Глава 7
20 октября 2020 г., 09:58
Светлые волосы ловко подхватывал теплый ветер, кружа, разбрасывая в разные стороны, мягко играясь с ними. Чимин заметил ее сразу же. Дахён медленным шагом приближалась к одному из корпусов университета, лениво посматривая на покачивающиеся ветви деревьев. И его злость усилилась в разы. Он быстрым шагом сократил расстояние и грубо развернул девушку к себе. Сначала на ее лице прочитался испуг, но увидев нарушителя спокойствия, Кан успокоилась и улыбнулась.
— Что с тобой случилось, Дахён? — уголки губ дернулись.
— Ты о чем, оппа?
Пак раздраженно покачал головой.
— С каких пор ты играешь чувствами других людей? Ты же прекрасно знала, что Союн неровно дышит к тому парню, — Кан поджала губы и свела брови на переносице. Так вот почему он ее остановил здесь. Ради этой коротышки.
— Она тебе нравится, я же вижу!
— Что?
— Я ее ненавижу! И мне не нравится, что ты постоянно возле нее ошиваешься!
— Это повод рушить ей жизнь?! Ты наслаждаешься ее унижениями?!
Дахён сглотнула тягучую слюну и скривила губы в горькой усмешке. Сердце болезненно сжималось, когда он продолжал защищать эту коротышку. Кан отвлекшись перевела взгляд в небо, покрытое серыми, темными облаками, через которые изредка выглядывало солнце, а потом вновь взглянула на Чимина.
— Я тебе, что, совсем не нравлюсь? Неужели я такая некрасивая? Непривлекательная? У меня что-то с фигурой? — она вглядывалась в любимые глаза, но не видела там абсолютно ничего для себя.
— Дахён. Мы уже говорили об этом…
— Это значит — нет? — уточнила в последний раз.
Утвердительный кивок. И все. Девушка громко хмыкнула, отвернулась, качая головой, закрыла глаза и потерла переносицу. Впервые ей захотелось ударить, зарядить пощечину Чимину, расцарапать или просто плюнуть в лицо. Он уже в третий раз отказал ей.
— Тогда я сделаю абсолютно все, чтобы ты меня полюбил. Через силу, заставлю тебя! — Дахён больно тыкала пальцем в грудь парня и практически буквально вбивала свои слова ему в голову.
Кан гордо расправила плечи, развернулась и ушла. Мимо проходили сонные студенты, так же, как и Дахён спешащие на пару. Ей оставалось буквально перешагнуть несколько ступенек до входной широкой двери, но ее запястье снова обвила мужская рука, заставившая обернуться.
— Не трогай ее! — его взгляд твердый, но Дахён это не испугало.
— Я уже сказала, что добьюсь своего. А вот какими путями я это сделаю, тебя не касается.
Она освободила руку из цепкого захвата мужских пальцев и потерялась среди остальных студентов. Тяжело вздохнув, Пак краем глаза заметил Чонгука. Он вместе со своим приятелем исчез за поворотом, ведущим на заднюю часть университета.
***
На задний двор университета практически никто не заглядывал. А старую, уже неиспользованную подсобку Чонгук с Хосоком присвоили своим место убежищем, в котором они могли проделывать все делишки. Задворки университетского двора были давно заброшены, о чем ярко говорил куст, росший у края асфальта. Без полива, он засох и давно не покрывался новой зеленью листвы. Тут от задней части стены потихоньку отваливалась штукатурка, а за нею виднелась старая кирпичная кладка. Хосок с наслаждением выкуривал очередную сигарету, блаженно улыбаясь, чувствуя, как мышцы шеи и спины расслаблялись. Мельком глянув наверх, в голове парня мелькнула мысль о том, что вечером, скорее всего, пойдет дождь. Хотя вчерашний прогноз погоды не обещал осадков. Вечно эти сводки врут. Хо опустил взгляд к земле и стал наблюдать за тем, как Чонгук не жалея сил наносил удары один за другим. Стоны боли вместе с хрипами смешивались с дальним гулом университетской молодежи и шумом города. Подобное позволяло ему отвлечься. Чимин весь свернулся в комочек, когда Чон отстав, подошел к Хосоку и сделал затяжку. — Иди. Твоя очередь, — проговорил Чонгук, усаживаясь на ступеньку. Ему не нужно было говорить по несколько раз. Парень вмиг поднялся с порога, спускаясь на землю, и сократил расстояние до жертвы, которая изо всех сил пыталась встать на ноги. Чимин поднял на него голову, но из-за заплывшего глаза и рассеченной брови, он, наверное, совсем не видел, кто к нему подошел сейчас. — Твоя одежда вся испачкалась, —в голосе Хосока сквозила наигранная забота, он резко поднял парня за воротник, заставляя новенького поморщиться от боли и сжать зубы, — не думаю, что тебе стоит отдавать свои вещи в химчистку, она тебе никак не поможет спасти все это брендовое дерьмо. — Да пошел ты! — прошептал Чимин, силясь сказать так, чтобы его поняли. Губа была в нескольких местах разбита, это мешало говорить внятно. Хосок ухмыльнулся, покачав головой. Вновь посмотрел на побитого Пака, который несмотря на свое состояние нарывался, не следя за своим языком. Он был совсем не в том положении, чтобы сейчас грубить им двоим. Тут лучше бы промолчать и проглотить все ехидные фразочки, но какая-то часть внутри новенького не могла так легко сдаться, принимая свое поражение. Хосок это видел по глазам парня. — Ну, что ж ты сам напросился. Хосок замахнулся и попал прямо по нижней челюсти. Изо рта Чимина на асфальт брызнула кровь, и Хо сдвинулся в сторону, чтобы этот никчемный кусок дерьма не испачкал ему его единственные кроссовки. Марать руки об это ничтожество расхотелось и парень несколько раз пнул Пака по ребрам, наслаждаясь его заторможенной реакцией и попытками закрыться. Хо выпускал пар, подобное по ощущениям прекрасно могло сойти за снятие стресса. Чимин загнанно дышал, каждый вдох был болезненным, голова трещала, в ушах заложило и расслышать что-либо не получалось. Парень подобрал колени и сжался, что есть мочи, но удары внезапно прекратились. Он почувствовал касание холодных пальцев ко лбу. Пак скосил взгляд и заметил Хосока, склонившегося над ним. — Ну что? Толстушка-сталкерша дала тебе? — Парень гадко улыбнулся. Он пытался задеть Чимина и у него это прекрасно получилось, если судить по застывшему взгляду. — Какая она в постели? Пак сглотнул, но молчал. Они хорошо владели кулаками, прекрасно знали, куда и как бить. Прикладывали ровно столько сил, чтобы его не убить или вырубить. — Мне просто интересно, — продолжил дальше Хо, прикусив губу, — утоли мое любопытство. Хосок улыбался грязно и сам не замечал, как постоянно отрекался от мыслей о Союн. Куда бы он не взглянул, о чем бы он не подумал, она глубоко засела в его голове. И каждый раз, провожая ее взглядом в кафе или же в коридорах университета, Хосок пытался отогнать от себя мысли о какой-либо симпатии к этой сталкерше. Нет, она совсем ему не нравилась, тем более Союн не его типаж. Просто парню хотелось попробовать ее и убедиться, что на вкус она совсем плоха. А здесь уж его пыл точно утихомириться. Но заметив убийственный взгляд Чимина и приоткрывшейся рот, а потом вовсе брошенную фразу, Хосок ухмыльнулся. — Пошел на хуй! — плюнул прямо в лицо, но Хо вовремя успел отстраниться. — Нехорошо это — ругаться. Хосок встал, снова посмеялся и стал яростно пинать. Удары пришлись сначала по спине, но потом парень переместился на другую сторону и теперь пинал по ребрам. Чимин до крови закусывал губы, чтобы не издать ни звука, но соленые капли смешиваясь с кровью все же одиночно падали на землю. Он сквозь опухшее веко видел, как Чонгук спокойно сидел на ступеньках, уткнувшись в телефон. Но в какой-то момент удары снова прекратились, и Чимин увидел Союн. Она, несмотря на свою миниатюрную фигурку, со всей силы оттолкнула Хосока. — Вы что делаете?! Девичий окрик заставил Чонгука отвлечься от телефона. Он раздраженно выругавшись, бросил сигарету и подошел к Союн, сразу же на ходу грубо оттолкнув ее. — Вали отсюда, — произнес твердое указание, а потом повернулся к другу и дал знак продолжать. Однако Союн и не собиралась отступать, видя происходящее. Девчонка не сбавляя напора, опять налетела на Хосока, стараясь его сдвинуть и оттолкнуть от Чимина, привлекая к себе еще больше внимания, а потом, когда что-либо сделать у нее не вышло, она просто закрыла его собой. — Чонгук-а, что вы делаете?! Прекратите! Чонгук не дал той опомнится и резко схватив за плечи оттащил от Пака. — Держи ее, — сказал Хосоку и Союн уже чувствовала твердость рук парня, что обвили выше талии, не давая ни шанса даже пошевелить руками. Она ощущала затылком дыхание парня и металась, пытаясь выбраться из стальной хватки. — Не брыкайся, — Хо прошептал в самое ухо, заставляя поежиться. — Просто смотри и наслаждайся своим Чонгуком. Союн видела, как Чонгук приподнял Чимина, оторвав его голову от земли и начал бить уже сам, безжалостно нанося удары. Глядя на действия и жестокость со стороны любимого человека Союн не смогла сдержать слез, девушка начала кричать и приказывать ему остановится сейчас же, что в противном случае она вызовет полицию. — Я сдам вас полиции! — от сильного крика в горле першило, но парни даже не вздрогнули, продолжая свое дело, — Остановитесь немедленно! Чонгук с Хосоком прекрасно понимали, что та и рта не откроет против них. Уж слишком влюбленной дурочкой она была. Ей впервые насильно сняли розовые очки, показывая жизнь в других красках. Тут хлестала жестокость, безжалостность, черствость и дикость. Голова автоматически отворачивалась от сих сцен, но длинные пальцы, впивались в кожу и принудительно заставляли досмотреть шоу. — Это же твой драгоценный, Чонгук-и, — шепотом проговорил Хосок, — Только, конечно, он не ради тебя избивает беднягу, но это же не страшно. Перед глазами всплыла вчерашняя сцена. Как за один день человек может так сильно измениться? Ведь он так волновался за жизнь отца, а сегодня сам отбирал здоровье у другого. — Какой же ты урод! — гневно прошептала девушка, — Ненавижу тебя!***
В больнице было шумно. Туда-сюда сновали врачи в своих белых халатах, изредка бросая взгляды на тихо всхлипывающую девушку. Союн трясло и бросало в холодный пот, от нервов она ногами отбивала чечетку, а в голове отбивались вопросы докторов. «Кто это сделал? Ты видела?» — спрашивал один из докторов. Союн помнила, как эти двое ушли, даже ничего сказав. Прекрасно знали, что она не расскажет никому об этом. Хосок подмигнул, а Чонгук даже не обернулся, снова утыкаясь в свой телефон. Собственный ответ в эту секунду врачам, удивил даже саму Союн. «Нет. Я не видела. Я уже нашла его таким в переулке», — а внутри тяжесть. Союн тогда в спешке набрала такси. Мягко похлопывая по щекам и чуть треся за плечо Чимина, немного привела его в чувство. Он еле как, с помощью девушки встал на ноги и вместе с ней поплелся к такси. Пак уже не слышал претензий водителя, что если они запачкают кровью сиденья, то заплатят втройне больше обычного. Он отключился, положив голову на плечо Союн. В больнице Чимина сразу же увезли на обследование, оставив девушку просто одну. Ей было очень стыдно, чувство вины изнутри сжирало все от понимания, что она умолчала факты об избиении Чимина, соврала, но она не могла сказать правду. А ведь Чимин изначально относился к ней хорошо, постоянно подбадривал и оберегал, но сейчас, после случившегося, Союн не могла даже толком отплатить ему, рассказав все что знала и увидела. Дело было в том, что девушка давно уже расставила для себя приоритеты, и Чонгук, как ни странно, всегда был на первом месте. Девушка ощущала себя ничтожеством, человеком дошедшим до дна. Вышедший из кабинета врач, сразу же приметил Союн и направился к ней. — Вы опекун пациента, которого привезли после избиения? — женщина смотрела на студентку строго, но приметив ее состояние, немного смягчилась. — Нет… я подруга Чимина, его опекуны уже в дороге, — выговорила Союн, опуская взгляд под ноги, но заметив на белоснежной рубашке пятна крови, задрожала сильнее. — Ты большая молодец, — женщина мягко похлопала по плечу девушку и ободряюще улыбнулась. — Он будет тебе благодарен, когда проснется. Ты ему очень помогла. Твой друг сейчас отдыхает, не стоит его сейчас беспокоить. Лучше бы врач промолчала, ничего не говорила. Этот комок в горле Союн будто еще сильнее раздулся и давил на стенки, не давая возможности свободно вздохнуть. Она не заслуживала похвалы. Но все же кивнула до побеления сжав губы. Женщина еще раз хлопнула по плечу и удалилась в следующую палату, оставляя Им наедине с пожирающими ее мыслями. Союн вздрогнула, когда телефон Чимина, лежащий в руке начал вибрировать и на экране высветилось имя девушки Чонгука. Чуть помедлив, Им приняла звонок. — Оппа! Ты где? Уже третью пару подряд пропускаешь, — в голосе Дахён звучала какая-то обида, но, в целом, тон был спокойным. Союн совсем не смутил звонок, Пак ей как-то рассказал о сестренке лучшего друга в общих чертах, которой оказалась ее одногруппница. — Дахён, это Союн, — она пыталась говорить спокойно, но шмыгающий нос и дрожащий голос портили общую картину. — Как у тебя оказался телефон Чимина? — Чимин в больнице… его избили. — Что? — на той стороне слышался гул студентов, и Союн была уверена в том, что различила смех Хосока, — Где он? В какой больнице? Сказав адрес, Союн устало присела на мягкую скамью, облокотившись спиной о бежевые стены помещения. На доли секунды прикрыла глаза, сильнее кутаясь в пальто, чтобы спрятать пятна крови. Она не знала сколько прошло времени, наверное пол часа, когда кто-то грубо пихнул ее в плечо. Перед Союн стояла Дахён. Запыханная, с растрепанными волосами, на ее лице читалось явное беспокойство в перемешку с яростью. — Кто его избил?! — Кан говорила чуть громче обычного, следом припав к маленькому окошку на двери палаты Чимина. — Не знаю. Я нашла его… в переулке. Дахён обернулась и сдвинула брови на переносице, сузив глаза. Тут определенно что-то не сходилось, странное поведение коротышки, ее ненормальное дрожание и взгляд, который она постоянно куда-то отводила. — Ты врешь, — подытожила Кан, подходя ближе к Союн, — Кто это был? — Я не знаю. — Знаешь, — Дахён больно толкнула пальцами в ее висок, — Кого ты защищаешь? — Я никого не защищаю! — Союн пыталась придать своему голосу хоть чуточку уверенности и твердости, чтобы девушка поверила ей на слово, но это выглядело так фальшиво, ненастояще. — Он, как дурак, защищает тебя постоянно, хоть ты этого не достойна! А ты! Что ты сделала для него? Ничтожество! Дахён снова вернулась к маленькому окошечку двери, пытаясь внутри себя сдержать слезы. Как же она хотела вцепиться в эти темные волосы коротышки и выбить из нее всю правду. Союн не достойна Чимина, даже его мизинца на ноге. Кан должна что-то придумать, что сможет окончательно поставить между этими двумя толстую стену. — Теперь я понимаю, Чонгука. Понимаю его чувства относительно тебя, — Дахён медленно обернулась, словив взглядом реакцию коротышки. Ее лицо вмиг вытянулось, она подняла свой взгляд и чуть приоткрыла рот, — Он тебя ненавидит всем сердцем. Ты никогда не будешь стоять рядом с ним и считаться его девушкой. Никогда! Потому что я не позволю этому случится! Сердце пропустило удар. Дыхание прерывалось на какой-то миг, и Союн неверяще глядела на Дахён. Она не готова так легко отпустить Чонгука, ведь любит его. Но за эти три года учебы вместе, Союн толком ничего не узнала о парне. Поэтому был только один вариант сделать так, чтобы в дальнейшем смочь переиграть такого соперника, как Кан Дахён.***
Гордость? Или достоинство? Ничего из этого. Даже последние события не играли роли. Хосок нагло подмигивал Союн и ухмылялся, ставя на стол готовые заказы. Будто это не он день назад избивал человека, будто не он оставил ее одну практически с бессознательным телом. Она ненавидела его всем сердцем и хотела забрать обратно, сказанные вчера слова. Но пытаясь унять свой гнев, сделала следующее. — Как мне стать девушкой Чонгука? — задала она свой вопрос на перерыве. Ее голос был тверд, а лицо ничего не выражало. Союн вышла следом за парнем, когда тот отпросился на пятиминутный отдых. Хосок рассмеялся, потушив сигарету об мусорный бачок. Смотрел, как на дуру, и ей это не впервой. — С ума сошла?! — вскинул бровь, — Думаешь, я стану помогать тебе? Он снова рассмеялся, покачал головой и зашел обратно в кафе, нарочно задев Союн плечом. Все поплыло перед глазами. Вот она — эта красная нить, нужно лишь зацепиться за нее. — Чего ты хочешь взамен? Двери за парнем почти закрылись, но расслышав ее вопрос, он остановился на пороге. Обернувшись к девушке, смерил ее серьезным взглядом, где не было место смеху. — Я сделаю, все что угодно. Это заставило его улыбнуться. Хитро. — Все, что угодно? — переспросил, медленно приближаясь. — Да. Он удовлетворенно хмыкнул, склонив голову на бок. Приоткрыл рот и облизнул свои пересохшие губы, а потом ухмыльнулся, проследив за взглядом сталкерши. — Поцелуй меня. Воздух мгновенно наэлектризовался. Союн смотрела ошарашено. Он приблизился к ней максимально близко, но не прикасался. И от этой нежелательной близости девушка ощутила, запах масла и сигарет, что исходили от Хосока. Он смотрел на нее пристально. — Зачем тебе это? Ты что, влюблен в меня? — Упаси, Боже, — проговорил, качая головой. — Тогда зачем тебе нужен поцелуй? Мог бы попросить денег? Ты противоречишь самому себе! И снова эта ухмылка. Он взглядом мазнул по ее лицу, удовлетворенно проведя ладонью по подбородку. — Может быть, ты мне нравишься… Наверное, я не в шахматы с тобой играть собираюсь, — многозначительно ответил он Союн, наблюдая, как девушка раскрыла рот в удивлении, чтобы сказать ему что-то обидное и наверняка колкое. Не дав ей сказать, Хосок притянул Союн к себе, мгновенно ощутив маленькие ладони, уперевшиеся ему в грудь. Его пытались оттолкнуть. Хосок не позволил ей этого сделать, парень внимательно следил за всеми изменениями в лице девушки. Сначала она часто задышала, а после румянец залил все лицо. — Я тебе уже говорил… перестань быть идиоткой. В последний раз мазнув взглядом по девичьему лицу, парень отпустил Союн и зашагал обратно в кафе, слыша у себя за спиной ругательства. — Мразь! Я ненавижу тебя!
