IV. Дом
29 апреля 2021 г., 12:51
Данте увидел, как в том окне, куда она указала, зажёгся свет, подумав, что всё-таки не наврала. Он запустил руки в карманы джинс и неторопливо пошёл прочь, размышляя, куда ему податься. Спустя недолгое время, мысли оборвало чувство призыва.
— Вовремя! — обрадовался демон, скрываясь в темноте переулка.
Он достал символ, висящий на его шее, прошептав странные слова и прокрутил его в руке. Пространство исказилось и демон оказался посреди коридора перед массивным входом. Двери открылись и Данте прошёл в круглый каменный зал, по стенам которого ползали языки пламени, а в центре стоял массивный трон с устрашающими изваяниями, подпирающими сидение, на лицах которых отражались гротескные гримасы боли и злобы. Данте подошёл ближе и опустился на одно колено, склоняя голову.
— Все задания исполнены, Повелитель. Какие ещё поручения вы дадите мне?
Когтистая рука со сморщенной серой кожей неторопливо стучала по подлокотнику, наслаждаясь видом очередного склонённого перед его могуществом демона. Пальцы перестали отбивать ритм и рука поднялась ладонью вниз, начав вытягивать из него энергию. Терпкий туман цвета спелого граната отделялся от него, причиняя боль, заставляя гореть изнутри и терять силы. Данталиан опёрся рукой об пол, стискивая челюсть, впиваясь в камень и оставляя рытвины, а голова склонилась сильнее. Его тело пыхало гранатовым маревом и огромный клыкастый рот с отсутствующими губами на широком дряблом лице жадно поглощал его, впитывая энергии всех загубленных Данталианом людей, — тех, чьи души удалось совратить, исказить и направить по пути потаённых желаний, раскрывая глубоко запрятанную истинную суть.
Данте привычно ощутил, как сил становилось всё меньше. Энергия нехотя покидала демона, заставляя всё тело болеть, зудеть, вызывая желание содрать с себя кожу. Чёрные крылья тряслись от напряжения, топорщась. Второе колено и рука коснулись пола, чтобы не потерять равновесие и Данте издал громкий звук боли сквозь зубы. Чувствуя, как его пили, точно элексир. Подобный скрежету голос Повелителя раздался в его сознании, скрипя сотнями цепей на демоническом языке, одновременно отдаваясь низкой вибрацией в пространстве.
— Ну же, Данталиан Потерянный, не сопротивляйся так сильно.
Вибрация смеха пробралась по полу, выбивая равновесие из-под ног. Данте расправил крылья, чтобы не упасть. Зная, что поддаваться нельзя. А иначе, он просто поглотит всего его полностью и демон Данталиан исчезнет с лица всех миров. Его пальцы взрыхлили камень, а со лба упали капли испарины, шипя на раскалённом полу. Терпкое марево медленно покидало тело и он снова издал нечеловеческий крик сквозь зубы, сопротивляясь. В голове то и дело крутились собственные слова.
«Я своё не отдам!»
Он резко поднял голову, полыхая живым огнём в янтарных радужках, видя, как все десять разномастных глаз Повелителя вперились в него. Когтистая рука вернулась на подлокотник и зубастый рот втянул последние импульсы энергии, отпуская. Чёрные крылья обмякли, падая на пол и теряя с пару десятков перьев, когда Данте снова услышал голос в своей голове.
— Ты набираешься сил. Крепнешь. Это хорошо... С каждым разом твоя энергия всё слаще и слаще. А сегодня у неё столь необычный солёный привкус.
Данте смотрел в эти многочисленные глаза, понимая, откуда этот оттенок на его энергии и внутренне опасаясь, что Повелителю придётся по вкусу это солёное море. Его замыленный взгляд ловил все изменения на омерзительном лице, слушая новые слова.
— Но однажды, Данталиан Потерянный, ты сдашься и, как и тысячи других до тебя, станешь моей частью.
Скребущий смех прошёлся новой вибрацией по полу, заставляя Данте сильнее вцепиться в камень. Падать нельзя. Упасть — значит умереть. Демон смотрел на восседающего на троне Повелителя, подавляя отвращение. Он всегда напоминал ему какую-то морщинистую жабу, на спине которой располагался выводок головастиков. Только у Повелителя это были не его дети, — это были поглощённые души слабых демонов, вынужденных вечно питать это тело и мучаться, будучи всего-лишь жутким придатком. Нет, он никогда не позволит себе стать частью этого. Какой бы боли ему это ни стоило. Каких бы сил.
— Свободен. Вернёшься к людям, как только восстановишься, и продолжишь всё то же самое.
— Слушаюсь, Повелитель, — хриплый голос Данте прозвучал тихо и заставил его закашляться.
Демон медленно поднялся, покачиваясь, и неторопливо покинул круглый зал. Массивные двери громко захлопнулись за спиной, погружая его в темноту. Данте опёрся о стену, давая себе время отдышаться, не позволяя сползти на пол. Его тяжёлое дыхание было не единственным звуком, тянущимся во мраке пустого коридора и он слушал внимательно. Со стороны то и дело доносились перекаты маленьких камушков под мелкими лапами, подбирающимися всё ближе и ближе. Маленькие, низшие существа всегда обитали здесь точно падальщики в поисках лёгкой еды, обессиленных демонов. И Данталиан знал — оставаться здесь более нельзя. Потому что он — один. А их — всегда с полсотни.
Почувствовав, что его сознание более-менее стабилизировалось, он быстро переместился к себе домой, падая на твёрдую поверхность кровати, как есть, и моментально засыпая.
х х х
Данталиан открыл глаза, замечая, как сквозь плотную завесу ткани на окнах пробивался красноватый свет. Он тяжело вздохнул, чувствуя, как затекло всё тело и как гудела голова. С трудом поднявшись, демон сел на кровати, прикрывая глаза и размышляя о том, сколько он проспал. Придя в себя спустя минут пятнадцать, он машинально запустил руку в карман куртки, с удивлением находя там клочок бумаги. Данте посмотрел на рисунок, усмехнувшись, и отложил на столик. Он поднялся, сбрасывая косуху на кровать и слегка разминаясь, раскидывая крылья во всю длину. Откинув тяжёлые чёрные шторы, демон обвёл взглядом привычный вид красноватой пустоши, заполненной примитивными каменными домами и полупустыми улицами. — Сколько, интересно, я проспал... Он потянулся и неторопливо прошёл в другую комнату, сбрасывая одежду и погружаясь в вытесанную в полу каменную купальню, всегда наполненную водой, что нагревалась от соприкосновения с кожей. Небольшие факелы зажглись на стенах, освещая его умиротворённое лицо. Пар поднимался к каменному потолку, расслабляя мысли, пока горячая вода согревала тело. Он откинулся на бортик купальни, размышляя о своей жизни, о заданиях, что он выполнял, о последствиях неизбежных встреч с Повелителем. Жизнь большинства демонов крутилась в одном и том же колесе: путешествия по мирам, сбор душ, сил и энергий для собственной подпитки и для жизнеобеспечения их владыки; вечерние развлечения до головной боли с утра; безостановочная череда лиц в постели, что забываются уже на следующий день; и вновь — миры, энергии, поступки. Ему нравилась его, если можно так сказать, «работа». Нравилась тем, что он имел возможность путешествовать из одного места в другое. Покинуть нижний мир просто по своей воле — нельзя, если не хочешь понести весьма серьёзное наказание. А у него, фактически, был пропуск, пусть и контролируемый. Но как бы он ни хотел больше времени проводить где-то в иных мирах, его всегда тянуло в то место, что он звал домом. Потому что здесь было привычно. Было тихо. И всё было так, как хотел только он. Да и слишком долго пребывать в ином мире было просто невозможно. Потому что тогда демон слабел. А когда ты слаб — ты становишься чьей-то добычей. Данте пролежал там с полчаса, приводя энергию в абсолютный покой и порядок. Расправив крылья и стряхнув с них воду, он быстро высушил их внутренним огнём, чувствуя, словно сам он обновился. Голова была пуста и легка, вселяя хорошее настроение. Неторопливо одевшись, демон улёгся на грубое покрывало кровати, смотря в потолок и размышляя, куда ему отправиться на этот раз за новыми энергиями и душами. Ему определённо хотелось побывать в как можно большем количестве мест человеческого мира, исследуя большие и маленькие города, разговаривая на разных языках, узнавая новое, наслаждаясь столь разнообразными внешностями, устоями, привычками и неизменно одними и теми же слабостями. Данталиан посмотрел на окно, наблюдая за красными лучами и взгляд сам упал на рисунок. Он отвернулся, не намереваясь думать об этом, но мелодия сама заиграла в мыслях голосом Селин, заставляя слегка улыбнуться. Демон вновь покосился на клочок бумаги с аккуратно выведенными линиями. Он взял рисунок, расправляя, рассматривая портрет, замечая следы её пальцев, вспоминая графитовый отпечаток на щеке и сумбур в мыслях. Янтарные глаза скользили по линиям неторопливо, вспоминая, как она рисовала каждый из этих штрихов, то улыбаясь, то хмурясь. Данте усмехнулся воспоминаниям и перевернул листок, разглядывая не очень аккуратный почерк. Он тихо рассмеялся, видя все эти острые штрихи на буквах и цифрах, появившиеся там из-за того, что она крутилась и вертелась, не давая ему подсмотреть. Он уловил себя на том, что уже примерно в десятый раз читает цифры её номера и название песни. Данте отложил портрет на столик и повернулся на бок, ложась к бумаге спиной, чтобы это не отвлекало от более важных мыслей. Он снова начал размышлять, куда ему отправиться и первым желанием стало увидеть море поближе. Демон нахмурился, проводя аналогии с человеческой энергией и снова возвращаясь мыслями к странной встрече с полоумной. Недовольно фыркнув, он обернулся через плечо к портрету, косо поглядывая и, ругнувшись вслух на демоническом, поднялся с кровати, быстро надевая более подходящую для мира людей одежду. Он сделал шаг к двери и остановился. Резко развернувшись и ураганом проходясь по комнате, Данте подхватил косуху, надевая поверх бордовой футболки, схватил рисунок, комкая в кармане, и быстро покинул дом, моментально переносясь в мир людей.х х х
♪ Videoclub — What are you so afraid of ♪
Демон смотрел на окно, в котором горел приглушённый свет, перебирая в кармане куртки рисунок и раздумывая, на кой чёрт он вообще сюда пришёл. Большая часть дома уже померкла, погрузившись в сон, но её свет гаснуть всё никак не хотел. Он дал себе десять минут, договорившись сам с собой, что если это окно окунётся во тьму за это время, то он уйдёт. — Ну? Давай... Ложись спать... Чёртов свет... — тихо пробурчал Данте, расправляя невидимые крылья. Поняв, что гаснуть свет не собирался, а десять минут уже прошли, демон оглянулся по сторонам и, взмахнув крыльями, быстро поднялся вверх, опускаясь на маленький балкон. Он сел на металлические перила, сливаясь с тьмой, наблюдая сквозь стекло закрытой двери и небольшого окна за хозяйкой квартиры. Селин лежала на кровати в тёплой пижаме, бултыхая ногами в воздухе. Она рисовала что-то в блокноте, пока на лежащем перед ней ноутбуке шёл какой-то фильм. Данте усмехнулся, разглядывая, слегка посмеиваясь над её пушистой пижамой и в особенности над маленьким круглым хвостом чуть ниже поясницы. Сиамский кот с весьма гордо поднятым хвостом неторопливо прошёлся по хозяйке, спрыгивая на пол и так же вальяжно усаживая свою тушку у двери на балкон. Яркие голубые глаза вцепились в демона с явным недружелюбием во взгляде. Данте скептически приподнял бровь и махнул рукой, как бы прогоняя животное. Но кот не уходил, продолжая сидеть по ту сторону. Демон равнодушно покачал головой и снова посмотрел на Селин, возвращая на лицо улыбку. Кот запрыгнул на подоконник, появляясь ровно напротив него. Данте чуть было не свалился с перил от неожиданности и снова махнул рукой, прогоняя, но голубые глаза неотрывно следили за ним. Данте отодвинулся на другой конец балкона и кот тут же последовал за ним. Демон угрожающе раскрыл крылья, но кот даже не шелохнулся. Вместо этого он начал истошно голосить. Данталиан замахал руками, показывая, чтобы пушистый заткнулся, но тот лишь прошёл к двери балкона, садясь перед ней снова и продолжая громко мяукать. Селин посмотрела на животное, не понимая, зачем ему понадобилось на балкон. Она поднялась, быстро открыла ему дверь и вернулась на кровать. Данте выдохнул, спрятавшись в тени. Кот неторопливо вышел на балкон и важно сел напротив. — Чего тебе?! — шёпотом спросил демон, — Иди отсюда, ты мне мешаешь. — Ты мне не нравишься, — раздалось в голове низким, мурчащим голосом, — Какой леший твои крылья сюда принёс? Проваливай. Здесь занято. Данте округлил глаза, наблюдая за абсолютно равнодушной кошачьей мордой. Он приоткрыл рот, не ожидая, что когда-нибудь вообще будет разговаривать с животным. — Язык проглотил, недоразумение пернатое? — промурчал кот, делая пару мягких шагов к демону. — Следи за словами, усатый, — так же мысленно ответил Данте, садясь на корточки и смотря прямиком в глаза напротив, — Ты с демоном говоришь. Поджарю тебя на раз два. Кот лениво зевнул, огибая себя хвостом, кончик которого беспокойно постукивал по полу. — А я, думаешь, пальцем деланный? — Ты, блин, кот! — шёпотом выпалил демон. — Заметь, говорящий. Какого чёрта тебя сюда принесло, я тебя спрашиваю? Эта мазелька под моим надзором, — голубоглазый перевёл взгляд на Селин ненадолго, — Только тронь своими куриными крылышками и я все твои перья пересчитаю, пока ты с голой жопой не останешься. Иди, найди другую жертву. Данте тихо засмеялся, закрывая рот ладонью и сквозь тихий смех смотря на всё ещё серьёзного котяру. — Извини, конечно, усатый, но я твои угрозы не могу воспринимать серьёзно. Кот обнажил острые когти, подняв лапу перед собой. — Этой самой пятернёй я могу вспороть твою глотку. И вместо смеха будет кровавое булькание. Моё терпение иссякает. Отвечай, зачем пришёл. С усилием сдерживая смех, Данте прижал кулак к губам, задаваясь мысленно вопросом, что это вообще такое перед ним сидело. — Слушай, клочок шерсти, я тебя испепелю ещё до того, как ты подумаешь напасть. Но твоя бравада меня забавляет. Кто-то же должен защищать эту полоумную... — демон весело посмотрел на кота, доставая из куртки рисунок и покрутил портретом перед пушистой мордой, — Я пришёл к Селин. — А через дверь не пробовал? Или тебе законы не писаны? — кот следил за бумажкой, как за маятником и голубые глаза загорелись сильнее, а лапа сама потянулась вперёд. Данте одёрнул портрет, тихо посмеиваясь, видя, как в пушистом разгорался интерес. — Так быстрее. Кот фыркнул пренебрежительно, продолжая следить за покачивающейся бумагой. — Пришёл к Селин... А торчишь здесь. Только не говори, что это из-за тебя она два дня грустная ходила, — кот сверкнул взглядом, перестав следить за портретом и угрожающе выпустил когти. — Значит, меня не было два дня... — больше для себя отметил демон, взвешивая, стоит ли ему вообще входить в эту дверь. — Доведёшь её до слёз, пернатый, и тебе конец, — кот провёл когтями у горла как бы невзначай, — Думаешь, ты первый такой отважный тут нарисовался? Я ваши намерения как орехи щёлкаю. Ещё ни один неудачник в этом доме надолго не задержался. Демон настороженно посмотрел на кота, сузив глаза. Их борьба взглядов продолжалась несколько минут, но отступать не собирался ни тот, ни другой. — И сколько их тут было? — Достаточно, чтобы я отточил свой навык. — Прекрасно. Значит, можно доверить тебе защиту этой сумасшедшей. Кот удивлённо муркнул, затем сузил глаза и снова впился недоверчивым взглядом в демона. Со стороны квартиры послышались шаги и оба повернулись на дверь. Данталиан быстро поднялся, подхватывая кота, который тут же вонзил в его руку когти и раскрыл зубастый рот. Селин вышла на балкон, намереваясь забрать питомца домой и замерла, видя, как Данте скривился в злобной гримасе, стоя с её котом на руках в то время, как усатый уничтожал когтями и зубами его ладонь. Демон криво улыбнулся и единственное, что пришло на ум, это сказать: — Привет, полоумная. Ждала?
