Альтернатива!

— Дания, а можно спросить. Ты любил кого-то до меня? — ... Да... любил. До сих пор люблю. — Я понял. Прости. — Пойдём, я тебе кое-что покажу.       Пара была в столице одной из скандинавских стран, а именно в — Копенгагене, куда они прилетели на выходные. Даниэль сегодня был полон решимости рассказать обо всём. Он устал, он не хочет врать тому, кого любит, тому, кем дорожит, ведь вместе они уже десять лет. Пусть для него это и не большой промежуток, но для Ремуса эти десять лет были частью его недолгой жизни, и зная что она коротка, Даниэль не хочет терять лишней минуты. Он хочет показать ему то, о чём знает очень мало людей. Пара покинула город на машине, добираясь до окраин леса и оттуда уже идя пешком. Знакомая тропа, она не меняется вот уже несколько веков, а следы в ней остались ещё с тех времен. Медленные шаги и вот они уже у знакомого дерева, под кронами которого небольшая пещера. Ремусу придётся слегка потесниться там, ведь он чуть крупнее чем датчан. Ирвинг же всё это время молчал, он просто без слов согласился пойти за ним, за тем, кого любил, за тем, кому сам же признался после года общения и предложил встречаться. Они были счастливы все эти годы, а жить вместе стали в том городе где проживают воплощения, туда-то парень и устроился. Сейчас ему тридцать семь лет и они уже выглядят ровесниками, ведь Дания также может стареть и за тысячи лет он прибавил в возрасте.       Пещера была всё такой же, здесь ничего не меняется, сколько бы лет не прошло. Ремус осматривался вокруг и заметил какие-то надписи на стенах пещеры, но они были невероятно старые и маленькие части букв были стёрты временем. Так и не прочтёшь, что там написано, но если скандинав привёл его сюда, значит знает что тут. — Посмотри на эти надписи. Та, что наверху, оставил мой первый сын Швеция, ещё в 1397 году.       Ремус посмотрел на надпись и понял, что это датский, но какой-то не похожий на тот, что он слегка изучил за время их общения. Раз уж он говорит о 14 веке, то в то наверное время всё писалось совершенно иначе. — А теперь посмотри на то, что написано снизу, на уровне колен. Эти надписи оставили мои сыновья близнецы, Австрия и Пруссия в 1581 году. Им тогда было всего по девять или десять лет. Мы тогда ужасно паниковали. — Мы?       Улыбнувшись от уточнения, Дания показал чуть глубже в пещеру и на потолок. Теперь там покоилась ещё одна надпись, но уже вырезанная и совершенно не на знакомом тому языке. Что Даниэль ему пытается сказать? Парень совершенно не понимал. — Эту последнюю надпись оставил тот, кого я любил всю свою жизнь и того, кого я буду любить до самой смерти. Он вырезал её в 1806 году и с древне-греческого она переводится как: «Я люблю тебя». Это последнее признание, которое я от него получил и мы в итоге разделились.       Ремус слушал его и пытался понять, что ему хотят сказать? Как они могут быть связаны? Почему эта пещера? Какое оно имеет отношение к первой любви Дании? Он знал, что у датчанина были дети, но только приёмные, это Швеция, Гренландия и Фарерские острова, о близнецах он слышит впервые. Это как-то связано? Что удивило в последних словах воплощения, так это то, что он не рассказал, кто оставил эту надпись. Кто вырезал её с признанием в любви? Может это он и есть, тот кто подарил Даниэлю ту серёжку, которую он носит не снимая? Ирвингу было неприятно, но он не хотел злиться или обижаться, хотя эти эмоции слегка есть. Как он может не ревновать? Да ещё Дания говорит о том, что будет любить эту личностью до конца смерти. А что его чувства? Они не играют роли? Неужто всё это было обманом? — Если ты всё ещё любишь его, то почему ты вообще со мной связался? Зачем?! — Пойдём со мной.       Покинув лес, пара теперь отправилась в дом. Да, именно в тот самый, старый, но с постоянным ремонтом дом, в котором Дания жил уже много лет. Дворец почти не используется, да и ему это не надо, всё нужное есть у него здесь. Пройдя внутрь, Ремус увидел как тут всё обставлено, уютно, будто он зашёл к себе домой. Кажется, сам скандинав часто здесь бывает. Стоило бросить взгляд на воплощение, как Ирвинг слегка напрягся. Даниэль выглядел немного, напуганным, взволнованным и чем-то обеспокоенным. Давно он не видел это выражение лица. Даже на собраниях или при каких-то политических делах, датчан не волновался так, как сейчас. Это явно что-то, что сильно его задевает. Скандинав молча шёл в сторону кабинета, открыв дверь и пройдя внутрь, показалась неизменная картина. Стол со стулом, пара документов, уже старых, полка с книгами, зашторенное окно и диван. Справа была небольшая полка с сундуком и Ремус уже давно знает что в ней лежит. Вещи хранившие воспоминания и память о тех, кого уже давно с ними нет, те, кто были близки Дании, его семья. Маска и плащ ведь была от его родителей, митенки от жены, письма от возлюбленного и подруги, и дорогие вещи его детей. Но то самое письмо от возлюбленного, датчан почему-то сжёг, а причину он так и не назвал. Как бы Ирвинг хотел всё о нём знать, о своём возлюбленном, понимать, почему он смотрит на него и с любовью и с болью в глазах. Почему иногда воплощение просто стоит и плачет когда он спит, почему он не рассказывает о том, кого любил, почему пытается игнорировать этот вопрос, парень не понимал этого на протяжении всех десяти лет. Может сегодня ему всё наконец-то расскажут?       Даниэль подошёл сперва к тому самому сундуку и открыв его, вытащил оттуда ключ, немного длинный и более плоский. Его поведение всё страннее и страннее. Взяв ключ, Дания подошёл к небольшому шкафу в левом углу и со всех сил отодвинул его в сторону, после чего присел на пол и ввёл ключ в трещину пола. Повернул и прозвучал звук поворота и щелчок, будто открыли замок. Стоило присмотреться и Ремус видит перед собой тайный вход в подвал, крышка которой полностью повторяла пол и даже замочная скважина имитировала маленькую трещину. Если бы скандинав ему не показал, он бы в жизни его не нашёл. — Пойдём.       На этих словах, датчан спустился вниз в подвал, заведомо не забыв включить фонарик. Ирвинг же всё больше удивлялся, не только странному поведению, но и этой потайной комнате. Сколько ещё секретов хранит в себе этот дом, эта страна и личность? Парень решил, что узнает обо всём если спустится, мысли о том, что его могут обмануть он отсёк, ведь доверял своему возлюбленному, он его никогда не предавал, да, что-то недоговаривал, но никогда не лгал. Через пять минут долгого спуска вниз, Ремус увидел перед собой комнату, полностью закрытую, пройдя внутрь он чуть не уронил челюсть от шока. В центре темной комнаты стоял каменный гроб и судя по крышке, её можно открыть приложив чуть больше силы. Что Дания и собирался сделать. Он спустил крышку гроба вниз и теперь, Ирвинг мог увидеть покойного. Он ожидал увидеть чей-то труп или же остатки скелета, но никак не тело, которое полностью сохранилось. Изучая природу воплощений, Ремус узнавал и прошлых, тех кого уже нет в живых и флаг он узнал довольно быстро. Священная Римская Империя, воплощение запомнившееся в истории как один из держав того времени, правивший почти 900 лет своей жизни и являвшийся предком всего немецкого и австрийского народа. Его тело пропало больше трёхсот лет назад, и оно лежит здесь?! В подвале старейшего воплощения?!       Ирвинг не дурак и он довольно быстро понял, кем они друг другу приходятся. В пещере, прозвучали имена двух близнецов и скандинав представил их как своих сыновей... но их отцом ведь являлся Римская Империя, а про Данию и слова не было. Значит, это и есть... его возлюбленный? Тот, кого он любил и любит до сих пор. Но тогда, зачем ему нужен Ремус? Зачем?! Только из-за того, что они похожи? Он своего рода замена? От таких мыслей, чувство предательства било с лихвой и он уже не сомневался в этом. Но парень решил получить ответы. Правда ли это или нет, рассказать ему может только тот, кто стоит перед ним. — Зачем ты мне показываешь его тело? Что ты хочешь мне этим сказать? Что я всего лишь замена?! — Рем, ты ведь знаешь, что у стран есть истинное имя. — И? — Истинное имя Священной Римской Империи — Ремус. — ...Вот оно как... Хах! Так в этом всё дело?! В имени?! Ты поэтому так отреагировал в нашу первую встречу?! ИЗ-ЗА ИМЕНИ?!       Ирвинг сейчас был очень зол, ему было больно слышать эти слова. Неужто его и вправду использовали? Вся любовь была чужой с самого начала?! Почему?! ЕМУ ВРАЛИ! Он искренне любил Данию, а он всё это время был верен лишь уже мертвому воплощению! Можно ли вообще простить такое?! — Да, из-за имени. Но это ещё не всё. — Ну да, правильно! Добей меня! Что я ещё должен знать?! — О его душе.       Эти слова прозвучали более грустными, будто они дались скандинаву очень сложными. Ирвинг заметил это и вся злость, пропала, будто её и не было. Он любил и любит до сих пор, он не мог долго злиться на эту страну. Кто вообще в своей жизни мог подумать, что у него есть шанс стать возлюбленным воплощения?! Никто! Страны не связываются с людьми, у них слишком большая продолжительность жизни и им от этого больнее. Ремус тоже и не наделялся. Но нет! Вот она, судьба позволила им встретиться, датчан несмотря на долгую жизнь был рад быть с ним, принял его любовь и отвечал взаимностью. А теперь выясняется, что парень был лишь заменой. Есть ли способ разбить чьё-то сердце ещё ужаснее? Кажется нет, а с ним именно так и поступили. — И что же такого в его душе? — Всё... Я никогда не рассказывал об этом, ведь эта тайна нашего мира и... оно бы перевернуло всё вверх дном, узнай об этом простые люди. — ... — Вы люди, верите в рай и ад после смерти, а я видел его своими глазами. Я там был! Жил там на протяжении ста лет вместе с Римом, это были прекрасные годы, самые прекрасные и тогда, я по-настоящему признался себе, что попал в рай. Но... счастье имеет время заканчиваться. — Что произошло? — Этот рай, не тот которым вы его представляете, это место что-то на подобии отправной точки. Ваши души отправляются туда и вы все просто живёте там. Вам даётся выбор, остаться на некоторое время в том мире, либо пройти круг перерождения. — Что это значит? —Это значит, родиться заново, в новом теле, не связанный своим прошлым и без воспоминаний. Воплощения жили там, были те, кто остался, а были и те, кто захотел родится вновь. У всех свои причины и Рим захотел того же. Я был бы рад родиться с ним как человек, прожить с ним всю жизнь, вновь встретиться, не связанный по рукам и ногам своей страной. Но... я не мог. — Не мог? — Да, именно не мог. Каждое воплощениях связано со своей страной и пока существует страна, его воплощение будет рождаться вновь и вновь, но стоит ей исчезнуть, как ты, именно ты и твоя душа, будет свободна и ты можешь переродиться. Рим упокоился когда его Империя полностью исчезла, а я... Я же бросил свою страну и ушёл вместе с ним и проснулся спустя сто лет, а сам Рим прошёл круг перерождения. Тогда то мы и разделились. — И ты искал его душу все эти годы? — Да, искал. И я его нашёл. Ремус, ты и есть Рим. Ты та самая душа, которую я любил. — Ты... ты хочешь сказать, что в прошлой жизни я был воплощением? Как ты это можешь доказать? — Разве ты сам это не почувствовал? Ощущение дежавю, знакомые детали, будто ты их видишь не впервой, заинтересованность своими прошлыми вещами. Ты ведь замечал это, не так ли? — Это... — Ты ведь подумал, что эта серьга знакома тебе. Это ты её мне подарил, в память о себе... И посмотри, на своё прошлое тело. Видишь на левом ухе, та же самая серёжка. Ремус, ты и есть Рим, я люблю одну и ту же душу, но с разными воспоминаниями. Ваши характеры и повадки во многом похожи. Ты такой же упрямый, иногда вспыльчивый, у тебя дома полнейший хаос, а порядок если только не в личной жизни. Ты верный и очень дорожишь своей семьей, вот каким ты был в прошлом и какой ты есть сейчас. Рем, я люблю тебя. Вас обоих, ведь вы одна и та же душа.       Ремус стоял и слушал его объяснения. Перерождение, душа, личность, прошлое. Неужто всё, что он говорит правда? Такое ощущение, будто ему рассказывают о какой-то истории из жанра фантастики. Но почему он не может не поверить ему? Ведь само существование воплощений, их тела и природы, даже то самое состояние покоя, такое просто не бывает в природе. Но нет, вот они, доказательства обратного. Реакцию на такое нельзя предугадать. Слышать такое и так абсурдно, а понять и подавно. Человеческий мозг может и не воспринять эту информацию, ведь для них она что-то, что не укладывается в нормы этого мира. Отторжение, нормальная реакция, но вот принятие что-то совсем другое. Что-то что не свойственно им. — Дания, ты... Скажи мне, могу ли я верить твоим словам? — Да, всё что я сказал, всё это правда. Ремус, ты и есть Римская Империя, ты был им в прошлой жизни. — Значит ли это, что ты полюбил меня только из-за того, кем я был в прошлом?       Это вопрос, на который Ирвинг хотел бы получить настоящий, правдивый, пусть и горький ответ. Ему нужно знать, был ли он и вправду заменой? Они ведь разные личности, даже несмотря на одну и туже душу. Они выросли в разной среде, их представление отличаются, он уже не тот Рим, которого скандинав хотел бы видеть. А вдруг Даниэль был с ним только из-за этого? Вдруг ему на самом деле Ремус не интересен как личность, а лишь как душа того, кого он искренне любил? Вдруг это самообман? — Знаешь, это так. Я согласился познакомиться с тобой, только потому что ты был Римом в прошлой жизни. Первое время я был рядом и интересовался тобой только из-за этого. — Значит... — Но! Это не значит, что я тебя полюбил из-за этого. Да, первое время ты напоминал мне его, своим именем и повадками. Но стоило мне узнать тебя поближе, познакомится с твоей сестрой, увидеть настоящего тебя, то понял, что влюбился вновь! Я полюбил не Ремуса с душой Римской Империи, я полюбил человека по имени — Ремус Ирвинг и ничего больше! Твоё прошлое ты уже давно отбросил, а я же лишь последовал твоему желанию и принял именно настоящего тебя. Ремус, примешь ли ты меня? Воплощение, что влюбилось в тебя не только за душу?       Ирвинг стоял перед Данией, сжимая кулаки. Он слышит эти слова в любви не в первый раз, но такое ощущение, что это самое искреннее признание в его жизни. Ему хочется доверится, хочется ответить и сказать что: «Да. Приму, потому что люблю». Ремус поднял свой взгляд и встретился с этими прекрасным алыми глазами, заметил шрам над глазом и вспомнил, как о нём ему рассказали. Скандинав рассказал лишь об инциденте, в котором ему случайно порезали и едва не тронули сам глаз, и он чудом не остался слепым. Тогда парень не знал, почему рассказывая это датчан улыбался. Он не понимал, как можно радоваться тому, что получил от кого-то настолько видный шрам. Теперь же всё стало ясно как день. Но это не изменит решения. — Прости... мне надо подумать.       Ремус развернулся, не смотря на лицо любимого и направился к выходу из подвала. Дания смотрел ему в след и не сдерживал слёз. Он знал, на что он идёт, он догадывался о таком ответе и знал, что есть риски. Скандинав не стал жалеть о содеянном, он бы рано или поздно всё рассказал. Ирвинг всё равно бы узнал об этом, его можно понять, это очень тяжело осознать, принять, а ответить и подавно. Датчан чувствовал себя опустошенным, а сердце вновь заныло, словно открылся старый шрам. Как же больно... Он стоял спиной к гробу, спиной к этому телу, которое любил, а повернуться он боялся, не хотел видеть его. Ему казалось, что если он сейчас повернётся, увидит то несменяемое выражение лица, оно вдруг проснётся и сажает ему, что Даниэль обречён быть один всю оставшуюся жизнь.

Имя любимое оберегая, тебя в проклятьях моих обхожу.

***

      Прошёл целый месяц. Целый месяц! За это время Ремус ни разу не написал и не позвонил ему, а о встрече Дания мог только мечтать. Он уже было подумал, что это своеобразный ответ, что они расстаются и больше нет шанса вернуться обратно, что это прошлое вновь напоминает о себе. Но нет, неожиданно, Ирвинг позвонил ему и предложил встречу, а главное где? В его же столице. Конечно датчан не терял времени и сразу же согласился, ему было важно услышать ответ и в зависимости от него, будет решаться судьба. Получит ли скандинав новый шрам или же обретёт ещё больше крепкую любовь, он не знал. И вот, встреча состоялась ближе к вечеру, прямо в центре города, из-за чего самому датчанину пришлось прийти с маской на лице и прикрыв волосы капюшоном. Как бы это не выглядело со стороны, но люди уже как-то на инстинктивном уровне чувствуют от них какое-то напряжение, особенно от Дании с его феромонами. Прямо сейчас, воплощение медленно подошло к не сильно людной улице, возле обычной городской квартиры, а прямо у стены стоял и ждал Ремус. Возраст в 37 лет не убил в нём красоту, он всё также привлекателен. — Ты пришёл? — Д-да, пришёл... Так... что ты решил?       Ирвинг встал перед ним в полный рост, положив руки тому на плечи и улыбнулся. Даниэлю от этого стало не по себе, как бы. Почему он улыбается-то? А может... — Дэн, знаешь, когда я увидел то, что было в твоём доме, я запаниковал, сильно, ведь не каждый день вижу у кого-то в подвале дома чьё-то тело. Особенно воплощения. Но когда я услышал про рай, про души и про моё возможное прошлое, я очень сильно испугался. Но в тот момент, я думал не о себе, я думал о тебе Дэн... Я переживал, что ты можешь быть привязан к Римской Империи, что я для тебя лишь замена, что я нужен тебе только из-за прошлого, которое тебя связывает, но... Я решил что это не станет преградой. — Р-Ремус... — Ты любил мое прошлое тело? НУ И ПУСТЬ! Мне плевать! Прямо сейчас ты ведь МОЙ возлюбленный, а я люблю тебя, даже несмотря на твоё прошлое. Я не могу быть полностью уверенным, мне всё ещё нужно время на принятие, но я не откажусь от тебя! Слышишь?! Я люблю тебя! Тебя и только тебя. — Я тоже люблю тебя и не собираюсь терять ни в коем случае.       Ирвинг был переполнен счастьем и из-за чувств, обнял воплощение изо всех сил, чувствуя как пальцы его возлюбленного сжались в замок на его спине. Может со стороны они и выглядят как какая-то странная парочка, обнимающаяся в шесть вечера на виду у людей, но их это не касается. Да и паре было совершенно плевать, что о них подумают, сегодня они решили для себя, что останутся вместе до конца.

***

      Пара сидели на лавочке, наблюдая за тем, как простой народ тихо мирно гуляют по городу. Родители, которые закончили работу и вышли погулять с детьми, подростки, что наверняка вышли с дополнительных занятии и гуляют с друзьями, парочки, что решили устроить очередное свидание, старики супруги, которые также сидели и смотрели на всех, вспоминая свои годы. Для Дании это была идиллия, настоящее счастье, так приятно и тепло, не хочется вставать. Хочется просто остаться здесь, держась за руки и смотря на шумный, но по-настоящему интересный и полный жизни город. — Дэн, давай купим одну пару сережек. Ты наденешь одну на левое ухо, как мой знак, а я надену вторую. — Хорошо, сейчас, я просто рад быть рядом. — О! Подожди здесь, я схожу в то кафе, куплю нам кофе. Тебе какой взять? — Возьми холодный кофе. — Хорошо.       Ремус спокойно перебежал через дорогу, ведь сейчас был вечер, машин много и образовалась небольшая пробка, так что он быстро прошёл к кафе напротив. Пока его не было, скандинав задумался о том, что ему повезло. Кажется словно он спит. Он рассказал обо всём своему возлюбленному, боялся его реакции, а всё закончилось так приятно. Они преодолели это препятствие, признались вновь и Ирвинг даже предложил купить ещё одну серёжку. Как же тут не радоваться. Ремус очень прекрасен, даже несмотря на возраст и пару морщин, всё таки почти сорок лет стукнуло, время идёт без остановки. Хотя, если мужчина сможет наконец-то бросить эту вредную привычку напиваться до отказа и звонить ему в середине работы, то вообще будет целовать хоть каждый день, а так, если напивается, то он к нему не подходит, пока не протрезвеет. Несёт перегаром за километр! Фу. Хотя, в этом тоже есть небольшой плюс. Прямо как и в прошлой жизни, стоит напиться, как секс превращается в марафон. Ахаха. Дания ведь тогда так и спросил у него. «Ты мне что, марафон по сексу решил устроить?» Уверенное и пьяное «Да!», было последним, что он услышал от него хоть что-то внятное и пошло поехало. Такой выносливости достичь для человека, это подвиг. Датчан тогда был очень даже удовлетворён, поэтому пару раз, провоцировать его было весело. За тот случай с марафоном, мужчине до сих пор было стыдно и он просил забыть об этом, но Боже, как же это весело. Как бы ему хотелось познакомить своего возлюбленного с семьей.       Да, за такое долгое время, Даниэль так и не познакомил своих приёмных детей, внука и друзей с Ремусом, боялся их же реакции. Норвегия возможно был одним из тех, кто больше всех отказывался иметь близкие отношения с людьми из-за их недолгой жизни, ведь до того как влюбиться в Швецию, у него были возлюбленные и среди людей, от чего его сердце покрыто не меньшим количеством шрамов. Норвежец часто советовал всем не рисковать, всё равно получит лишь лишнюю боль и в его словах была доля правды. Люди не живут больше сотни лет, это редкое явление даже в их время, от чего складывается ощущение, что воплощениям отказан путь к нормальной жизни. Боже, как бы Дания хотел родиться обычным человеком, расти в семье, учиться, найти друзей, влюбиться, завести по возможности детей и умереть в старости. Но судьба видимо решила иначе, сделав его самым старшим воплощением их времени, возрастом в 1400 лет. Сколько же ему ещё придётся жить? Он надеялся, что не так уж и долго.       О! А вот и Ремус! Стоит на противоположной стороне дороги и машет ему. Дурак! Уронит же кофе которое и купил! Он делал шаг пока машины стояли и...

*ВЗРЫВ!*

      Громкий звук, будто взорвалась какая-то бомба, оглушила многих кто там находился. Дания пришёл в себя быстрее всех и смог понять что происходит. Газ. По видимому взорвался газ в одном из зданий. Если вы никогда не видели взрывов газа, то не стоит. Оно очень сильное, способное обрушить полностью целых три этажа, что и произошло. Огромная дыра в здании, пожар и... и люди лежащие без сознания. Там... там ведь только что стоял Ремус.

нет... нет! Нет! НЕТ! НЕТ! ТОЛЬКО НЕ ЭТО!

      Несмотря на крики людей, на то, что люди могут его узнать, скандинав подбежал туда где только что стоял Ирвинг. Стоило подойти поближе, как он увидел, что его и ещё пару людей задело взрывом, обломки упали на них и... Ремус лежал без сознания, он ударился головой, а железная труба пробила его правее в живот. УЖАСНАЯ ПАНИКА! Люди в страхе вызывают полицию, пожарную и скорую. Кто-то увидел воплощение и стал снимать, но Даниэлю плевать. Сейчас самое главное оказать помощь, ведь мужчина ещё жив! — Ремус! Всё в порядке... сейчас приедет скорая и мы быстро подлатаем тебя! Только держись!       Датчан ужасно испугался, надо срочно перевязать живот и голову, чтобы он не потерял много крови, иначе это может быть опасным. Он снял с себя одежду что прикрывала до этого лицо и пытался остановить кровотечение. Ремус в ужасном состоянии, Дания это чувствует, его душа, она очень колеблется и кажется начинает потихоньку исчезать. ГДЕ ЭТА ЧЁРТОВА СКОРАЯ? Пробки! Чёрт! Если... если Ирвинг не окажется в больнице, то он... он... он умрёт! Скандинав не думал ни о чём кроме спасения и сделал то, о чём может потом пожалеть. Он использовал феромоны, чтобы замедлить кровообращение и позволить тому продержаться дольше, хотя бы до приезда скорой. Это продолжалось целых полчаса, а датчан не сдерживался, ведь это очень трудный процесс, не остановить, а замедлить кровь так, чтобы оно не отразилось на сердце и других органах, особенно на мозг. Ремус не продержится дольше, его душа буквально умирает на глазах и исчезает из тела, в такой момент, Даниэль стал отдавать тому части своей, чтобы помочь, ведь тело без души обречена на гибель. Надо, надо держаться... Ещё немного... Совсем чуть-чуть... он сможет... держись Ремус... Я спасу тебя...       Через пару минут, в глазах стало мутнеть, силы уходили из тела, а потом... датчан выхаркнул кровью изо рта. У него начался звон в ушах и он становился всё сильнее и сильнее, пока... воплощение по итогу сам же не упал без сознания. Последнее, что он успел запомнить, это крики людей и скорую, которая успела приехать вместе с пожарными.

***

      Вновь темно, а глазам так тяжело. Одна сплошная головная боль. И сколько он так лежит? Попытки открыть глаза провалились, но кажется, датчан уже начал всё более или менее осознавать. Вдруг, ослепительный и яркий свет, отчего он сильно зажмурился. Кажется... кажется он в больнице, да, такая же неудобная кровать и большие окна и... знакомая тёмная макушка с перевязкой. Ремус. — Рем? — Дания?! Ты! Ты очнулся?! Боже! Я так переживал, думал, что ты не проснёшься. — Что произошло? Как ты? — Не обо мне надо переживать! А о себе! Видишь, я в порядке, не волнуйся.       Ирвинг был прав. Он выглядит вполне здоровым, лишь голова и руки были перевязаны, а сам он в одежде пациента. Если уж мужчина так кричит на него, значит всё хорошо. Теперь можно вздохнуть с облегчением. — Сколько я спал? — ... — Рем? Сколько я спал? — Ну, почти месяц. — Месяц?! Боже, как так-то? — Я пойду позову остальных. — Остальных? — Твоя семья, они всё это время переживали за тебя.       Угх, семья. И что он им скажет? А вдруг они... Не прошло и пяти минут, как в дверь с треском вбежали пару стран. Перед ним стояли Норвегия, Швеция, Германия, Великобритания, Гренландия и Фарерские острова. Ого, сколько воплощений сразу. — Отец! Ты как? — Швеция. — Дедушка Дания. Вы в порядке? — Германия. — Ну ты и попал конечно. — Норвегия. — Я в порядке дети. Ну а ты, Норвегия, мог бы и помягче. — Пф, будто бы тебя это задело? — Нет. — Ну так и нечего... — Таааак, Нор, прекращай давай! — Швеция, он сам виноват. — И ты говоришь это моему отцу спустя месяц как он очнулся? — ... — То-то же.       Эта семейная идиллия была приятной. Видеть как эта пара пытается доказать что-то своё, как их дети Фаер и Гренландия держат их за спины и тянут друг от друга. Германия же заливался смехом от этой семейной сцены. Вот только, не хватало другого его члена. Ремус куда-то ушёл, так и не присоединившись. Возможно, Норкласс с ним поговорил, поэтому мужчина и избегает его некоторое время. Ну, они поговорят, потом примут друг друга, им просто нужно время.

***

      Так прошел ещё один месяц. Ремус почти смог выздороветь и часто навещал Данию в соседней палате. Из-за переутомления с работой и из-за сил, воплощение слегка задержалось в больнице, а его страной пока займётся премьер-министр с королевой, временно. Всё было относительно хорошо, скоро их выпишут и они смогут вернуться в строй. Тот взрыв, как оказалось и вправду был с утечкой газа. В ней погибло двое или трое людей, а остальные сумели выжить. Случай с Ирвингом вообще стал необычным. Он продержался целых полчаса с такой раной, а медики были в недоумении, как же быстро он поправлялся, не иначе как настоящее чудо. — Да! Представь! Он так и сказал, «Вы ходячее происшествие». А я ведь просто случайно уронил тарелку с едой. — Почему-то мне кажется, что тарелка была не последней вещью в этом списке. — Ну ещё бокал, колбочка с лекарством. О! Я ещё шприц пополам сломал, случайно. — Ахахаха. Как ты вообще умудрился?! — А не надо было мне вкалывать укол когда я сплю! Хоть бы разбудила эта медсестричка. — Да ладно тебе, зато здоров. — Всё равно было больно.       Дания слушал все эти приключения, в которые Ремус умудрился попасть за эти два месяца пока он спал и пока он восстанавливался. Ну, им обещали что их скоро выпишут, так что всё было в порядке. Пока влюблённые между собой что-то обсуждали, кто-то резко ворвался в палату и они увидели знакомое лицо с флагом. Норвегия. Ирвинг с ним пока не особо ладил, по сравнению с другими членами семьи Даниэля, но это вопрос времени, когда они поладят. Мужчина попросив прощения, вышел из палаты, оставив двух самых старших воплощений одних. А вот Норкласс выглядел злым, а в руках у него документы, кажется прознал всё-таки. — Дания! Что это такое? — зло спросил норвежец, бросив ему на кровать принесённые бумаги. — А что тебе непонятно? — Всё! — Ты не так понял, просто... — Ничего не просто! Там чёрным по белому написано «Передача страны наследнику!». ТЫ УХОДИШЬ С ДОЛЖНОСТИ! Как это понимать?! — А что не так?! Я просто устал быть воплощением! Хочу пожить НОРМАЛЬНОЙ жизнью! — Тогда почему ты не указал пункт о возврате?! — ... — Ты думаешь я не заметил?       Норвегия имел право злиться. В документах не было указано всего одного, но самого важного пункта. Власть. Страны при передаче власти наследнику, имеют полное право забрать её обратно, если страны поступят в угрозу народу или другим странам. А скандинав его не указал и это может означать лишь одно... Норвегия слегка успокоился, но всё ещё был невероятно зол на друга. Как он может так с ними поступить? Почему именно ТАК?! — Сколько ты отдал? — ... — ДАНИЯ! Я СПРАШИВАЮ, СКОЛЬКО ТЫ ОТДАЛ?! — 60!... Я отдал ему 60%! — Идиот! ЗАЧЕМ?! Ради одного ЧЕЛОВЕКА?! Он же проживёт не дольше чем остальные?! Зачем ты ЭТО сделал?! — ПОТОМУ ЧТО ЛЮБИЛ! Понимаешь?! Любил! Кха, кха... я не мог иначе.       Даниэль вновь не смог сдержаться и начал кашлять, а изо рта вновь пошла кровь, которую он вытер спрятанными в тумбочке салфетками. Его состояние становится хуже с каждым днём. Недалёк тот момент когда он... — Сколько тебе осталось? — ... Месяц, не больше.       Норвежец ужаснулся. Дания... его самый близкий друг и отец его пары умирает и ему осталось не больше месяца. А всё из-за чего? Точнее кого? Человека! В тот момент когда датчан помог Ремусу продержаться дольше остальных людей, он отдал ему 60% СВОЕЙ души! А собственная душа даже у воплощения не способна продержаться и восстановиться. Как вы думаете, почему страны связанные браком и духовной связью отдают только ПОЛОВИНУ? Да потому что это минимальный уровень возможности жить без этой души. А скандинав отдал ему аж 60%! Теперь его душа медленно угасает, а сам он умирает и осталось ему жить не больше месяца. Это и есть причина, по которой Даниэль не указал пункт о возврате власти самому себе в случае крупного конфликта. Потому что его уже не будет в живых! Этот пункт не указывают лишь в двух случаях, когда страна которая передаёт власть не имеет права забрать её, как в случае Третьего Рейха двести лет назад, или же когда страна отправится на покой или умрёт. И в этом случае, Дания УМИРАЕТ! Медленно, он тускнеет на глазах и Норвегия стал подозревать это ещё с тех пор, как его друг не проснулся после целого месяца, а эти бумаги стали последним доказательством того, что датчану осталось недолго.       Норкласс знал о таком состоянии, он единственная страна, которая знает о силе и слабостях его особых феромонов, поэтому в данный момент, лишь он мог догадаться о скорой смерти своего близкого друга. Он не мог поверить. Из-за этого ЧЕЛОВЕКА, Дания решил умереть! Он прекрасно знал, что делал в том прошествии, знал, что может и не продержаться, знал, что это может привести к его смерти, но скандинав всё равно ЭТО СДЕЛАЛ! Теперь, обратного пути нет ни у кого из них. Всё что они могут сделать, это ждать когда Даниэль умрёт от потери своей собственной... души.       Норвежец бросил на него огорченный и злой взгляд. Он не хотел ему верить, но все доказательства на лицо! Воплощение стиснул зубы и со всей силы ударил рукой об стену, пытаясь хоть как-то сдержаться. Не выдержав, он зло и спешно покинул палату, громко хлопнув дверью. Даниэль же лишь тяжко вздохнул, сжав в руках салфетку, пропитанную его собственной кровью.       Ремус, всё это время ждал их снаружи. Он... он не ожидал услышать такое. Он не думал, что ради того чтобы он выжил, Даниэль буквально отдал ему свою душу! Из-за него он умирает! Почему?! Ему осталось жить всего месяц! А как же их жизнь? Как же любовь? Он хотел подарить ему серьгу, хотел продолжить жить вместе и умереть от старости вместе с ним. А теперь он угасает на глазах! Ирвинг не мог сдержать слёз, он не хотел попасться на глаза датчанину и быстро покинул сторону его палаты. Ему нужно время, ему нужно всё это осознать, нужно несмотря на боль... принять.

***

      За прошедшую неделю, новость о скорой смерти Королевства Дании охватила всех воплощений. Все кто имел с ним хорошие отношения навещали его всё это время и прощались. Для них, а в особенности для молодых, скандинав был не просто уважаемой страной, но и наставником, который им помогал в первое время. Он был мудр и справедлив, а вся история была у него в голове. Теперь же, это останется в прошлом, больше это воплощение к ним не вернётся.       За всё это короткое время, Дания уже успел подписать документы о передаче власти и приёмный сын Гренландия, сменил флаг в течении недели. После этого, он предстал перед датчанином как уже новое Королевство Дания, а флаг стал соответствующим. Красное полотно, с белым крестом, такие же алые глаза, которые он унаследовал от Швеции, но в отличии от Даниэля, он имел белые словно снег на его территориях волосы. Да, теперь нет автономной территории Гренландия, есть страна — Королевство Дания. Обратного пути уже нет, ведь скандинав передал всю власть своему приёмному сыну, а значит, он не переродится как тоже самое воплощение, ведь его страной управляет другой. Теперь, датчан сможет переродится как человек и жить своей жизнью, без оков прошлого. Вот только, Ремус был разбит. Он винил себя в том, что Даниэль умирает, что если бы он не пошёл в то кафе, то воплощению не пришлось бы его спасать ценой своей души. Почему он вообще его спас?! Он ведь человек! Он проживёт от силы ещё сорок лет, а потом умрёт! Зачем он потратил на него свою душу?! Почему позволил жить? Разве Ирвинг может продолжить жить без него? Без своего возлюбленного? Жить с мыслью, что он сам виноват в его смерти? НИКОГДА! Слышите?! Никогда! Это станет его проклятьем на всю оставшуюся жизнь.       И вот, прямо сейчас, вся семья стояла в палате. Прошёл оговорённый месяц и Даниэль уже потускнел, от его души и сил остались жалкие крупицы и он скоро закроет глаза. Все пришедшие старались быть рядом, они плакали и не сдерживались, ведь это единственное, что они могут сделать, побыть с ним и позволить ему уйти в мир иной, в окружении тех, кого он по-настоящему любит. — Дети... простите м-меня... я вас очень люблю. — О-отец, *шмыг* мы тоже любим тебя. — Норвегия... — Да? — Будь сильным, ведь теперь... ты станешь самым старшим... воплощением. Мои силы получишь ты... я рассказал тебе все тайны... теперь решение за тобой. — Я не подведу тебя. — Р-Ремус. — Да, я здесь любимый. — Прости меня... прости, что я так у-ухожу. Я хотел бы быть рядом... но не смог сдержать обещание. — Нет, не волнуйся. *Хнык* Я-я справлюсь! *шмыг* Я всегда буду помнить о тебе, я не забуду тебя. — Я... люблю тебя Ремус. — Я тоже тебя люблю. — Прощайте... я был рад быть вашей...

...семьёй...

Знаете, перед смертью люди думают о своём прошлом, как будто ищут доказательства того что они действительно жили. И если мне суждено умереть, я не буду сожалеть, ведь я действительно сделал всё, что мог.