Осколки

      Хоук ругалась с агентами Соловья уже битый час. Мерриль тоскливо потягивала кислое, тяжёлое сливовое вино, глядя, как колышутся кроны деревьев над головой. Осень уже оставила следы, вплетая золото в тусклую ферелденскую зелень.       — Нахера мне эти наёмники сдались! — послышалось от стола совещаний. — Какое нам до них дело?       Маргаритка лениво повернула голову, от вина слегка захмелела и набралась решительности задать жару любому, кто мотает нервы её женщине, но Индред, обложив разведчиков такими словами, что Изабела бы удивилась, уже и так возвращалась к отряду. Варрик даже не шутил, он сидел с видом мабари, тайком сожравшего твой последний бутерброд с солониной.       — Снова политика? — поинтересовалась Мерриль.       — Как ты догадалась? — не глядя на неё, продолжая наблюдать за разведчиками, улыбнулся тепло Варрик.       — Потому, что ты навострил уши, а я снова не разбираюсь. Значит, политика.       — Они хотят эту крепость потому, что ожидают там что-то найти, а вовсе не по той причине, которую назвали Хоук, — вполголоса пояснил.       — Я же не дура! — примчалась Хоук, сотрясая своими роскошными чёрными, сверкающими на солнце, будто в них прятались искры, волосами.       — Ты не дура, — тем же мягким тоном, что общался с Мерриль, продолжил Варрик.       — Великолескую усадьбу специально построили у демона на рогах, чтобы была подальше от трактов и случайных зевак, она в г-л-у-ш-и, в которую демон хер не совал! — Хоук свирепо вонзила посох в землю.       — Это же люди Лелианы, верно? — Варрик подталкивал Хоук к ответу с какой-то отцовской нежностью, очень осторожно.       — Не-е-е-е-ет, — протянула Хоук, сузив глаза, когда догадалась.       — И раз эту крепость построили в такой глуши, значит там есть что поискать, — Варрик не выдержал и озвучил свою догадку.       Индред раздражённо потёрла напряжённый лоб. Мерриль вздохнула — Хоук начинала сердиться по-настоящему.       — Ты же Инквизитор, зачем тебе вообще бегать по лесам, пусть сами бегают, раз им нужно, — понимая, что говорила глупость, но Мерриль давно хотела поднять этот вопрос.       — Как раз, чтобы ловить их на таких делишках, чтобы понимать, что творится и чтобы меня снова не выставили виноватой во всём, — в голосе Индред звучала старая обида.       — Может, она хотя бы красивая, — мечтательно улыбнулась чуть покосевшая Мерриль.       — Кто?       — Крепость эта. Может, там есть большой камин и кровать, много подушек и перина…       Хоук рассмеялась, её плечи наконец расслабились.       — Вы моя крепость. Самая надёжная во всём Тедасе, — Хоук наконец посмотрела на свою Маргаритку и та засияла от улыбки, — Но от удобной кровати я бы не отказалась, — Хоук медленно вздохнула, отпуская остатки напряжения и поковыляла обратно к палатке разведчиков.       — По-моему, она уже не так сильно хромает, — глядя ей вслед, заметил Варрик.       — Надо сделать ещё мази, — Мерриль убрала бутылку с вином в сумку, нехотя осторожно сдвинула тяжёлую морду Бруснички со своих колен на походное покрывало, и поднялась.       Мабари приоткрыла один глаз, дёрнула ухом и дальше продолжила дремать. Крепость так крепость.