А что если?

Лютик не затыкался никогда. Геральт к этому привык и почти не рычал — присматривал только, чтобы этого болтуна не съели, когда тот замирал соляным столбом прямо посреди места схватки ведьмака с очередным монстром и спешно записывал что-то, игнорируя все вокруг. — У тебя инстинкт самосохранения есть? — Геральт не раз задавал этот вопрос. Иногда тряс Лютика как грушу, но тот доверчиво хлопал глазами, искренне не понимая, чего ведьмак так злится. — Ты же рядом. Мне ничего не грозило, — от этого заявления Геральту оставалось только развести руками. Это Геральт привык. А вот встретившийся по дороге Ламберт, искавший Геральта, чтобы передать послание от Весемира, был поражен самим фактом наличия у Геральта попутчика-человека. Заинтересованный Ламберт — это было бедствие уровня Лютика. Во всяком случае, по мнению Геральта. Он не собирался знакомить Лютика с кем-либо из ведьмаков своей гильдии, считая это лишним. Геральт бы не признался и под пытками, что слушая болтовню Лютика и Ламберта за спиной, он с трудом сдерживался, чтобы не отправить собрата-ведьмака в далекое путешествие. Теперь все внимание Лютика было направлено не на него. Из-за этого Геральт даже сосредоточиться на письме не мог. Как результат — они втроем пришли в очередную деревню. Местные с ужасом смотрели, двух ведьмаков вместе им никогда не приходилось видеть. Геральт собирался написать, наконец, ответ и отправить Ламберта восвояси, но вместо этого им пришлось выбираться из таверны — жители попытались их сжечь, не пожалев ради этой цели добротного дома. Два ведьмака для них явились предзнаменованием конца света. Напрасно Лютик пытался что-то доказать местным. Геральт сгреб его в охапку, утаскивая подальше от огня. Судя по взгляду Ламберта, он все видел, и теперь Геральта на ближайшей зимовке ждал интересный разговор. Но сначала им требовалось выбраться отсюда.