***
Парнишка, что был с растрёпанными фиолетовыми волосами, наедине сидел с электрогитарой в руках, проверяя струны перед концертом. Ненароком пытаясь повторить парочку песен, он толком не мог сосредоточиться ни на чем, все его мысли были смешаны, а странные чувства внутри доставляли ещё больше дискомфорта. Наверняка, если бы не тот вопрос Сайхары: «А пытался ли ты забывать?», все бы было нормально. Да и проблема скорее не в самом Шуичи крылась, хотя он играл определенную роль, которой не будь ее, жилось бы намного легче. Это тяжело, вспоминать своё прошлое от которого ты убегаешь, уносишь ноги, как можно быстрее, стараясь не оглядываться. Лидеру становилось тяжелее дышать, стало слишком паршиво. По комнате пронёсся громкий и тяжелый выдох. Отложив гитару в сторону, он оперся головой об руки, закрывая глаза. — Ты бесполезен. У тебя нет будущего, если продолжишь сидеть со своей гитарой. — Мама? — Зрачки Омы сузились, а его дыхание сбилось. — Блять. Подняв голову, фиолетоволосый отводит ее в сторону, смотря на стену. В голове крутились воспоминания: соры с матерью, драки с одноклассниками, унижения и т.п. В школьное время Кокичи гнобили, а его резкие и грубые ответы провоцировали обидчиков ещё сильнее, из-за чего и происходили драки. Впервые Ома и Сайхара встретились на совместном уроке и также часто пересекались на переменах. Лжец не раз выводил из себя Шуичи и по этой причине он часто получал по лицу. Уйдя после 9 класса они оба были рады, что никогда больше не встретятся. Начиная свой жизненный путь, занимаясь любимым делом, Сайхаре было наслышано о группе D.I.C.E, которая достаточно сильно обгоняла их по прослушиваниям. Злость и ненависть возросла в разы, как только он увидел Ому в составе этой группы и что бесило больше всего, это то, что у них никак не выходило их обогнать. Они виделись на концертах, часто были в соседних гримёрках. На первой такой встречи, пересекаясь глазами, Кокичи знатно занервничал, чувствуя что-то неладное. Он и сам не мог понять, что происходит, он чувствовал что-то очень странное и незнакомое, но от одного предположения из-за чего это происходит, Ома сразу же начинал это отрицать. — Да идите вы все к чёрту! — Закрыв лицо руками, лжец расплакался, чувствуя дрожь по всему телу. Он пытался выбить эти навязчивые мысли из головы, пытаясь напиваеть любимую песню своего группы, но воспоминания так и лезли, не давая шанса отвлечься. — Ты гей? — Она громко расхохоталась. — Бедолага, никто полюбить не может, я права? Послушай, на такое чмо никто и взгляда не поднимет. Даже я тебя не люблю, какой любви ты ждёшь от окружающих? — Да не хочу я никакой любви! Мне никто не нужен. Не хочу тебя слушать, заткнись, заткнись, замолкни — Лжец запустил тонкие пальцы себе в волосы, болезненно оттягивая их. В семье его тоже не любили. Отец бросил их, а мать наплевательски относилась к фиолетоволосому. Его никто не любил и единственную любовь, которую он могу ощущать, это от его кошки, которую сбил пьяный водитель, когда Оме было всего 10. С того момента он всегда чувствовал себя пустым. Его мать била того за слёзы, да и вообще за любое появление "слабости", поэтому Кокичи не показывал слабые стороны и мог позволить пролить слёзы только когда один. Растерев пальцами горячие слёзы, он направился к двери. Не успев прикоснуться к ней, как дверь открывается сама и на пороге появляется Сайхара. Резкий свет, что резал глаза снаружи, "ослепил" парня из-за чего он начал жмуриться и пятиться назад. — Че с тобой? — Шуичи взглянул на странный вид гитариста. Тот ни разу не видел Ому в таком виде и от небольшого удивления приподнял одну бровь. — Да тебе то какое дело? Проревелся из-за своей суки? — Кокичи со злостью взглянул на Сайхару, что помаленьку заходил внутрь комнаты. Казалось бы, сейчас солист вновь взорвется от гнева, но на удивление он весьма спокойно отреагировал на слова вышеупомянутого. — Ревел тут только ты, Кокичи. — Его брови сместились ближе к переносице. — Не придумывай. — Отрезал Ома, отведя взгляд куда-то в сторону, казалось, выдавая себя этим. — Из-за чего? — От тебя сигаретами воняет. Ты же говорил, что бросаешь. — Лжец осуждающе взглянул на оппонента, что лишь закатил глаза. — Не уходи от вопроса, чудак. — Теперь взгляд Сайхары настораживал. Его тон стал намного серьезнее, чем был ранее. — Даже если я и плакал, я не собираюсь с тобой это обсуждать. — Развернувшись, лжец взглянул на своё отражение. Такое себе зрелище: растрепанные волосы, красные глаза и максимально помотанный вид, а ему ещё на сцене выступать и пора бы уже что-нибудь с этим сделать. — Всё, отвали. Сайхара закатил глаза и недовольно выдохнул. Подходя ближе, он нагнулся к его уху. — Я всегда знал, что тебя что-то беспокоит. Ома ошарашено пошатнулся назад, а такой близкий контакт с солистом, заставил его понервничать. — Сказал же, отвали. — Громко дыша, он неуверенно попятился назад, в конечном итоге выходя из комнаты. — Так резко уйдёшь, Ома? — С ухмылкой на лице вслед крикнул Сайхара. — Заткнись.***
Это была последняя песня, что они отыграли на концерте. Он стоял с электрогитарой в руках, быстро перебирая струны, но тревожное чувство никак не выходило из него. Обычно он кайфовал с концертов, а этот дался ему слишком тяжело. Несмотря на это, фанаты были в восторге от их любимой группы. Весь зал подпевал песни, что они играли и Кокичи тоже обычно вместе с ними тряс бошкой, но не в этот раз. — "Да иди ты нахуй, Шуичи Сайхара." — Пронеслось в голове у лжеца, ведь именно он не мог дать ему покоя. Уходя со сцены, он понимал, что группа Шуичи уже давно закончила и что они отдыхают где-то на диванах все вместе из-за чего появлялось желание, как-нибудь обойти это место, не попадаясь на глаза синеволосому. Неохотно идя до своей гримерке, он погрузился в мысли и совсем не заметил, как случайно врезался в Сайхару. — Да бля, смотри куда идёшь. — Огрызнулся солист, держа сигарету зубами. — Не губи себя, идиот. — Недовольно фыркнул лжец, смотря на сигарету Шуичи — Переживать за меня начал? Как мило. — Солист сделал затяжку, перехватывая сигарету двумя пальцами. — Отъебись. — Взгляд Кокичи упал на стену, после чего, он резким шагом направился к гримерке. — Что случилось? — Сайхара крепко схватил того за руку разворачивая к себе. — Непривычно видеть тебя таким. — Ничего. — Я на тупого похож? — Шуичи поднёс сигарету ко рту. — Сказал же, отъебись. — Ома пытался вырваться, но Сайхара был намного сильнее него. — Я же до тебя не доёбываюсь, когда ты по своей Каэдэ страдаешь. Лжец почувствовал, как его руку отпустили. — Ладно. Не глядя, Кокичи со сбитым дыханием ринулся туда, куда изначально и шёл. Быстро собрав все нужные вещи, он накинул себе свой рюкзак на плечи и направился к отелю, в котором заселились все группы, которые выступали на этом концерте. Нервно доставая ключи от своей комнаты, он тянет ручку двери, заходя вовнутрь. Отбрасывая клетчатый рюкзак в сторону, он направляется к небольшой кухне, в которую уже успел припрятать алкоголь. Хватая бутылку вина, Ома быстро ее открывает и направляется к кровати. Падая на неё, он пьёт прям из горла, пяля в потолок. Чувствовал он себя паршиво, лежа на боку с краю своей кровати, Ома тяжело выдыхал, держа пустую бутылку вина в руке, что свисала, доставая пальцами пола. — Чел..ты живой? — В комнату зашёл Амами, который почти не удивился данной картине. — Походу нет. — Рантаро, — Кокичи даже не поднял взгляд на перкуссиониста, продолжая смотреть куда-то в пустоту. — Пообещай, что никогда и никому не расскажешь мой грязный и извращённый секрет. Рантаро облокотился об стену, держа на своём лице странную ухмылку. — Что ты натворил на этот раз? — Я люблю нашего соперника. В комнате повисла тишина. — Что? Кого именно? — Блядский Шуичи Сайха-а-ара. — Ома протянул его фамилию, недовольно хмыкая себе под нос. — Чел, ты просто бухой, иди спать. — Амами закатил глаза, шумно выдыхая. — Возможно, но всё, чего я хочу сейчас, это прожить с ним всю оставшуюся жизнь.