Великолепный век. Немного другая история.

Что ж… Мои позиции в сердце шехзаде закрепились. Хотя я почти ничего не делала, только вовремя включала игру, кроме последнего разговора с матерью Мустафы. По началу была игра, но вот после… Я была малость в шоке от происходящего. Похоже, мне нужно закрепить за собой звание ангела еще и в гареме. Хотя нашу сцену с Фатьмой видели почти все, но попробовать стоит. Думаю, что стоит начать с малого. — Дженет, ты не могла бы со мной остаться еще немного? Девушка замерла на месте, удивленно взирая на меня. Обычно я отпускала двойняшек пораньше, хотя они должны постоянно следить за мной. Есть у меня одна идея, но я не совсем уверена, как она обернется для меня. — Прости, что так неожиданно. Дженет принесла ночной перекус. — Ничего страшного, госпожа. Я даже рада этому. — девушка улыбнулась и я махнула на подушки перед столиком. Я частенько ела вместе с девушками. — Мы даже начали беспокоится, что Вы не оставляете нас у себя. А мы Ваши служанки. — девушка посмотрела дверь, а после наклонилась вперед. — Простите, госпожа, но… Почему Вы вдруг попросили остаться? Я отпила воды из своего бокала и чуть отвела взгляд. Блин, просчет. Я и забыла, что прислуга очень любопытная. Если мои предположения верны, то именно двойняшки докладывают Мустофе обо всем. Нужно быть осторожной. — Я… Я боюсь оставаться одна. — начала я тихо, поставив бокал на столик, — Мне кажется, что сейчас все во дворце настроены против меня. И знаешь, я даже могу их понять, ведь я не могу пообщаться с девушками. — посмотрела в сторону окна, — Ведь лучи солнца для меня опасны. Я думаю, что если бы меня они знали лично, а я не лишена общения, то… — Но, госпожа, а как же шехзаде? — перебила меня служанка, а я с просто покачала головой, улыбнувшись. — Он ведь Вам говорил, что будет рад Вашему визиту. — Дженет, у шехзаде и так много дел. И они куда важнее какой-то… — сглотнула, давая понять, что мне тяжело дается, — Рабыни. — Вы слишком строги к себе, госпожа. Больше мы эту тему не поднимали. Перекусив, отправилась спать, так как уже было за полночь, по моим внутренним часам. Я слышала, как девушка покинула комнату и улыбнулась. Ведь кроме двойняшек за мной больше никто не следит. А значит, Дженет сейчас побежала к шехзаде рассказать услышанное. Если я все правильно рассчитала, то совсем скоро я смогу спокойно посещать гарем и общаться с девушками и другими слугами. Проснулась от того, что кто гладил меня по волосам, но виду не подала. Кто мог кроме шехзаде прийти в мои покои? Конечно же, исключая слуг. — Луна… — слышу тихий шепот, — Моя Луна… — голос шехзаде казался мне грустным. И с чего это я стала его? — Дженет, прикажи завтра же приготовить место в гареме для нее. Она не должна лишатся обычных радостей. — чувствую, как провели по волосам и теплое дыхание около своего лица. Я тихо заскулила, даже сама не ожидала. — Тш-ш, тише. — поцелуй в лоб, — Тебе нечего боятся. Тише. — голос был очень мягким. Будто разговор шел с ребенком, а не рабыней. — Все хорошо. — постаравшись выровнять дыхание, расслабилась под ласку шехзаде. — Вот так, все хорошо. Мустафа побыл еще немного, а после тихо удалился. На проверку открыла один глаз и убедившись, что одна, встала с кровати и выдохнула. Почему-то у меня сейчас очень дрожат руки и подкашиваются ноги, сердце бьется как бешенное, готовое вырваться из груди. Это что, мать вашу, сейчас было? Утро настало очень быстро. Не смотря на то, что я не спала, выглядела не столь ужасно, как думала. Арифе принесла мне платье… белое. Я покосилась на нее, на что она улыбнулась. Подкалывать слуги умеют. — Арифе, ты же понимаешь, что я с этим платьем сливаюсь? — Ну что Вы, госпожа. — ее улыбка стала шире. — Это платье сделано на заказ специально для Вас. Шехзаде Мустафа подарил Вам его. — Погоди, когда это? — удивленно взглянула на служанку. — Сегодня утром пришел портной и шехзаде приказал вручить подарок Вам. Думаю, спрашивать откуда он знает мои размеры будет бесполезно. Кстати, Дженет то я проверила, а вот ее нет. Служанка помогла мне одеть платье. Ей Богу, гребанная белая моль, хотя платье было довольно простым, но очень красивым. Пока мне расчесывали волосы, пожаловала шпионка с довольной миной на лице, принесла колье. — Госпожа, шехзаде Мустафа отправил Вам подарок. — на маленькой подушечке в руках служанки лежало колье из золота, украшенное синими и белыми маленькими камнями и одним большим синим. — Так же, сегодня к обеду, подготовят место в гареме, чтобы Вы могли пообщаться с девушками лично. — Дженет. — девушка вопросительно посмотрела на меня. — С чего это вдруг шехзаде стал заботится об этом? Не ты ли ему рассказала? — Дженет замерла на месте и молчала. — То есть… Ты рассказываешь ему все, что происходит в моих покоях? — Нет, госпожа, что Вы… В гареме должны были давно приготовить для Вас, но почему-то это откладывали. Похоже, она никогда не признается. Хорошо, сделаем по другому. — Госпожа Луна, раз Вы уже собрались, то Вам стоит поторопится. Шехзаде ждет Вас в своих покоях. Ну вот что за… И зачем я ему с утра по раньше, скажите мне на милость. Гарем гудел как улей и девушки не заметили, надеюсь, что так, моего похождения. Остановившись возле покоев шехзаде, стража сказала, что Мустафа куда-то свинтил, а куда неизвестно. Но в покои меня впустили и сказали ожидать. Мда… И почему меня это бесит? Вроде бы я должна радоваться, на меня обратил внимание сам шехзаде, но жопой чую, мне это еще аукнется. И ох как сильно. Я прошла в покои и без зазрения совести села на кровать. В документы лесть не буду, не думаю, что я найду что-то для своего побега. А может… Быстро осмотрелась, убедившись, что никого нет, подошла к столу. Письмо, письмо, дорогой мой Мустафа… Так, от Михримах. Я хотела бы посетить твой санджак… Не то, не то… Черт, ничего интересного. Даже договоры с портом не принесли каких либо вестей. — Шехзаде Мустафа, к Вам госпожа Луна пожаловала. Твою мать. Быстро сложила документы, как было. Память у меня хорошая для этого и быстрыми, но тихими, шагами вернулась на кровать. Поправила платье и со скучающим видом ждала, когда он войдет. — Тебе идет это платье. — Мустафа вошел к комнату, а я ради приличия встала и поклонилась. — Почему ты не надела колье? — Не думала, что это будет уместно. — Улыбнулась ему. — Мне нравятся подарки, благодарю Вас, но… Не стоит Вам уделять внимание только мне. Вы сами знаете, чем это для меня обернулось. — Мустафа нахмурился, но кивнул. — У Вас есть Фатьма-хатун, она носит под сердцем Вашего ребенка. Уделите внимание ей. — мужчина прошел к своему столу и повернулся ко мне, спрятав руки за спиной. — Не волнуйся об этом, Луна. — Мустафа даже как-то со злобой смотрел на меня. Ой-ей, кажется я просчиталась. — Я не забываю об остальных своих наложницах. — Не хотела Вас обидеть, но… Я хотела бы напомнить Вам, наш первый разговор. — шехзаде вопросительно посмотрел на меня, — Я говорила, что не хочу быть рабыней, но Вы меня не услышали, шехзаде Мустафа и теперь я глотаю всю ту боль, что идет от других. — Ты забываешься, Луна. — вот теперь он точно зол. — Рано или поздно я рожу Вам ребенка, — Луна, ну что ты говоришь? А Мустафа та как замер. — Но Вы не можете обеспечить безопасность мне, что уж говорить о ребенке. — я повысила голос и сжала кулаки. Луна, а ты хоть подумала как выкручиваться будешь? Похуй, сейчас главное обезопасить себя. Мустафа пораженно смотрел на меня, а после улыбнулся и его поза стала расслабленной. — Не волнуйся, моя Луна, — так, а это уже не хорошо. — Махидерван-султан наведет там порядок. И тебе больше ничего не будет угрожать. А он кажись уже ждет чего-то для себя хорошего. Мне пизда. Шехзаде сделал ко мне шаг, а я прикрыла глаза и поклонилась. — Я надеюсь, что Вы меня услышали, шехзаде. — поднимаю на него взгляд, а стоял он уже слишком близко. — И мне не придётся повторят это. — не знаю о чем думал мужчина, но его улыбка стала шире и он кивнул. Заметила, что его рука дернулась. Нужно валить. — Тогда я вернусь в свои покои, шехзаде. Солнце встает. — поклонилась ему еще раз и развернулась. — Готовься к сегодняшнему вечеру, Луна. — замираю с занесённой рукой. Боже, кажется я допрыгалась…