора школы. В то время как многие студенты выполняли обещания, которые они давали в детстве, иногда Дамблдор был разочарован тем путем, который тот или иной студент выбрал после ухода из Хогвартса. Дамблдор в конце концов научился принимать с некоторой долей невозмутимости (но не безразличия) странные повороты событий, которые его ученики принимали после окончания школы. Скитер была тому примером. Когтевран, конечно - с ее умом и стремлением к учебе, она не могла быть помещена в другое место. Не блестящая в трансфигурации, но достаточно хороша. Слизнорт дал ей очень хорошие оценки по зельям, и ее чары были намного выше среднего. Но именно в истории она выделялась. Это было в те дни, когда профессор Биннс был еще жив, но его уроки были не лучше, чем когда он продолжал свою карьеру преподавателя в качестве призрака. Несмотря на отсутствие вдохновляющего инструктора, Скитер проделала отличную работу, причем настолько, что Биннс даже вспомнил ее имя. Дамблдор вспомнил свое смятение, когда он увидел странный путь, по которому Скитер пошла через несколько лет после окончания школы. Ему было очень больно, что в прошлом году ему пришлось запретить ей посещать территорию Хогвартса. И все же она искупила свою вину в его глазах и еще раз доказала ему, как важно давать людям второй шанс. Скитер сидела на противоположном конце стола, выглядя немного менее подавленной теперь, когда она провела в доме целый день и начинала оправляться от травмы, полученной за время пребывания в Азкабане. Она была поглощена разговором, желая узнать все, что можно, о мире магглов, прежде чем приступить на следующий день к своим обязанностям экономки Грейнджеров. - Теперь Вам придется научиться пользоваться целым рядом приборов, - сказала Гермиона. - Вы ведь научились пользоваться интернетом, верно? - Скитер объяснила, что она провела много часов в интернет-кафе и была довольно опытной. Но что за приборы? Гермиона объяснила, а затем продолжила. - Прежде чем использовать какое-либо устройство, найдите его в интернете и загрузите руководство. И что бы Вы ни делали, даже не думайте пробовать скороварку - по крайней мере, какое-то время. - в отличие от близнецов Уизли, Дамблдор не нуждался в удлинителях ушей, чтобы слушать, и улыбнулся про себя, услышав обмен репликами. Улыбка Дамблдора погасла, когда он посмотрел на Наземникуса Флетчера. Стоял он или сидел, двигался или не двигался, но казался почти бесформенным. В данный момент Флетчер, положив оба локтя на стол, грыз куриную ножку, его лицо было частично скрыто волосами, недостаточно густыми, чтобы их можно было назвать бородой. Он ел по-волчьи, как человек, давно изголодавшийся и не знающий, когда будет его следующая еда. Обычно Флетчер был невосприимчив к чужим мнениям (одинаково неблагоприятным), но сегодня даже он почувствовал презрение собравшихся, потому что его последняя выходка была действительно плохой, даже для него, заработав ему несмываемый знак бесчестия в книгах Ордена. Дамблдор печально покачал головой, вспомнив беспорядок, в котором он нашел Наземникуса. Волшебник, захваченный гоблином! Как Орден мог справиться с Волан-де-Мортом и его бандой, если у него был член, который даже не мог защитить себя от таких, как Бальзад? Если бы не легилименция Снейпа, положение Флетчера, возможно, никогда не было бы раскрыто, потому что глупый, наивный парень дал очень неприятный (и длинный) Непреложный Обет, который, помимо всего прочего, включал клятву никому не рассказывать о нем. Но Снейп знал Флетчера десятки лет и мгновенно прочел глубокий страх на его лице, когда он вернулся на площадь Гриммо, 12, с опозданием на два дня и без какого-либо правдоподобного объяснения своего отсутствия. В мгновение ока Снейп вторгся в сознание этого человека, и за несколько секунд до того, как Флетчер прервал зрительный контакт, Снейп узнал достаточно, чтобы понять, что Флетчер должен быть немедленно задержан. Но прошло несколько часов, прежде чем Дамблдор нашел время, чтобы увидеть Флетчера в сыром подвале, своенравного волшебника, обездвиженного заклинанием Петрификуса Снейпа и заключенного в комнате, которую только самый могущественный волшебник мог бы открыть. Большинству магов не было известно, что Непреложный Обет нельзя нарушить только с точки зрения самого клятвопреступника. Волшебнику уровня Дамблдора было достаточно легко разрушить ту часть клятвы, которая касалась секретности, и заставить Флетчера рассказать все без всякого риска обычных последствий нарушения Непреложного Обета. И это была отвратительная, гнусная история. Дамблдор отпустил бесполезного мужчину, заперев его в штаб-квартире Ордена, а затем отправился на Ноктюрн-аллею, вернувшись вскоре после этого в ту же подвальную комнату с большим свертком под мышкой, сделанным очень легким с помощью заклинания левитации. Поднимаясь по лестнице, он столкнулся с измученным и переутомленным Люпином. - Гоблин сейчас в подвале, - сказал Дамблдор. - Ты убедишь его освободить Наземникуса от его клятвы, а затем проследишь, чтобы Бальзад больше никогда не пытался заниматься подобной ерундой. - Люпин кивнул с неприятной улыбкой и направился вниз по лестнице. Это была единственная работа, за которую он заплатил бы. Возможно, если позволить своей сущности оборотня раскрыться, это поможет. Весь этот инцидент заставил Дамблдора почувствовать себя нечистым, заставив его задуматься, как бы он обращался с гоблинами, родись он пятьюстами или тысячью лет раньше. Был бы он более просвещенным, чем обычные волшебники того времени? Он задавал себе этот вопрос много раз, но никогда не был готов ответить. Сириус выглядел более жизнерадостным, чем Дамблдор видел его после побега из Азкабана. Он сидел между Гарри и Имоджин с очаровательной улыбкой на лице, пока двое студентов по очереди развлекали его рассказами о том, что происходит в Хогвартсе. Имоджин только что закончила свой рассказ о победоносной дуэли с Малфоем, и Сириус громко рассмеялся над этим заключением. - Но кто-нибудь знает, что случилось с Драко? - спросил Сириус. - Его родители, должно быть, совсем обезумели. А учитывая связи его отца, это не могли быть Пожиратели Смерти, так что, по крайней мере, им не о чем беспокоиться. Тут заговорил Люпин. - Я не уверен, что ты прав, Сириус. Возможно, Волан-де-Морт хотел обеспечить согласие Люциуса, и похищение его сына было бы самым простым способом сохранить контроль. Это было отличительной чертой Волан-де-Морта с самого начала - угрожать или наказывать родственников жертвы. Многие члены Ордена провели большую часть последних двух дней в поисках Драко. Мальчик ничего не мог поделать со своим происхождением, и, несмотря на отвратительную черту Драко, его все еще считали невинным. Снейп, Макгонагалл, Люпин и многие другие члены Ордена были очень заняты поисками зацепок, но пока ничего не нашли - как будто Драко пропал в никуда. - Тогда помоги ему Бог, - сказал Сириус. - По крайней мере, теперь я могу присоединиться к остальным в их поисках. То, что Сириус больше не был прикован к дому, не было заслугой Дамблдора, хотя он сделал свою часть работы, убедившись, что когда несколько дней назад гости за ужином вытащили имена из шляпы, Сириус и Снейп назвали друг друга, и поэтому ожидалось, что они обменяются рождественскими подарками. Подарок Сириуса был вполне приличным - первое издание книги заклинаний, давно вышедшей из печати, взятое, разумеется, из черной библиотеки. Но подарок Снейпа был намного больше, чем Сириус мог ожидать. Большая деревянная шкатулка у основания дерева была окружена другими подарками и постепенно раскрывалась по мере продолжения раздачи подарков. Наконец настала очередь Сириуса, и он открыл подарок Снейпа скорее с любопытством, чем с предвкушением. Внутри были ряды и ряды закупоренных бутылок, каждая из которых представляла собой многослойное зелье, и на каждой было написано краткое описание формы, которую Сириус примет, если будет пить из бутылки. Снейп не мог подготовить свой подарок за последние пару дней - это заняло бы у него по меньшей мере месяц, если не больше. Коллекция разнообразных зелий означала для Сириуса не что иное, как свободу, ибо теперь он мог свободно покидать свой дом, имея широкий выбор человеческих форм на выбор. Когда настал подходящий момент, он отвел Снейпа в сторону. - Но почему? - спросил он. - Что заставило тебя сделать что-то подобное? - Я был уверен, что тебе будет скучно сидеть взаперти, вот и подумал ... - Я это, конечно, знаю. Но почему ты решил сделать что-нибудь подобное? Это Дамблдор велел тебе сделать? - В каком-то смысле да, но это было почти два года назад, и мне как раз пора было этим заняться. - Понятия не имею, о чем ты говоришь, - сказал Сириус. - В Хогвартсе - после того, как ты едва избежал встречи с дементорами, благодаря Гарри и его друзьям. Когда я успокоился, через несколько недель после окончания семестра, Дамблдор попросил меня посмотреть, сможем ли мы с тобой наладить наши отношения. Но я предполагал, что ты вряд ли будешь в настроении, так как недавно избежал опасности, в которую я тебя поставил. И ты знаешь, каким я был тогда. С тех пор мы почти не разговаривали. Снейп сделал паузу, но от Сириуса не последовало никакого словесного ответа, на его морщинистом, преждевременно постаревшем лице отразилось замешательство. Снейп продолжал. - Не думай об этом слишком много - просто прими это как предложение мира. У Люпина тоже есть кое-что от меня - то, что я думаю, может быть улучшением зелья, которое я давал ему, когда он преподавал в Хогвартсе - более длительное, меньшее количество побочных эффектов. Неплохо для профессора зельеварения, который находится на испытательном сроке. Услышав это, Сириус рассмеялся и протянул руку. - Веселого Рождества. Рождество обошлось с Гарри не так уж плохо, миссис Уизли, как обычно, включила его в число подарков, которые она раздавала своим собственным детям. Рон из своего скудного кармана наскреб достаточно, чтобы купить Гарри очаровательную пару носков, которые никогда не нуждались в чистке - полезный подарок для подростка с отвращением к тому, чтобы класть свое грязное белье в надлежащее место для домашних эльфов. Сириус сделал Гарри правильный подарок, снабдив его новейшей модернизацией метлы. Гермиона подарила Рону зачарованный набор волшебных шахмат, способный обеспечить Рону противостояние по меньшей мере мастерского калибра. Для Гарри это было магловское оружие - кинжал, который она видела на блошином рынке. Гарри вынул клинок из кожаных ножен и полюбовался его острым лезвием и декоративной рукоятью. Имоджин тоже достались хорошие подарки. Ей было исключительно легко что-либо купить - все знали, что у нее нет ничего из того, что обычно есть у молодой ведьмы, и члены Ордена осыпали ее волшебными принадлежностями, одеждой и книгами. Она вернется в Хогвартс гораздо лучше экипированной, чем когда покидала его. Гарри и Рон объединились, чтобы купить ей довольно необычную книгу "Смертельные и почти смертельные проклятия". - В следующий раз, когда ты кого-нибудь убьешь, - сказал Рон после ужина, когда члены ОД в доме делали вид, что пили сливочное пиво, - По крайней мере, теперь ты сможешь сделать это правильно, а не с помощью ошеломляющего заклинания, верно? - Я постараюсь, - сказала Имоджин, - Но не думаю, что будет следующий раз, по крайней мере, в ближайшее время. - Это первое твое предсказание, которое, как я знаю, совершенно неверно, - сказал Гарри в ответ на замечание Имоджин. Серьезность его тона привлекла всеобщее внимание, и в комнате внезапно воцарилась тишина. - Мы будем очень заняты на каникулах, - сказал Гарри. - Нам нужно выучить несколько проклятий, и первое - это убивающее проклятие. Несколькими месяцами раньше Гермиона ахнула бы: "Но Гарри, это непростительное проклятие - мы не можем его использовать!". Но не сейчас. - Имоджин, - продолжал Гарри, - Пожалуйста, расскажи нам еще раз о том, что "должно" произойти в Отделе Тайн, я имею в виду, ближе к концу семестра. Я хочу, чтобы ты повторила это снова, не только для того, чтобы Фред, Джинни и Джордж могли услышать, но и потому, что я хочу, чтобы мы все знали подробности. Но сначала подростки спустились вниз, чтобы пополнить запасы закусок и напитков, и только тогда Имоджин повиновалась, подробно рассказав о событиях, приведших к проникновению в Министерство Гарри, Рона, Гермионы, Джинни, Невилла и Луны, а затем о встрече с Пожирателями Смерти, последующей битве, смерти Сириуса и побеге Волан-де-Морта. Это была долгая история, и она продолжилась еще дольше, когда Гарри предложил ей продолжить рассказ о шестом и седьмом годах. Фред и Джордж, как и их сестра, не слышали этого рассказа раньше и слушали с живейшим интересом, время от времени делая по глотку из большой бутыли из-под сливочного пива, в которой содержалась мощная смесь рома, предназначенная для взрослых внизу. Как опытные пьяницы, они считали, что им нетрудно скрыть свое растущее опьянение. Когда история закончилась, бутылка была у Фреда, и он со стуком поставил ее на край стола. - Ну, теперь ничего этого не будет. Сириус не будет обманут Кикимером, и Гарри не придется идти в Министерство, чтобы спасти его. Отец Малфоя и остальные могут просидеть всю ночь, попусту тратя свое время. Шиш им! - сказал он с энтузиазмом, его голос слегка заплетался. - Все будет совсем не так, - сказал Гарри. - Нет, если я могу помочь. Если и есть один урок, который Имоджин преподала мне за последние четыре месяца, так это то, что ничего о будущем - абсолютно ничего - не решено. Нет такого понятия, как "судьба". Ничего "не должно" случиться. Пророчество, о котором нам рассказала Имоджин - что я должен убить Волан-де-Морта или он должен убить меня - это не совсем пророчество, это простая констатация факта. Если два волшебника будут драться на дуэли до смерти, никто не подумает, что ты великий пророк, предсказывающий, что один из них наверняка прикончит другого. - Ну и какое преимущество у Волан-де-Морта перед всеми нами в волшебном мире? Я думаю, дело вот в чем. Он может решить, на кого напасть и когда нанести удар. Он всегда, всегда проявлял инициативу, командовал вот так. И пока мы продолжаем играть по тем же правилам, это будет продолжаться и продолжаться. Но мы не должны играть по правилам Волан-де-Морта, или по каким-либо другим правилам, если уж на то пошло. Это не похоже на шахматную партию, где ничего не спрятано, где все на доске, и это просто вопрос того, чтобы видеть дальше, чем твой противник. Это разные вещи - обе стороны на самом деле не знают, что знает другая сторона. - Кроме нас, в данный момент. Я имею в виду вот что. Я думаю, можно с уверенностью предположить, что Волан-де-Морт, как и говорит Имоджин, будет в Министерстве ближе к концу семестра, ожидая меня. По крайней мере, нам не повредит, если мы предположим, что он там будет. В конце концов, это ловушка, которую он расставляет - он хочет быть там, и он хочет, чтобы я - все мы - тоже были там, и почему бы ему не выполнить план? Если я прав, мы точно знаем, где будет Волан-де-Морт через шесть месяцев - самое ценное знание, которое у нас может быть. Впервые именно наша сторона знает, где находится цель и когда мы можем атаковать. Вместо того, чтобы мы направлялись в ловушку, на этот раз это будут Волан-де-Морт и его Пожиратели Смерти, которые попадут в нашу. - И еще одно преимущество у нас есть тоже. Пожиратели Смерти Волан-де-Морта идут в Министерство, потому что им нужно пророчество, и им нужен я живой, чтобы получить его для них ... Как и сказала Имоджин, они будут немного сдерживать себя, потому что их миссия будет никого не убивать, по крайней мере сначала. Это дает нам большое преимущество, потому что наша миссия будет несколько иной. Наша миссия будет заключаться в следующем ... - Чтобы убить их - всех до единого, - сказал Рон. - Да, - сказал Гарри. - Но, конечно, особенно Волан-де-Морта. Остальные могут сбежать, даже Беллатриса, мне все равно. Как только Волан-де-Морт будет мертв, всех, кто уйдет, довольно скоро поймают, одного за другим. Но сначала Волан-де-Морт должен умереть. И любой из нас должен быть способен убить его - мы все должны обладать необходимыми знаниями и умениями. Это будет настоящая битва в Департаменте Тайн, и я не собираюсь идти только с пятью друзьями. Как только отец Малфоя и остальные поймут, что мы не берем пленных, вы можете поспорить, что они будут сопротивляться таким же образом, и некоторые из нас не смогут этого выдержать. Нам нужны все в этой комнате, Невилл и Луна тоже, может быть, еще несколько человек из ОД. И все мы должны быть готовы. Джинни, как и все остальные, слушала с возрастающим энтузиазмом, а когда Гарри закончил свою речь, заговорила сама. - И мы возьмем с собой кое-кого из Ордена! Представьте себе удивление Волан-де-Морта, когда он узнает, что Дамблдор, Макгонагалл и другие находятся там! - Об этом не может быть и речи, - сказал Гарри. - Если кто-нибудь из нас хоть словом обмолвится Ордену, что мы все намеренно идем в ловушку, можете быть уверены, что никого из нас не выпустят в ту ночь - нас точно запрут в Хогвартсе. Не забывайте, что, по словам Имоджин, члены Ордена присоединятся к нам достаточно скоро, как только начнется сражение. Так что пока мы ничего не скажем ни Дамблдору, ни кому-либо еще в Ордене. Но нам нужно еще несколько человек. А теперь, кого еще из ОД мы можем пригласить?