Рождественский поцелуй со вкусом малины.

POV. ГАРРИ ПОТТЕР. ♡♤♡ В 10 часов утра меня разбудил домовик. Кричер принес мне обезболивающее зелье. Я ещё «досыпал», досматривал яркий и чувственный сон, в котором Драко раз за разом брал меня во всех немыслимых и экзотических позах. Малфой был во сне то нежным, то неистовым, то медленным, то, как ураган, вбивался в меня. Я проснулся от собственных стонов, мой член был налит кровью, и я скользил им по простыне, растопырипая зад. Мои губы выстанывали имя Драко. Просыпаться не хотелось, но противный Кричер меня все же добудился. Я провел рукой по кровати. Пустая и холодная. Что, Драко ушел? Эротические сны были не новостью для меня. Я люблю Малфоя и он часто трахает меня во сне. Именно во сне я научился любить и отдаваться, но этой ночью Драко был здесь и мы с ним переспали. Воспоминания целыми блоками проходили перед глазами, словно кадры порнографического многочасового фильма. Это мне не приснилось. Он отымел меня зачётно, и это было шикарно. — Мой Лорд, поднимайтесь, завтрак готов, — услышал я голос эльфа. — Вы уже сорок пять минут валяетесь в постели после того, как проснулись. Лорд Малфой-старший, герцог Блэк, передал вам, что ждёт вас в мэноре в полдень на праздничный обед. — А почему он ушел? После всего, что между нами было, Малфой ушел? — вслух произнес я и одним глазом посмотрел на домовика. Почему одним? Второй глаз «досыпал». В голове шумело. — Это я не тебе, Кричер, так, мысли просто вслух. — Кричер принес обезболивающее зелье по приказу Лорда Малфоя и крем на основе эльфийских трав. Бывший хозяин брал её с собой всегда, когда Сириус оставался здесь после своих заседаний. Хозяин смазывал Джеймса Поттера, а иногда и сэр Джеймс смазывал Лорда Сириуса. Эта мазь очень хорошая. Кричер видит, как сильно покраснело место вашего входа. Надо смазать и уже через час все пройдёт совершенно. Меня заполонил стыд. Ну конечно, я ведь голый, задницей кверху лежу перед эльфом и этот старый чёрт видит то, как жёстко меня ночью отымел чертов Лорд, мать его, Малфой. В анусе все ещё чувствовались толчки. Наверное, это фантомные толчки. Я ничего не мог поделать. Будь сейчас Драко здесь, я бы сам сел на него и прокатился. Пусть это звучит банально, но именно сегодня ночью я лишился девственности в мои 25 лет и пять месяцев. Мне понравился настоящий секс с Малфоем. — Хозяин, время уже одиннадцать часов, вставайте! — голосил, подобно своей госпоже Вальбурге, домовик. — В полдень… Я швырнул в Кричера подушкой. — Гаденыш, а ну прекрати брюзжать и голосить. Давай зелье и прочь ступай, — крикнул я на домовика. Я хотел встать, но не тут-то было. Боль прострелила поясницу, анус начал болеть. — Бля*ь! — выругался я. Малфой, ты — монстр. Противный, но верный Кричер протянул мне зелье и я выпил его жемчужно-малахитовую жидкость. Только после этого домовик исчез. Я смазал осторожно анус и поясницу, куда смог дотянуться. Ну вот, боль начала стихать и я почапал в душ. Полежать бы в горячей ванне, но времени нет. ♡♤♡ POV. ДРАКО МАЛФОЙ. ♡♤♡ Вернувшись в шесть часов утра в мэнор, я первым делом пошёл в детскую посмотреть, как там мой Скорпиус и крестник Поттера. Дети мирно спали. Я спустился в столовую и налил в бокал белого вина. — Дзинко? — позвал я эльфийку. Она была подарена нам японским послом, которого отец пригласил к нам на Рождество, когда мне исполнилось четырнадцать лет. Умная, быстрая и верная домовиха расположила к себе всех нас. После войны Дзинко осталась со мной, а не перешла к моим родителям, чем огорчила Люциуса. Больше половины эльфов перешли во Францию, со мной осталось всего пятеро из прежних, всех прочих двадцать пять домовиков я купил уже после возвращения в Альбион. Дзинко стала их старшей. Очень аккуратная, как и все японки, она исключительно по мэнору ходила в кимоно и с мечом за плечами. «Мелкая самурайка», — как я её называл. — Дзинко здесь, хозяин Драко, что прикажете, сэр? — с поклоном спросила эльфийка. — К полудню надо накрыть на стол. Будем мы с сыном и Лорд Поттер с крестником. Приготовьте всего и твоих японских блюд не забудь. Дети проснуться, умой их, переодень и накорми завтраком. Меня разбуди в 10 часов утра. — Дзинко все поняла, хозяин, — ответила эльфийка и исчезла. Я пошёл в спальню. Я давно купил, ещё будучи школьником, кольцо. Сегодня подарю его Поттеру. Оно магического, довольно красивое, но не богато украшенное, только руны на нем и охранные орнаменты. Для Тедди мы с сыном купили вчера утром ботинки на меху и теплую кофту. Я знал, что Поттер за крестником следит, одевает его и обувает, даёт деньги Андромеде Тонкс, но новые ботиночки с шерстью единорога внутри — шикарный подарок, а валийская кожа не царапается и не портится. В такой обуви не устанешь, не намочишь ноги, не замерзнешь. Причём, такие ботинки носятся долго и принимают размер ноги хозяина. У нас с сыном тоже есть такие они весьма практичные. Я лег в постель и уснул моментально. Мне приснился допрос. На него мне идти 31 декабря, перед Новым годом. Там Кингсли, Робардс, Верховный Чародей, Судья и колдомедик Сметвик снова просматривали, как я провел три месяца после осеннего визита в Визенгамот. Верховный Чародей, некий Лиам Тернер и Судья Визенгамота, Томас Бредбери пришли в ярость от увиденного потому что я, Пожиратель Смерти, хоть и бывший, посмел спать с Героем и Победителем Того-Кого-Нельзя-Назвать, да ещё и Гарри был подо мной, а не на мне. — В Азкабан его! — закричал Судья, мистер Бредбери. Но тут появился Гарри Джеймс Поттер. Он взмахом руки, даже не палочкой волшебной, снял защитные чары и встал рядом со мной. Гарри перед всеми признал наши отношения, выпив Веритасерум, ответил всем этим ханжам, что любит меня. Его, гневом сияющие изумруды глаз, были темны, он говорил точно, отвечал на вопросы чётко. Поттер говорил и говорил… А потом меня разбудила Дзинко. Сон был странным и тяжёлым, а под Рождество — вещим, скорей всего. Я встал и пошёл в душ. Не дай Мерлин, все так и произойдет. В полдень появился Гарри. Красивый, строгий и с сияющими глазами он посмотрел на меня. Поттер обнял детей, поздравил их с Рождеством, а потом подошел ко мне. Он при всех поцеловал меня и прошептал, оторвавшись от моих губ: — Я проснулся, а тебя нет, Драко. Беглец. — Прости… — выдохнул я и меня снова накрыли губы брюнета. Глубокий поцелуй завёл меня, но Гарри отстранился. — Прошу всех за праздничный стол, — улыбнулся я и приобнял брюнета. Мои эльфы действительно постарались. Сервировка столовым серебром (пришлось заказать пару новых комплектов на сорок персон, потому что именно столовое серебро увез с собой Люциус), изящные приборы с орнаментами и вензелями. Белоснежные ажурные салфетки, скатерть и десятки самых изысканных блюд на столе. Я показывал на блюда и пояснял, что мои эльфы приготовили, помимо традиционной утки на Рождество. — Попробуйте. Вот это «Якитори» — шашлычки на деревянных шпажках. Очень вкусное блюдо. А вот это «Онигири» — рисовые шарики с разными начинками: мясные, овощные, и фруктовые. Наслаждайтесь. Гарри положил в свою тарелку и Тедди по штучке того и другого. — А это у нас жареное мясо со специями из мраморной говядины, называется «Якинику». Скажу честно — это бесподобно, мои дорогие. Мои эльфы прекрасно готовят. Нежнейшее мясо, просто во рту тает. — Я сам положил говядинку Гарри и провел ладонью по спине брюнета. — Попробуй, ты оценишь. Я знаю, — подмигнул я Поттеру. Брюнет провел рукой по моей спине, опустившись к ягодицам, а я положил ладонь на шею любимого, провел пальцами по ключице погладил подбородок. Как же я хочу тебя, мой Поттер, так бы и съел. Дальше я показал им лапшу «Удон» с курочкой; «Тамогояки» — омлет; японскую пиццу, в тесто которой добавляют овощи; «Кацудон» — свиные отбивные, не говоря уже о роллах из овощей и всевозможной рыбы, креветок и икры красной; мясо по-японки с пряностями и куриные крылышки в меду; Фунчоза с креветками — весьма простая, но вкусная закуска; кальмары с овощами; японский салат «Сябу-сябу» с мясом; японские пельмени «Яки гёдза» со свининой и креветками; рыба сибас на спарже под сметанным соусом и тушеная свинина. И это ещё не всё. Сладости домашние, пироги, пирожные, мороженое разное и чего только не было на столе. Я сел во главе стола. Кстати, насчёт стола — я его приказал уменьшить в два раза. Теперь нас с Гарри разъединяли каких-то три метра. Дети сидели по центру за столом друг против друга, а ваза с фруктами не маячила в середине. Семеро эльфов играли на музыкальных инструментах, исполняя негромко приятную и медитативную композицию. У меня аппетита почти не было, сон все не выходил из головы. Я задумался, попивая минеральную воду. Я и не заметил, что детки поели и уже убежали играть. Гарри смотрел на меня внимательно с минуту, а потом… Я очнулся от своих мыслей и увидел брюнета, уже сидящим рядом со мной. Я вздохнул, но Гарри положил мне на руку свою ладонь. — Драко, в чем дело? Любимый? Что с тобой? Твои глаза такие печальные. Поделишься со мной тем, что тебя так гложет? Любовь моя?.. — Почему ты говоришь так, Поттер? — вздохнул я. — Ты о чем, Малфой? — удивился брюнет. — Скажи мне, Поттер… только честно ответь… — Все, что захочешь, Драко, — произнес он. — Спрашивай. Я не могу смотреть на тебя вот такого… — Что с тобой? У тебя какая-то проблема? Скажи мне и мы решим её вместе. — Сначала ты мне скажи, Гарри… Как ты относишься к нам с Скорпиусом? — Ах, вот в чем твоя печаль? Я точно могу сказать, Драко, что люблю вас обоих. В Блэк-Холле, когда я просил, чтобы ты взял меня в супруги, я не шутил. И мне пофиг, Малфой, кем ты был в прошлом. Я точно знаю, что ты не тот, кем пытался тебя сделать Люциус, как использовал в своих грязных целях Тёмный Лорд. Нет, Драко, ты другой и горжусь тобой. Я горжусь, что ты стал иным, не пошёл по стопам своего отца, не позволил Люциусу воспитывать Скорпиуса. Я знаю, что он переживает в своей Франции, возможно, скорбит о смерти Тома Реддла и крах своих несбывшихся мечтаний, но ты не пошёл по его стопам, нашёл свой путь и я хочу вместе с тобой пройти по нему до конца. Поверь, я не жалею тебя в том смысле, что ты с такой высоты своего положения чистокровного рода пал, стал никем — простым смертным. Нет, это не так. Я жалею тебя в том смысле, что ты изначально попал не в те руки, но нам всего по 25 лет, Драко, мы можем начать все сначала и вместе. Я хочу быть с тобой не из чувства жалости или долга Жизни перед мадам Нарциссой, а лишь потому, Малфой, что люблю тебя по-настоящему. Я вынул коробочку с кольцом и передал брюнету. — Я верю тебе, Поттер, и если ты не против, я хочу подарить тебе кольцо. Я купил его на 4 курсе и хотел ещё тогда подарить тебе, но не сделал этого. Оно магическое, может считаться как помолвочное. Давай, я надену его на твой палец и с этой минуты мы будем считаться женихами. Если захочешь? Гарри кивнул и наши глаза, повлажневшие от слез, засияли бисеринками бриллиантов. Я надел кольцо на палец брюнета и прижал к себе. — Я готов взять тебя в мужья, сам готов стать твоим супругом и верю в твою любовь. Пойдем со мной, надо закрепить нашу помолвку. — А дети? — поинтересовался Гарри. — За ними моя Дзинко посмотрит, — ответил я. — Не могу, Поттер, до безумия хочу тебя. Я был выше экс-гриффиндорца на голову, и мне пришлось снова наклониться, чтобы жадно поцеловать его. Верная Дзинко кивнула, пообещав, что присмотрит за детьми, которых, кстати, пора укладывать спать на дневной сон. Я потянул Гарри за собой в свою спальню. Поттер будет первым, кто на неё, кроме меня, сегодня ляжет. Я не делил ни с кем свое ложе после смерти Астории. Моя спальня была в серебристо-малахитовых тонах. Огромная кровать. Её я купил несколько лет назад, мечтая, что когда-нибудь на неё ляжет Гарри и я буду любить его долго, и с наслаждением. Мы разделись быстро. Я запечатал спальню всевозможными чарами и заклинаниями, чтобы дети ничего не услышали и не смогли войти. — Если хочешь, Поттер, можешь сегодня взять меня ты, я не буду против, — сказал я. — Нет, мне нравится, Драко, когда ты берёшь меня или ласкаешь, как вытрахиваешь всю душу из меня. Что во сне, что на яву. Возьми меня сейчас сам так, как захочешь. — Ну, держись, грифф, сегодня я жёстко отымею тебя. Хотел помягче, но не могу, прости. Я на пределе, поэтому, Поттер, держись! — ответил я и толкнул Гарри в центр кровати, навис над брюнетом. — Ты — моя любовь со вкусом малины, — выдохнул я и накрыл любимые губы Поттера своими. — Не сдерживай своих эмоций и чувств. Мне нравится, когда ты естественно выражаешься. — Не в моих правилах, Драко. Возьми меня так, как хочешь. Я твой, Малфой! — улыбнулся Гарри. — Мой! — кивнул я и жадно поцеловал… теперь уже своего жениха.