Имоджин: Сказка о Гарри Поттере

Возвращение Имоджин в Хогвартс после рождественских каникул происходило при обстоятельствах, совершенно отличных от ее первой поездки в школу. Тогда, в сентябре, она была растерянной и невежественной девочкой. Теперь все было по-другому. Благодаря усердной работе во время каникул (которые длились целых три недели) она полностью погрузилась в избранные предметы, легко сравнявшись с большинством пятикурсников Хогвартса и превзойдя многих. На этот раз в поезде она не взяла с собой никакого чемодана, только сову и рождественские подарки. Но Имоджин также принесла огромную уверенность в своих способностях, и она с нетерпением ждала дальнейшего совершенствования своих дуэльных навыков. Единственное, о чем она сожалела, так это о том, что возвращалась в Хогвартс на поезде, а не на автобусе "рыцарь". Поездка обратно на автобусе никогда не обсуждалась, что еще раз доказывало Имоджин, что ее присутствие в Хогвартсе теперь значительно изменило события неожиданным образом. Каникулы закончились для Имоджин на высокой ноте, потому что она наконец-то произвела на свет Патронуса - навык, который до сих пор ускользал от нее. Кроме того, это был самый большой Патронус, которого когда-либо видели ее друзья, огромный рогатый зверь. В поезде она делила купе с Гарри, Роном, Гермионой и Джинни, когда они обсуждали праздники. - Я не разглядела твоего Патронуса, - сказала Гермиона, - Но думаю, что это был лось. - А почему лось? - спросила Имоджин. - Если уж на то пошло, что заставляет Патронуса человека принимать ту или иную форму? - Никто не знает наверняка, - сказал Гарри, - Хотя всегда было много предположений. Я никогда раньше не слышал о патронусе лося. Я никогда не видел настоящего лося - даже в зоопарке. Некоторые говорят, что твой Патронус может отражать твою личность. Я не знаю, правда ли это, но предположим на мгновение, что это так. Чем известны лоси? - Они очень злобные, - сказала Имоджин, - И это самое отвратительное существо в лесу. Лось нападет на человека с первого взгляда и убьет без малейшей провокации. Волк или даже медведь убежит, если встретит человека, но не лось. - В Европе лосей нет, - сказал Рон, - Только в Северной Америке. Откуда ты так много о них знаешь? - Не совсем уверена, - ответила Имоджин. - Это одна из тех миллионов вещей, о которых я просто знаю, не зная, почему я знаю. Иногда мне снятся лоси, но снятся и другие животные. Бобры, гагары, волки, росомахи - все, что угодно. Я не знаю, почему из всех этих существ лось - мой Патронус. Во время каникул Имоджин рассказывала друзьям о странных снах, которые ей часто снились, и они то и дело заставляли ее видеть какое-то другое место, холодное и белое, но никогда в таких подробностях, чтобы Имоджин могла его опознать. Другой особенностью ее снов, менее частых и куда менее желанных, была страшная белокурая ведьма, которая сначала парализовала Имоджин, а затем подвергла ее вопросам, на которые Имоджин не могла дать удовлетворительного ответа. - Ты хоть представляешь, кто она такая? - спросила Джинни, когда Имоджин снова описала им всем эту женщину. - Понятия не имею. В своих снах я думаю о ней как о "ведьме букв", что бы это ни значило. И боже, как же она страшна! Я рад, что ты смогла объяснить свои сны, - сказал Гарри, - Но я не могу сделать то же самое для вас. Я никогда не слышал о "ведьме букв". А как насчет тебя, Гермиона? - Нет. Но есть кое-кто, кого мы можем спросить, у кого может быть какая-то идея - профессор Биннс. При упоминании имени Биннса все застонали. - Если я действительно отчаянно хочу узнать побольше о ведьме моего сна, я спрошу его, - сказала Имоджин. - Но если я действительно хочу узнать больше, то сначала загляну в библиотеку, спасибо. У меня будет немного больше свободного времени в этом семестре, теперь, когда я наверстала упущенное. Единственное требование к моему времени, кроме обычных занятий, - это ОД. - Мне нравится, когда ты делаешь неверные предсказания, - со смехом сказал Гарри. - Но ты никак не могла знать, что ОД мертв, потому что я еще никому не сказал. На это неприятное заявление друзья Гарри начали возражать самым решительным образом. Рон и Имоджин любили ОД просто потому, что это было так весело. Доминирующим в сознании Джинни, да и Гермионы тоже, было чувство предательства, которое они чувствовали, и которое они были уверены, что другие члены ОД разделят. Гарри терпеливо прислушивался к испуганным крикам своих друзей, а когда шум наконец стих, он объяснил им свои причины. - Зачем мы вообще создали этот клуб? Чтобы научиться защите от темных искусств, конечно. Но что мы на самом деле делаем, когда встречаемся? Мы поедем на дуэль. Мы изучаем различные заклинания, да, но главное, что мы делаем, - это дуэль. В обороне есть гораздо больше, чем просто дуэли, это правда, но главное, что мы делаем, - это дуэли. - И это имеет смысл, теперь я знаю, потому что через шесть месяцев мы будем в Департаменте Тайн, на дуэли с Пожирателями Смерти. Так что сейчас мы должны сосредоточиться на дуэлях, чтобы быть готовыми. Так почему же у нас есть Клуб защиты от Темных Искусств, что противоречит декрету Амбридж, когда мы могли бы вступить в Дуэльный клуб, клуб, которому разрешено встречаться и который преподает Флитвик не меньше? - Это же очевидно, - сказала Гермиона. - Все знают, что Дуэльный клуб в основном состоит из слизеринцев. Если бы мы вступили в Дуэльный клуб, то встречались бы с Малфоем раз в неделю, с ним и его мерзкими друзьями. Есть несколько из других домов в клубе, но на самом деле это в основном клуб Слизерина. Я не знаю, был ли гриффиндорец в этом клубе все то время, пока мы были в Хогвартсе. - Это скоро изменится, - сказал Гарри. - В первый же день после возвращения в школу я пойду к Флитвику и вступлю в Дуэльный клуб, и я хочу, чтобы вы все тоже присоединились, а также все остальные члены ОД, которые захотят последовать за мной. Это правда, что я могу научить вас всем проклятиям, но именно Флитвик научит нас всех драться на дуэли. - Но он не может научить нас смертельному проклятию, - заметил Рон. - Ты что, забыл об этом? - Нет. Мы узнаем это сами, мы и те, кто присоединяется к нам в Отделе Тайн. - И те счастливчики, это... ? - спросила Джинни. - Кроме нас, это наверняка будут Фред, Джордж, Невилл и Луна. Я еще не определил, кто мне нужен. Это будет зависеть от того, кто решит вступить в Дуэльный клуб - очевидно, я не могу взять с собой кого-то, кто не будет готов. Я должен буду решить это позже, но не слишком поздно. Надеюсь, я узнаю об этом к концу этого месяца. - Как давно ты решил, что мы вступаем в Дуэльный клуб? - спросила Имоджин. - Перед Рождеством. Когда ты рассказала нам о том, что должно произойти в конце семестра, я сразу понял, что это требует изменения планов. - Почему ты нам ничего не сказал? - продолжала Имоджин. - Зачем держать нас в неведении? - Отчасти потому, что я просто хотел немного поразмыслить над этим, чтобы убедиться, что поступаю правильно. И это было забавно, Имоджин, знать что-то о будущем, чего не знаешь ты. - Гарри откинулся на спинку скамейки в купе, не желая больше ничего объяснять. Он вытащил кинжал, который Гермиона подарила ему на Рождество, наслаждаясь ощущением его в своих руках. Он вытащил клинок из ножен, глядя на странные письмена. - Гермиона, я уже несколько недель думаю об этом. Есть ли что-то особенное в этом кинжале, о чем ты мне не сказала? Ты сказала, что купили его на маггловском блошином рынке, но я совсем не узнаю надпись на нем. Что это за язык? - Я действительно не уверена, - сказала Гермиона. - Он привлек мое внимание, потому что был немного похож на древнеэльфийский. Возможно, мы сможем найти ответ в Хогвартсе. Возможно, - сказала Гермиона, но это было маловероятно, потому что кинжал был точной копией кинжала, показанного в маггловском фильме, очень популярном несколько лет назад, с выгравированным на нем псевдо-эльфийским письмом. Она очень сомневалась, что кто-нибудь в Хогвартсе имеет хоть малейшее представление о том, что это такое. Если Гарри хочет думать, что это какое-то древнее оружие, то ее это вполне устраивает. В прошлом декабре у нее кончились деньги и идеи для подарков, и она ухватилась за кинжал в качестве шутливого подарка, думая, что Гарри сразу же узнает его, когда откроет на Рождество. Но, к большому разочарованию Гермионы, Гарри был в восторге от подарка и в последнее время стал носить кинжал с собой повсюду, как будто это был талисман. Гермиона пожалела, что не призналась сразу, когда у нее была такая возможность, но теперь было уже слишком поздно. Накануне вечером вся компания засиделась допоздна, и после обеда Гарри, Джинни и Имоджин крепко уснули в купе, а Рон и Гермиона присоединились к ним после того, как они занялись своими обязанностями старосты. На следующее утро за завтраком многие в Хогвартсе были потрясены, увидев в утренней газете, что из Азкабана был массовый побег, но, конечно, Имоджин и ее друзья были гораздо лучше информированы, чем остальные, и побег не был для них неожиданностью. - У меня смешанные чувства по этому поводу, - сказал Гарри Имоджин. - Если бы ты ошибалась, то у нас было бы меньше Пожирателей Смерти, с которыми мы могли бы сражаться. Но поскольку побег состоялся, как и предполагалось, у Волан-де-Морта будет много помощи для борьбы в конце года, поэтому более вероятно, что он будет продолжать свои планы. Кроме обычной короткой статьи о все еще отсутствующем Малфое, в "Ежедневном Пророке" было мало интересного. В последние месяцы газета становилась все менее независимой от Министерства и заполнялась скучными статьями, восхваляющими ту или иную инициативу властей. Длинная статья обрушилась на Дамблдора, утверждая, что его сторонники устроили то, что было равносильно перевороту, в ходе которого они вытеснили честного Фаджа с его должной роли главного чародея Визенгамота. В другой статье мракоборец объяснил новые методы допроса Министерства и заверил всех, что пытки - это то, что делают Пожиратели Смерти, а не Министерство. В Утренней почте Гермионы лежал свернутый пакет, и она нетерпеливо вскрыла его. - А я и не знал, что ты читаешь "Придиру", - сказал Рон. - Да, ведь я жду статью Скитер о Гарри, и она здесь! - Гермиона разложила статью на столе перед собой так, чтобы ее друзья могли читать через ее плечо, Рон со смехом отклонил ее предложение произнести любые трудные для него слова. Вокруг Гермионы собралась небольшая толпа, студенты жадно впитывали каждое слово рассказа Скитер. - Акцио "Придира"! Разумеется, именно Амбридж произнесла заклинание вызова. Читая свою почту за учительским столом в Большом зале, она наткнулась на письмо от друга из Министерства, сообщавшего ей, что статья Скитер о Гарри выйдет в первый день семестра. Амбридж была полна решимости не допустить распространения этой статьи. Несколько экземпляров "Придиры" поплыли к ней, но не Гермионы - несколько человек держали ее в руках, пока читали, и после того, как они почувствовали, что журнал тянут, друзьям Гермионы легко удалось сохранить свою хватку. - Гм! Гм! - усиленный сонорусом горловой кашель Амбридж был очень тяжелым для ушей, и все разговоры в Большом зале быстро прекратились. Внезапно наступившую тишину наполнил голос Амбридж. Она отбросила фальшивую сладость, которая была ее фирменным знаком, и агрессивным, сердитым тоном заверила студентов, что любой, у кого обнаружат экземпляр "Придиры", может ожидать немедленного исключения. Под очень поспешным движением палочки Гермионы ее "Придира" была немедленно, но не полностью преобразована в пергаментный свиток, заголовок обложки все еще был слабо виден. Но пока этого достаточно, и Гермиона сунула статью в сумку. Она сможет прочитать его во время истории. Она и другие гриффиндорцы собрали свои вещи и направились на первый урок дня, Имоджин была единственным исключением. Когда друзья ушли на занятия, Имоджин вернулась в гостиную, чувствуя себя растерянной. В течение почти четырех месяцев она проводила каждое утро понедельника, работая в бешеном темпе, пытаясь догнать своих сверстников, чувствуя, что безнадежно отстает. Маховик времени, оставленный в школе на время каникул, снова висел у нее на шее. Она не собиралась использовать его сегодня, да и вообще не собиралась. Перед обедом у нее были зелья, а в конце дня - защита. В остальном этот день принадлежал ей. Повинуясь внезапному порыву, Имоджин решила, что пойдет в библиотеку. Было бы неплохо почитать что-нибудь этим вечером, просто для развлечения, и она не исследовала библиотеку, кроме как для того, чтобы помочь себе с учебой. Большинство студентов будут на занятиях, и она будет практически в полном ее распоряжении. Или, возможно, нет. Войдя в библиотеку, Имоджин обнаружила, что Мадам Пинс, конечно же, присутствует, но там был еще один непрошеный гость - Пивз. Никто не знал, что он часто бывает в библиотеке. Возможно, Мадам Пинс имела больше власти, чтобы удержать его, о чем можно было подумать. Но библиотека была местом, где важна тщательная организация, и для Пивза, самого олицетворения хаоса, ряды и ряды книг в идеальном порядке были заманчивой целью. В присутствии нескольких учеников, которые могли наблюдать за ним, Пивз был занят относительно тихим озорством, перемещая самые популярные книги с их правильных мест, заменяя их другими произведениями, некоторые из которых были совершенно непригодны для маленьких детей, взятые Пивзом из ограниченного раздела. Внезапное появление Имоджин испугало его, и он чуть не выронил книгу, которую держал в руках, - огромный том, полный историй о злых волшебниках, иллюстрированных ужасными картинами и фотографиями несчастных жертв. Пивз освободил место для этой работы, убрав целую серию работ, призванных помочь первокурсникам с основными чарами. - Я сейчас же уйду! - сказал Пивз хриплым шепотом и, уронив книгу с громким стуком, исчез. Мадам Пинс мигом оказалась там и потребовала объяснений, что это за шум. - Это был Пивз, Мадам, - сказала Имоджин, левитируя книгу, которую уронил Пивз, и передавая ее библиотекарю. - Он держал это, но бросил на землю, когда увидел меня. - тощая пожилая библиотекарша была стервятницей не только по виду, но и по поведению, охотясь на любого студента, который осмеливался нарушить порядок в ее библиотеке. Но на этот раз Имоджин была в безопасности от гнева Мадам Пинс. - Черт бы побрал этого Пивза, - сказала библиотекарь громче, чем требовалось. - Я буду часами приводить все в порядок. - затем, выведя Имоджин из рядов книг, Мадам Пинс вытащила свою волшебную палочку и пробормотала "Ретицио Либри". Несколько книг полетели туда-сюда. - Пожалуйста, пусть Пивз не знает, что мне так легко исправить его проделки, - сказала библиотекарша. - Если бы он знал, что я могу в один миг покончить с его глупостями, он бы нашел что-нибудь еще, чтобы досадить мне. - Имоджин обещала, что никому не расскажет. - Но до тех пор, пока Вы не научились заклинанию, которое только что использовали, Пивз, должно быть, доставлял Вам много хлопот. - Вовсе нет, - ответила библиотекарь. - Заклинание восстановления - одно из первых, чему нас учат в библиотечном волшебстве. Невозможно управлять библиотекой без него. - Как жаль, - подумала Имоджин, когда библиотекарь вернулась к своему столу, - Что десятичная система Дьюи, похоже, не является частью подготовки библиотекаря, - потому что если порядок книг в Хогвартсе и определяется какой-то логикой, то она ей неведома. Повинуясь внезапной прихоти, Имоджин решила поискать несколько книг о дуэлях. Такие книги должны быть, но где их найти? На полке перед ней лежала книга о волшебных свойствах баклажана - очень тонкий томик. Рядом лежала книга о драконьих яйцах, а за ней - о том, как разводить цыплят. Другая полка была заполнена книгами, единственной связью которых, казалось, было то, что их обложки были зелеными. Вместо того чтобы обратиться за помощью к Мадам Пинс, Имоджин решила пройтись по полкам. Возможно, Имоджин станет ясно, как устроена библиотека, если она потратит некоторое время на то, чтобы разобраться в этом. Прошло больше часа, и за это время Имоджин не нашла ничего о дуэлях, но зато нашла много интересных книг, в том числе одну о толковании снов, а другую о нравах и обычаях волшебного мира. Она расписалась в своих книгах и вышла из библиотеки.