Пойдём со мной

Как они и предполагали, спустя два дня пришли отрицательные результаты теста на коронавирус, после чего Полино «заточение» в Диминой квартире благополучно закончилось, и она вернулась обратно домой. Их спор совсем её не тяготил, а острого желания покурить, как ни странно, не возникало. Для неё не было никакой проблемы в том, чтобы бросить, она просто не наблюдала в этом смысла. К тому же, делала это далеко не каждый день. Но доказать Диме, что она спокойно может прожить месяц без курения, ей почему-то очень хотелось, а ему, в свою очередь, хотелось повлиять на неё хотя бы так. Сам он тоже неплохо держался первые три дня, а дальше руки так и «чесались» стрельнуть сигарету у кого-нибудь из команды, либо пойти и купить себе новую пачку. И если у него «ломка» проходила без последствий, то вот Поле за этот спор пришлось в очередной раз объясняться, когда Тася, проводя «ревизию» в маминой сумке, выудила оттуда сигареты прям при бабушке, что вместе с мамой пила чай в этот момент. - Здрасте, приехали, - ахнула Светлана Геннадьевна, с каждой неделей узнавая о своей дочери всё больше нового. - А что это такое? - поинтересовалась малышка. - Так, положи, пожалуйста, - возмутилась она, отобрав пачку у Таси, что уже вовсю принялась изучать её содержимое, - Мам, это не моё!.. - Тасенька, а принеси раскраску, покажем маме, что мы нарисовали, - ласково попросила женщина, после чего внучка послушно направилась в комнату. - Это Димины сигареты, - начала потихоньку выдвигать аргументы в своё оправдание Поля. - Ты ещё скажи, что тебе их подбросили, - цокнула она, возмущённо глядя на неё, - Поль, ты о голосе вообще не думаешь? Я щас даже не спрашиваю, зачем тебе опять это нужно, но, по-моему, в прошлый наш разговор ты меня услышала и пообещала бросить. - Во-первых, это правда не мои сигареты, я иногда курю айкос, а во-вторых, мы с Димой как раз бросили... вместе... - пояснила блондинка, меньше всего желая сейчас оправдываться и в то же время выглядеть глупо в глазах близкого ей человека, - И как бы отдали друг другу сигареты в знак того, что больше не будем. - Детский сад, - прокомментировала Ханова, тяжело вздохнув, - С Димой они бросили... У меня такое ощущение, что ты с ним реально теряешь голову, причём в самом плохом смысле. То ты боишься забеременеть от него, то ребёнок находит у тебя в сумке сигареты. Дальше она что у тебя там найдёт? Презервативы? Или в свете последних событий вы даже не предохраняетесь? - Мама! - прошипела она, обиженно нахмурив брови, - Что ты меня, как школьницу, отчитываешь? Я тебе сказала, что не курю, а в остальном я оправдываться не собираюсь. - Смотри! - послышался голос Таси, что радостно неслась к ней с раскраской в руках, - Мы с бабулей вчера разукрасили... - Какая красота! - изумилась Пелагея, правда изображать изумление после всего, что они успели обсудить в её отсутствие, было трудно, - Тась, а поехали уже домой? - Она ещё даже не обедала, - напомнила Светлана Геннадьевна, устало прикрыв глаза. - Дома пообедает, - заключила она и, не желая больше оставаться здесь, двинулась к выходу. - Поль, тебе сколько лет? Что за психи? Я сварила суп, чем ты будешь её дома кормить? - возмутилась та, понимая, что она специально себя так ведёт. - Делайте, что хотите, - отмахнулась Поля, явно обидевшись. - Я с мамой хочу, - проскулила Тася, направившись следом за ней. - Да кто б сомневался... - пробубнила женщина, уже привыкнув, что в подобных ситуациях Тася всегда уходит следом за ней. Их обеих прекрасно можно было понять: одна хотела для своей дочери только лучшего, действуя исключительно из добрых намерений и собственных переживаний; вторая считала, что сама знает, как ей лучше жить, и уже достаточно взрослая, чтобы самостоятельно принимать решения и нести за них ответственность. Но конфликт поколений извечен, и был, есть и будет всегда. Просто либо в большей, либо в меньшей степени. Колеблется. Бабушку Тася очень любила, как, впрочем, и всю свою семью, с которой была знакома, но предпочитала условно занимать мамину сторону, даже не пытаясь вникнуть в суть взрослых разговоров и вытекающих из них конфликтов. Ей, как и любому маленькому ребёнку, казалось, что мама всегда права и лучше знает, как правильно поступать. Детям всегда кажется, что взрослые не ошибаются, но с годами понимаешь, что возраст здесь роли не играет. Ошибаются все, но не все признают это. В тот момент Поле очень хотелось нервно закурить, и, скорее, назло, нежели потому что этого требовал организм. Ей совершенно не нравился тот факт, что близкие люди начали поочерёдно промывать ей мозги, словно она сама не понимала, что такое хорошо, а что такое плохо. Благо у Димы получилось сделать это более-менее завуалированно, переведя всё в невинный «эксперимент», а вот её маме явно не хватило немножко лояльности, что, в принципе, было понятно, но всё равно неприятно. Выбросив в урну эту дурацкую пачку сигарет, Поля окончательно приняла для себя решение, что с вредными привычками даже в таких небольших объёмах пора заканчивать, потому что ничего хорошего из этого выходит. Раньше это было её маленькой тайной, когда во время самоизоляции на даче она выходила по вечерам прогуляться по улице недалеко от дома и могла выкурить максимум две сигареты, не возвращаясь к этому ещё минимум несколько дней. Это действительно успокаивало, а тогда покой ей только снился. Когда это так или иначе переросло в какую-то привычку, которой она изначально не злоупотребляла, пришло время возвращаться обратно в город, где не было балкона, а выходить на улицу, оставляя в квартире маленького ребёнка даже по ночам – так себе затея, и ей в голову пришла идея перейти на электронное устройство, коих было предостаточно для выбора. От него не было запаха табака, который Тася могла в любой момент почувствовать, а главное, не было необходимости выходить на свежий воздух. Светлана Геннадьевна узнала об её пагубной привычке почти сразу, ещё весной, но тогда не сказала ни слова, поняв, что ей тяжело, и решив, что дочь сама скоро придёт к тому, чтобы не увлекаться подобным, и бросит. Однако обнаружив её летом на том же месте уже с электронной сигаретой, она поняла, что этого «скоро» так и не произошло, но и тогда не стала читать нотаций, а просто попросила подумать о собственном голосе и здоровье, понадеявшись на её сознательность. И разумеется, когда Тася вытащила у неё из сумки пачку сигарет, это стало последней каплей, когда промолчать уже не получилось. - А мы пойдём гулять? - спросила малышка, с её помощью выбираясь из такси. - Нет, Тась, мы пойдём домой обедать и ждать няню, потому что вечером у мамы дела, - пояснила она, взяв её за руку и направившись в сторону подъезда. - А когда Дима к нам опять придёт? - уточнила Таисия, пытаясь отыскать хотя бы перспективу на что-то хорошее. - Дима болеет, поэтому пока не может прийти, - ответила Пелагея, как раз подумав о том, что надо бы ему позвонить и узнать, как он там. Вопрос с обедом, к счастью, всё же был решён Светланой Геннадьевной, что успела вручить ей контейнер с приготовленным супом для Таси перед их уходом, а у неё банально хватило ума взять его, понимая, что её самой не было дома два дня, и что голодный ребёнок в их конфликте не виноват. Но даже по приезду домой легче почему-то не стало: мало того, что всё и так ужасно раздражало, так сверху наваливались ещё и другие проблемы в виде пустого холодильника, с которым нужно было что-то решить; опаздывающей няни, из-за которой Тася могла опоздать на занятия; и вдобавок всё, как назло, валилось у неё из рук. Кажется, по гороскопу у Раков сегодня был не самый благоприятный день для комфортного существования в окружающей среде. И это, чёрт возьми, бесило. Весь оставшийся день Пелагея провела на съёмках одной передачи, хотя бы на время переключившись и выкинув из головы ссору с мамой, а домой вернулась лишь поздно вечером, когда Тася уже спала. Сил оставалось только на то, чтобы проводить няню, сходить в душ и позвонить перед сном Диме, с которым они переписывались весь день, несмотря на то, что расстались только сегодня утром. - Поля, простите, а кто такой Дима? - вдруг спросила Тасина няня, вот-вот собираясь уходить, - Тася просто несколько раз упоминала какого-то своего нового друга, которого очень ждёт в гости. Мне нужно что-то об этом знать? - Дима – это мой друг, - пояснила блондинка, явно удивившись такому вопросу, - Но теперь, видимо, по совместительству ещё и Тасин... Вы, если что, просто отправляйте её ко мне со всеми вопросами про него, ладно? - Конечно, - улыбнулась женщина, всегда стараясь быть максимально тактичной, но сегодня отчего-то позволяя себе чуть больше, - Я очень рада, что у Вас наконец-то всё хорошо. Вы, как никто, заслуживаете быть счастливой. - Спасибо Вам, - тоже улыбнулась она, совсем не ожидая таких откровений. За все несколько лет, что она у них работала, они редко говорили на личные темы, чаще всего ограничиваясь рабочими вопросами, связанными непосредственно с Тасей. И лишь один раз, когда Поля банально не смогла больше держать всё внутри себя, разрыдавшись на ровном месте прямо при ней, у них состоялся довольно откровенный разговор, где она её по-настоящему поддержала, в последствии, разумеется, сделав вид, что ничего не было, потому что её это по-прежнему не касалось. Они так же никогда не обсуждали с ней Полин развод с Телегиным, как и его уход, хотя обе всё прекрасно понимали, но говорить об этом было как-то неправильно. Оставалась субординация и какие-то границы, переходить которые не должна была ни одна, даже самая хорошая, няня. И поэтому сейчас Поле, конечно, было очень приятно слышать такие слова в свой адрес, учитывая тот факт, что они по-прежнему оставались друг другу чужими людьми. В этом было что-то своё. В этом было что-то очень важное.