Необузданная

      После очередного удара кора с молодого дерева, которое ещё не успело сбросить листву к началу осени, отлетела в сторону, оставив после себя лишь шрам и голую древесину. Удивительно, что здесь, на Скеллиге были деревья, да ещё и с зелёными листьями, что вовсе не характерно для их климата. Странно, вроде бы ярко-зелёная листва не напоминала хвою и давно должна была распрощаться со своей одёжкой, но что-то видимо пошло не так. В любом случае, от остро наточенного меча Цири одинаково хорошо летела кора с любых деревьев, на которых та сейчас тренировалась.       Девушка кружилась в красивом танце с мечом, совмещая выпады и развороты. Клинок в её руках пусть и не был так же хорош, как прежний «Зираэль», но стал достойной тому заменой. С любым оружием Ласточка обращалась с прежним мастерством, что было доступно только ей и ей одной, и против которого выстаивали лишь единицы. Она высоко подняла меч и его ребром сняла с очередного дерева часть коры, продолжая наносить удары остальным.       Несмотря на довольно низкую температуру на островах, Цири уже давно вспотела и ощущала приятную усталость во всём своём теле. Ладони больновато тёрлись о древесную рукоять меча и могли вот вот лишиться верхнего слоя кожи, но девушку это уже не беспокоило. Она пыталась размяться, подготовить себя к предначертанному, что должно было случиться из часа в час. Если Ласточка действительно готова, то ей удастся открыть портал в тот мир, где сейчас свирепствует Белый Хлад.       Одна прядь пепельных волос девушки выпала из пучка, когда она прошлась остриём клинка по стройному древесному стволу. Волосы немного сокращали обзор, но Цири не спешила убирать их в общую кучу. Её мысли были заняты исключительно предстоящим сражением и ничем иным. После получаса кромсания местных деревьев она даже перестала чувствовать боль в области ребра, ощущая только страстную тягу к оружию. Сердце стучало с огромной скоростью, сопровождая громкие и глубокие вздохи и боевые крики, после которых следовал очередной удар.       Мышцы начали немного тянуть, излишне перенапряжённые в подготовительной борьбе. Клинок уже не оставлял таких ровных шрамов на коре, как раньше. Всё тело девушки начало работать менее практично, поэтому она решила сделать небольшой перерыв. Остановиться после непрерывного танца с оружием было непросто, и после резкого прекращения перед взором Цири ещё долго мельтешили бесконечно высокие деревья с обтёсанной корой.       Она засунула оружие в ножны и медленно направилась в сторону берега, ведь именно оттуда дул самый прохладный ветер, который сможет отрезвить её разум. В горле пересохло ещё несколько минут назад, и единственным, чем Ласточка могла его смочить, была собственная слюна. Девушка сглотнула, всё ещё пытаясь восстановить давно сбитое дыхание и хоть как-то восполнить нехватку в кислороде. По её лбу стекла очередная капля пота, которую она тут же вытерла рукавом белой рубашки.       Тихая безоблачная ночь опустила свои руки на мирно спящие острова, даруя приятную глазу картину. Луна не была так заметна, вместо неё на небе был лишь худощавый месяц. Красоты Скеллигской ночи отражались в зелёных глазах девушки, что она устремила в пучину тёмной бесконечности со множеством ярких звёзд, что преследовали Ласточку в её путешествиях по Спирали. Иногда ей казалось, что все эти точки везде одинаковые, но, смотря на свои родные, она бы легко отличила их от всех остальных. Как же Цири будет по ним скучать.       Как и было ожидаемо, струя холодного воздуха впечаталась в мокрое лицо Ласточки, она на секунду прикрыла глаза. Она глубоко вдохнула, полностью заполняя свои лёгкие здешним чистым кислородом. Скеллиге пах своими морями и кораблями, которые ходят здесь круглые сутки. Он пах своими обычаями и традициями, верностью богам народов, которые здесь живут. Из глаз девушки выкатилась одинокая слеза. Это место пахло её детством.       Зелёные зрачки девушки были направлены на редкие волны, что периодически омывали берег Ундвика. Белая пена, разливавшаяся при каждом приходе воды, заметна даже ночью. Да что говорить, привыкшая к темноте Цири могла различить любой камешек, что годами вытачивался солёным морем и имел ровную форму. Каждая песчинка, любая ракушка не укрывалась от бдительной девушки. Она могла бы любоваться этой картиной бесконечно, если бы имела такую возможность.       Впервые наверное за всю свою жизнь она чувствовала такую тяжесть на сердце. Боль сдавила её грудную клетку, мешала свободно дышать, импульсами передаваясь по всему телу. Осознавать, что она видит это в последний раз… невыносимо. Ласточка не знала, сможет ли пережить предстоящую битву, поэтому мысленно прощалась с каждым атомом, из которого состоял этот мир. Несмотря на все неурядицы и горькие истины, он для неё родной. Цири могла бы остаться, могла бы не рисковать… Но позволить Белому Хладу забрать последнее, что у неё есть, нельзя. Нужно идти в бой.       Ведьмачка повернула свою голову направо, чтобы посмотреть на Tor Gvalch'ca и тут же нахмурила брови. Башня виднелась с этого обрыва в весь свой рост, любая обрушившаяся колонна была перед её взором. Чтобы увидеть подступь к ней, нужно смотреть немного с другого ракурса, а идти вперёд было некуда, обрыв кончался прямо на этом месте. На кирпиче были вычерчены рисунки и руны Старшей Речи, разобрать которые отсюда было невозможно. Но привлекло девушки не это. Её взор зацепили тени, периодически появляясь то на одной стороне башни, то на другой.       Никто, кроме неё, не смог бы войти в Башню, поэтому кто-то бродил у её подножья. Девушка насторожилась. Увидеть хотя бы силуэты было невозможно, поэтому Цири оставалось лишь гадать, кому они принадлежали. Очевидно, там зажгли факелы, раз тени получились довольно отчётливые, но мельтешащие из одной стороны в другую. Видна была лишь небольшая группа человек, три-четыре, но кто знает, сколько их там на самом деле.       Кто-то издал крик, больше похожий на призыв, направленный в сторону моря. Все тени резко остановились на своих местах и повернули голову в том же направлении. Зов повторился, но разобрать хоть одно слово из него было невозможно, слишком неразборчивая была речь, буквы сливались друг с другом, а эхо от одних отрывков заглушало другие. Очень знакомые слова. Девушка повернула голову в ту же сторону, куда были направлены зовы. На горизонте оказались несколько кораблей, на чьих парусах было солнце.       Цири резко отошла назад, поражённая увиденным. Так значит… те слухи, рассказанные Кларой, были вполне обоснованным мнением, что по итогу оправдалось. Эмгыр действительно прознал о её местонахождении здесь и прислал нехилый отряд, к которому наверняка будет и подкрепление. Корабль один за другим выходили из залива, медленно приближаясь к берегу. На их палубах девушка смогла разглядеть множество чёрных рыцарей, у каждого из которых было в руках оружие. Она снова перевела взгляд к Tor Gvalch'ca. Солдаты с солнцем на груди были и там.       Она резко вытащила меч из ножен, сделав это максимально тихо. Нильфгаардцы преграждают путь ко входу к Башне, даже если ей удастся пробраться незаметно, то открытие портала они заметят точно. При условии, что девушка не сможет отвлекаться при этом процессе, отбиться от них не получится. Солдат нужно уничтожить и как можно скорее, ведь подкрепление буквально у них за спиной. Никто не должен мешать ей осуществлять Предназначение.       Благодаря своему уже объезженному и испробованному дару, Цири смогла перенестись прямо на головы солдат и обрушить на них мощную магическую волну. У стоящего рядом с ней нильфгаардца сняло кожу, судя по заторможенности, он уже мёртв. Чуть дальше рыцари были контужены, поэтому убить их не составило сильного труда. Пройдясь остриём по бедру ближайшего, девушка телепортировалась прямиком ко второму, отрубая ему голову со шлемом. Остальных просто не было.       Ласточка уже успела порадоваться, что это препятствие оказалось хилым и временным, но сзади послышались другие возмущённые голоса. Она обернулась и тут же исчезла, один из нильфгаардцев мог исполосовать её тело, если бы та не увернулась. Появившись сильно в стороне, Цири быстро пересчитала своих врагов. На цифре семь её брови поползли вверх, а дальше одиннадцати посчитать не удалось, так как следующий солдат уже бежал в её сторону.  — Чёрт!       Ведьмачка легко парировала удары, наносимые солдатами. Если посудить, то у неё было достаточно много преимуществ, начиная с обладания магией, заканчивая более насыщенным опытом. Но сдерживать такой большой отряд ей приходилось впервые. В этом основная силы нильфгаардцев, нужно убивать их по одному, иначе вместе они задавят девушку грубой силой.        Цири развернулась и в прыжке хотела пройтись остриём по одному из рыцарей, но тот опередил её. Он выставил меч и отразил тяжкий удар, отчего Ласточку отбросило назад, и она чуть не напоролась на клинок сзади стоящего солдата. Девушка тут же собралась, совершив прыжок в пространстве, она чудом избежала отсечения руки. А возможно и смерти, поскольку её окружили со всех сторон.       Пока одни солдаты выдерживали удары и выпады девушки напрямую, одна парочка догадалась зайти сзади и попробовать атаковать так. Один из них замахнулся, но не успел ничего сделать, девушка была гораздо манёвреннее, поэтому опередила наглеца и вонзила ему клинок в солнечное сплетение. Солдат пал, причём прямо на своих товарищей рядом, что дало Цири несколько секунд форы.       Ласточке приходилось работать по нескольким фронтам, что доставляло некоторое неудобство. Продумывая каждый разворот, нужно учитывать, чем заняты противники сзади, через сколько конкретно они смогут атаковать, как ударить в основную массу и не получит ранений. Единственным выходом на крайний случай была телепортация, но запасы энергии не безграничны, и её нужно экономить на главную битву. А лишиться сил прямо перед главной стычкой, как в прошлой раз, девушке не сильно улыбалось.       У одного нильфгаардца помимо меча был так же и топор, которым тот умело орудовал. Он являлся самым опасным здесь именно благодаря дополнительному оружию, ведь при любой неаккуратности Цири он мог запросто оглушить её. Его она решила нейтрализовать первым. Отбив очередной не самый удачный выпад рыцаря, Ласточка переместилась прямо на голову солдату с топором и прижала его к земле мощной магической волной. Она тут же вонзила клинок в его спину, пока остальные отходят от неприятной и сильной магии.       Пользуясь слабостью нильфов перед магией, девушка спокойно прикончила ещё двоих, пока остальные приходили в себя. Сапоги уже давно были все в крови, ровно как и земля у Tor Gvalch'ca. Некоторые пятна попали даже на стены и надписи, чем несомненно уродовали древнее эльфское наследие. Неаккуратным выпадом Цири умудрилась ещё и наскрябать на Башне полосу, за что тут же себя поругала. Но её поджидал другой сюрприз.       Один нильфгаардец вовремя обратил внимание на замешательство девушки перед каменным строением и нанёс её удар по спине. Ласточка взвыла, тут же телепортируясь подальше от врагов, чтобы немного отдышаться. Рубашка была безвозвратно порвана, да и хрен с ней, по безупречно белой ткани поползли красные струи, при чём, довольно приличные. Уже через несколько секунд от прежней белизны ничего не осталось, а в голову ведьмачки ударил металлический запах крови.       Цири была сбита с толку таким поворотом, но всё ещё не намеревалась сдаваться. Она опять изрядно пропотела, организм вновь требовал всё больше и больше кислорода, вдыхать который становилось уже больно. Пока она пыталась отдышаться, к ней приблизился другой стражник и прошёлся лезвием по старому, ещё не зажившему шраму девушки на ребре, который ей подарил Охотник за колдуньями. Терпеть эту боль было уже невозможно.       Чтобы не напороться на ещё один удар, Цири вновь ушла от нильфгаардцев телепортацией и оказалась за их спинами. Те отреагировали мгновенно, развернувшись, они снова понеслись в бой, предварительно подняв мечи вверх. Ласточка поморщилась и, собирая оставшиеся силы, понеслась на них в ответ, выкрикивая:  — Я не позволю вам захватить места моего детства!       Новая кровь плеснула на и так запачканные камни. Ведьмачка лежала на земле, зажимая одной рукой больной ребро, а другой крепко держа бесполезный теперь меч. Она больше не могла сражаться. И рыцари это прекрасно понимали. Их лица были скрыты забралами, но девушка знала, сейчас каждый из них ухмылялся. Главарь подошёл к ней ближе и чуть наклонился, не произнося ни слова. Издевается. Однако, у него было в приоритетах совсем другое. Он резко поднял клинок и с той же скоростью опустил. Цири зажмурилась, ожидая своей кончины, но не почувствовала ничего, даже очевидного удара.       Пространство перед Башней резко залило ярким светом. Рисунки на ней, а так же руны Старшей Речи, сияли, но различить их сейчас было невозможно. Поняв, что девушке ничего не угрожает, она открыла глаза и тут же прищурилась, сейчас здесь не могла видеть даже Ласточка. Но силуэтов нильфгаардцев перед ней больше не было, зато были слышны их крики, крики адской боли, а затем пустота. Огромные волны энергии не приносили урона Цири, наоборот, от их длительного воздействия раны, кажется, начали затягиваться, из них больше не лилась кровь.       Вставай, Ласточка…       Ведьмачка послушно поднялась, ощущая прилив сил, что даровали ей эти волны. Она светилась, при чём, в прямом смысле, белая рубашка полностью очистилась и восстановилась, на ней больше не было дырки, что сделал тот воин. Странная магия пошла дальше, от неё начало волноваться море, огромная волна подцепила корабли нильфгаардцев и унесла их на несколько метров от берега. Девушка перевела взгляд на светящиеся руны.  — Спасибо…       Неизвестная сила переполняла её, Цири чувствовала пульсацию чужой магии в себе, чувствовала, как та рвётся выйти из неё, чтобы с кем-нибудь сразиться, тем самым избавив девушку от лишних хлопот. Рядом, словно как подсказка, засияла лестница, ведущая в саму башню. Ласточка пошла за этим ярким следом. Всё новые и новые рисунки загорались, когда ведьмачка наступала на каждую ступеньку. Она внимательно осматривала этот проход, всё ещё крепко сжимая меч в руке. Никто не мог знать, враждебна эта сила или нет, и не поджидают ли её нильфгаардцы наверху. Но на месте никого не было.       Цири взошла на открытое пространство, откуда виднелся весь Ундвик целиком. Прохладный ветер коснулся её лица и ушей, чуть только она сделала шаг в сторону. Как будто кто-то дышит ей в шею, своим ледяным дыханием опаляя незащищённую шею. Девушка тут же обернулась. Позади неё никого не было. Зато прямо посередине этого пространства был выступ, который привлёк внимание Ласточки. Она направилась к нему.       Пространство было отделано неизвестным ведьмачке покрытием, на котором тоже было выцарапано множество рун. Но слова повторялись, здесь были только Cáerme и Zireael. Она внимательно осматривалась, будто искала подвох, но уже не так опасалась, поэтому засунула меч обратно в ножны. Взгляд Ласточки обращался от одной колонны к другой, пока она не подошла к центру.       Выступ отреагировал мгновенно, резко забрав у девушки ту светящуюся энергию, что была ей чужеродна. От неожиданности Цири вскрикнула и сделала шаг назад, пытаясь понять, что происходит. Материя начала собираться воедино, руны на полу загорелись тем же цветов, что и она, и на месте, где раньше была пустота, образовался портал, который пустил в небеса луч энергии.       В воздухе стало ощутимо холоднее, из перехода между мирами летели маленькие снежинки, которые обжигали, если к ним прикоснуться. Портал пусть и выглядел враждебно, но Ласточку всей своей сущностью тянуло зайти в него. Сердце и душа рвались туда, пока Цири пыталась успокоиться, осознавая, что скоро всё закончится. Девушка судорожно сглотнула, пытаясь унять дрожь во всех частях тела. Она боялась, боялась идти к Белому Хладу, хоть и понимала, что это необходимо.       Иди, Ласточка, иди и сверши своё Предназначение       У девушки против её воли полились слёзы.  — А если я не смогу? Не смогу уничтожить Белый Хлад? — она на секунду повернулась к Ундвику, не позволяя себе с ним проститься. Нет, это слишком тяжело! Слишком для её сломленной души! Из портала начало нести новую порцию холода, который пробрал Цири до костей. Слёзы продолжали течь ручьём.       Сможешь. Это было предначертано задолго до твоего рождения       Ласточка обхватила себя руками и присела на корточки. Пара солёных капель упала на каменный пол, она продолжала всхлипывать, даже не пытаясь успокоиться. Медальон отлип от её потной груди и тоже поймал на себя несколько слёз. Горечь заполнила её разум, мыслить здраво не получалось, как того не хотелось.       Ты обещала, что сможешь. Так исполни обещанное. Ради Мышовура. Ради Геральта. Ради Эредина       Где-то рядом послышался мягкий голос эльфа, который начал звать её на Старшей Речи. Цири прекратила всхлипывать, вслушиваясь в него. Как? Он же находится в совершенно другом мире. Нет, невозможно. Башня не может воспроизводить его голос, получается от тоски у неё поехала крыша? Больное сердце гулко отозвалось в груди, напоминая о давно забытой симпатии. А симпатии ли?..       Цири подняла голову к порталу. Откуда Tor Gvalch'ca знает о том, что… Это уже неважно. Эредин не может ведать, что именно сейчас она должна выполнить своё Предназначение. Тогда почему извращённое и измученное сознание воспроизводит его голос? Почему повторяет: «Зираэль, Зираэль, Зираэль…»? Но если даже Ястреб верил в неё… Девушка поднялась на ноги. Она быстро вытерла ладонью солёные ручьи и ещё раз взглянула на ночное небо Скеллиге.       …то стоит попытаться.       Вперёд, Ласточка. Мы верим в тебя       Цири резко сжала руки в кулаки и распахнула полные ярости глаза. Она глубоко вдыхала морозный воздух, исходящий из этого портала, пока смелость, наполнявшая её, не достигнула края. Ласточка резко рванула к переходу и скрылась в ледяной пучине.