Чёртова мелкая!

      «Прошу, вспомни меня».       Тейто сидела на скамье в церковном зале. Здесь не присутствовало никого, кроме девушки и дракончика. Обычно тут проводятся ежедневные мессии, но сейчас в зале царила тишина. Тейто сжимала в руках тот самый пропуск, который передал однокрылый Кор. Его послание снова и снова возвращалось в память.       «Сколько ещё мои воспоминания будут возвращаться ко мне? Моя память прерывиста, будто кто-то пытался дочиста выбелить её. Очертания «мира» в котором я существовала, всё ещё размыты». — Тейто-кун.       Голос сзади заставил Тейто испугано вздрогнуть, поскольку она слишком погрузилась в личные размышления. Микаге подпрыгнул на её плече, шатенка обернулась. — Кастор-сан? Лабрадор-сан? — Тейто поднялась с скамьи. Епископы обратили внимания на пропуск в руках девушки. — Ты знала владельца этого пропуска? — спросил Кастор. — Да. Фиа Кройц — мой папа. Он был епископом этой церкви, — с тёплотой и нежностью в голосе ответила Тейто. Она подняла на епископов взгляд, полный спокойной и твёрдой веры. — Я верю церкви. Потому что папа вырастил меня. Пожалуйста, скажите, что значит, что церковь не мой союзник?       Лица епископов застыли. Кастор выражал обманчивое холодное спокойствие, в то время как Лабрадор не смог скрыть волнение. — Епископ Фиа Кройц давным-давно был отлучён от церкви, — ровным голосом ответил Кастор.       Эти слова были словно ушат холодной воды для Тейто. — Отлучён?! Что произошло с папой?! — воскликнула она в изумлении. — Кастор, это… — произнёс Лабрадор, явно желая остановить назревающий разговор, который мог раскрыть нечто очень неприятное. — Я считаю, это дитя имеет право знать, — ответил Кастор другу и обратился к Тейто. — Он… совершил непростительный грех. Он украл «Ящик Пандоры», в котором более тысячи лет покоилось Верлорена, и сбежал. Это не просто неповиновение церкви, это серьёзное преступление против всей Барсбургской империи. Ужасное чудовище, что смущает сердца людей, было доставлено в королевство Раггс. — Этого!.. — Тейто хотела возразить, но Кастор не дал это сделать, продолжая говорить. — Имперская армия долго разыскивала епископа Кройца. «Королевство Раггс дало укрытие епископу Кройцу. Они хотят возродить Верлорена и уничтожить мир.» Так объявила Барсбургская армия. Так было ли уничтожение королевства Раггс божественным судом? Или же епископ Кройц стал лишь пешкой, благодаря которой империя Барсбург обрела причину напасть на Раггс? Сейчас уже не узнать, что же произошло на самом деле… — Папа доверил мне всё! Возможно этот «Ящик Пандоры» приведёт меня к истине, которую я ищу! — ответила Тейто.       «Даже если все будут считать отца преступником, я буду верить в него!» — А если это ловушка империи? — тихо спросил Лабрадор. — Это моя первая подсказка. Возможно, этим я так же смогу отплатить церкви за своё спасение. Я хочу знать историю Раггса, — твёрдо ответила Тейто, смотря в глаза епископам. Те поняли, что эта девочка непременно добьётся своего. Слишком она храбра.       «Удивительно, сколько в ней благородства. Этот ребёнок готов взвалить на себя такую ношу», — подумал Кастор с улыбкой.       Вдруг к ногам Лабрадора подползли растительные стебли. Они подтянулись к епископу и, казалось, что-то зашептали. На лице Лабрадора появилось изумление. — Фрау схватили? И заточили в темницу света? — повторил он. — Лабрадор? — Кастор и Тейто посмотрели на него. — Ужасно! Фрау казнят по обвинению в использовании кинжала варсфайля!       «Казнят?» — Тейто ощутила, как внезапно в груди кольнуло от страха. Девушка забыла обо всём на свете. Сейчас она хотела только одного: увидеть Фрау! Мысль о том, что она может навсегда потерять его, взволновала её. Нет, она ни за что не допустит того, чтобы Фрау умер! — Где находится эта темница?! — спросила Тейто слишком резко. — Туда очень тяжело попасть. Темница окружена водой из фонтана. Посторонним туда вход воспрещён, так что мы сами выясним… А? — Кастор хотел остановить девушку, но он и Лабрадор увидели за место неё пустоту.       Узнав то, что нужно, Тейто, не медля, ринулась к фонтану. Подобравшись как можно ближе к нему так, чтобы никто не заметил её, она нашла подходящий канал, который мог вести в темницу света. Раздевшись до нижнего белья и спрятав одежду в кустах рядом, Тейто посадила туда же Микаге и попросила присмотреть за одеждой. Затем девушка сделала глубокий вдох, задержав дыхание, и нырнула в воду. Сильное течение реки будто само понесло её вперёд. У Тейто было десять минут, потом нужно было возвращаться.       «Я должна спасти Фрау!»       Вскоре Тейто нашла акведук фонтана. Проплыв через него, девушка остановилась на секунду в изумлении. Она оказалась в месте, находившаяся под водой. Вокруг плавали рыбы. Всюду её окружали высокие стены с решёточными окнами. Их было слишком много, что Тейто растерялась.       «Фрау, где же ты?»       И всё равно Тейто поплыла вниз, всматриваясь в окна, ища только одну белобрысую макушку.       Вдруг Тейто кто-то схватил сзади за плечи. Девушка с испуга чуть водой не захлебнулась. Но это оказалась Розетта. Русалочка радостно улыбнулась ей. Тейто расслабилась.       Розетта внезапно оторвала чешуйку с своего хвоста и сделала вид, словно собирается её проглотить. При этом она глядела на Тейто. Девушка поняла намёк и проглотила чешуйку, вкус был просто рыбий. А самое главное, она могла дышать под водой и не задерживать дыхание. Тогда Розетта превратила своё лицо в лицо Фрау и указала куда-то. Тейто поняла, что она знает, где находится Фрау, и поплыла за русалкой.       Фрау сидел в камере и безразлично подбрасывал яблоко. Его ноги сковывали кандалы, ограничивая возможность бежать. Но мужчина не собирался даже предпринимать попытки для побега. Ему было абсолютно всё безразлично. Всё равно на свою судьбу.       Фрау вздрогнул от стука в окно. Что это? Мужчина вскочил и удивлённо посмотрел в окно. И наткнулся на улыбающиеся лицо Кастора. Фрау вздрогнул. Но Розетта мигом вернула себе настоящее лицо, в следствие чего епископ облегчённо вздохнул. — Не пугай меня так, Розетта! — сказал он. И вдруг заметил ещё кое-кого рядом с окошком. Тейто!       «Отойди, Фрау! Я снесу стену!» — приказала Тейто, призывая зайфон.       Неизвестно как, но между ними двумя образовалась телепатическая связь. Даже не раскрывая ртов, они прекрасно слышали голоса друг друга.       «Убирайся, чёртова девка!»       Внезапно в Тейто что-то ударило, помешав атаковать. Боли не было, но всё равно. Это зайфон Фрау?       «Мы сами разберёмся. Прежде чем совать нос наши проблемы, разберись со своими. У тебя ведь ещё есть дело, которое нужно завершить верно?» — Фрау спокойно улыбнулся. Что лишь разозлило Тейто. Она метнулась к окну и ударила по нему, словно собираясь ударить самого Фрау.       «Сам-то понял, что сказал, тупископ?! Как я могу молча смотреть, когда тебя казнить собираются?!»       Фрау тоже начал злиться, но он сдержался.       «Сбежать, значит признать свою вину. Прости, просто небольшая неприятность. Спасибо, что пришла».       Тейто понимала. Но…       «Это моя вина! Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! — в отчаянии прокричала она, с трудом сдерживая накатывающиеся слёзы. — Я хочу стать твоей силой! Неужели я ничем не могу помочь?..»       «Выглядит, будто ей тяжелее, чем мне…» — подумал Фрау.       «У меня всю порнушку отобрали. Можешь купить?» — сказал он. Реакция Тейто не заставила долго ждать. Она мгновенно вспыхнула в злости и раздражении. Если бы не окно, она бы сейчас так дала ему по наглой физиономии! И почему она так переживает за этого недоумка? Но Фрау на её реакцию мягко улыбнулся. Это заставило Тейто успокоиться.       «Дурак. О себе лучше бы побеспокоился…»       Тут Розетта потрепала её за плечо. Тейто поняла, что время уходит.       «Точно! Без твоего голоса ошейник посчитает, что я отдалилась от хозяина? Скажи что-нибудь!» — попросила она.       Тейто прильнула к стеклу, вслушиваясь в звуки за окном. Фрау тоже приблизился к окну. Тейто даже на секунду показалось, что она чувствует его тепло. Почему-то в памяти вспыхнул момент их поцелуя. Потому что тогда у неё были такие же ощущения. — Если хочешь, чтобы мне стало легче, улыбнись.       Тейто тут же отпрянула ото окна, как ошпаренная. Её скулы смущённо покраснели. На её лице царил целый калейдоскоп эмоций.       «Придурок! Как будто я могу!» — горячо прокричала она, резко развернулась и поплыла прочь под удивлённый взгляд Розетты.       «Тц! Что за недружелюбная девчонка», — подумал Фрау и откусил яблоко.       Вдруг Тейто остановилась. Всё ещё смущённая, она повернулась к Фрау лицом. И, краснея, натянула на лицо улыбку. Как она думала. На самом деле, её рот растянулся в оскале. От увиденного Фрау выронил надкусанное яблоко и застыл.       «И до чего же смешная!»

***

      Наконец Тейто вынырнула из воды и выбралась на землю. И ей на голову упало полотенце. Перед девушкой стоял Хакурен, на плече которого сидел Микаге. — А ты храбрая, раз решила поплавать в ледяной водичке. Время обеда. — Спасибо, — поблагодарила Тейто и выбралась из воды. — Эм… Хакурен, иди на обед без меня. Мне нужно сначала кое-что сделать.       Пока Тейто подбирала свою одежду и вытиралась, Хакурен внимательно посмотрел на неё.       «Эта девчонка… Её взгляд как-то изменился?»       «Если попаду на место преступления, то смогу найти какие-нибудь улики», — подумала Тейто. Но Хакурен схватил её шкирку и потащил за собой. Парень заявил, что не позволит ей встревать в проблемы в одиночку. И они направились в церковь.       «И правда… Я была уверена, что Фрау не сбежит. Но всё равно хотела его защитить. Почему я хочу защитить его? Не поточу что он спас меня. И не потому что он всегда рядом. Что плохого в том, чтобы улыбнуться лучшему другу?»       «Пока я в твоих мыслях, моё сердце всегда будет с тобой».       Это семнадцатая глава третьего тома священного писания. Тейто почему-то вспомнила эти слова и покраснела. Она вспомнила улыбку Фрау. Вспомнила его руки, приносящие тепло, спокойствие и защиту. Вспомнила момент их поцелуя. Девушка вспоминала снова и снова все дни с Фрау. Тейто ещё не понимала, что именно испытывает к Фрау, но знала точно одно.       «Я больше никому не позволю украсть то, что дорого мне!» — Эй, Микаге, Фрау… Он же друг? — тихо спросила девушка, взяв в руки маленького друга. — Бурупья! — ответил дракончик.