Life is a Rollercoaster

Когда в следующий четверг заключенного привели в зал свиданий, священник уже сидел, выбрав тот же стол, словно догадавшись, почему в прошлый раз Барнс предпочел именно его. На столе лежали несколько ярких папок, листы внутри которых пестрели цветными стикерами и яркими маркерными линиями. - Мистер Барнс! – Стив поднялся и с силой тряханул протянутую руку. - Можете звать меня Джеймс, раз уж это наше второе свидание. – Барнс от души насладился румянцем, залившим щеки соседа. - Договорились, Джеймс. Будем на «ты», если не возражаешь? Не такая уж у нас и разница в возрасте. Мужчины сели, и Стив тут же, словно боясь, что заключенный передумает и сбежит обратно в камеру, подвинул Барнсу первую папку. Та была красной, что вызывало у Джеймса определенные опасения. - Ну же, открывай! – в этот момент священник напомнил ему щенка ретривера, которого Джеймсу с сестрой подарили родители на Рождество. Наивный дурачок, он носился по дому, сшибая все на своем пути, и плохо слушался команд. Однажды Бекка неплотно закрыла заднюю дверь, и Кэп (так Джеймс назвал его, отметая прочь предложенную сестрой дурацкую кличку «Ронни») выбежал на улицу. Он не нашелся ни через день, ни через неделю. Спустя месяц объявления, которыми Джеймс и Бекка облепили все фонарные столбы в округе, полиняли, и уже было не разобрать текста. Новую собаку родители заводить не решились. Так Бекке достался аквариум с золотой рыбкой, а Джеймсу - глупый толстый хомяк, не проживший и двух лет. Воспоминания о родителях и сестре больно кольнули сердце, и Джеймс с шумом втянул воздух, сдерживая стон. - Эй, все в порядке? – Стив принял это за робость и ободряюще положил ладонь Барнсу на плечо, ощутив под одеждой рельеф крепления протеза к телу. Барнс инстинктивно дернулся, сбрасывая его руку. - Я в норме! – прошипел он. – Но больше меня не трогай! - Прости! – тут же извинился мужчина. – Здесь я собрал все документы по дистанционному обучению. Думаю, ты знаешь, что в здешнем заведении действует образовательная программа. Тебе нужно будет заполнить заявление и прочие бумаги. По правде говоря, их просто дохрена, я извел весь картридж на церковном принтере, пока печатал бланки. Просмотри предлагаемые направления и выбери, что тебя больше интересует. Он замолк и не мешал Джеймсу внимательно изучать документы, за что тот был ему очень благодарен. У Барнса немного дрожала рука и путались мысли, пока он продирался сквозь дебри официальных формулировок. Наконец, закрыв папку, он проговорил: - Не думаю, что это все мне подходит. В школе у меня были неплохие оценки, но столько времени уже прошло. Я слишком стар чтобы учиться чему-то новому. - Не говори так! Учиться никогда не поздно! И потом у тебя будет куратор, который сможет помочь тебе со всеми сложными вопросами. Давай посмотрим программы вместе? – не дожидаясь ответа, Стив подвинул папку к себе и нашел страницы с курсами. Они потратили еще полчаса, выбирая программу подготовки, споря шепотом, чтобы не мешать другим посетителям. - Теперь заполним анкету и заявление, а я сегодня же их отправлю. После того как Барнс испортил два бланка подряд, Стив порадовался собственной предусмотрительности, что догадался распечатать все в четырех экземплярах. Когда с красной папкой было покончено, мужчина придвинул заключенному синюю. - Здесь контракт с твоим будущим адвокатом. Изучи его, но можешь не особо вчитываться – моя знакомая работает юристом и проверила все досконально, подводных камней в нем нет. На стоимость услуг не смотри – человек будет работать по благотворительной программе штата. Мистер Роудс – опытный адвокат. Я встречался с ним на прошлой неделе и показал твое дело. Так вот, он готов взять его и практически на сто процентов гарантировал тебе выход по УДО в следующем году. Пока Стив говорил, Джеймс махом подписал все экземпляры договора и захлопнул папку, словно она могла его укусить. Он опасался связываться с законниками, потому что прекрасно помнил историю своего родного дяди, которого нанятая адвокатская контора ободрала как липку. Но брать с него, нищего зека, было нечего – разве что на органы пустить. Теперь перед ним легла зеленая папка, которую священник пока накрыл ладонью, не позволяя Барнсу заглянуть внутрь. - А здесь-то что еще? – заключенный тяжело вздохнул. Вся эта бюрократия давалась ему с большим трудом. - Слушай… - помялся Стив. – Такое мы, конечно, не обсуждали… Хотя, знаешь, в прошлый раз мы вообще ничего из этого не обсудили. Ты можешь подумать, что я лезу не в свое дело и послать меня куда подальше. Но все-таки, надо заметить, ты сам дал мне карт-бланш! - Начало уже интригует! – пробурчал Джеймс и попытался было спихнуть ладонь мужчины, но та лежала, словно приклеенная. Зато Барнс кончиками пальцев ощутил чужие напряжённые мышцы предплечья, да еще какие мышцы. – Эй, а ты точно священник? Качаешься что ли? - Я просто люблю спорт, – снова покраснев, невнятно пробормотал Стив. - Так, давай кончай тянуть кота за яйца и показывай, что там! - Только не бей и не сбегай, ладно? – Стив убрал руку. Джеймс рывком подвинул папку к себе, поколебался мгновение и открыл ее, но тут же захлопнул. - Кто тебе дал право? – прошипел он, поднимаясь на ноги. – Если я позволил тебе лезть в мою жизнь, это еще не значит, что ты можешь вот так с легкостью распоряжаться моим телом! - Джеймс, прошу тебя, сядь. У нас осталось мало времени, а я хочу, чтобы ты действительно взглянул на это! – Стива потряхивало от волнения. Содержимое этой папки было самым ценным из всей мишуры, которую он сегодня притащил. Возможность, больше похожая на чудо! Дар божий, не иначе! Барнс долго вглядывался в его лицо, словно ища в нем намек на обман или подвох. Но священник был чист, как стеклышко, даже придраться не к чему. - Хорошо, давай сюда! – буркнул он и плюхнулся обратно на стул. В папке была рука. Не сама рука, конечно, лишь чертеж. Бионическая, современная, с полной интеграцией в человеческое тело. Чувствительность всего на пятнадцать процентов ниже реальной живой конечности. Покрытие из искусственной кожи, не отличимой от настоящей ни визуально, ни тактильно. Мечта, недостижимая, невероятная. - Мать твою, я даже не знал, что такое вообще бывает! – с благоговением в голосе пробормотал Джеймс. - Это… лабораторная разработка. Компания «СТАРК ИНДАСТРИЗ», одно из ее подразделений, занимается такими вещами. Пока это всего лишь проект, но Тони обещает, что доведет его до ума к моменту твоего выхода на свободу. - Господи, Стив. Это же будет стоить космических денег! У меня за душой ни гроша. Все, что я зарабатываю здесь, я здесь и трачу – на жратву эту поганую, на лазарет. Мой банковский счет пуст – все остатки заработка списываются в счет судебных издержек. Я никогда не смогу себе этого позволить. Если ты решил так надо мной посмеяться, то это, блядь, очень жестоко. - Ты ничего не понял, Джеймс. Рука достанется тебе бесплатно! Совершенно! Абсолютно! Взамен «СТАРК ИНДАСТРИЗ» получит нулевого пациента – тебя. Несколько тестов и регулярные осмотры – вот все, что ты будешь им должен. Тони уверяет, что это на сто процентов безопасно. С тобой будут работать лучшие врачи мира! - Да кто этот Тони, о котором ты все твердишь? Какой-то сумасшедший ученый? - Ага! Гений, плейбой, филантроп, миллиардер Энтони Эдвард Старк. Единоличный владелец «СТАРК ИНДАСТРИЗ». Барнс пораженно откинулся на стуле. - Откуда, скажи мне, откуда ты, священник, знаешь одного из богатейших людей мира? И знаешь, видимо, лично, раз сумел договориться о таком? - О, это долгая история! Джеймс, пока меня не выпроводили отсюда, пожалуйста, подпиши бумаги на протез. А в следующий четверг я все тебе расскажу, обещаю! Борясь с тошнотой и головокружением, Барнс поставил росчерк в двух местах, отмеченных галочкой. Он успел за мгновение до того, как резкий зуммер оповестил о времени окончания визита. - Ну, мне пора! – Стив поднялся на ноги, собирая папки со стола. - Это же все взаправду? Я же не валяюсь в коме в лазарете после очередной драки? Видит Бог, Стив, если это так, то я не хочу просыпаться! – Джеймс тряс и все никак не мог заставить себя отпустить руку священника, пока к ним не подошел Сэм. - Ребят, я все понимаю, вы теперь друзья навек, но сигнал звучал для всех посетителей. Преподобный, тебе пора.