Часть 5
2 октября 2020 г., 18:48
Тэ с самого начала был прав.
Ничего лучше секса Чимин в жизни не испытывал.
Голова кружилась от скачка эндорфинов и других химических соединений, которые образуются в организме человека при разрядке. От рук Шуги (не только от рук, и ещё рта) ощущения оказались раз в десять сильнее, чем когда он всё делал сам. Чимин даже выронил ключи Джина, пытаясь запереть за собой дверь, потому что руки никак не прекращали дрожать.
Шуга на это довольно усмехнулся. Он подобрал ключи, сунул их в задний карман Чимина — при этом руку задержал чуть дольше необходимого, — а потом своим ключом запер дверь, хотя Чимин под кайфом не обратил на это особого внимания.
Дорога домой отложилась в памяти размытыми картинками. Вроде он шёл пешком. Да, он шёл пешком. А Шуга его провожал, и наверняка на протяжении всего пути держал за руку. Щёки Чимина тут же залила краска, стоило им переплести пальцы, что даже нелепо, учитывая, что Шуга с ним делал совсем недавно — до того, как повёл за руку домой.
Перед зданием общежития они целовались, пока у Чимина не онемели губы. И на протяжении этого времени он даже облапал Шугу за зад. Тот никак не протестовал, зато
напоследок что-то сказал — вроде бы «увидимся завтра», правда Чимин его едва услышал. Слишком уж его поразила новая техника, которую он выучил с помощью практической демонстрации: человек, оказывается, может перекатывать язык внутри чужого рта, и эффект от техники потрясающий.
После таких событий было сложно уснуть. Очень сложно. Чимин лежал в кровати, вспоминал о первом в своей жизни минете, дрожал от воспоминаний и, если честно, удивлялся, что вообще выжил. И ему не терпелось повторить.
Однако что-то его тревожило, несмотря на послеоргазменное блаженство. Он не мог понять, что именно, пока не услышал шум из коридора: Тэхён пошёл в ванную. Хлопок закрывшейся двери напомнил о том, что Шуга запер дверь квартиры Джина своим ключом.
Откуда у Шуги ключ от квартиры Джина?
И… что он там вообще забыл?
Чимин нахмурился. Он долго размышлял, пока его, наконец, не осенило: Шуга, должно быть, делал то же самое, что и он сам. Наверняка Мин Юнги попросил его что-то проверить. Он вспомнил, как Шуга забирал сумку с камерой из шкафа в коридоре, прежде чем они ушли… Скорее всего, Мин Юнги попросил её принести.
Да. Всё логично.
Чимин зевнул и расслабился. Наконец-то получилось уснуть.
-----
Утром он рано поднялся, заправил кровать, сделал пару упражнений на растяжку, которые ему показал Хосок на прошлой неделе на танцах, сходил в душ, приготовил завтрак, съел завтрак, и всё это время напевал последний сингл Джастина Бибера. Когда Чимин помыл посуду, он выложил на стол ингредиенты для своего особого утреннего энергетического смузи… на две порции. Тэхён зашёл на кухню, когда он измельчал в блендере вторую половину. — Ты сегодня удивительно бодрый, — заметил друг вместо приветствия. — О, спасибо, Чим. — Эй! Это не тебе! — Чимин выхватил бутылку из рук Тэхёна, прежде чем тот успел её опустошить. — Ты не можешь выпить на завтрак два протеиновых смузи, — возмущённо возразил тот. — Расстройство желудка заработаешь! — А кто сказал, что я их сейчас пить буду? С собой возьму. — Что? Для кого? Джин не вернулся, а кому ещё ты можешь готовить смузи, если не мне? — Секрет. — У нас нет друг от друга секретов, Чимин. Мы же поклялись в пятом классе, или ты забыл? Чёрт побери. Чимин отвёл глаза. — Скажи мне правду, — приказал Тэхён с жутко подозрительным видом. Его вопросительно вскинутые брови скрылись под чёлкой. — Это для красавчика Шуги? Чимин принялся избегать его взгляда ещё старательнее. Чтобы себя чем-то занять, он взялся мыть блендер. — По-любому для красавчика Шуги. Он опять позвал тебя на свидание? Ты согласился? Чимин пожал плечами, пытаясь изобразить безразличие: — Ну… типа того. — И ты мне не рассказал! — завопил Тэ. — Как ты мог? — Это случилось только вчера! — Вчера? Так вот почему ты так поздно пришёл? И что, тебе перепало? И ты опять же мне не сказал? — Мы не дошли до самого конца! — бормотал Чимин. — Хватит кричать! Тебя все соседи услышат! Тэхён продолжал выпытывать из Чимина детали на полной громкости, однако тот ловко уклонился от всех дальнейших расспросов: схватил обе бутылки и выскочил за дверь. Пока он мчался по кампусу, в кармане завибрировал телефон. Чимин, прижав руку к груди, аккуратно поставил бутылки на сгиб локтя, чтобы проверить сообщения. Обнаружилось одно новое от Шуги: «я перед библиотекой, иди сюда пока занятия не начались». Ну ладно, сообщение смахивало скорее на команду, чем на приглашение, но у Шуги просто был такой стиль. Ситуация в корне отличалась от предыдущих. Чимин мысленно себе кивнул. На этот раз идти он был не обязан, просто сам хотел увидеться. Он нетерпеливо запихнул телефон обратно в карман и развернулся, чтобы рвануть в противоположном направлении. К сожалению, он не заметил позади себя девушку на пробежке, в которую врезался. Бутылки вылетели из рук. С громким хлопком они взорвались на тротуаре. Спустя приличное количество произнесённых проклятий и извинений Чимин с грустью собрал остатки своего утреннего сюрприза, выбросил всё в урну и направился к ближайшему кафе. Пришёл он на десять минут позже, чем должен был, однако Шуга терпеливо ждал у входа в библиотеку, и на его лице не было видно признаков недовольства. Он стоял, прижавшись спиной к дереву — как обычно — и улыбнулся, заметив Чимина со стаканом кофе в протянутой руке. Шуга удивлённо приподнял бровь: — Я не просил кофе. — Знаю. Мне просто хотелось тебя угостить. Шуга взял стакан. Уголки его губ приподнялись в улыбке. — Спасибо. Конечно, было бы намного приятнее принести ему собственноручно приготовленный полезный энергетический смузи, но кофе — лучше, чем ничего. Чимин радостно заулыбался. — Это впервые, — заметил Шуга, отпив глоток. — Что впервые? — Ты впервые улыбаешься. — Я постоянно улыбаюсь! — Мне ты не улыбался. Щёки Чимина чуть порозовели. — Потому что ты издевался надо мной. — Это были никакие не издевательства. — Неправда. — Правда. Чимин принял вызов: — Тогда что это такое было? — Флирт, — ответил Шуга. Его бровь так и не опустилась. И потом он добавил с нотками сарказма в голосе: — Видимо, флиртовать у меня получается плохо. Щёки покраснели ещё сильнее. — Вот как. — Ага, — вздохнул Шуга, поставив стакан с кофе рядом. — Я весь заржавел. Слишком давно выпал из всей этой темы со свиданиями. — О. — Чимин просто не знал, что сказать. — Серьёзно? — Ага. — Я тоже, — поторопился он заверить Шугу, чтобы тому не было неловко. Плюс, говорил он чистую правду: Чимин не встречался ни с кем со времён старшей школы, да и те отношения быстро закончились. — Хорошо. Неожиданно Шуга наклонился, чтобы прижаться к его губам своими. У Чимина промелькнула мысль, что он такими темпами и привыкнуть может. К поцелуям. Постоянным. Шуга приподнял голову, лизнул его нижнюю губу, прежде чем спросить: — Ты чем завтракал? Конфетами, что ли? — Сладкими хлопьями, — проговорил Чимин. У него на языке остался привкус кофе. Шуга хмыкнул: — Кариес заработаешь, — и снова наклонился к его губам. Рука вернулась на поясницу Чимина и повела его куда-то, как и предыдущим вечером, пока Чимин не прижался спиной к дереву. Своими руками Шуга упёрся в ствол по бокам. Чимин даже не знал, сколько они целовались, прежде чем за спиной у Шуги кто-то появился. Он заметил тень, правда глаза у него были закрыты, поэтому он не знал, кто именно подошёл. — Вот так новости, — прозвучал знакомый звонкий голос. — Интересненько. Хотя не скажу, что удивлён. Может, поэтому ты так старательно его искал, но… Шуга на мгновение отстранился, не убирая ладоней со ствола. Он оглянулся через плечо: — Уходи. Я занят. — Я за вас рад, ребятки, и не хотелось бы прерывать такой момент, но мне очень нужна… — Не обращай на него внимания, — буркнул Шуга. Одна его рука двинулись по коре дерева вверх, пальцы легли Чимину на шею и принялись её массировать. — Если будем его игнорировать, он уйдёт. Это было не очень красиво. Хосок — Чимин узнал по голосу — воскликнул с явной обидой: — Юнгз, бро. Мне серьёзно нужна помощь. Шуга опять отодвинулся и повернул голову, лишь чтобы отрезать: — Я занят. — Да ладно тебе, Юнги! — Я же сказал… Неожиданно он замолчал на полуслове. Лежащая на шее Чимина рука замерла. Мозг у того всё ещё был затуманен поцелуями, поэтому работал в замедленном режиме. Чимин неосознанно облизал покрасневшие губы, пока Шуга смотрел на него безо всяких эмоций на лице. Он робко улыбнулся: — Да всё нормально, я не против. Можете… И замолчал. Нахмурился. Что-то его забеспокоило. Мозг, временно притупленный гормонами, наконец-то обработал информацию. Чимин задался вопросом, не ослышался ли. Такое ведь возможно? Ему наверняка просто показалось. Чуть ослабевшим голосом он уточнил: — Что ты сказал, Хосок? — Мне нужна помощь, — повторил тот, совершенно не замечая напряжения, что кралось по спине Чимина и пробиралось между лопаток. Шуга до сих пор пристально смотрел и молчал. А Хосок решил сменить тактику: — Да даже необязательно Юнги, ты мне тоже можешь помочь! Необязательно Юнги. С умоляющего лица Хосока Чимин перевёл взгляд на апатичного Шугу. Эмоции проглядывались лишь в его настороженном взгляде, который Чимин узнал, потому что видел его много раз, но до этой секунды не понимал. Когда он снова заговорил, в ушах шумело, а голос подрагивал: — Юнги? — спросил Чимин. Прошла ещё секунда. Рука исчезла с его шеи. Тепло резко пропало. — Да, — ответил Мин Юнги, отступив на шаг.-----
Секс отупляет людей. Только так можно всё объяснить. И неважно, что это не оправдывало Чимина, который ещё до части с сексом ничего не понял. Его одурачило хорошенькое лицо Шуги. Оно навеяло ложное ощущение безопасности. Шуга звонил и отправлял сообщения, всюду извинялся: «прости, мне жаль, пожалуйста, просто выслушай…», однако Чимин упорно не отвечал, упиваясь яростью, жалостью к себе и удивляясь своей глупости. «А вот не надо было от Джина отвлекаться, — заметил тихий голосок в голове. — С ним у тебя нет шансов, зато не может быть никаких разочарований». Этот чёртов голос нихрена не помогал. Тэхён же считал ситуацию смешной. Ну конечно. Он с каждого кризиса в жизни Чимина ухахатывался. И тоже ничем не помогал. — Какая разница? Ну да, кое о чём он соврал, но он же не врал о важном… Чимин своим ушам не мог поверить. Не о важном? — Он соврал о том, кто такой! Тэхён пожал плечами: — Не особо-то это враньё. Его правда все зовут Шугой. У меня на его специальности друг учится, так он говорит, что Шугу никто не зовёт реальным именем, даже преподаватели. Он типа как Мадонна. Чимина объяснение не впечатлило. Шуга всё равно скрывал правду. — Разве он не извинился? Извинился, но Чимин до сих пор злился. Как только всплыла правда, он заметил все намёки и подсказки, которых раньше не видел в упор. В тот день Шуга находился в квартире Джина с собственным ключом. И даже во время вечеринки… Он следил, чтобы никто не завалился к нему на кровать, и знал, где Джин хранит аптечку. Ни разу Чимин не додумался сложить два и два, когда Хосок говорил ему, где можно найти Юнги, а вместо Юнги на месте оказывался Шуга. Он чувствовал себя глупым, а это чувство Чимин ненавидел. Худшее ощущение на свете — когда тебя держат за дурака. Его аж подташнивало от мысли, что Шуга — нет, Мин Юнги — смеялся над ним за спиной. — Сколько ещё ты планируешь злиться? — поинтересовался Тэхён, прерывая поток печальных мыслей. — Что если к тому моменту, как ты решишь его простить, он больше не захочет с тобой спать? Чимин выругался: — Почему тебя только секс и заботит? На нём мир не заканчивается! — Конечно, нет, — Тэхён покачал головой. — Но ты светился от счастья, когда он у тебя был. Я просто хочу для тебя самого лучшего, Чим.-----
До Шуги — до Мин Юнги, вернее — дошло после трёх дней игнора. Чимин не предоставил ему такой роскоши как знание, что его сообщения прочитали — он на них даже смотреть отказался. Звонки и сообщения прекратились, чему Чимин только радовался. Хосока отправили на переговоры в качестве посредника, хотя стоило тому увидеть, как сильно Чимин расстроен, и он попытался убедить его, что не шутил над ним. — Я правда думал, что ты знаешь, — говорил Хосок. — Всё удивлялся, как ты умудряешься с ним разминуться… Но поверь, Чимин, я не пытался тебя обмануть. И не думаю, что Юнги преследовал такую цель. Он просто увлёкся… — Забей, — оборвал его смущённый извинениями Чимин. Он по лицу Хосока видел, как того грызёт совесть, и от этого самому стало ещё паршивее. Это ведь его вина, сам глупый. — Не переживай. Я тебя не виню. — Чимин… — Всё в порядке, — с нажимом произнёс Чимин, после чего выдумал отмазку и сбежал.-----
С момента открытия правды прошло пять дней. После разговора с Хосоком Чимин от Шуги ничего не слышал. Утром в тот день он связался в Скайпе с Джином, где изо всех сил притворялся весёлым, бодрым и счастливым, ведь на следующей неделе Джин планировал возвращаться, правда Чимин не был уверен в убедительности своей актёрской игры. Хотя вроде бы Джин ничего не заметил. Страдания и боль никуда не делись. Они наоборот стали хуже. Шуга оставил попытки — ну конечно, а разве могло быть по-другому? Чимин же просто идиот, которого обманом затащили в постель. Но это было неважно. Когда Джин вернётся, ему придётся искать предлоги, чтобы никогда не заходить к другу домой — чтобы точно не пересечься там с Шугой. Всё никогда не вернётся на круги своя. А если Джин узнает? Вдруг Чимин станет ему настолько противен, что он решит прекратить их дружбу? Эта мысль его ужасно взволновала, даже пришлось тут же набрать Тэхёну, чтобы спросить у друга его мнения, хотя Чимин уже был на полпути к общежитию. Тэхён ответил ёмким: — Молчать. Это самая нелепая чушь, которую я слышал за всю свою жизнь. Джин тебя любит, и он уж скорее красавчика Шугу убьёт за то, что тот ранил твои чувства. — Думаешь? — Чимин прикусил нижнюю губу. Такой вариант развития событий в голову не приходил. — Я не думаю, что Джин… — Да, я сказал, что с ним ничего не светит, но ведь это не значит, что ему на тебя плевать. Да и вообще, пусть становится в очередь, потому что я прикончу красавчика Шугу первый, — последнее предложение Тэхён произнёс так громко, что у Чимина даже ухо заболело. — Не нужно никого убивать, — поторопился он заверить. — Мне уже всё равно. — Ага, конечно, — фыркнул друг. — Но ты не переживай, я его не прикончу. Пока что. А ты вообще как, домой собираешься? — Да, как раз вот иду. А что? — Я планирую уходить, — ответил Тэхён. На фоне приглушённо хлопнула дверь. — Я ухожу, — повторил друг, будто говорил с кем-то ещё. Странно. — Кто там с тобой? — удивился Чимин. Послышался звук закрывающегося замка, потом какой-то шорох, и вскоре Тэхён сообщил: — Я не должен тебе рассказывать, чтобы ты не сбежал, но как твой лучший друг я считаю, что в первую очередь лоялен тебе, и поэтому… — Что такое? — Чимин растерянно посмотрел на свой телефон. — Слушай, я почти дошёл, погоди минуту… Он отказался от лифта и взбежал пешком по двум лестничным пролётам. Тэхён стоял в коридоре около их входной двери с недовольным видом. — Привет. Так что случилось? — Послушай, — друг одной рукой схватил его предплечье, второй взялся за ручку двери. — Главное помни, Чим: я тебя люблю. После этих слов он распахнул дверь и втолкнул Чимина в комнату. — Какого… Тэ! Чимин споткнулся о брошенный посреди прохода кроссовок. Кто-то поддержал его, чем спас от болезненного впечатывания лицом в пол. — Спасибо, — поблагодарил он на автомате, однако в следующий миг слова застряли в горле, как только Чимин увидел, кто его подхватил. Мин Юнги проник на его территорию. Он резко выдернул свои руки из чужой хватки, злясь и на стоящего посреди комнаты лжеца, и на друга, оказавшегося хладнокровным предателем. И ещё на себя, потому что его снова провели, а он наивно купился. — У меня не было выбора, — заявил Лжец, не дожидаясь от него первых слов. — Ты поразительно упрям. — Выметайся! — Не уйду, пока ты меня не выслушаешь. — Да ни в жизнь! — Чимин закрыл уши руками. — Я тебя не слушаю! У Лжеца хватило наглости улыбнуться, хотя он быстро осознал свою ошибку и стёр улыбку с лица. — Извини, — он почесал затылок. — Ты слишком милый. Не могу сдержаться. Это была просто ложь, сказанная с целью обезоружить, не более. Не будь дураком. Чимин стиснул зубы: — Нам не о чем разговаривать. Я с самого начала должен был понять, что ты просто водишь меня за нос. — Может, в самом начале так и было, — ответил Лжец. — Но это не меняет того факта, что ты мне нравишься. Ты мне нравишься. Внутри забурлил жар, но Чимин взял себя в руки: — Да плевать. — Я тебе тоже нравлюсь. — Мне не нравятся лжецы! Шуга поджал губы: — Я не должен был врать. Мне очень жаль. Когда ты примешь мои извинения? — Никогда, — твёрдо заявил Чимин. Шуга почему-то воспринял заявление как вызов: — Я заглажу вину. — Как? — Сколько хочешь? — Ты о чём? Он склонил голову вбок: — Минеты. Или что-то другое, как тебе будет угодно. Ты только назови, определи число, и я ещё бонус накину. У Чимина в момент пропал дар речи. Он ошарашенно смотрел на Шугу, на его напряжённую осанку, на спрятанные в карманах руки — непринуждённый вид противоречил решимости в глазах. Тот явно не собирался сдаваться. Можно было даже не надеяться. Чимин заколебался, не представляя, что сделать и говорить. Но его переполняло возмущение. И как только голос вернулся, он потребовал объяснений: — Что? — Ты меня слышал. Сколько хочешь? Ну точно блефует. Какая глупость. Чимин яростно выкрикнул самое большое число, которое пришло в голову: — Пятьдесят! — Хорошо, без проблем. Он фыркнул. — Я серьёзно, вообще-то. — Ну да, ну да. Возьмёшь и отсосёшь у меня пятьдесят раз… — Пятьдесят пять. Накину пять раз сверху, чтобы показать искренность своих намерений. Чимину хотелось швырнуть что-нибудь Шуге — нет, Юнги — в голову. Он прищурился: — Отлично. Пятьдесят пять минетов, и тогда я подумаю, прощать ли тебя за то, что ты вёл себя как монстр и обманывал. — Идёт, — Шуга расстегнул свою кожаную куртку и стянул её с плеч. Потом аккуратно перекинул через спинку тэхёнового кресла, прежде чем провести рукой по волосам. — Ты как хочешь, на кровать лечь, или мне встать на колени? Рот у Чимина от удивления приоткрылся. Он пребывал в смешанных чувствах: и продолжать блефовать боялся, и при этом слишком злился, чтобы отступить. Шуга посчитал его молчание согласием со вторым вариантом, и не успел Чимин опомниться, как он уже опустился на колени и схватился руками за его бёдра. Во рту пересохло. Чимина затопило волной стыда, а от открывшегося вида кровь мгновенно прилила к нижней половине тела. Он стиснул зубы, сопротивляясь собственным желаниям плоти. Не позволит он снова себя обыграть. Он собирался было отказаться от предложения и отодвинуться, но негромкий голос в голове прошептал: «а почему бы и нет?» Минет это минет. Заставь его потрудиться. Пусть заплатит за своё мудацкое поведение. Почему бы и нет? Он опустил глаза, встретился с тёмным заискивающим взглядом и произнёс так хладнокровно, как только смог: — Ну и? Чего ждёшь? Голос немного подрагивал, но в целом вышло здорово. Чимин собой гордился. Шуга — нет, Юнги — усмехнулся. Он расстегнул Чимину ширинку, высвободил из боксеров лишь наполовину твёрдый член, но и это достаточно смутило. Что-то нереальное было в этом моменте. Мин Юнги стоял перед ним на коленях. Мин Юнги собирался взять у него в рот. Мин Юнги обхватил ладонью ствол у основания и провёл вверх, заставив ахнуть. Он прижался к головке осторожным поцелуем, откинул голову, посмотрел Чимину прямо в глаза, отчего у того по спине пробежала дрожь и бёдра сами по себе приподнялись, неосознанно подаваясь ближе к тёплому рту. Юнги подчинился и накрыл губами головку. Чёрт. Руки сами закопались в волосы Юнги, пальцы запутались между прядями, они тянули их, пока рот Юнги сжимался теснее, вырывая из Чимина стоны, а язык кружил по головке. Вскоре Шуга принялся за дело со всей серьёзностью, его рука принялась вращаться вокруг основания в ритме, противоположном движениям на чувствительной нижней части ствола. Жар в животе Чимина скручивался в тугой узел. Он не мог отвести взгляда от губ Юнги, которые двигались то вверх, то вниз, не мог сдержать беспомощных стонов, рвущихся изо рта. Не последовало никакого предупреждения. Юнги просто соскользнул ртом вниз, накрывая им весь ствол, и потом… сглотнул. Чимин дёрнулся. Остановиться никак не получилось. Он инстинктивно толкнулся вперёд, Юнги чуть подавился и на глазах у него выступила влага. Чёрт. Сразу же Чимина захлестнуло волной стыда. Он вёл себя как животное. Юнги не заслуживал такого обращения, пусть даже он был лжецом и монстром. Чимин поморщился и попытался отстраниться, но его не отпускали, поэтому он дёрнул за волосы. На этот раз Юнги намёк понял и отодвинулся, напоследок проведя языком по стволу. — Что? — спросил он хрипло. — Слишком грубо? Слишком грубо? Чимин удивлённо смотрел на него сверху вниз: на слезящиеся глаза и слюну, стекающую к подбородку. Юнги сильно подавился. Должно быть, ему было больно. — Ты в порядке? — Да. — Но это же неправда. — Чувствовал Чимин себя ужасно. — Извини. — За что? — За… — вместо ответа он коротко стиснул в руке волосы Юнги. Произнести просто не мог. Тот понял, на что Чимин намекает: — Да всё в порядке. Это было здорово. Я понимаю. Тебе не за что извиняться. После этих слов он опустил голову и снова вобрал плоть в рот. Возбуждение уже граничило с болью. Юнги же продолжал толкать его дальше к краю, и через некоторое время ускорился, будто почувствовав, что Чимин близко. Его губы двигались то вверх, то вниз в неровном ритме, от которого по всему телу расходились волны жара… Пальцы снова сжались в волосах… Чимин пытался продержаться подольше, чтобы насладиться… но всё было бесполезно. Раскалённое добела удовольствие пробежало по венам. От захлестнувшей волны эндорфинов он едва устоял на ногах. Юнги, уткнувшись носом ему в живот, ждал, пока Чимин придёт в себя. Он целовал торс, тёплое дыхание щекотало кожу. Потом отстранился и медленно поднялся на ноги. Чимин же отпустил его волосы, и они оказались лицом к лицу. Ноги не прекращали дрожать. Чимин попятился спиной в комнату, где уселся на ближайшую горизонтальную поверхность: на маленький кофейный столик, заваленный лекциями Тэхёна. Юнги прошёл за ним, наклонился, убрал с его глаз волосы. Чимина переполняло удовольствие, но при этом он злился на себя, ведь до сих пор, несмотря ни на что, его сильно тянуло к Мин Юнги. Тот ласково погладил его по щеке. Чимин вздохнул, позволив себе расслабиться на минутку, насладиться прикосновением. А после он сразу оттолкнёт Юнги. Только ещё немного посидит, раз уж этот момент будет их последним. Кожа взмокла, и хотя Юнги всё проглотил — от этой мысли внутри живота всё жарко сжалось, — немного белых капель всё равно попало на футболку и осталось там доказательством слабости. Чимин отлепил ткань от вспотевшего живота, а через секунду просто сорвал с себя футболку, забив, что такое можно неправильно понять. Юнги сверху вниз разглядывал линии пресса на его животе, да так долго, что он смутился: — Что такое? Прекрати на меня пялиться. — Сколько бы я ни смотрел, всё время поражаюсь, — Юнги провёл руками по его животу. — Ты потрясающе сексуальный. Чимин не думал, что может покраснеть ещё сильнее, но, как оказалось, может. От этих слов он едва не воспламенился. — Что у Джина с головой не так, — задумчиво заметил Юнги, не убирая рук. — Не понимаю. Ты у него так долго был под каблуком, и он ни разу не подкатил… Идиот, — глаза у Юнги загорелись самодовольством. — Ну и ладно. Ему же хуже. — Это… Чимин попытался заговорить, только вот голос прозвучал сдавленным писком. Он не мог посмотреть Юнги в глаза — смущался, и вообще чувствовал себя чересчур раскрытым. Тот наклонился ближе, поцеловал его в шею. Потом произнёс очень-очень ласково: — Клянусь, Чимин, я не пытался тебя обмануть. Он поглаживал его бедро, но не ради обычной цели — завести. Скорее… успокаивал. И прикасался так нежно. Чимину на ум пришло только это слово. Оно сильно противоречило образу, который Юнги старательно показывал миру. Жёсткий, саркастичный и насмешливый. Только на деле он был другим. Он ласково прижимался к Чимину и обнимал. — Сначала я думал, что ты мне просто подыгрываешь и дразнишь. Потом решил, что ты сам поймёшь. И всё ждал, когда это случится. Чимин под ласками таял, прекрасно зная, что Юнги пытается его заговорить, заставить капитулировать и сдаться. Он старательно боролся, но глубоко внутри понимал, что шансов нет. Даже злость ушла. Крышесносный минет растворил её почти полностью. — Ну, может, я и хотел тебя чуть-чуть помучить, — признался Юнги. — Меня бесило, что ты мною интересуешься только из-за Джина. Чимин нашёл в себе силы отодвинуться и заглянуть ему в глаза: — Правда? — Ненавижу, когда он лезет не в свои дела. Я, блин, взрослый человек, могу о себе позаботиться. А только потому, что в своё время я вёл себя немного… безрассудно… он считает меня какой-то бомбой замедленного действия. Я с ним ещё разберусь, когда он вернётся. Если он считает, что может сплетничать, забивать тебе голову всякой чушью про меня, и потом выйти сухим из воды, то пусть подумает ещё раз. Я такого не потерплю. Чимину хотелось заметить, мол, он просто о тебе заботится, но он сдержался, ведь это Юнги и так знал. Да и может, в его словах тоже была правда. Возможно, у Юнги были веские причины злиться. Он был сложным человеком, которого нелегко понять, но явно не таким эмоционально нестабильным персонажем, каким Джин его описал. Возможно, Джин — и он сам — оказались неправы. Злость Чимина окончательно испарилась. Он сглотнул собравшуюся во рту слюну, жалея, что вообще согласился на план Джина. — Что? — спросил Юнги, наблюдая за его лицом, где одна эмоция сменяла другую. — У тебя лицо такое. — Какое? — Милое. Оно бывает, когда ты усиленно думаешь. Чимин смущённо поёрзал, хотя попытался не подавать виду: — Ну, видимо, я слишком тупой. — Ты не тупой. — Он фыркнул, однако Юнги настаивал: — Ты просто слишком доверчивый. В этом нет ничего плохого. Ещё один поцелуй, на этот раз напористый и горячий, будто Юнги собирался украсть у него душу. Когда он оторвался, Чимин тяжело дышал. Судя по вздымающейся груди Юнги, того поцелуй тоже не оставил равнодушным. — Я тебе сотню минетов сделаю, клянусь. Прости меня. Сердце у Чимина грозилось взорваться в груди. Он схватил Юнги за ворот рубашки обеими руками, смял ткань и — наконец-то — смилостивился: — Хорошо. С победным сиянием в глазах тот снова опустился на колени. И на этот раз Чимин реально увидел звёзды. — Два готово, — заявил Юнги после, картинно вытирая рот тыльной стороной руки. — Осталось всего-то пятьдесят три. — Девяносто восемь, — поправил Чимин. И добавил: — Я не выживу.-----
— Юнги, пойдём, — Чимин тянул его за руку к последнему терминалу. — Самолёт Джина уже садится, быстрее! — Будто мне не пофиг, — ворчал Юнги, потирая левый глаз под солнцезащитными очками. — Тебе обязательно меня так называть? — Да, — твёрдо заявил Чимин. — Джин зовёт тебя Юнги, и Хосок тоже. — И? — И мне просто хочется, — сказал Чимин, надув губы. Ну вот хотелось ему находиться в Юнги-клубе и всё тут, особенно учитывая, что Джин вернулся. Как выяснилось, Юнги слаб перед его надутыми губками. Тот спорить прекратил, и просто позволил Чимину потащить себя к залу прибытия. — Джин! Сюда! Джин — загоревший, высокий и беспощадно красивый — помахал рукой, после чего покатил чемодан в их сторону. Увидев Юнги, он приятно удивился: — Привет! Вы оба пришли! Юнги что-то хмыкнул. Это не походило на счастливое приветствие, но по смягчившейся линии губ Чимин видел: тот на самом деле рад видеть Джина. Он ждал, когда же Джин заметит их переплетённые вместе пальцы. У того растерянно вытянулось лицо, с которого быстро сошла счастливая улыбка. — Что… А из ухмыляющегося Юнги самодовольство так и пёрло. Он приобнял Чимина за шею со словами: — Он теперь мой. Делиться не собираюсь. — Юнги! — воскликнули Чимин с Джином одновременно. Последний стоял, как громом поражённый. Он перевёл на Чимина просящий взгляд, будто умолял опровергнуть реальность. — Мы встречаемся, — смущённо сообщил Чимин. — Уже на три свидания ходили. — На четыре, — сердито поправил Юнги. — Первое не считается. — Да прям не считается. Я тебе молочный коктейль купил и проводил домой… — Я не знал, поэтому не считается, — объяснил Чимин Джину. — Это свидание прошло не по полному взаимному согласию. Джин уже смотрел на них выпученными глазами, что не могло быть хорошим знаком. Юнги твёрдо возразил: — Оно прошло по взаимному согласию. Не отрицай. Ты хотел меня с первой встречи. — Будто ты меня — нет! — парировал Чимин. Юнги в ответ усмехнулся, лишь подтвердив правдивость заявления, стиснул его плечо, наклонился ближе и прошептал так, чтобы никто больше не услышал: — Девяносто четыре. Чимин содрогнулся. Это заметил мгновенно побледневший Джин: — Чимин, нет. — Извини, — сказал тот, прежде чем коротко чмокнуть Юнги в губы. Всё-таки Чимин усвоил очень важный урок: больше Джина не слушать. И затем он с радостной улыбкой на лице воскликнул: — Ну ладно. Давай я понесу твои вещи! Не зря же качался!
