Пойдём со мной

Два с половиной часа съёмок пролетели почти незаметно, не считая нескольких дублей, что пришлось переснимать из-за технического «стопа». Как ни странно, победу одержали именно они, учитывая тот факт, что иной раз их соперники просто-напросто не успевали нажимать на кнопку раньше Поли. Дима всецело помогал ей развивать логические цепочки и решать ребусы, и, как она и предполагала, они победили и «разорвали» эту игру в пух и прах, не оставив другим игрокам шанса отыграться даже в последнем раунде. Получив заветные памятные гири в качестве приза и сделав совместное фото с ведущим, под бурные аплодисменты они покинули съёмочную площадку, а затем и сам павильон. Так как Поля всё ещё временно была без машины, то вопрос со средством передвижения решился сам с собой, и уже через сорок минут Димин водитель доставил их в нужный ресторан. При людях Пелагея вела себя максимально отстранённо, не позволяя ему даже помогать ей садиться за стол, не говоря уже о каких-то прикосновениях и уж тем более держаниях за руки. Меньше всего она сейчас нуждалась в новом потоке сплетен и заголовков а-ля «Новые подробности скандального развода: Пелагея ушла от мужа к Билану», поэтому всячески делала вид, что они не больше, чем старые друзья, встретившиеся впервые за долгое время, чтобы пообедать. Диме все эти игры были чужды, потому что, даже будучи в отношениях с Алёной, он вёл себя, как свободный человек, вовсе не переживая за то, что ему припишут очередной роман. - То есть тебя не будет три дня? - уточнил он, пытаясь свыкнуться с этой мыслью. До этого как-то пять лет держался, а тут вдруг ощутил острую нехватку её в своей жизни. - И я как назло улетаю на «Новую волну» только послезавтра!.. - Бедный, - усмехнувшись, иронично произнесла она, - У меня есть ещё часа три-четыре... И не то, чтобы это был намёк с её стороны, но Дима расшифровал это по-своему, спешно что-то отыскав у себя в телефоне и переглянувшись с ней. - Рядом только Рэдиссон, - проговорил он, выжидающе посмотрев на девушку. - А попроще ничего нет? - переспросила она, явно не обрадовавшись такому результату его поиска. - Если попроще, то можем поехать ко мне, там Алёна ещё по-любому не все вещи успела собрать, будет очень просто, - пожал плечами он, дав понять, что других вариантов нет. - Ладно, - сдалась блондинка, шумно вздохнув, - Только оформляй на своё имя, и, пожалуйста, давай поедем на такси! Твой водитель и так всё прекрасно понял, я не хочу, чтобы он ещё и в отель нас вёз. - Да его это вообще не касается, Поль, - попытался возразить Билан, вовсе не собираясь отчитывать перед водителем за свою личную жизнь. - Ты меня услышал, - спокойно ответила она, мгновенно прекратив этот бессмысленный спор. - Секс без обязательств с тобой даётся мне сложнее, чем совместная жизнь с Алёной, - недовольно пробубнил он, набирая номер водителя. - Я не буду это комментировать, ладно? - отозвалась Поля, едва сдержав смешок. - Уж сделай одолжение, - фыркнул мужчина, но его серьёзный вид рассмешил её ещё сильнее. В тот момент им совсем не казалось, что они делают что-то не так; что снимать номер в отеле или гостинице на пару часов – это как-то ужасно пошло; что вести себя так безрассудно и отправлять водителя домой посреди рабочего дня – неправильно. Ощущение, что границы в одночасье стёрлись, и не было больше ни хорошо, ни плохо. Было ровно так, как им того хотелось. Одной необходимо было уйти в небольшой отрыв после развода (пусть и неофициального пока что), а второй почти два года прожил с девушкой, которую, как оказалось, даже не любил. Это как будто бы давало им обоим карт-бланш. Это как будто бы что-то меняло. И как будто бы «Да мне всего лишь подремать пару часов» на вопрос «Вы будете один?» не звучало, как «Нам нужно успеть потрахаться до того, как она уедет в свой тур». И как будто бы солнцезащитные очки действительно помогали скрыться от чужих глаз в холле отеля. Последний раз свой телефон Пелагея доставала в лифте, проверяя наличие новых сообщений и ещё раз уточняя время вылета, после ей было не до этого, а телефон канул на дно сумки, так и оставшись на беззвучном ещё со съёмок. Если счастливые действительно часов не наблюдают, то можно предположить, что они были очень счастливы. Ранний подъём, два часа съёмок и устроенные Димой физические нагрузки так сказались на Поле, что она сама не заметила, как заснула, уткнувшись ему в плечо. Он был уверен, что она следит за временем, или как минимум поставила будильник, раз решила поступить столь опрометчиво, и потому не стал её будить поначалу, а потом уже и сам задремал. Когда она проснулась, за окном было уже темно, и это первое, что её смутило. А дальше ей оставалось только добраться до телефона, чтобы сойти с ума и устроить самую настоящую истерику. - Дима, твою мать... - с ужасом выпалила она, запустив в него подушкой, - Я проспала! - Который час? - ради приличия спросил он, ведя себя абсолютно спокойно, как и полагается человеку, который ничего не проспал и никуда не опоздал. - Восемь вечера, - сквозь зубы процедила блондинка, минуя все входящие сообщения и спешно набирая нужный номер, - Алло, мам, я опоздала на самолёт... Я не знаю, как так вышло, ты можешь найти мне ближайший рейс? - Так я же тебе написала, что концерты отменили, днём вышло постановление. Я тебе даже звонила, но ты не взяла трубку. - Блять... - только и смогла выдать она, вроде как и выдыхая, но всё ещё не осознавая до конца. - Поля, у тебя всё в порядке? - обеспокоено уточнила женщина. - С головой ты имеешь ввиду? - невесело усмехнулась Пелагея, нервно сглотнув ком, подкативший к горлу, - Всё нормально, просто я заснула и проспала. Как Тася? - Мы погуляли, поужинали, она мультики смотрит. Ты к нам приедешь? - спросила Светлана Геннадьевна, сделав небольшую паузу. - Да, мам, я приеду, - ни секунды не раздумывая, ответила она, - Щас соберусь и приеду... - Хорошо, мы тебя ждём, - отозвалась Ханова, не ожидая, что дочь так легко согласится. Еще несколько секунд после того, как вызов завершился, она держала телефон у уха, чувствуя себя в каком-то вакууме. - Что случилось? - поинтересовался Дима, что уже успел одеться и умыться за то время, пока она говорила по телефону. - Концерт отменился, - задумчиво хмыкнула девушка, в следующую секунду посмотрев на него, - Дим, вот я так не хочу... - Как? - не понял он. - Ты ещё не успел появиться в моей жизни, как я уже практически срываю концерты, - проговорила она, тяжело вздохнув, - Я не хочу вот так срываться среди дня и терять голову, а с тобой пока только так и получается. То я напиваюсь до состояния, когда не могу стоять на ногах, то вырубаюсь посреди дня и опаздываю на самолёт. - А причём тут я? Ты же сама тогда пила, и я пил вместе с тобой. И заснула ты тоже сама, я ж не знал, что ты не поставила будильник, - удивлённо глядя на неё, рассуждал Билан, - Всё же хорошо, просто ты резко проснулась и испугалась. В чём проблема, Поль? - Проблема в том, что мне с тобой слишком хорошо, и я от этого как будто бы становлюсь безответственной; как будто мне снова 15, и я влюби... - осеклась Поля, растерянно уставившись на него. - Влюбилась? - закончил за неё он, полагая, что именно это она и хотела сказать. Молча застегнув платье, что успела натянуть налету, пока экстренно придумывала, кому звонить и что делать, она крепко сжала в руке свой телефон, очень надеясь, что он больше не будет ничего спрашивать и продолжать этот разговор. - Ты щас пытаешься уйти от разговора? А потом опять игнор, да? - усмехнулся мужчина, заранее зная схему и не собираясь дожидаться её осуществления, - Давай сразу всё обсудим? - Давай, - резко развернувшись к нему лицом, согласилась Пелагея, - Давай сразу проясним, что никаких чувств, кроме дружеских, я к тебе не испытываю и испытывать не планирую, это во-первых... - А во-вторых, у тебя опять слишком дохера условий... - перебил её он. - А во-вторых, я ещё не дала тебе никакого ответа на предложение «быть рядом», - отчеканила она. - А по-моему, ты дала его ещё часа три назад и не раз, - возразил Дима, недобро глядя на неё сверху вниз, - Поль, хватит ставить эти дурацкие условия и перестань делать вид, что ты всё контролируешь. Мы за эту неделю переспали дважды – это, в принципе, больше, чем за предыдущие пять лет. - Причём тут предыдущие пять лет? Я сейчас вообще о другом говорю, - парировала блондинка, начиная закипать от негодования. - А при том, что раньше у тебя был муж, и ты не могла себе позволить напиваться до такого состояния; спать, с кем хочешь; ходить, куда хочешь... Но мужа больше нет, и ты свободна, а привычка что-то запрещать осталась, и тебе кажется, что со мной ты теряешь голову, хотя по сути ты сама всего этого хочешь, просто почему-то не можешь себе в этом признаться... - Мне надо ехать, - выслушав его монолог до конца, сказала она, направляясь в сторону кресла за своей сумкой. - То есть отвечать ты мне не собираешься?! - фыркнул он, посмотрев ей вслед. - Ты, конечно, мне друг, во всяком случае я ещё хочу в это верить, но есть вещи, которые я ни с кем не готова обсуждать... И всё, что связано с моим бывшим мужем, в том числе, - ответила Поля, а по её взгляду стало понятно куда больше. Ей больно говорить об этом, а уж тем более признавать, что он прав; и что все эти несколько лет она жила по каким-то негласным правилам, боясь неодобрения со стороны мужа. - Класс, - натянуто улыбнулся Билан, подняв большой палец вверх. - Я думаю, у нас ничего не получится, Дим, извини... - неожиданно выдала она прежде, чем дверь номера захлопнулась, и он остался один на один с её словами, отдающимися эхом в голове. Он, конечно, мог бы побежать следом и начать донимать её вопросами и разговорами о том, почему же у них ничего не получится, но, кажется, в этом не было смысла. Если людям хорошо вдвоём, то это «хорошо» продолжается ровно до того момента, пока кто-нибудь не начнёт лезть другому в душу. В данном случае Дима зашёл на запрещенную территорию, отыскав её слабое место и тем самым сделав уязвимой. Быть уязвимым не нравится никому, потому что это чревато травмами. Страшно осознавать, что тебя в любой момент могут ранить, а ты даже никак не сможешь этому воспрепятствовать. Спустя несколько минут после её ухода он всё же понял, что не стоило ничего говорить на эту тему, ведь его же никто об этом не просил, в частности она сама. Возможно, и отпускать её не стоило, но находиться рядом с ним она больше не могла, а разговаривать не хотела. Предприняв одну единственную попытку дозвониться до неё, он быстро бросил эту затею, сразу догадавшись, что трубку она не возьмёт теперь как минимум несколько дней.