Пока есть время

Концерт закончился поздно ночью, но было тепло. Всё стихло, только редкие машины проносились по проезжей части да прохожие показывались в проёме между двумя барами. Машина Пита была припаркована у чёрного хода ночного клуба, где они играли, и желтоватый свет от неоновых вывесок музыкального бродвея, от фонарей и отражений в стёклах небоскрёбов до туда едва доставал, но над дверью горела тусклая лампочка. Пит зажёг фары и тихонько включил магнитолу, для атмосферы. Сначала обсуждали концерт. Пит выглядывал из кабины. Энджи забралась коленями на сиденье рядом и высунулась через заднее окно. Кайл с Мистой и барабанщик Джайя забрались на кузов, закинув туда и чехлы с инструментами. Миста запрокинула голову, рассматривая небо. Оно казалось не таким уж тёмным, и его покрывали точечки звёзд. Она никогда не умела складывать созвездий, но любила их, восхищалась ими и — удивительно — видела, насколько небо над Форкселли отличалось от неба дома. Там оно было глубже, темнее, потому что его не стремились осветить огни из каждого уголка. Может, просто выше? И звёзды словно уменьшились… — А Восхождение здесь какое? — вдруг спросила Миста и сама удивилась, как это вырвалось. Разговор стих, парни переглянулись, а Энджи отчего-то с подозрением нахмурилась. И Миста почувствовала себя так неудобно, будто спросила что-то неправильное. Может, они и вовсе не праздновали Восхождение? Кайл нарушил затянувшееся неловкое молчание: — Да никак особенно… Это конец года, — он выразительно посмотрел на друзей, те постарались сделать вид, что сразу так и подумали, — все устали, ничего долгого и грандиозного. Мы собираемся семьями, куда-то выезжаем… Если снег пойдёт, вообще круто. Но обычно здесь просто холодно. Миста кивнула и, поставив локти на колени, подперла подбородок ладонями. — Будем что-то делать или разъедемся по домам? — спросил Пит. — Мы точно не будем пить, — слегка раздражённо заметила Энджи, глянув на него. Тот закатил глаза. — Я как стёклышко вообще-то. Иначе бы не сел за руль. — Кста-ати! — протянул Джайя. — Лето на исходе, девчонки скоро уезжают. — Он поймал хмурые взгляды от остальных, но продолжал: — Может, покажем им не только море… — Как будто без тебя его не видели, — фыркнула Энджи. — …но и клиф. Кайл и Пит переглянулись. — Да они струсят! — чуть ли не заорал последний. — Что?! — Энджи пошла в наступление. — Что за клиф вообще? И с чего это мы струсим?! Миста! Мы ведь не трусихи?! Миста открыла рот. Не то чтобы она хотела признаваться, но от одного слова «клиф» ей становилось жутковато, и она готова была признать себя трусихой. В конце концов, она человек, она смертна! Девочка-феникс — только кличка, которую ей дали из-за магии. Но аура её не спасёт, не возродит из пепла. — А что такое клиф? — неуверенно спросила Миста. Энджи цыкнула. — Поехали — узнаете, — заявил Кайл, и глаза его светились, подначивая. — Да поедем мы. Это вы, мальчишки, считаете, что мы испугаемся какого-то там клифа! — продолжала Энджи звенящим от злости голосом. — Правильно мама говорит: что мальчишки ужасно глупые. И подкаты у вас дурацкие. Она перевернулась и скрестила руки на груди, отворачиваясь сразу и от кузова, в котором сидели все, и от Пита. Тот сразу полез к ней с «Ну, Энджи!», пытаясь помириться, а Миста смотрела на подругу и думала, что, наверно, та делает это специально: чтобы расставание выглядело логично. Расставания всегда выглядят логичнее, когда стороны постоянно ссорятся. Как её родители… Миста тряхнула головой. Точно не об этом она хотела думать прекрасной летней ночью. — Ну так что? Едем, значит? — Джайя в нетерпении постукивал невидимыми барабанными палочками себе по коленям и по воздуху. Миста пожала плечами. — Едем, — сказал Пит, заводя мотор. — Действительно, чего пугать их клифом. Пусть сами увидят и решат. Чего мы. — Мы на твоей? — спросил Кайл. — А, ну да, мистер я-ж-телепортёр. Можете прыгнуть сразу туда. Разведёте костёр, разобьете лагерь. Потрахайтесь может, пока мы доедем. — Пит, заткнись, — голос Кайла звучал холодно и серьёзно, и казалось, что даже Пит, которому всё было ни по чём, стушевался. — Я всего лишь хотел предложить взять вторую тачку. Мы с Мистой прыгнем отсюда ко мне, соберёмся, а с вами встретимся по дороге. Сойдёт? Или дальше будешь вести себя как мудак? — Да сойдёт, сойдёт. Прыгайте куда хотите. Джайя, а ты в салон полезешь? Джайя ехидно прищурился. — Да не, я тут, на воздухе. А то вдруг вам помешаю. Может, вы там потрахаться захотите. — Фу! — Энджи дёрнула плечами. — Вы вообще-то в обществе леди! — Сердешно извините! — Пит и Джайя заржали. Кайл изобразил фейспалм. — Пойдём от них? — предложил он Мисте. — Заберите меня с собой! — заныла Энджи, но, когда Кайл серьёзно предложил поехать с ними, отказалась. — Нам ещё надо за купальником, пледами и чем-то там ещё заехать. Да, Пит? Клиф ведь у моря, я верно поняла? Он кивнул.

***

Кайл переместился с Мистой домой. Они быстро собрали лежак, плед, бутылку газировки и пересыпали в пакет остатки снеков, в несколько заходов переместили это всё в машину: постоянно что-то забывалось, и приходилось возвращаться. Потом Миста вспомнила, что её купальник всё ещё в номере отеля, где они жили с Энджи. «Секунду», — сказала она, но вернулась через пять: уже в купальнике, в топе и шортах вместо платья и в джинсовке, которая выглядела огромной. — О, это моя, да? — удивился Кайл. — С одной из наших первых прогулок. — Миста кивнула. — Я и забыл… А Миста нет. Смотрела на куртку каждый вечер, возвращаясь с их прогулок или с вечерних концертов, и не могла найти повода отдать, боялась, что, если просто позвонит и попросит о встрече, это будет выглядеть натянуто, как неловкий предлог провести время вместе. Даже если Миста на самом деле хотела не просто отдать джинсовку, это не могло выглядеть так прямо. И теперь она наконец её вернула. Может, не стоило? Забрала бы с собой на Санаркс. Спрятала бы, чтобы слуги не нашли, и смотрела изредка, чтобы убеждаться, что всё было, ей не приснилось, не показалось… — Ты ведь не против, если я буду в ней, да? — спросила Миста, приподнимая лацканы и красуясь перед Кайлом. — А ты потом её отдашь? — спросил он. — А то, знаешь, я бедный работник Совета. Придёт осень, носить нечего будет… Миста? Миста, ты чего? Я ж не серьёзно. Эй! — Да забери ты свою куртку! — Миста надулась и сунула джинсовку ему в руки. Она понимала, что это шутка, и всё равно обижалась, потому что опять, опять всё возвращалось к тому, что она из королевской семьи, а Кайл — нет. Он не хотел ничего плохого, не хотел обвинять, но никакие настоящие обвинения не смогли бы ударить так, как его невинные шутки. И ведь ничьи больше не задевали! Даже едкое замечание Пита не смутило её, хотя она на секунду даже распахнула глаза и, наверно, покраснела. Но точно не почувствовала болезненного смущения, желания оправдаться и просто расплакаться… Кайл приобнял Мисту со спины, накидывая куртку. — Это шутка, — повторил он. — Конечно, ты можешь её надеть. Хочешь — забирай. Ты ведь поэтому обижаешься, да? — Нет. Я не обижаюсь. Я хотела её вернуть. Просто… Я не знаю. Если ты будешь говорить, что у тебя нет денег, я буду специально присылать тебе какие-то дорогущие вещи, чтобы уже ты чувствовал себя неудобно. Ясно? — Миста обернулась, ткнула пальцев Кайлу в грудь и посмотрела строго-строго. А он рассмеялся. — Окей, теперь я верю, что ты их дочь! Миста снова надула губы, но Кайл не дал ей долго разыгрывать драму — быстро поцеловал в щёку и перенёс их к машине. Пока та заводилась, Миста написала Энджи, получила «ок, увидимся на клифе» в ответ, а потом пискнул синернист Кайла. Он посмотрел на прибор и фыркнул. Пит писал: «Надеюсь, ты не будешь плестись как черепаха». И они поехали. Ехали долго, через знакомые вересковые поля, снова поющие тихую шелестящую песню под солёным ночным ветерком. Шумел мотор. Когда они проезжали по серпантину над морем, прибой влился в дуэт вереска и автомобиля, и Мисте показалось, что они пели их песню. Она будто наполнила мир, всё существование, и Миста хотела слышать её снова и снова. Она мурлыкала её без звука, жмурилась, когда Кайл на прямой дороге убирал одну руку с руля и клал ей на колено, поглаживал, сжимал кожу. — Может, быть черепахами не так уж плохо? — спросила Миста, запрокидывая голову. Кайл оторвал взгляд от дороги и цыкнул: — Не хочется снова тестировать запас ругательств Пита. Да и они с Джайей наверняка поспорили, насколько позже мы приедем. Кстати, мы почти, — сказал Кайл и свернул на дикую узкую борозду в высокой траве. Теперь она облизывала кузов, стучалась в закрытые окна, будто хотела проникнуть в салон… Они доехали до холма, где трава была уже ниже — ей точно не давали вырасти постоянно заезжающие машины: часть была примята колёсами. Пикап Пита уже стоял на возвышении подальше, и Миста задумчиво смотрела, как пологий спуск к пляжу идёт вверх и сменяется заросшими, более крутыми склонами, а потом и вовсе — обрывом. — Да вы быстрее, чем я думал! — сказал Пит, когда Кайл и Миста вышли из машины. — Полчаса ждём всего, но я рассчитывал на час! — Да он прикалывается, — сказал Джайя. — Мы приехали минут десять назад, не больше. — Так мы не главные черепахи? — иронично удивился Кайл. — И что же задержало вас, скоростные вы наши? — Мы заехали в магазин, — загибала пальцы Энджи, — потом я вспомнила про купальник… — И это заняло добрых пятнадцать минут. — …потом мальчики спорили, кто будет пить… — Решили, что никто. — …и только после этого мы наконец поехали. Так что всё в порядке, вы не опоздали. — Мы не то чтобы волновались, — пожал плечами Кайл. После обмена любезностями все наконец успокоились и стали располагаться. До этого только Джайя успел выкурить сигарету, а Пит и Энджи полюбоваться видом ночного океана, даже не думая постелить пледы, поставить стулья и устроить место для костра. И, конечно, никто не подумал, что костёр можно развести зажигалкой. — У нас есть девочка-зажигалка, — смеялся Джайя обеими руками показывая на Мисту. Та скривилась, но взмахнула пальцем — и огонь разгорелся. — Благодарю. — Джайя поклонился, почти как сделал бы благородный джентльмен, получив согласие на танец; и тут уже рассмеялись и Кайл, и Энджи и сама Миста. Последняя — смущённо. Потому что Джайя не знал, что Миста — принцесса, и совпадение было забавное. Такое всегда отчего-то казалось и смешным, и смущающим. — Всегда рада. Миста сделала реверанс («Маме бы он понравился, мама любит идеальные реверансы, чтобы посмеяться над кем-то».) и опустилась рядом с огнём. Вокруг мальчишки суетились, решая, где будет стоять еда, нужно ли найти какие-нибудь палочки, чтобы наколоть сосиски и зефир, не стоит ли отогнать машины чуть дальше, а Миста просто смотрела, как пляшут языки пламени, такие тёплые, совсем не обжигающие, живые и спокойные. Родные и живущие в ней… Она бы хотела верить, что с рождения, хотя первые тринадцать лет казалось, что она вообще не волшебница: слишком много магии спорило внутри, и ни одна из стихий не могла взять верх. А потом появился Феникс, и с тех пор огонь казался самым родным и естественным. Энджи присела рядом с Мистой. — О чём думаешь? — Ни о чём, — Миста мотнула головой. — Просто… наслаждаюсь. — И больше не думаешь о том, что скоро… — Это не скоро, Энджи. И я правда не хочу об этом думать. Пока у меня есть время, зачем? Энджи улыбнулась тепло и мягко и сжала Мисту в объятиях. — Я так рада за тебя, подруга! Всё будет хорошо. Сейчас на самом деле стоит просто… жить. Уверена, вы что-нибудь придумаете, как-нибудь это решите. Миста кивнула и с подозрением обернулась. — Что там они делают? У пикапа парни горячо, но намеренно тихо что-то обсуждали. Энджи покачала головой, мол, без понятия, но на лице её тоже появилось подозрительное выражение, изогнулись губы. Но когда она уверенно поднялась и хотела пойти разобраться, Миста взяла её за руку и мотнула головой. Энджи удивилась, но осталась сидеть, вздохнув глубоко-глубоко и медленно выдохнув, принимая необходимость тишины и… доверия, наверно. Миста не могла определить для себя, как это назвать, просто знала, что ни ей, ни Энджи не нужно беспокоиться, не нужно спорить. Это была просто тёплая ночь на обрыве, под которым шумело море. К чему тут было волнение? Через некоторое время парни подошли сами. — Пришло время, девочки, познакомить вас с клифом, — возвестил Пит с самым торжественным видом. Энджи снова сделалась серьёзно-настороженной. — Так клиф — это человек? — спросила она. — Нет, конечно! Но он точно… живой. В каком-то смысле. Пойдём. И они повели их… вперёд. На самом деле вперёд от их небольшого лагеря для пикника — к обрыву. — Та-да-а! — протянул Кайл, и Миста непонимающе уставилась на него. Впереди лежало море. Море, на которое они уже смотрели, которое уже слушали. Которое стало родным и любимым, да, но сейчас вызывало только вопросы. Потому что как море могло быть клифом? Это очередное новое слово с Форкселли, которое обозначало давно знакомые вещи иначе? — Это — клиф, — представил Пит. — И вот, что здесь делают. Он скинул футболку в траву, попятился, снял ещё и шорты и, прищурив один глаз, будто целясь, разбежался — и прыгнул. Энджи закричала и бросилась к краю, Джайя едва успел схватить её за руку. А Пит с весёлым гиканьем и множеством шумных брызг бомбочкой вошёл в воду и вынырнул через пару секунд. Он отплевался и помахал рукой. — Давайте сюда! Энджи отшатнулась и осела на траву, едва дыша, с широко раскрытыми глазами и ртом. — Ты в порядке? — спросил её Кайл, садясь радом на карточки. — Д-да, — выдохнула Энджи. — Просто только что мой парень спрыгнул со скалы. — Это не скала, это клиф, — поправил Джайя, поднимая указательный палец к небу. Он тоже разделся и с разбегу прыгнул. — Вы больные… — Энджи поднялась, взяла Мисту за руку и повела к пледам. — Пойдём, Мис. Мне кажется, тут все свихнулись. Может, нам вообще домой пора? А то вдруг это передаётся по воздуху! Миста обернулась. Кайл пожал плечами и… снял футболку. Миста неуверенно остановилась, её рука выскользнула из хватки Энджи. — Ты тоже? — спросила Миста, и в голосе её что-то дрожало. — Мы так делаем, да. — Кайл развёл руками. — Это не страшно. Особенно, когда умеешь летать. Он посмотрел выразительно, с намёком, и в этот же момент Мисту что-то ударило, неожиданное, как гром среди ясного неба, и зажгло доселе незнакомый, чересчур сильный азарт. — Подожди! — крикнула Миста. Кайл улыбнулся ей и протянул руку. — Миста, только не говори, что… — взмолилась Энджи в ужасе. Миста ещё раз посмотрела на подругу, потом на Кайла, который ждал в одних плавках… — Прости, Эндж. — И подбежала к обрыву. Внизу Пит и Джайя во всю брызгались, наскакивали друг на друга и с криками пытались друг друга утопить. — Насколько тут высоко? — голос Мисты задрожал от восхищения и ужаса. — Этажей пять всего. — Кайл приобнял её, приободряюще сжал плечи. — Ерунда, если летать умеешь. Только в первый раз страшно, а потом втягиваешься. Слышишь, Эндж? Энджи не ответила. Она сидела к ним спиной, скрестив и руки, и ноги. Миста почувствовала себя предательницей, но внутри творилось что-то дикое. Было жутко — и возбуждающе одновременно. Страх подпитывал странное, нелогичное желание прыгнуть, узнать, каково это — свободное падение. И сердце замирало, и колени подкашивались. — Я… Я в-ведь умею летать, в-верно? — Миста прижала руки к груди и обернулась на Кайла. — Абсолютно. — И поэтому не страшно? — Парни летать не умеют. Нам уж точно не должно быть страшно. Миста согласно кивнула и разделась. В последний раз глянула вниз: высота показалась бесконечной. Но Миста выдохнула и отошла, сжала кулаки, приготовилась к разбегу… — Пойдёшь первой? — спросил Кайл. Миста прикусила губу. — Иначе не прыгну, — сказала она — и побежала. Когда земля исчезла из-под ног, а в лицо ударил воздух, дыхание перехватило. И на секунду мир вспыхнул, озарился светом огромной огненной птицы, распахнувшей крылья над клифом и морем и отразившейся в тёмных ночных волнах. Феникс появился — а потом так же быстро исчез. И началось оно — падение. Всё засвистело, закрутилось. Замерло сердце. А потом произошёл удар. Резкий, холодный. Вода сомкнулась над головой, ударила в нос, в уши. Грудь сдавило на секунду, нахлынула паника — а потом Мисту выдернуло из-под воды, и воздух обжёг всё. Миста распахнула глаза, и беззвучный крик застрял в горле, а звуков ещё некоторое время не было слышно вовсе. Всё, что она понимала: произошло нечто невероятное, потрясающее и ужасающее одновременно. А потом раздался громкий «Юху-у!» — и Кайл с брызгами приземлился рядом. Миста отплыла, жмурясь, и Пит поймал её за плечи. — Это было круто, крошка. — Спасибо! — воскликнула Миста. Кайл вынырнул, запустив фонтанчик. — Отлично вышло! — крикнул он Мисте. — А Энджи что? — спросил Пит. — Не прыгнет она. Не волнуйся, Пит. Вы потом помиритесь, если что. — Да заладили вы со своими девчонками! Не в обиду, Мис. Будете продолжать, я вас утоплю! Джайя ударил по воде, запуская в остальных огромную волну. Вообще он был не злой, но из друзей он один остался без пары, и это его раздражало. Порой Джайя отшучивался, мол, одиночество его фишка и вообще его пара — барабанная установка, но все понимали, что его удручает вечное положение третьего лишнего. Миста вынырнула, кашляя и утирая лицо. Пит уже устроил с Джайей импровизированный бой в воде, а Кайл схватил Мисту за плечи — та закричала, испугавшись, — и рассмеялся ей в ухо. — Ты большая молодец, — сказал он, когда Миста, брызнув ему в лицо, наконец успокоилась. — Правда. Я думал, ты не прыгнешь. А когда… Когда ты зажглась… Это было волшебно. Теперь я знаю, что тот красный ара на самом деле не похож. — Они оба фыркнули. — Похоже, он тебя защищает. Миста счастливо закивала. То, как Феникс вырвался, казалось невероятным. Будто она сама выпустила его из клетки — и себя тоже. Она смогла. Прыгнула! По-настоящему! И даже не сомневалась. Миста никогда не считала себя сильной или смелой, но здесь, на Форкселли, всё было иначе. Просто и свободно! Без всех этих законов, без правил этикета, без косых обсуждающих взглядов, без надзора. И она чувствовала себя… другой. И сильной, и смелой, и такой, какой бы никогда не смогла стать дома. А в объятиях Кайла, которые согревали лучше, чем появление огненной птицы, в моменты, когда он её хвалил, Миста казалась самой себе особенной. — Эй, вы, — позвал Джайя. — Харэ обжиматься там. Он послал новую волну, и снова солёная вода накрыла, попала в нос, в глаза. И даже объятия Кайла не могли защитить от капризов повелителя морских волн Джайи.

***

После разгоревшегося морского боя, во время которого Миста пряталась то за одним парнем, то за другим и всё равно не могла спастись от летевших в лицо брызг, они вышли на берег. С крошечного каменистого пляжа наверх вела крутая и узенькая тропка. Мальчишки кричали, о чём-то спорили; Миста улыбалась, всё ещё переваривая то, что случилось, и обнимала себя, растирая покрывшиеся мурашками плечи. А что-то внутри просило ещё одного прыжка. — Кай, — позвала Миста шёпотом. — Ка-ай. Он обернулся, оторвавшись от разговора друзей, и вопросительно поднял брови. Миста прикусила губу, встала ближе, обеими руками обвивая его руку, и шёпотом спросила: — Кай, а можно ещё раз прыгнуть? — Ещё раз?! — воскликнул он, и Пит и Джайя обернулись. — Да ну! Мистке понравились прыжки?! А по тебе и не скажешь! Сидишь такая тихая, а тут! Прыгать! — Ну, я ведь ни с кем не общаюсь, пока лечу вниз, — потупилась Миста, неловко улыбаясь. — И правда! — Джайя рассмеялся, и они с Питом ударились ладонями. Они поднялись по склону и снова оказались на поляне. Энджи грустная сидела у костра, жарила зефир на длинной палочке. Она собрала разбросанные вещи, и те теперь лежали огромной мятой кучей на одном из пледов. — Ты как, малышка? — крикнул Пит. Энджи зыркнула на него, хмыкнула и снова уставилась в костёр. — Ты зря так, — сказал Пит, падая рядом. — Вот Мистке понравилось, ещё хочет. И вода отличная. Это совсем не страшно. — Мисте понравилось? — недоверчиво спросила Энджи, косясь на Мисту. Та устроилась с Кайлом неподалёку, он накинул на неё полотенце, она прижалась к нему плечом к плечу и, поймав взгляд Энджи, закивала. Джайя достал сосиски, насадил их на палочки и раздал всем. «Хотите — жарьте, хотите — ешьте так». — Энджи, попробуй, — сказала Миста, зажигая на пальце огонёк: личный костёр для обжаривания сосисок. — Это правда было… нереально. — Конечно, мисс Феникс. — Энджи отказалась от сосиски и отложила зажаренный зефир на пластиковую тарелку. — Может, мне и шоу с тобой устроить? Жаль, я так не могу. — Энджи… — Извини, Мис. Энджи отвернулась и уставилась на свои колени. Несколько прядей выпали из-за ушей и закрыли её лицо. Миста перебралась на плед к подруге, взяла ту за руку и, заглядывая за завесу светлых волос, с самым невинным видом захлопала глазами: — А может, действительно вместе прыгнем? Энджи хмуро посмотрела на неё и закусила щёку изнутри.

***

Они стояли у края обрыва. Энджи в ужасе смотрела вниз. Пит всё время пытался вбросить разные подбадривающие фразы, но она не подпускала его к себе, вцепившись в ладонь Мисты так, что той стало больно. — Если хочешь, можем и шоу устроить, — немного нервно предложила Миста, посмеиваясь. Энджи невесело хихикнула. Они сделали пару шагов назад. «Лучше разбежаться», — говорила Миста. Энджи дрожала, и дрожь эта передавалась ей. Словно сквозь кожу перетекла. «Всего пять этажей… — повторяла она мысленно слова Кайла. — Ты можешь летать, это не страшно…» Миста и Энджи переглянулись. Последняя кивнула, мол, готова, и они побежали. Миста испугалась, что Энджи затормозит, но та всегда была смелее неё, и она шагнула в пустоту между морем и обрывом не глядя. Взвизгнула, впилась ногтями в ладонь Мисты, и они обе полетели вниз. Такое же стремительное мгновение, полное огня в крови — и ледяное погружение. Их вытолкнуло к поверхности сразу, и Энджи, вынырнув, закричала. Все эмоции, успевшие родиться между разбегом и нырком, вырвались в этом звонком, будящим ночь крике. А потом послышался ещё один, и три бомбочки подряд упали с клифа, расплескивая воду. Тишина сменилась восторженным улюлюканьем, громкими поздравлениями, хлопками и овациями. Все подбадривали Энджи, а та никак не могла отойти от шока. Цеплялась за Мисту, вжимала голову в плечи и впервые казалась смущённой и неуверенной. У костра она тоже сидела с Мистой, укутавшись в плед и тихонько бурча, что из них никто не додумался взять чайник, или термос, или хотя бы просто бутылку воды и кружки. «Одна противная холодная выветрившаяся газировка!» Она заедала сосиску огурцом и косилась на парней. Кайл достал гитару и уже наигрывал какую-то весёлую песенку. Джайя набивал ритм по земле и пластиковым контейнерам. — Ты молодец, — сказала Миста. — Показала клифу, что ничего не боишься. — Ага, — буркнула Энджи. — Отлично прыгнули. Теперь у меня в ушах шумит, волосы нужно перемывать, и вообще мне холодно. Миста толкнула её в плечо. — Ты не могла не прыгнуть. Если понравилось мне, то тебе должно было! — Да ты вообще сорвиголова, Мис. Наверно, потому, что её величества рядом нет. «Или потому что рядом кто-то другой», — подумала Миста и посмотрела на Кайла.