Легенда о мальчике, что учился дышать

      Прошло еще полгода, и в Нампу вновь пришла осень, а вскоре и мерзавец-октябрь.       Сегодня выдался хоть и прохладный, но весьма чудесный солнечный день. Мэрил приуютилась в плетеном кресле, что стояло на заднем дворе, и завернулась в шерстяной плед. Взяла в руки кружку, до краев наполненную вином, и благоговейным бухим взглядом уставилась вдаль. Недалеко от нее, расположившись на ровно стриженном газоне, сидел Том и играл в машинки. Он катал их между расставленных по двору садовых гномов, что были куплены Мэрил на барахолке для ландшафтных дизайнеров.       — Эй, что ты делаешь? — послышался задорный женский визг с соседского участка.       Том повернулся на звук, и перед ним предстала следующая картина. Мужчина взял в руки шланг и стал хуярить водой на весело визжащую женщину, что вмиг промокла до нитки.       — Ну все, сейчас ты получишь, старый шалун! — захохотал мальчик-подросток, выбежавший из дома с водным пистолетом, и принялся стрелять из него по мужику.       В это время из дома выскочила девочка лет шести с виду и ринулась к бочке. Стала опускать в нее воздушные шарики, наполняя водой, после чего кидала их в мужчину.       — Все, я сдаюсь! Вы победили! — спустя пару минут весело проорал тот и наигранно упал на газон.       Тут же к нему подлетели женщина и дети. Вчетвером они стали задорно хохотать, обниматься и щекотать друг друга. В оконцовке из дома выбежал старый и толстый золотистый ретривер, подскочил к ним и весело облизал каждого.       — Папа, ты такой классный! — верещала девочка, обнимая к хуям промокшего, но до безобразия счастливого отца семейства.       — У нас такая классная семья! — восторгался подросток, расцеловывая родителей и сестру. — Боже, спасибо тебе за это! — поднял он лицо к небу, навернув на глаза слезы.       — Ахахаха! — хохотала женщина, почесывая за ухом пса. В это время мужчина крепко обнял ее за плечи и засосал.       — Господи, какие же эти новые соседи дегенераты, — скривила рот мисс Стрип, наблюдая за происходящем. — Им только не хватает начать пускать радугу из ртов… Чертовы бюрократы…       Том улыбался, наблюдая за тем, как дурачатся соседи, после чего обернулся к матери.       — Мама, а почему такого никогда не происходит у нас? — беззаботно спросил он.       — Том… — пьяно цокнула Мэрил. — Ты совсем из ума выжил, я не пойму? Хочешь, чтобы я сейчас встала и начала поливать тебя ледяной водой из шланга, а потом из-за этих выходок ты подцепил пневмонию? Или может мне найти твоего отца, броситься перед ним на колени и просить вернуться к нам? Чего ты хочешь, я не пойму?       — Счастливую семью, — бестолково пожал плечами Том.       — Счастливую, блять, семью… — ухмыльнулась мисс Стрип. — Чем тебя не устраивает наша? Разве счастье вот в этой бюрократии? — вальяжно махнула она ладонью в сторону соседей.       — Ну не знаю… Я бы хотел, чтобы нам было так же весело. Чтоб мы тоже были так дружны, — продолжил мечтать Том. — Чтоб обнимались и смеялись…       — Ну, хоти дальше, — развела руки Мэрил, опустошила кружку до дна и вновь наполнила до краев.       — Знаешь, мам, когда я вырасту, у меня обязательно будет такая же дружная и веселая семья, — не унимался фантазировать Том. — Я вернусь сюда и заберу тебя к себе, а потом…       — Стоп-стоп-стоп! — зажмурилась Мэрил, помотав головой. — Что ж ты мелешь, Том? Во-первых, куда это ты собрался? Ты что, решил, что когда повзрослеешь, сможешь жить самостоятельно? Какова наивность! Ты же ничего без меня делать не умеешь! Как ты собрался существовать без матери? Ну, а, во-вторых, какая семья? Ты хоть думаешь, что лопочешь? Ведь для того, чтобы завести семью для начала нужно найти себе женщину. Уверен, что будешь кому-то нужен? Кто-то полюбит тебя — глупого безграмотного инвалида? Да даже последней шлюхе из подворотни ты не будешь интересен!       Том изумленно вылупился на мать не зная, что делать дальше: то ли попытаться отстоять свою точку зрения, то ли спросить, кто такая шлюха и почему она обитает в подворотне.       — И даже если, теоретически, — продолжила пьяный бред Мэрил, сложив пальцы кольцом. — Ты сумеешь кого-то найти… Знаешь, что будет дальше? Эта девка сначала заманит тебя в паутину ложных надежд и обещаний. А знаешь, кто заманивает своих жертв в паутину?       — Пауки? — спросил Том.       — Вот именно! — подняла указательный палец Мэрил. — Эта паучиха начнет медленно высасывать из тебя душу и наличку, после чего вырвет твое сердце и вдребезги растопчет его. Она поимеет тебя! Сама же прыгнет в койку к первому встречному, а ты, Том, останешься один и придешь зализывать раны к матери, которая, в отличие от любой другой женщины, никогда не бросит и не предаст тебя!       Том удивленно смотрел на мисс Стрип не понимая, почему та сравнивает женщину с жутким насекомым. Бросил взгляд на соседей, все еще веселящихся на газоне, и стал визуализировать, как соседка впивается в шею мужа и начинает высасывать из него душу и некую наличку.       — А еще для того, чтобы создать семью, необходимы дети, — продолжила нести хуйню Мэрил. — Как думаешь, Том, какого качества сперма инвалида?       — Чего? — нахмурился тот, вновь повернувшись к ней.       — Вот тебе и чего, — покривила она лицом. — Нельзя тебе размножаться, Джерри, нельзя! От тебя будут плодиться лишь инвалиды, если не хуже! И на чьи плечи упадет ответственность за них? Твоя жена уйдет к другому, ты будешь страдать по ней… А твоя бедная мамочка должна будет обеспечить своим нерадивым внукам жизнь! Разве это нормально? Так что выбрось из головы все эти мысли про семью раз и навсегда. Я твоя семья. Ты никому и никогда не будешь нужен кроме своей матери. Лишь она одна будет нести тебя на своих плечах всю жизнь, словно крест… — затянула классическую шарманку мисс Стрип.       Но Том уже не слушал, что лопочет матушка. Вновь повернул голову к участку соседей и стал наблюдать за их семьей.       — Кстати, ребята, мы же забыли вам сообщить! — веселился неугомонный сосед. — У вас скоро будет братик или сестричка! — похлопал он жену по животу.       — Ааа! Благость-то какая! — рухнул на газон подросток и забился в конвульсиях счастья, все же не стерпев и пустив радужную пену изо рта.       — Урааа! — расставила руки в стороны девочка и закрутилась, словно идиотская юла.       «Кажется, тут мама права. Соседи и впрямь какие-то дегенераты… — подумал Том. — Но и сама мама, кажется, немного не в себе. Что за ерунду несет? Откуда ей знать что-то о счастливой семье, если у нее никогда таковой и не было? Да и откуда ей знать, что будет со мной в будущем? Она что, оракул?»       — Только лишь я буду любить тебя таким, какой ты есть… — продолжила на заднем плане мисс Стрип.       — Мам… — перебил ее Том. — А ты сказала про моего отца… А почему он нас бросил?       — Потому что был бюрократом! — тут же изменилась в лице Мэрил.       — Но ты и наших соседей назвала бюрократами, — указал Том через забор. — Но они не бросают друг друга. Значит дело не в бюрократии?       — В ней самой! — всплеснула руками Мэрил. — Просто бюрократия бывает разной. Но любая бюрократия в одинаковой степени отвратительно дрянная штука. Не имеет значение, бросил ли ты свою семью или нет, если ты бюрократ — этим все сказано.       — Но ты и меня так называешь. И дядю Бена тоже так называла, — нахмурился Том. — И вообще всех. Кроме себя самой.       — Что ты хочешь сказать? — прищурилась Мэрил.       — Ничего, — пожал плечами Том. — Думаю, тебе просто не повезло завести настоящую семью…       — Что?! — охуела Мэрил, превратившись в винную сову.       — А я все же вырасту и попробую, — добавил Том, встал с газона и двинулся в сторону дома, столкнув случайно одного из садовых гномов.       — Эй, куда ты пошел, болван? Мы не договорили! Вернись немедленно! — возмущенно окликнула его Мэрил, но Том не оборачивался. — Что ты себе позволяешь, бюрократ!       — Я есть хочу, — крикнул он и прошел в дом, дерзко захлопнув за собой дверь.       Вошел на кухню, насыпал в миску кукурузных хлопьев, залил молоком и уселся за стол, прокручивая в голове только что состоявшийся разговор с матерью.       — Ох! Как же я могла забыть! — ворвалась через пару минут Мэрил. — У меня же сегодня репетиторство! — пробежала она в прихожую, где уселась на пол и стала натягивать на ноги высокие сапоги. Но у нее ничего не выходило! Сапоги никак не натягивались! Ноги не на шутку опухли от вина!       Спустя десять минут с горем пополам удалось обуться, и, держась за комод, мисс Стрип медленно поднялась.       — Все нормально, мам? — взволнованно спросил Том, приметив, как мать шатает из стороны в сторону.       — Что, вздумал мать учить? — в пьяном угаре бычилась Мэрил. — Может еще осудишь меня за то, что я позволила выпить себе немного вина? А? Отвечай, тварь!       — Да нет… Я просто… — замялся Том, не на шутку испугавшись быдлежного стеклянного взгляда матери.       — То-то же! — перебила мисс Стрип, окутывая вокруг шеи легкий французский шарф. — Ладно, я пошла! К моему приходу чтоб перебрал мешок фасоли, которую я купила на зиму. Красную от белой отдели, а потом можешь быть свободен! — рявкнула она и удалилась, возомнив себя ёбаной мачехой Золушки.       Том на всех парах побежал в подвал, дабы скорее переделать фасолевые дела, а затем уже со свободной душой пойти к Джейку.       — Ух ёёё… — расстроенно протянул он при виде десятикилограммового мешка. — Да мне всю ночь ее перебирать! Я так не успею к Джейку! А что, если… — призадумался он, прищурившись.       Взял мешок и поплелся с ним на второй этаж, в надежде, что сможет не только поговорить с Джейком по душам, но и что тот как-то поможет в неблагодарном деле с сортировкой фасоли.       — Привет, Джейк, — прошел Том в комнату, с трудом волоча за собой мешок. — Поможешь?       Джейк побросал все свои игрушечные дела и поспешил к полиэтиленовой стене.       — Мне надо перебрать это, — указал Том на мешок и приоткрыл его. — Это фасоль, — пояснил он за бобовую культуру. — Может, сделаем это вместе, а заодно поболтаем?       Джейк одобрительно закивал. Том улыбнулся, зачерпнул пригоршню фасоли и положил в отсек для передачек. Когда фасоль обдало паром, Джейк сгреб кучку на пол и уселся рядом.       — Вот смотри — тут есть красные и белые фасолинки. Их надо разделить. Понял? — также сел на пол Том и стал показывать, что нужно делать.       Джейк же взял одну фасоль и внимательно ее осмотрел. Затем перевел взгляд на Тома, а сам медленно стал подносить ее к открытому рту.       — Стой! Что ты делаешь? Это нельзя кушать, она же сырая! — взмахом ладони остановил его Том.       Джейк отбросил белую фасолинку, взял красную и также потянул в рот.       — Нет! Ну, Джейк! Хватит баловаться! — возмутился Том. — Давай раскладывай их на две кучки. Ты же понял, что делать.       Джейк подкатил бездонные синие глаза, но приступил к выполнению задания. Том одобрительно улыбнулся и тоже принялся сортировать фасоль.       — Слушай… А ты знаешь, что такое семья? — спросил он через пару минут, взглянув на Джейка. Тот отрицательно помотал головой. — Хочешь расскажу? — вскинул брови Том, и Джейк закивал. — Семья — это когда есть мама и папа, а у них — дети. И все они любят друг друга. И им весело. У меня вот есть мама, и она, вроде как, моя семья… Хотя не знаю… Мне совсем не так это представляется… Мама говорит, что любит меня… Хотя нет, этого она почти никогда не говорит. В основном только повторяет, что я никому кроме нее никогда не буду нужен. Разве так говорят тому, кого любят? Мне вот кажется, что любовь совсем не такая, — вздохнул он. — Джейк! Ты опять за свое?       Джейк дернулся и поднял взгляд на Тома. Хоть он и усердно перебирал фасоль, но, тем не менее, успел засунуть ее в нос, рассортировав по цветам в разные ноздри.       — Ну-ка, вынимай их, — строго сказал Том.       Джейк изо всех сил дунул носом, и фасолины со свистом вылетели из ноздрей.       — Молодец, — усмехнулся Том. — Так, о чем это я… Ах, ну да… О маме. А у тебя же, получается, нет мамы? Хотя странно, у всех должна быть мама… Так есть или нет?       Джейк положительно закивал.       — И где же она? Почему ты тут один в этом шаре? — удивился Том.       Джейк указал пальцем на выход, пытаясь объяснить, что его мать покинула комнату через эту самую дверь. Но Тому было совсем невдомек, что Джейк пытался показать о своей матери, и кто она вообще такая. Как же так? Ты вроде сообразительный малый, а очевидного понять не можешь. Покумекай маленько, проведи параллели, сопоставь факты — и все сразу встанет на свои места! Тренируй дедукцию, ты ведь хочешь стать копом!       — Твоя мама бросила тебя, да? Мне очень жаль… — продолжал бестолковиться Том, сочувствующе посмотрев на Джейка. — А я вот решил, что когда стану большим, то обязательно заведу большую семью. У меня будет жена и много детей, и я буду любить их, а они будут любить меня… А ты бы хотел семью, Джейк?       Тот грустно закивал, пытаясь натолкать фасоли в уши.       — Если хочешь, то я возьму тебя в свою семью… Ну, когда вырасту. И когда она у меня появится, — сказал Том, жестом предложив ему избавиться от фасоли в ушах. — Ты мне и сейчас как семья, Джейки… Хм… Джейки… Можно мне тебя так называть?       Малыш радостно хлопнул в ладоши в знак согласия.       — А ты бы мог называть меня Томми. Мне нравится. Я бы хотел, чтобы кто-нибудь меня так называл. Это звучит мило. Кажется, будто так могут называть того, кого любят, — печально улыбнулся он. — Жаль ты не разговариваешь… Но когда научишься говорить, ты же сможешь меня так называть? Томми и Джейки… По-моему, классно звучит! Ну прямо как Том Сойер и Гекльберри Финн. Да?       Джейк поднял большие пальцы и довольно закивал.       — Ну хорошо, Джейки, — улыбнулся Том уже пободрее. — Так что, ты будешь жить со мной и моей семьей, когда я стану взрослым?       Джейк опустил уголки губ и похлопал ладонью по полиэтилену.       — Ах да, этот дурацкий шар, — вздохнул Том. — Ну ничего, я обязательно что-нибудь придумаю и вытащу тебя отсюда! Обещаю! — гордо провозгласил он, подняв указательный палец.       Джейк в очередной раз кивнул, сгреб с пола горсть белой фасоли и насыпал в отсек для передачек.       — А папы у тебя тоже получается нету? — спросил Том, накладывая новую порцию неотсортированной фасоли в отсек. — В этом мы с тобой похожи. У меня тоже нет отца. Точнее, он есть, конечно. Но он бросил нас, когда я только родился. Еще, вроде как, желал моей смерти… Мама так говорит… Но не знаю… Я почему-то не верю ей. Думаю, она что-то скрывает. Но я все же кое-что знаю о нем. Он вроде британец… Если так, то выходит, что и я наполовину британец. Знаешь такую страну — Великобританию, Джейки?       Джейк в ответ пожал плечами, показывая, что ему это не так уж и важно. Какое ему дело до разных стран, если он и города родного отродясь не видел, только лишь шар.       — Это далеко, за океаном, — пояснил за географию Том. — Интересно было бы там побывать. Не думаю, конечно, что это возможно. Мы с мамой никуда не ездим.       Джейк покрутив в руке фасоль и печально вздохнул, взглянув за окно.       — Может, когда я вырасту, то смогу туда попасть, — продолжил мечтать Том. — Ты бы хотел съездить туда со мной? Я могу и тебя взять.       — А! — воскликнул Джейк, закивав головой.       — А ты знал, что в Великобритании есть Королева? Самая настоящая, прямо как в сказках. У нее есть корона и трон… — поведал охуитительный факт Том. — Мама даже говорила когда-то, что мой отец служил во дворце у этой самой Королевы… Уж не знаю, правда это или нет…       Джейк недоверчиво прищурился. Россказни Тома были похожи на выдумки. Королева, трон, дворец…       — Я бы хотел однажды и его найти, — поджал губы под маской Том. — Узнать что-то о нем. Спросить, почему он нас с мамой бросил. А если не бросил, то почему не ищет… А может ищет, но не может найти?       Джейк снова вздохнул и надул нижнюю губу. Кажется, ему бы тоже хотелось найти своего отца и задать ему те же вопросы. Ну или хотя бы просто взглянуть на него. Или даже на отца Тома. Или вообще на кого угодно кроме Мэрил.       — Хорошо все-таки, что мы нашли с тобой друг друга… — посмотрел на Джейка Том. — Надеюсь, уж хотя бы мы не потеряемся никогда. Будем семьей друг для друга…       Так они просидели еще пару часов. Том рассказывал Джейку всякие байки, мечтал и фантазировал о всяком, и они даже не заметили, как перебрали всю фасоль.