Великолепный век. Немного другая история.

Мустафа привел меня в свои покои и выжидающе посмотрел. — Мустафа, — начала я без фамильярности, — Ты наверное слышал, что на родине я была лекарем. — шехзаде кивнул. — Из-за своей работы, мне приходилось иметь дело и с подобной болезнью. — смотрю в глаза мужчины. Он слушал меня очень внимательно, будто боялся что-то упустить. — Горб появляется тогда, когда дитя в утробе матери лежит неправильно, но это не приговор. Горб это неправильно рост костей, а сверху идет рост мышц, который только добавляют больше проблем. Шехзаде Джихангира нужно начать лечить уже сейчас, пока не стало слишком поздно. — Что для этого нужно? — спросил он, а я вздохнула. — Нужен массаж. Сначала нужно расслабить мышцы спины с примочками обезболивающих трав. Это позволит шехзаде спать без боли. — начала я, — После нужно вправлять кости. Это будет очень больно, но со временем боль уйдет, а шехзаде будет здоров. — я кратко рассказала. Ведь для лечения нужно больше ресурсов. — Завтра мы едем в столицу. — уверенно начал он, — И ты все расскажешь повелителю. — Что? — Пойми, Луна, с самого его рождения повелитель искал лекарей по всему миру, но никто ничего не мог сказать что-то хорошее. — он подошел ко мне и улыбнулся, — Я не могу поверить, что мой брат сможет быть здоров. Ты так уверенно говоришь, что мне кажется, что я сплю. Он ведь действительно будет здоров? — с какой-то надеждой посмотрел на меня Мустафа. Я взяла его руку и сжала, заглядывая в глаза и уверенно кивнула. Он облегченно выдохнул и наклонился, чтобы коснутся моего лба своим. Мустафа прикрыл глаза, мечтательно улыбаясь. — Ты даже не представляешь, как я рад слышать это… — прошептал он. Казалось, что вокруг нас никого. Эта комната — наш маленький мир, где только мы вдвоем. Нет ни каких статусов, титулов… Только мы. — Хотел бы я, чтобы этот миг продлился вечность. — тихо сказал он, открывая глаза. — Шехзаде Мустафа, к Вам гонец из столицы. — О Аллах, ни минуты покоя. Я хихикнула и отступила. Поклонившись шехзаде, поспешила в свои покои. Подозвав к себе слуг, велела им принести пергамент и чернила. Думаю, повелитель захочет подробно узнать о лечении своего младшего ребенка. Да и мать ребенка будет более спокойна, когда узнает все. Тем более слухи о Хюррем-султан были уж больно пугающими. Одно ее слова и мне снесут голову. Не хотелось бы такого исхода, ведь я только приняла решение остаться здесь и играть по правилам этого мира. Со своими поправками. — Дженет, — позвала я служанку, когда та принесла все для письма. Девушка посмотрела на меня, — Расспроси служанок Махидевран-султан о Хюрем-султан. Я хочу знать о ней все. — Конечно, госпожа, но… зачем? — на ее лице было непонимание. — Как тебе известно, я должна посетить столицу вместе с шехзаде. — села на стул и подтянула к себе пергамент, — Сейчас шехзаде Мустафа главный конкурент в борьбе за трон — он опасен, а значит и его наложницы тоже. — Вы очень мудры, госпожа. — девушка поклонилась, — Я немедленно узнаю все о Хюррем-султан. — киваю девушке и та быстро вышла из моих покоев. Арифе закрыла двери и быстро подошла ко мне. — Госпожа, по гарему ходят слухи о том, что Вы являетесь ведьмой. — прошептала она, а я взялась за перо. Нужно закончить с этим делом поскорее. — Бывшие служанки Фатьмы-хатун странно ведут себя в последнее время. — записала пару строк о лечении мальчика, — Часто уходят в город по поручениям наложницы. — подняла глаза на Арифе, — Один из верных Вам евнухов проследил за ней и узнал, что служанка зашла к местной травнице, но что она приобрела не смог выяснить. — киваю и записываю травы для снадобий. — Скорее всего они хотят Вас снова отравить. — ее голос дрогнул, — Стоит ли начать беспокоится, госпожа? — Не бери это в голову, Арифе-хатун. — приказываю ей, дописывая наименование настоек. — Мне не страшен не один яд, кроме змеиного. И то лишь единицы. — записала материалы для корсета. — Нужно будет самой сделать ткань, иначе не получится. — сказала мысли в слух, заметив, что Арифе заглядывает в пергамент. — Что такое? — Простите, госпожа, — девушка поклонилась и виновато посмотрела на меня, — Просто я никогда не видела, как работает лекарь перед лечением. Пожала плечами, снова вернувшись к списку. Между массажами лучше сделать занятия в воде. Боли будут не такими сильными. А еще попросить воду заговорить. Сейчас народ очень суеверный, если сказать повелителю об этой просьбе, он сразу подумает, что я мусульманка. Мне это будет на руку. Даже если обман потом раскроется, то шехзаде будет куда лучше и меня не тронут. Перо в моей руке дрогнуло. Не о том я сейчас думаю. Маленький ребенок мучается от недуга, а я тут о своей шкуре забочусь?! Куда я скатилась? Прости меня, Господи, за это! Уже завтра мы отправимся в путь, хотя планировали только через неделю. Наверное, весть о излечение мальчика играло свою роль в этом поспешном решении. Велев собрать вещи Арифе, сама продолжила обдумывать лечение. В процессе все равно придется его корректировать, так как я не смогла его должным образом осмотреть. Дженет явилась только поздно вечером, когда я уже собиралась спать. Вести она принесла не самые лучшие. Из всех сплетен я выяснила, что Хюррем не ведьма конечно, но она очень умная и хитрая. Знает, когда лучше остановится и не вмешиваться. Она довольно жестока, если слух про подругу Хюррем и отравленный мех правда. Не хотелось бы иметь такого врага. Рано утром я и мои верные служанки сидели в отдельной карете, сделанную специально для меня. Маленькие окошки были завешены черными шторами, но под потолком была набольшая щель, чтобы было не так темно. Хиджаб я не снимала на всякий случай. До столицы несколько дней пути. Я надеюсь, что все пройдет удачно. Неожиданно я почувствовала запах гари. Будто… ткань загорелась. — Госпожа, карета госпожи Луны горит!