Writober 2020: сладость или гадость?

Хьюго спер заветную спиритическую доску у Венди — бывшей принцессы, нынешней ведьмы. Хотя вор-то придерживался точки зрения, что бывших принцесс не бывает, поэтому нахальное и самоуверенное ограбление и удалось так легко. Он знал, как быть, может быть потому что сам был своего рода королевских кровей… Но об этом в любом случае не стоило говорить вслух. Итак, Хьюго удачно ограбил юную ведьму и теперь шел по улице вниз, с объемным пакетом в одной руке (доска Уиджи) и стаканчиком из Старбакса в другой (карамельный латте). Вор направлялся в городской парк — в это время дня на каких-нибудь отдаленных от главной аллеях было довольно тихо, чего не скажешь об их общей на четверых квартире. Хьюго кусал губы, нервно запивал кофе проступавший из ранок металлический привкус и даже думать боялся о том разговоре, который ему предстоял. Те давние времена, когда Венди вместо уютного магазинчика в нью-йоркском переулке продавала магические вещицы на городской площади, когда Хью носил кинжал в сапоге, а Мигель — парные клинки за спиной, прошли слишком давно. Больше никаких замков со знаменами, развевающимися на царапающих небо башнях; никакого перестука лошадиных копыт по промерзшему ночному тракту; никаких колдовских фокусов на площадях, когда менестрели с лютнями, стражники без копий, а все твои друзья пляшут в бешеных всполохах костров. Ему до сих пор хотелось иногда спрятать кинжал в сапоге, когда ранние утра были особенно темны, а город казался страшным зверем. Наступило новое ужасное и невероятно красивое время, и то, что тогда, долгими ночами на бессчетных трактах, казалось стародавним и делом дней минувших, ныне стало и вовсе прахом былых эпох. Все, кажется, забыли об этом — но не рыжий бессовестный вор. Мертвым королям лучше оставаться мертвыми, говорили друзья. Не тревожь тех, кто ушел. Мертвые короли не должны возвращаться, как бы они не были хороши. Глаза одного мертвого короля смотрели на Хьюго из зеркала каждый раз, когда тот ловил взглядом свое отражение. Хью устроился на лавочке на аллее, где и правда никого не было. Отхлебнул в последний раз кофе, достал спиритическую доску. Никаких ритуалов, никакого шоу. Концентрация, как учил Юджин, «его» маг. Устремление мысли. Вопрос. Готовность получить ответ. Хьюго сделал в точности как в прошлый раз, в точности как ему объясняли и показывали. И — ничего. Доска не ожила, дух не пришел, и ни единой буковки, раскрывшей бы хоть самым туманным образом тайну, хоть намек бы… Совсем ничего. Вопрос был простой, проще некуда, легче легкого. Или — или. Верх или низ. Черное или белое. Тепло летних садов или пытка пылающего жара. — Черт возьми, да скажи же ты что-нибудь! — вор в сердцах запустил стаканчиком в урну, и голос его позорно дал петуха. Он даже сам услышал в нем истерику. — Где ты, где ты есть, в каком месте из двух?! — он зарылся пальцами в волосы, пряча лицо под защитой рук. Сердце стучало, казалось, в висках, и хотелось то ли ударить кого-нибудь, то ли убежать далеко-далеко и выть в голос. — Пожалуйста, почему так сложно ответить?.. Ты никогда мне не отвечал, ни разу в жизни. Так почему бы хоть после смерти для разнообразия этого не сделать, а? Он почувствовал, как соленые слезы добежали до искусанных губ. Ранки защипало. Тогда Хью поднял голову, выругался, потянулся было тронуть глаза и щеки, стереть с них слабость и вернуть энергичную ухмылку и беззаботное веселье — да так и замер, остолбенев. Перед ним на дорожке лежало перо, которого раньше там не было. Не голубиное, хотя этих крыс с крыльями в парке было полно, и не какой-нибудь другой птицы, хотя и самое настоящее, рулевое перо, здоровое, крупное. Края были некрасиво опалены, с одной из сторон больше, чем с другой, будто крыло чуть не сунули в огонь. Но перо было бе-ло-е. И не сломанное. Хьюго стиснул сам свои ребра, и где-то там, под пальто, под руками и старой рубашкой Мигеля он прямо-таки чувствовал, как горит старая татуировка: герб великого мертвого короля со знакомыми глазами, белый орел на фоне восходящего солнца.