Отказы не принимаются

      Дахён испытывала волнение, когда Пак сидел совсем рядом. Однако сердце ноюще билось, прекрасно видя, куда был направлен его взгляд. Спустя столько времени вернулась давно позабытая привычка. Она словно мотылек попала в липкую паутину ревности и теперь сидела, и грызла ноготь на большом пальце.       Преподаватель нудно объяснял новую тему, но у Кан не было нужного настроя что-либо записывать за ним. Подперев рукой голову, она водила ручкой по бумаге, вырисовывая незамысловатые узоры, иногда бросая взгляд на профиль Чимина. Он отвлекался часто, переводя взгляд с доски на Союн, не замечая сидящую рядом сестренку друга.       Дверь с громким стуком отворилась, и в аудиторию вошел опоздавший Чонгук, придерживая в одной руке рюкзак.       — Извините за опоздание, можно войти? — На этот раз преподаватель оказался добрым и легко пропустил студента.       Пока Чон пробирался к своей парте, напряженным взглядом прошелся по новенькому и Дахён, не слыша, как с ним поздоровалась сталкерша. Он снова видел грустное лицо Кан. Но судя по какой-то внезапной инерции, она подняла свои глаза и встретилась с ним взглядом.       Кан отвела глаза первой и смущенно уткнулась в тетрадь. Чонгук еле заметно улыбнулся и быстро добрался до своего места. По привычке обернулся вправо, ожидая увидеть Хосока, но там лишь была пустота. Совершенно забыл об утренних словах друга, предупреждавшего, что сегодня его не будет на парах, так как хотел зайти к отцу.       Всю пару глаза Чонгука видели только одного человека. А когда прозвенел долгожданный звонок, он быстро встал и направился к собирающейся Кан, грубо отталкивая на своем пути ходячую проблему. Союн проследила за маршрутом Чона и поджала свои полные губы. Никто не говорил, что будет легко видеть такие вещи. Но, если не хочешь делать себе больней, то лучше вовремя уйти и быть в неведении.       — Дахён, привет, — поздоровался, не обращая внимания на удивленного стоящего рядом Чимина, чей взгляд метался от парня к сестренке друга, — Что ты делаешь сегодня после пар?       Глаза Кан расширились больше от какого-то неизвестного страха, и руки внезапно запотели. Она не хотела. Не хотела оказаться в такой ситуации. Не рядом с Чимином. Лучше бы Чонгук подошел позже, а еще лучше, пусть вообще не подходил бы.       Встревожено обернувшись к Паку, она заметила его легкую улыбку и молчаливую поддержку. Мол, у тебя классные ухажеры, красавица.       Но она хотела бы увидеть другую реакцию.       — Дахён, встретимся возле аудитории, — проговорил Чимин и ободряюще подмигнул, оставляя их одних.       Он так легко ушел. Даже не обернулся.       — Дахён?       Сглотнув скопившийся ком в горле, девушка подняла свой взгляд на Чона. Он ждал ее ответа. Ждал и злился, замечая, что все ее внимание сосредоточено на другом. Видимо драки не избежать.       — У меня нет времени. Много дел, Чонгук, — ее голос так сух, она и не пыталась сделать жалостливое лицо.       — А когда ты можешь? — Он не пытался даже сдаться.       Кан мазнула взглядом по лицу парня. У нее устоявшее мнение на его счет. Такие, как Чонгук слишком избалованны. Им нельзя лишний раз доверять.       — Мне надо бежать, — кинула и выбежала из аудитории, оставляя одного парня.

***

      Пять часов сна не очень приятная штука. Особенно, когда по утрам беспощадно трезвонит противный будильник. И снова подработка. Тяжелые коробки и ступеньки, уходящие вверх, а так же подруга отдышка появляющаяся при быстром беге на шестой этаж.       — Это последнее, — проговаривает напарник, указывая на последнюю картонку, — потом свободен.       Хосок кивнул, удобнее обхватив коробку и поднялся на нужный этаж. Это очень некомфортно. Но получать на руки свои деньги, подобно мимолетной возможности. Сегодня они есть, а завтра снова тяжелый труд.       Перед больницей он зашел в магазин, прикупив немного фруктов и кое-каких продуктов. А перед тем, как пройти к отцу, отправился оплатить половину счета. Себе не оставляя ни воны.       — Когда остаток будете закрывать? — Молодая девушка, взирающая на него снизу вверх, сверкала своим недовольным взглядом.       — Я постараюсь оплатить до конца следующей недели.       Но ближайшая зарплата еще не скоро. А жить на что-то все таки нужно. У мамы и без этого много проблем. Ей нужно также вовремя оплачивать кредиты, возвращать долги родственникам и пытаться накормить своих детей, не забывая о своем больном муже. Порой Хосок замечал, как от усталости увядала мать, скрывая все это своей улыбкой. Он не мог спокойно смотреть на это, ведь в их доме жили две работающие женщины - мама и старшая сестра Джису. Поэтому Хо не боялся браться за любую работу.       — Вы все время просите отложить оплату, — раздраженный тон и сама причина, заставляла почувствовать себя жалким и гневным, — Если у Вас не хватает средств, то лучшим решением будет перевести Вашего отца в другую больницу, соответствующую вашему материальному положению.       Злость пробиралась откуда-то снизу.       — А это уже не Вам решать, что лучше, а что нет. Не лезьте в чужие дела, а занимайтесь своими прямыми обязанностями!       Хосок тоже человек и хотел человеческого отношения, поэтому его тон похож на тот, который был у девушки за стойкой. Руки дрожали от злости, когда он принимал документы об оплаченном счёте, после чего сразу же направился к отцу, убирая бумажки подальше от его зорких глаз.       — Здравствуйте, — парень проник в белоснежную палату, на ходу здороваясь с каждым лежащим и быстро подошел к отцу, ставя пакет на прикроватную тумбочку, — Привет. Как ты?       Мужчина неуклюже сел на кровати, цепляя взглядом лицо сына.       — Ты выглядишь каким-то уставшим. Что за синяки под глазами? — допрос начался моментально.       — Я же говорил тебе, что готовился к тесту. Поэтому немного не выспался, — ложь звучала лучше правды.       Отец выпустил тяжелый вздох, наблюдая, как Хосок умело очищал яблоки от кожуры, затем разделив их на несколько кусочков, схватился за мандарины.       — Тебе нужны витамины, — проговорил Чон, протягивая часть очищенных фруктов.       — Как ты в итоге написал тест? —вопрос от отца застал его врасплох и Хосок чуть вздрогнул, но, не подал виду, смело улыбаясь.       — Вроде бы легкий. Не знаю. Завтра будут результаты.       Сладкий запах мандарин распространился по всей палате, отчего лежащие рядом больные давились слюной. Но вставший Хосок, медленно подошедший и протянувший к каждому больному такой же полезный перекус, немало удивил мужчин. Они, не ожидавшие такого обращения, чуть запоздало начали его благодарить, даря улыбки.       — Чон, твой сын очень вежлив, — начали хвалить отца, — ты хорошо воспитал его.       В груди тяжело. Он делал так много плохих вещей, а выставлял себя пай-мальчиком. Хосок не заслуживал таких слов, от этого ему еще пакостнее.       — Да. Мой сын действительно хорош, — отец счастливо улыбнулся, переводя свой мягкий взгляд на сына.       — Есть ли у тебя подружка, ну или девушка? — спросил один из больных, чуть хитро прищуриваясь.       — Нет, — быстро ответил, — с этой учебой нет времени на всякие гулянки.       Снова ложь.       — Есть уж наверняка, — отец с задоринкой посмотрел на сына, — просто пока не говорит об этом.       Хосоку пришлось лишь слабо улыбнуться. На эту фразу он не стал отвечать. Конечно же, были девушки, с которыми он частенько развлекался. Но такой, какую имел ввиду отец - нет.       Внезапное пришедшее сообщение, оповестило палату звуковым сигналом, и принудило отвлечься. Его ждала вторая подработка.       — Мне надо бежать, — проговорил Чон, забросив свой рюкзак к себе за спину.       — Но ты же только недавно пришел, — взгляд отца чуть тускнеет.       — Это срочно. Что-то связанное с нашей практикой.       Хосок бегло поцеловал отца в заросшую щетиной щеку и уже собрался уходить, но рука, сжавшая его запястье, остановила.       — Надеюсь, ты помнишь мои слова, сынок, — глаза мужчины, словно сканеры,прошлись по нему, пытаясь найти истинную причину бегства.       — Конечно, помню. Я честен с тобой, — для большего убеждения поднял руки, показывая раскрытые ладони, не забыв про улыбку.       Хватка на запястье ослабела, а потом и вовсе исчезла.       Идти до кафе пришлось пешком. Ступни горели, а впереди была еще целая ночь перед плитой. Не передохнуть.       — У нас новенькая официантка, — оповестил повар, пока Чон натягивал старый фартук, становясь рядом со столом.       — Да? И какая же она? — отстранено спросил, заранее нарезая овощи.       — Она такая маленькая, — повар рукой показал на свою грудь, для пояснения роста новенькой, — но такая миленькая. Даже жалко, что уже женат.       Хосок рассмеялся. Подошел к стойке с заказами и начал искать глазами свои блюда. Взял в руки несколько бумажек и снова встал на свое рабочее место.       — Как ее зовут? — описание повара заинтересовало Чона.       — Блин… забыл, — неловко почесал затылок черпаком, пытаясь вспомнить, — Сану… или Сона…или Юнсо.       Хосок смотрел на повара в ожидании, улыбаясь его попыткам припомнить имя официантки.       — А вот же она! — парень показал за спину Чона, — Вспомнил! Союн!       Сведя брови к переносице, Хосок обернулся, сразу же встретившись со взглядом девушки. Она улыбалась так, будто выиграла лотерею, и вот ей уже вынесли чемодан с деньгами.       — Сталкерша?

***

      Выйдя из универа, глаза Пака сразу же упали на фигурку Дахён. Та стояла, прислонившись к перилам, и высматривала кого-то, пока ветер игрался со светлыми волосами.       — Ждешь кого-то? — спросил, сокращая расстояние.       Девушка резко повернула голову, встречаясь с хитрым прищуром глаз. Заворожено выпустила воздух и улыбнулась.       — Да. Тебя.       — Меня? — Чимин был удивлен. Он ожидал больше мнимости и скрытности от девушки, которая возможно ждет своего возлюбленного, но уж никак ни его, — Зачем?       — Ну, мы с тобой так долго не виделись. Хотелось поболтать. Ты ведь так и не рассказал, какова жизнь за границей, — она хотела побыть с ним еще дольше, узнать о нем еще чуточку больше.       — Как я говорил уже, жизнь без тебя там скучна, красавица, — он говорил с теплой улыбкой на лице, но в свои слова не вкладывал тот смысл, какой хотела бы услышать Дахён.       А она млела. Смущенно прикрывала рот и спрятала глаза, разглядывая асфальт под ногами.       — И все же. Каково быть там? Видеть и слышать других людей? — подняла свои глазки и вгляделась в профиль парня.       — Это классно. Я был очень счастлив там, — произнес Пак, улыбаясь своим воспоминаниям.       — Тогда почему ты улетел? Не остался? Чимин поджал губы в задумчивости и отвел взгляд куда-то в сторону, а спустя минуту молчания все же ответил:       — Потому что там жизнь скучна без тебя, красавица, — нежно стукнул кончиком пальца по носу.       Но скрывая правду слащавыми речами, не осознавал, какой возымеет это эффект. Буквально подарил ложную надежду на взаимность, призывая действовать.       — Оппа, а я очень сильно скучала по тебе, — призналась Кан, кокетливо поправив волосы.       — Я тоже скучал, — автоматически ответил Пак.       — Знаешь, я была влюблена в тебя, — произнесла Дахён, вспоминая те дни, когда он приходил к ним домой. А Чимин вздрогнул. Остановился и обернулся к девушке, — Хотя и пыталась подавить в себе эти чувства. Думала, что после твоего отъезда, моя любовь к тебе исчезнет. Было сложно. Но когда увидела тебя вновь, поняла, что эти чувства никуда не делись. Они до сих пор со мной.       Смотрела так заворожено, в ее глазах он - целый космос, вся Вселенная. Ждала его ответа. А Чимин медлил. Дахён ведь для него, как младшая сестренка.       Пак упер руки по бокам, нервно проведя пятерней по волосам. Посмотрел на нее, а потом напряженно отвел взгляд. У себя в голове искал слова.       — Дахён, — произнес Пак, мягко развернув девушку к себе за плечи, — ты сейчас серьезно?       — Да!       — Дахён, ты мне как младшая сестренка, — он сделал паузу, увеличивая таким образом весомость своих слов, — Я не могу ответить тебе взаимностью.       Кан поменялась в лице. Покачала головой, пытаясь выбить из себя услышанное. Это совсем не то. Она хотела другие слова.       — Я могу подождать. — Женская любовь порой бывает, абсурдна, склоняя делать и говорить вещи не присущие женщинам, принадлежащие именно мужчинам. — Я буду ждать, пока ты не ответишь мне взаимностью!       Пак распахнул глаза шире, не веря в услышанное, и медленно опустил руки с девичьих плеч.       — Дахён, не надо. Я не смогу. Прости.       В ее глазах он видел решительность. Она не поддастся, упряма. Ведь за любовь нужно бороться?