principes Slytherin

Уже в первые дни пребывания на Тисовой улице в доме Дурслей Гарри понял, что ненавидит летние каникулы. Если бы была возможность, то он остался бы на лето в школе, но такой возможности нет. Как только парень вернулся в дом — все вещи, кроме палочки, связанные со школой, Вернон запер в чулане под лестницей. Палочку он не забрал лишь потому, что Гарри наврал с три короба, сказав, что потерял её. Также Дурсли очень злились из-за инцидента в зоопарке, когда Поттер натравил на дядю змею. Конечно провести три месяца без учебников — нереально. На каникулы столько задали. Вернись Гарри в школу без сделанных работ, ему уж точно несдобровать. Целый месяц придется после уроков прибирать классы, да не волшебством, а собственными руками. Во что бы то не стало надо было достать учебники, и такой случай представился через неделю после возвращения. Дядя Вернон купил новую машину, поэтому всё семейство Дурслей отправилось на улицу любоваться покупкой. Гарри медлить не стал, а сразу побежал к чулану.  — Алохомора! — произнёс парень, сделав нужное движение палочкой. Замок тут же отворился. Гарри, забрав нужные учебники, перья и чернила, снова махнул палочкой, — Коллопортус! — и дверь в чулан заперлась. Заниматься Поттер предпочитал ночью, когда Дурсли уже спали. Если бы они узнали, что он изучает магию в их доме, то его самого уже заперли бы в чулане, как раньше, оставив без еды и воды. У Поттера была сова, которую Дурсли ненавидели за то, что она шумит по ночам, поэтому Вернон разрешил выпускать её ночью из клетки, дабы не мешала ему спать. В один из дней Хедвиг улетела и не появлялась несколько дней. Гарри сидел в комнате, подсвечивая себе заклинанием Люмоса и делал эссе по Истории Магии. Списав из книги Батильды Бэгшот нужный текст, он сложил учебник, пергаменты, закрыл баночку с чернилами и убрал всё под кровать, чтобы дядя не нашёл. Потом он подошёл к окну, раскрыл его до окна и сел на подоконник, размышляя о жизни. В те моменты, когда Хедвиг улетала, ему было как никогда одиноко. Поговорить было не с кем. В это самое время в окне показалась белая полярная сова, которая влетела в окно и села на кровать, держа в лапе свёрток.  — Хедвиг! — обрадовался Гарри и сел рядом с совой, погладив её по перьям. Он взял из лапы свёрток пергамента и раскрыл — это было письмо из Хогвартса. — «Уважаемый Мистер Поттер! Напоминаю Вам, что первого сентября начинается учебный год. «Хогвартс-Экспресс» отходит от платформы №9 ¾ с вокзала Кингс-Кросс в 11:00. В выходные дни третьекурсникам будет разрешено посещать деревню Хогсмид. К письму прилагается форма с разрешением. Ее должны подписать ваши родители или опекун. Также прилагается список учебников для третьего класса.» — вполголоса прочитал парень. Он взял буклет и стал рассматривать его. Хогсмит — деревня, в которой живут только волшебники, никаких магглов, что очень радует. Осталось только уговорить тётю или дядю подписать бумагу.

***

На следующее утро Гарри подошёл к дяде с бумажкой.  — Дядя Вернон, — обратился он к дяде, — Вы не подпишите это?  — Что это?  — Да так, школьная справка.  — Посмотрим на твоё поведение.  — Всё зависит от неё. В тот день Гарри старался не попадаться на глаза своим опекунам, чтобы они не нашли причины на него злиться. В обед из комнаты пришлось выйти, так как хотелось кушать. Гарри спустился на кухню. Дурсли сидели за столом и смотрели новенький телевизор, подаренный Дадли по окончании учебного года, теперь Дадли весь день проводит на кухне. Поттер сел между кузеном и дядей — плотным, краснолицым мужчиной с крохотной шеей и пышными усами. Он взял гренку и глянул на экран, где говорили о сбежавшем преступнике:  — «Блэк вооружен и очень опасен. Увидев его, немедленно сообщите властям по специально созданной горячей линии». — говорилось в новостях. Гарри застыл, а в голове всплыли воспоминания с первого курса…  — Торжественно клянусь, что совершаю только шалость! — на пергаменте стали появляться надписи и рисунки. — Это подробная карта Хогвартса, со всеми потайными ходами. А ещё она показывает перемещения всех людей, находящихся в школе. Неправильно, что я отдаю это ученику, но всё же, — на карте появились надписи «Господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост представляют своё новое изобретение — Карту Мародёров…» — Ты, наверное, задаёшься вопросом, кто эти люди, перечисленные здесь? — Гарри кивнул. — Это карта, которую сделал твой отец — Сохатый и его лучшие друзья: Ремус — Лунатик, Сириус — Бродяга и Питер — Хвост. Мы с ними общались в школьные года, хотя из-за вражды факультетов близкой дружбы не получилось. А теперь все, кроме Блэка, мертвы. Хотя на счёт Ремуса я не уверен, он... просто пропал. Осталась только эта карта и воспоминания.  — А Блэк? Он где?  — В Азкабане. Он… Ладно, неважно. Я итак тебе слишком много рассказал. В другой раз. Вернон, глядя на телевизор из-за газеты, начал что-то бурчать.  — Да вы посмотрите, на кого похож этот преступник! Взгляните на его патлы! — он метнул гневный взгляд на племянника, чьи растрепанные волосы вечно повергали в гнев прилизанных Дурслей. Но Вернон не прав, у Блэка прическа куда хуже: чёрные, кудрявые волосы настолько длинные и спутанные, что худого, бледного лица почти не видно. Тем временем диктор уже сменил тему и вещал что-то про министерство сельского хозяйства. — Идиот! — презрительно рявкнул Вернон. — Хоть бы сказал, откуда сбежал этот маньяк! И вообще, какой прок в этой горячей линии?! А вдруг этот псих сейчас бродит по нашей улице?! Тетя Петунья подлетела к окну, надеясь увидеть преступника и позвонить на горячую линию. На целом свете не сыщешь столь любопытной дамы. Всю жизнь только и делает, что следит за соседями — такими же благопристойными занудами.

***

Ещё долгое время Гарри старался не выводить из себя опекунов, но они даже и не думали подписывать буклет о посещении Хогсмита, хотя парень постоянно им напоминал. Ночью с 30 на 31 июля парень как всегда сидел один и делал уроки. Хедвиг куда-то улетела ещё днём. Когда Гарри дописал эссе по зельеварению, то перевёл взгляд на часы. 2:08, ему уже как два часа тринадцать лет. С друзьями этим летом Поттер переписывался максимально мало. Дурсли как будто чувствовали прибытие совы с письмами, Вернон приходил к племяннику в комнату и рвал их на мелкие кусочки.  — Я запрещаю тебе общаться с этими ненормальными в моём доме! Он подошел к открытому окну, и на него повеяло прохладой. Возле окна — большая совиная клетка. Сейчас она пустая. Гарри за сову не беспокоится — она часто пропадает где-то на несколько дней, а потом возвращается, — просто хочется, чтобы рядом было существо, которое тебя любит, а то Дурсли вечно смотрят со страхом и злобой. Надоело. Он очень скучал по вечерам в Слизеринской гостиной, где ему было с кем поговорить. Остался ещё месяц и они встретятся с друзьями. Гарри выглядит младше своих лет. Он худенький, да и роста невысокого, хотя за год все-таки подрос. Волосы у него всегда растрепаны, сколько ни причесывай, глаза изумрудно-зеленые, и еще он носит круглые очки. А главная его особенность, конечно же, шрам на лбу в виде молнии. В детстве Гарри часто спрашивал у тети про этот шрам.  — Тебе еще и года не было, когда ты вместе с родителями попал в автомобильную аварию. Сестра моя непутевая и ее муж — твой отец, погибли, а ты выжил. Оттуда и шрам. Все, отстань. — отмахивалась тетя. Но это неправда. Лили и Джеймс Поттеры погибли не в автомобильной аварии. Их убил волшебник Лорд Волан-де-Морт. Он и Гарри хотел убить, да не смог, а почему, до сих пор загадка. Мало того что Волан-де-Морт с ребёнком не справился, так и сам чуть не погиб. Именно тогда Темный Лорд утратил силы и подался в бега. Только шрам в виде молнии на лбу Гарри и напоминал о том дне. В Хогвартсе Гарри уже два раза лицом к лицу встречался с Волан-де-Мортом.  — И все-таки дожил до тринадцати лет! — подбодрил себя Гарри, вспомнив последнюю встречу с Темным Лордом и огромного Василиска. Так Гарри стоял у окна, представляя себе сову: летит к нему с дохлой мышью в клюве, ждет не дождется похвалы. А может, и вправду летит? Гарри выглянул в окно. Нет. Только звездное небо, да крыши домов, освещенные фонарями. Но что там такое? На фоне золотисто-желтого диска луны появилось странное многокрылое существо. Оно на глазах становилось все больше и больше. Гарри замер: оно летит прямо к нему! Вот уже совсем близко! Он уже было испугался и собирался захлопнуть окно, но тут крылатое чудище осветил уличный фонарь, и у Гарри отлегло от сердца. В окно влетели две совы, поддерживая крыльями третью. Похоже, ей было плохо. Совы осторожно приземлились на кровать и опустили ослабевшую птицу. Большая серая сова повалилась на спину и замерла: к лапам ее был привязан объемистый сверток. Это же Стрелка — сова семейства Уизли. Гарри подбежал к ней, отвязал сверток, отнес сову в клетку и придвинул ей плошку с водой. Стрелка приоткрыла мутный глаз, слабо ухнула в знак благодарности и принялась жадно пить. Гарри вернулся к другим совам. Большая белоснежная Хедвиг сидела довольная, она тоже прилетела не с пустыми лапами. Гарри освободил сову от ноши, и они поблагодарила его, ласково клюнув в щеку. Затем взмахнула крыльями и присоединилась к Стрелке. Третья же оказалась не совой, а филином. Это был филин Малфоя. Взяв у него сверток, Гарри сел на кровать и взял пакет, принесенный Стрелкой, разорвал оберточную, бумагу и увидел конверт, подарок в золотой фольге и поздравительную открытку. Дрожащими руками он вскрыл конверт, оттуда выпали письмо и газетная вырезка, на ней черно-белый снимок и статья из «Ежедневного Пророка»: — СОТРУДНИК МИНИСТЕРСТВА МАГИИ ВЫИГРАЛ ГЛАВНЫЙ ПРИЗ. Артур Уизли, глава Отдела по борьбе с незаконным использованием изобретений магглов, выиграл Главный приз, который ежегодно разыгрывает газета «Ежедневный Пророк». «Летом мы съездим к моему старшему сыну в Египет. Билл работает ликвидатором заклятий в местном отделении банка «Гринготтс», — сообщил нашему корреспонденту счастливый мистер Уизли. Семья Уизли в течение месяца будет отдыхать в Египте и вернется к началу учебного года. Пятеро детей Уизли учатся в школе «Хогвартс». — читал Гарри вслух отрывок из газеты. Он не мог оторвать глаз от колдографии: вот они, все девять Уизли стоят на фоне огромной египетской пирамиды и с таким рвением машут ему, что кажется, сейчас впрыгнут в комнату дома на Тисовой улице. Гарри счастливо улыбнулся. Маленькая пухленькая миссис Уизли, высокий с залысинами мистер Уизли и шестеро сыновей, а еще дочка. В центре длинный, нескладный Рон обнимает сестренку Джинни, на плече у него крыса Короста. Вот здорово! Гарри распечатал письмо: интересно, что же Рон написал?  — Привет, Гарри! Поздравляю тебя с днем рождения! В Египте чудесно! Билл повел нас на экскурсию по пирамидам. Не представляешь, какие страшные заклятия наложили на них египетские жрецы! Мама даже не пустила Джинни в последнюю пирамиду, там столько жутких скелетов! Магглы вскрывают гробницы, и заклятия начинают действовать: у кого десять рук вырастет, у кого несколько голов! Я сначала и не поверил, что папа выиграл главный приз «Пророка» — целых семьсот галлеонов! Конечно, много денег уйдет на отпуск, но родители все-таки обещали купить мне новую волшебную палочку. — Гарри хорошо помнил, как Рон сломал старую: они с Драко, Роном и Гилдероем Локхартом полезли в трубу, которая должна была привести их в Тайную Комнату. Когда Рон падал, то умудрился разломить палочку на две части. — Мы приедем за неделю до начала учебного года и отправимся в Лондон. Надо купить палочку и учебники. Гарри, давай встретимся! Приезжай! Не обращай внимания на магглов. До встречи в Лондоне. Рон P.S. На той неделе Перси получил из Хогвартса письмо. Он — лучший ученик и староста всей школы. — Гарри еще раз глянул на фото. Вид у Перси был очень важный. На аккуратно причесанной голове — феска, кокетливо сдвинутая набок, а к ней приколот значок лучшего ученика. Очки в роговой оправе блестят, отражая египетское солнце. Сразу видно, что перешел на последний, седьмой курс, да к тому же еще и лучший ученик. Гарри отложил письмо и развернул золотую фольгу. Что это? Похоже на маленький стеклянный волчок. И записка от Рона: — Гарри, это — карманный вредноскоп. Он предупреждает об опасности, вообще о чем-то плохом. Вспыхивает и кружится. Билл в это не верит, говорит, вредноскоп — просто сувенир для туристов, ни о чем он не предупреждает. Билл так решил, потому что вчера за ужином вредноскоп ни с того ни с сего закружился как сумасшедший. Это Фред с Джорджем насыпали ему в суп дохлых жуков, а он и не заметил. Гарри поставил подарок на тумбочку. Вредноскоп неторопливо покачивался на своем острие, отражая светящиеся стрелки часов. Посмотрим, что принесла Хедвиг. Это была посылка от Гермионы. Подарок в яркой обертке, красивая открытка и письмо.  — Дорогой Гарри! Сейчас я во Франции. Я все думала, как послать тебе подарок, а вдруг его вскроют на таможне? И тут прилетела Хедвиг! Не сомневаюсь, она хотела сделать тебе приятное и чтоб не вышло, что ты остался без подарка. Кстати, подарок я заказала по совиной почте, прочла объявление в «Пророке». Я даже здесь получаю газеты. Это так чудесно! Я в курсе всех событий в волшебном мире! Неделю назад в газете была фотография Рона и его семьи. Ты видел? Мне немножко завидно, он там столько всего узнает! В Древнем Египте жили великие кудесники! Во Франции тоже есть волшебники и такая богатая история магии! Я даже переписала свое сочинение по истории и внесла туда все самое интересное. Надеюсь, профессор Бинс не рассердится, что сочинение вышло на два свитка длиннее, чем он просил. Рон вернется за неделю до первого сентября, и они всей семьей поедут в Лондон. Гарри, если тетя с дядей тебя отпустят, мы могли бы встретиться. Мы все так давно не виделись! Но если тебе не разрешат приехать в Лондон, ничего, встретимся первого сентября на платформе девять и три четверти. Пока. Гермиона. P.S. Рон написал, что Перси стал лучшим учеником. Представляю, как Перси счастлив! А Рон, похоже, не очень. — Гарри рассмеялся и взял подарок. Ух ты, какой тяжелый! Это оказалась большая книга, полная сложных заклинаний. Далее парень взял свёрток, который принёс филин Драко. Он сорвал бумагу, и сердце у него забилось быстрее. Это был футляр из черной, блестящей кожи.  — «НАБОР ПО УХОДУ ЗА МЕТЛОЙ», — прочел Гарри серебряную надпись. Вот это да. Гарри расстегнул молнию. Внутри была большая банка фирменного средства для полировки рукояти. Блестящие ножницы из серебра, чтобы равнять прутья. Насадка на черенок с маленьким латунным компасом — незаменимая вещь в дальнем путешествии, и в довершение всего «Пособие по уходу за метлой». Гарри очень скучал без своих друзей. И почти так же, как и друзей, ему не хватало квиддича. Это самая популярная игра в волшебном мире. Очень опасный вид спорта, но такой интересный! Играют в квиддич высоко в небе, оседлав метлы. Гарри — прекрасный игрок и самый молодой ловец в команде за последние сто лет. У него есть суперскоростная метла «Нимбус-2000», которую ему подарил отец Драко — Люциус. Гарри бережет метлу как зеницу ока. Также в свёртке от Малфоя была записка.  — Гарри, Мордред тебя подери! Хватит игнорировать мои письма. Уже два месяца ни весточки. Я написал тебе девять писем и ни одного не получил в ответ, кроме как на День Рождения! Как это называется? Я переживаю за тебя! — Поттер посмеялся и быстро начеркал ответ, рассказывая про дядю, который разрывает каждое пришедшее письмо на мелкие кусочки. Привязав письмо к лапе Филина, парень выпустил птицу в окно.

***

Когда следующим утром Гарри спустился на кухню, то дядя Вернон куда-то собирался. Мужчина одним глотком выпил чашку чая и подошёл к жене.  — Ну, я пошел, Петунья. Поезд Мардж прибывает в десять часов. Гарри, все помыслы которого были наверху — там его ожидал «Набор по уходу за метлой», — чуть не упал со стула. Тетушка Мардж! Вот те на. Хуже не придумаешь.  — Тетушка Мардж?! — не подумав, вскрикнул он. — Она… она. сегодня приедет?! Мардж — сестра дяди Вернона, и с Гарри родственными узами не связана (мама Поттера была сестрой тети Петуньи). Однако мальчика всю жизнь заставляли звать ее тетушкой. Она живет в пригороде в особняке с садом и разводит бульдогов. Тетушка Мардж не частый гость на Тисовой улице — расставание с прелестными собачками для нее невыносимо. Но в каждый ее приезд Гарри впору лезть на стену. Последний свой визит она нанесла за год до поступления в Хогвартс. Тогда Гарри серьезнее пострадал. Он нечаянно наступил на лапу ее любимой собаке — Злыдню. Бульдог гонял его по саду, пока Гарри не залез на дерево, где и просидел до глубокой ночи: тетушка и не подумала отозвать пса. Вспоминая об этом, Дадли и сейчас хохочет до колик.  — Мардж погостит у нас пару недель, — пробасил дядя Вернон, — а ты, — ткнул он в Гарри толстым пальцем, — слушай меня внимательно! Итак, — прорычал дядя Вернон, — с Мардж ты будешь предельно вежлив! Только попробуй ей нагрубить, понял?!  — Хорошо, — уныло выдохнул Гарри. — но пусть и она меня не обижает. — Дядя Вернон пропустил его слова мимо ушей.  — Далее. Мардж ничего не знает о твоей… э-э… ненормальности… И покуда она здесь, никаких аномальных явлений! Веди себя прилично! Понял меня?!  — Буду. Если она тоже будет прилично вести, — стиснув зубы, кивнул Гарри.  — И наконец, мы сказали Мардж, что ты ходишь в школу для трудных, ну, в общем, безнадежных подростков имени святого Брутуса.  — Что?! — ахнул Гарри. Врать, что он учится с будущими преступниками?!  — Мальчик, запомни, что я сказал. Не то тебе будет худо, — брызнул слюной дядя. Побледнев, Гарри уставился на дядю. Тетушка Мардж приезжает на целую неделю! Да-а, Дурсли устроили незабываемый день рождения!  — Ну, Петунья, я поехал, — сказал дядя, тяжело поднимаясь со стула. — Дадли, не хочешь прокатиться со мной?  — Не-а, — замотал головой Дадли.  — Дадлик, пойди переоденься. — Тетя ласково погладила сыночка по жидким светлым волосам. — Мама купила своему мальчику такую красивую бабочку! Ах! Тетушка будет в восторге! — Дядя хлопнул Дадли по толстому плечу.  — Я скоро вернусь, — попрощался он и вышел из кухни. Гарри сидел понурив голову. Он был вне себя. И вдруг его озарило. Парень пулей вылетел в холл. Дядя Вернон уже натягивал пальто.  — Так вы подпишите мою школьную справку?  — С какой стати, интересно? — хмыкнул дядя Вернон.  — Понимаете, — осторожно начал Гарри, — мне ведь нелегко будет притворяться, что я учусь в школе святого…  — В школе для трудных, с криминальными наклонностями подростков имени святого Брутуса, — закончил за него Вернон. Кажется, дядя занервничал, подумал Гарри.  — Правильно. — Он спокойно смотрел на багровое лицо дяди и продолжал: — Но это трудно запомнить. И чтобы тетушка Мардж поверила, придется постараться, а то вдруг я скажу чего не так?  — Тогда я из твоей башки выбью всю дурь! — Сжав кулак, дядя двинулся на Гарри, но тот и не шелохнулся.  — Ну и выбивайте! Тетушка все равно сказанного мной не забудет! — Дядя Вернон оторопел — кулак повис в воздухе, лицо исказила гримаса. — Но если вы подпишете справку, — быстро сказал Гарри, — то, клянусь, я запомню эту школу и буду вести себя как маггл, то есть как хороший мальчик. — Дядя стиснул зубы и задумался. Жилка у него на виске запульсировала.  — Ладно, — наконец изрек он. — Будешь говорить, что я велел, и я подпишу эту чертову бумагу. Но если обманешь — пеняй на себя! — Дядя развернулся и хлопнул дверью так, что из переплета над ней вылетело цветное стеклышко. На кухню Гарри не вернулся, отправился к себе в комнату: хочешь вести себя как истинный маггл, начинай прямо сейчас. Гарри долго собирал подарки с открытками. Наконец с тяжким вздохом спрятал все под кровать к учебникам. Подошел к клетке: Совы спали, спрятав под крылья головы. Гарри снова вздохнул и разбудил сов, потыкав пальцем ту и другую.  — Хедвиг,— жалобно молвил он, — вам со Стрелкой придется улететь. Только на неделю. Я Рону напишу, он присмотрит за тобой. Ну не надо так смотреть, ради бога! — В больших янтарных глазах совы читался упрек. — Я не виноват! Я только так смогу получить разрешение, чтобы с друзьями ходить в Хогсмид. Гарри начеркал Рону записку, привязал к лапе совы, и минут через десять совы вылетели из окна. Гарри убрал пустую клетку в шкаф. Тоска, но делать нечего! Вскоре по всему дома раздались крики тёти Петуньи.  — Гарри. Гарри! Открой дверь. — кричала она с кухни. С тяжелым сердцем Гарри повиновался. На пороге стояла тетушка Мардж. Эта краснолицая, внушительной комплекции дама очень походила на дядю Вернона. У нее были даже усы, правда, не такие пышные, как у дяди. В одной руке она держала здоровенный чемодан, второй прижимала к груди старого, угрюмого бульдога. В коридоре появился толстяк Дадли: соломенные волосы прилизаны, а из-под пяти подбородков торчит галстук-бабочка. Швырнув чемодан, тетка ринулась навстречу племяннику. Потискав его одной рукой, она смачно чмокнула его в щеку. Гарри прекрасно знал, что ее объятия Дадли терпит лишь потому, что тетушка ему за это платит. И действительно, когда объятия разжались, в кулаке толстяка хрустнула двадцатифунтовая купюра.  — Петунья! — воскликнула тетушка и двинулась к вошедшей в коридор женщине. На Гарри она и не взглянула. Он был для нее пустым местом. Тетушки поцеловались, Мардж прижалась массивной челюстью к впалой щеке тети Петуньи. Появился и дядя Вернон — сама любезность.  — Мардж, не хочешь ли чашку чая? — предложил он. — А что желает Злыдень?  — Злыдень желает испить чаю из моего блюдечка. — ухмыльнулась Мардж. Чокнутая семейка отбыла на кухню, а Гарри остался в коридоре с тяжеленным чемоданом. Он не торопясь потащил чемодан в спальню, приготовленную для тетушки Мардж. Когда Гарри вернулся в кухню, тетка уже попивала чай с фруктовым тортом, а в углу Злыдень шумно лакал чай из блюдца. Пол вокруг был забрызган слюной и чаинками. Тетя Петунья была явно не в восторге. Эта блюстительница чистоты терпеть не могла животных. Гарри сел за стол, и собака зарычала. Тетушка Мардж повернулась и тут как бы впервые заметила Гарри.  — Ага! — рявкнула она. — Ты все еще здесь?  — Да, — кивнул Гарри.  — Да? — передразнила его тетка. — Как ты разговариваешь, неблагодарный мальчишка? Скажи спасибо моему брату. Если бы его подбросили ко мне, — обратилась она к Вернону, — я бы его сдала в детский дом. В детском доме было бы куда лучше, чем здесь, у Дурслей, подумал Поттер. «Молчи, Гарри, молчи, помни об уговоре», — сказал он себе и выдавил некое подобие улыбки.  — Ах, он еще и ухмыляется! — возмутилась тетушка. — Совсем не изменился — грубиян! А я-то, я-то надеялась, что хоть в школе тебя перевоспитают! Где он учится, Вернон?  — В школе святого Брутуса. Это как раз для таких безнадежных как он. — не замедлил с ответом дядя.  — А там не забывают их пороть? — Тетушка повернулась к Гарри. Дядя Вернон коротко кивнул ему из-за широкой спины тетушки Мардж.  — О да! — кивнул Гарри. Потом решил, что говорить надо подоходчивей, и добавил: — Конечно, меня несколько раз пороли.  — Прекрасно, — Тетушка Мардж хлопнула по столу — чепуха, что нельзя бить учеников, которые заслуживают этого своим поведением. — Дядя Вернон забеспокоился: вдруг Гарри не выдержит и, забыв об уговоре, брякнет Мардж что-нибудь неподходящее?  — Мардж, ты смотрела утренние новости? — поспешил он разрядить обстановку. — Что думаешь о сбежавшем преступнике? Так вот и поселилась тетушка Мардж на Тисовой улице. И Гарри вдруг понял, что до нее все шло не так уж и плохо. Дяде Вернону и тете Петунье он старался не попадаться на глаза, и это всех устраивало. С тетушкой Мардж такое не пройдет — постоянно требует находиться при ней, чтобы досаждать нравоучениями. И хлебом не корми, дай сравнить его с Дадли. Все время нудит, какое Гарри бесполезное, пропащее существо. Со дня приезда тетушки Мардж прошло десять дней. Все обитатели дома №4 по Тисовой улице сидели за обеденным столом.  — Ты совсем не виноват, Вернон, что он вырос таким. — утешала тетушка Мардж брата. — Тут уж ничего не поделаешь. Просто у мальчишки дурная кровь! От негодования у Гарри задрожали руки, к лицу прилила кровь. «Помни об уговоре и молчи, думай о Хогсмиде. Не обращай на нее внимания», — внушал он себе, уставившись в тарелку. Тетушка налила в бокал вина и провозгласила:  — Кем был его отец, Петунья?  — Никем. Он не работал, — начала придумывать тётя, — он был безработным.  — Пфф, и пьяницей разумеется. — тут Гарри не выдержал.  — Это ложь! — громко сказал он.  — Что ты сказал?!  — Мой отец не был пьяницей! Посуда в шкафах задрожала, свет заморгал, а бокал в руке Тётушки Мардж взорвался. По всей кухне разлетелись осколки. Тетушка заморгала, что-то бормоча, по багровому лицу потекло вино. «Опять магический выброс…» — подумал Гарри и попытался успокоится.  — О Господи! — закричал Вернон.  — Не волнуйтесь, я просто очень крепко сжала бокал.  — Кажется, тебе пора в постель! — обратился дядя к Поттеру.  — Не надо, Вернон, а ты, — она ткнула пальцем в Гарри, — убери! — она указала на осколки, лежащие на столе. — Отец тут не причём, всё дело в матери. У собак точно также: если сука попалась с изъяном, то и щенки будут не-нор-маль-ные!  — Заткнись! Закрой рот! — закричал Поттер, швырнув на пол полотенце с осколками. Мардж ухмыльнулась, повернувшись к Гарри всем телом. Свет снова начал мигать, с улицы подул ветер.  — Так, заруби себе на носу, — она выставила перед собой палец, но тут его начало раздувать с невероятной скоростью. Она замолчала, будто поперхнулась. Ее начало полностью раздувать. Полное красное лицо опухло, крошечные глазки полезли из орбит, а рот растянулся до ушей. Твидовый пиджак лопнул, и пуговицы со свистом разлетелись в стороны. Скоро тетушка превратилась в громадный воздушный шар. Юбка лопнула, живот вывалился наружу, а пальцы растопырились, как огромные сосиски.  — Мардж! — хором закричали тетя с дядей. Тетушку оторвало от стула, и она поплыла к потолку. Она была совсем круглая, как надувная игрушка, руки-ноги безвольно колыхались, глаз почти не видно, из груди рвалось тяжкое пыхтение. В комнату вбежал ошалевший Злыдень и вцепился в ногу Вернона. Дядя схватил тетушку за ногу и едва не взлетел сам. Воспользовавшись суматохой, Гарри выбежал из столовой и помчался в чулан под лестницей. Заклинанием отпер дверь, схватил чемодан и ринулся наверх к себе в комнату. Побросав все свои вещи и книги в чемодан, он взял из шкафа клетку и стал спускаться по лестнице. В этот миг из столовой выскочил дядя Вернон, одна из его штанин превратилась в кровавые лоскуты.  — Верни тётку обратно и приведи всё в порядок сейчас же! — кричал мужчина.  — Нет, она заслужила. Вернон со злостью схватил Поттера за плечо, но тот достал из кармана палочку и приставил к горлу дяди.  — Не подходи ко мне!  — Идти тебе некуда.  — Да? Наплевать! Лишь бы не здесь. Еще миг, и Гарри очутился на темной пустынной улице. Волоча тяжелый чемодан, с клеткой под мышкой он зашагал прочь, подальше от дома Дурслей. Разъяренный парень, несмотря на тяжелую поклажу, не заметил, как миновал несколько улиц. Вскоре усталость дала о себе знать. На улице Магнолий он увидел невысокую каменную изгородь и в изнеможении опустился на нее. Он сидел неподвижно, сердце колотилось, он никак не мог успокоиться. Было уже совсем темно, и мало-помалу им стало овладевать отчаяние. Никогда еще Гарри, с какой стороны ни глянь, не находился в столь затруднительном положении. Он один в жестоком мире магглов, и ему совсем некуда идти. А самое страшное — Гарри применил мощный заряд колдовства, пусть и не специально. По этой причине пора прощаться с Хогвартсом! Он нарушил запрет: колдовать несовершеннолетние вне школы не имеют права. Гарри диву давался, что над ним еще не хлопают крыльями совы из Министерства магии. Поежившись, он огляделся. Что его ждет? Арест или просто изгнание из мира волшебников? Подумав о Драко и Роне с Гермионой, Гарри чуть не заплакал. Узнай, что он в беде, друзья тут же бросились бы на помощь, невзирая на все его прегрешения, но они так далеко и совы у него нет! Как им дашь знать? Нет даже маггловских денег. В мешочке, на дне чемодана, лежит пригоршня волшебного золота. А все его деньги — наследство от родителей — в Лондоне, в подземелье банка «Гринготтс». Увы, пешком чемодан до Лондона не дотащишь. Если только… Он глянул на зажатую в руке волшебную палочку. Если его уже почти выгнали из школы (при этой мысли сердце чуть не разорвалось от боли), можно еще немного поколдовать, хуже не будет. От отца ему досталась мантия-невидимка. Надо наложить на чемодан заклинание, сделав его легким, привязать к метле и надеть мантию. Тогда он быстро и незаметно долетит до Лондона, заберет из банковского сейфа деньги и будет жить как отшельник. Такое и в кошмарном сне не приснится, но другого выхода у парня просто нет. А то дождешься магглов-полицейских и объясняй им, чего он тут ночью делает и почему в чемодане метла, да книги с заклинаниями! Открыв чемодан, Гарри принялся искать мантию. Вдруг ему показалось, что за ним кто-то наблюдает. Он резко выпрямился и огляделся. По спине пробежал холодок. Улица темна и пустынна. В окнах домов ни огонька — все спят. Гарри снова нагнулся над чемоданом и тут же вскочил на ноги, крепко сжимая палочку, почуял неладное: в узком пространстве между изгородью и гаражом позади него явно кто-то был. Гарри обернулся, метнул туда взгляд. Ну, шевельнись, пожалуйста, и будет ясно, кто ты, — бродячий кот или кто-то более страшный.  — Люмос! — шепнул Гарри и зажмурился от яркого света, полыхнувшего на конце палочки. Он поднял палочку высоко над головой, и стены ближайшего дома засверкали. Палочка осветила гараж, дом и газон между ними. Гарри отчетливо увидел очертания чего-то громадного — оно не сводило с него больших блестящих глаз. Огромный пёс? Внезапно жуткий рев чуть не оглушил его, парень от неожиданности свалился на асфальт. Гарри прикрыл глаза от яркого света. Что это? Через миг на том месте, где он стоял секунду назад, была пара гигантских колес. Трехэтажный ярко-фиолетовый автобус возник не иначе как прямо из воздуха, залив все вокруг потоками света. По лобовому стеклу тянулась длинная золотая надпись: «Ночной рыцарь». «Наверное, я схожу с ума», — подумал было Гарри, но тут из автобуса выскочил кондуктор в красном и молвил в тишину:  — Добро пожаловать! Это автобус для ведьм и волшебников, попавших в трудное положение! Взмахните палочкой и входите в салон: мы домчим вас куда угодно! Я, Стэн Шанпайк, ваш кондуктор на сегодняшний вечер. — он осекся, заметив сидящего на земле Гарри. Подняв палочку, Гарри встал на ноги. — Ты чего расселся? — отбросил Стэн кондукторский тон.  — Я упал.  — Зачем ты упал? — ухмыльнулся Стэн. Вспомнив, из-за чего упал, Гарри мигом обернулся и оглядел освещенное фарами пространство за каменной стеной. Там было пусто. — Ты чего туда смотришь? — подал голос Стэн.  — Там было что-то большое, черное… — Гарри неуверенно махнул рукой в сторону дома. — Вроде собаки… но больше нет. — он глянул на Стэна, тот же, разинув рот, смотрел на него, вернее, на его лоб. Гарри дрогнул.  — Чего это у тебя такое? — спросил Стэн.  — Ничего, — буркнул Гарри, пальцами начесав на лоб челку. Конечно, Министерство магии уже ищет его, и облегчать им работу он не собирается. — Слушай, — попытался он отвлечь Стэна, — а этот автобус и правда отвезет меня куда захочу?  — Конечно! — гордо ответил Стэн. — В любую точку мира, куда пожелаешь! Только под воду ни-ни.  — Слушай, а сколько стоит до Лондона?  — Одиннадцать сиклей, — произнес Стэн. Гарри достал из чемодана мешочек и сунул в руку Стэна несколько серебряных монет. Поставив клетку на чемодан, они втащили багаж внутрь. Сидений в автобусе не было. Вдоль занавешенных окон — кровати с бронзовыми спинками. Над каждой кроватью — подсвечник, освещавший обитые панелью стены. Спавший в конце автобуса крошечный волшебник в ночном колпаке что-то проворчал во сне.  — Вот твоя, — шепнул Стэн и запихнул чемодан под кровать за водительским креслом. — Это наш водитель — Эрни Прэнг. Трогай, Эрни. — сказал Стэн, садясь рядом с водителем. Автобус взревел и рванул с такой силой, что Гарри завалился на кровать. Поднявшись, глянул в окно. Они ехали по совершенно другой улице. — Как ты сказал тебя зовут?  — Я не говорил. А магглы не слышат автобус? — спросил Гарри.  — Магглы? — презрительно хмыкнул Стэн. — Да они ничего не слышат и не видят! Они вообще тупицы! Сейчас Гарри не уснул бы и в простом автобусе, который без грохота едет себе спокойно, а не летит сотни миль в секунду. В голове ворочались тяжкие думы: что его ожидает и как там тетушка Мардж, все еще висит под потолком? Высунув язык, Стэн читал свежий номер «Ежедневного Пророка». На первой полосе был большой снимок. Человек с фотографии прищурился, глядя на Гарри. Усталое, с длинными спутанными волосами лицо было странно знакомо Гарри.  — Ведь это его магглы показывали в новостях! — воскликнул он, на миг забыв о своих бедах. Стэн осклабился, глядя на снимок.  — Сириус Блэк, — кивнул он. — Ясное дело, магглы показывали его. Ты что, с луны свалился? — презрительно посмотрев на изумленного Гарри, он сунул ему газету. — Газетки-то чаще надо читать. Гарри поднес «Пророк» к свече: БЛЭК ВСЕ ЕЩЕ НА СВОБОДЕ! Сегодня Министерство магии сообщило, что Сириус Блэк — самый опасный преступник за всю историю тюрьмы Азкабан — до сих пор не пойман. — Мы делаем все возможное, чтобы найти Блэка, — заверил утром министр магии Корнелиус Фадж. — И призываем волшебное сообщество сохранять спокойствие. Некоторые члены Международной федерации колдунов недовольны тем, что Фадж сообщил о происшедшем премьер-министру магглов. — А как бы вы поступили на моем месте? — заявил Фадж, известный своим раздражительным характером. — Блэк сумасшедший. Он опасен как для волшебников, так и для магглов. Премьер поклялся, что о волшебном происхождении Блэка не узнает ни один маггл. А если и узнают, сочтут за репортерскую утку. Магглам сообщили, что у Блэка есть пистолет (железная дудка, которой магглы убивают друг друга). Волшебное сообщество опасается повторения бойни, устроенной Блэком двенадцать лет назад. Напомним, тогда Блэк одним проклятием умертвил сразу тринадцать человек. Гарри вгляделся в темные глаза Сириуса Блэка, единственные живые точки на исхудалом лице. Ему не доводилось встречаться с вампирами, но на уроках по Защите от Темных Искусств он ни раз видел их портреты. Блэк с его мертвенно-восковой кожей очень походил на вампира.  — Ну, и как тебе этот красавчик? — полюбопытствовал Стэн. Гарри вернул газету и спросил:  — Он что, и вправду одним проклятием убил тринадцать человек?  — А то, — кивнул Стэн. — средь бела дня и при свидетелях. Вот в чем кошмар, правда, Эрн?  — Правда. — мрачно поддакнул Эрни. Развернувшись в кресле, Стэн заложил руки за голову и перевел взгляд на Гарри.  — Блэк — один из ближайших соратников Сам-Знаешь-Кого, — важно сообщил он.  — Волан-де-Морта, что ли? — брякнул Гарри. Прыщи на лице Стэна побелели, Эрни крутанул руль, и фермерский дом в ужасе шарахнулся от автобуса.  — У тебя как с головой?! — завопил Стэн, схватившись за сердце. — Ты чье имя назвал?!  — Ой, извини, пожалуйста, — поспешно сказал Гарри. — Я… я просто забыл…  — Забыл! — передразнил Стэн. — А если у меня разрыв сердца будет?!  — Значит, Блэк был ближайшим соратником Сам-Знаешь-Кого? — виновато произнес Гарри, возвращаясь к беседе.  — Ну, да. — Стэн все еще держался за сердце. — Друг-приятель… А когда малютка Гарри Поттер победил Сам-Знаешь-Кого… — Гарри вздрогнул и в очередной раз пригладил на лбу волосы. — … за его соратниками началась охота. Эрни вон подтвердит. Ну, большинство-то сами сдались. Поняли, что им крышка. Ха! Но не Сириус Блэк! Ходит молва, будто он считает себя его преемником. Знаешь, как все было? Окружили Блэка на улице, магглы кишмя кишат. А он возьми, да и махни палочкой: пол-улицы как не бывало, в придачу двенадцать мертвых магглов, да один волшебник! Как тебе? А дальше он… — Голос Стэна опустился до тревожного шепота.  — Что он? — спросил Гарри.  — Громко рассмеялся! Стоял и ржал как лошадь. Вскоре приехало подкрепление из Министерства. А он, представляешь, никакого сопротивления! Идет себе смирно и ржет без остановки. Совсем придурок! Слышь, Эрн?  — Ну до Азкабана, может, был и нормальный, а теперь точно придурок, — протянул Эрни. — Я бы лучше сам себя взорвал, чем попасть в Азкабан! Но ему так и надо за все его злодеяния!  — Н-да. Небось у Министерства работенки было по горло, — сказал Стэн. — Пол-улицы тютю и куча мертвых магглов. Как они это объяснили?  — Взрыв газа, — отрезал Эрни.  — И вот теперь побег, — продолжал Стэн, махнув на изможденное лицо в газете.  — Как он сбежал? — тихо спросил Гарри.  — В этом то всё и дело! Он первый, кому это удалось! Эрни, а, Эрни! Как он с охраной сладил? — Эрни передернуло.  — Будь другом, Стэн, смени пластинку. Ну не могу я слышать об охранниках Азкабана! — разочарованный Стэн отложил газету, а Гарри прильнул к окну. Настроение лучше не стало. Стэн — болтун. Когда узнает, кого подвозил, такое расскажет пассажирам! А ведь он, Гарри Поттер, такой же преступник, как и Сириус Блэк. Может, и ему за тетушку Мардж светит Азкабан? Гарри ничего не знал про эту волшебную тюрьму, но слышал, с каким ужасом о ней говорят. Автобус катил в темноте, разгоняя с пути кусты, мусорные баки, телефонные будки и деревья. Гарри с тяжелым сердцем лежал на мягкой перине. Автобус сделал остановку в Англии. Стэн наконец вспомнил, что Гарри оплатил горячий шоколад, и принес кружку. Тут автобус рванул, держа курс на Абердин, и Стэн весь шоколад вылил ему на подушку. С верхних этажей потянулись волшебники и волшебницы. В халатах и шлепанцах они спешили к выходу, радуясь, что поездка завершилась. Под конец в автобусе остался лишь один пассажир. Стэн потер руки:  — Так-так, где тебя в Лондоне высадить?  — Дырявый Котёл.  — Будет сделано. Автобус взревел и, грохоча, покатил по Чаринг-Кросс-Роуд. Гарри сидел, наблюдая, как от автобуса прыгают в стороны здания и скамейки. Светало. Придется Гарри переждать пару часов до открытия «Гринготтса». Потом снова в путь. А куда — неизвестно. На полном ходу Эрни затормозил, и автобус остановился у маленького невзрачного паба «Дырявый Котел», за которым находился волшебный ход в Косой переулок. Поблагодарив Эрни, Гарри спрыгнул и помог Стэну вытащить чемодан с клеткой на тротуар.  — Пока, Стэн! — помахал рукой Гарри. Но кондуктор как не слышал. Он стоял на подножке автобуса и во все глаза таращился на темный вход в паб.  — Ну, наконец-то, Гарри, — произнес чей-то голос. Повернув голову, Гарри увидел обладателя руки, сжимавшей его плечо, и его словно окатило ледяным душем. Это был сам Министр магии — Корнелиус Фадж — полненький невысокий человек в длинной полосатой мантии — выглядел усталым и замерзшим.  — Примите мою благодарность за то, что ваш автобус доставил сюда Гарри. Нам пора идти. Фадж еще крепче сжал плечо Гарри и повел его в паб. В дверях возник беззубый, сутулый старик-волшебник с фонарем в руке. Это был Том, хозяин «Дырявого котла».  — Вы нашли его, министр! — воскликнул Том.— Не желаете ли чего выпить? Пива, бренди?  — Принесите лучше чаю, Том, — сказал Фадж, не выпуская плеча Гарри. — Том, отдельный кабинет, пожалуйста. — велел Фадж. Том показал, куда идти. Пошли они по узкому коридору: Том впереди с фонарем, за ним — сопровождаемый Фаджем Гарри. Скоро они очутились в небольшой гостиной. Щелкнув пальцами, Том зажег в камине огонь и, отвесив поклон, удалился. Фадж указал на стул возле камина:  — Садись, Гарри. — мальчик сел. Огонь в камине пылал на славу, но по телу Гарри побежали мурашки. Фадж снял полосатую мантию, подтянул бутылочного цвета брюки и уселся напротив. — Гарри, я министр магии — Корнелиус Фадж. — Том, в переднике поверх ночной рубашки, принес поднос с чаем и горячими тостами. Поставив его на стол между гостями, вышел и закрыл дверь. — Признаюсь, Гарри, — начал Фадж, разливая чай, — мы все изрядно поволновались. Сбежать от родственников, да еще подобным образом! Я уж думал… Слава богу, с тобой ничего не случилось! Фадж намазал булочку маслом и протянул тарелку Гарри. — Ешь, Гарри. Ты еле держишься на ногах. А у меня хорошая новость. Мы вернули мисс Марджори Дурсль в ее обычное состояние. Несколько часов назад на Тисовую улицу прибыли два специалиста из отдела по устранению последствий случайно наложенных заклятий. Мисс Дурсль сделали прокол, и воздух из нее вышел, кроме того, её подтёрли память, так что она все начисто забыла. Словом, ничего страшного не произошло. — Фадж поднял чашку и ласково, как любимому племяннику, улыбнулся Гарри. Гарри же от удивления не мог слова вымолвить. — Хочешь знать, что думают твои дядя с тетей? — поинтересовался Фадж — Не скрою, они очень рассердились. Однако следующим летом они готовы тебя принять. А вот Рождество и пасхальные каникулы придется провести в Хогвартсе. — Гарри обрел дар речи:  — На Рождество и пасхальные каникулы я всегда остаюсь в Хогвартсе. А на Тисовую улицу я вообще не хочу возвращаться!  — Не говори так, Гарри. Ты просто переволновался, — озадаченно проговорил Фадж. — Они же твои родственники. Не сомневаюсь, в глубине души вы… любите друг друга. — Гарри спорить не стал. Не до того. Сейчас решается его судьба. — А теперь подумаем, — Фадж намазывал вторую булочку, — где ты поживешь последние две недели каникул. Я советую тебе остановиться в «Дырявом котле». Твои учебники уже здесь, — он указал на стопку учебников, лежащую на камине.  — А как… а как же наказание? — Фадж сощурился.  — Наказание? О чем ты, Гарри?  — Я же нарушил Закон о несовершеннолетних волшебниках! — горячо сказал Гарри.  — Ну что ты, мой мальчик! Да неужели мы станем наказывать тебя за такие пустяки?! — воскликнул Фадж, взмахнув булочкой. — Это был несчастный случай. За раздувание тетушек мы в Азкабан не сажаем! — если глаза не обманывали Гарри, вид у Фаджа был весьма смущенный.  — Обстоятельства изменились, Гарри, в создавшемся положении... Ты же не хочешь, чтобы тебя исключили?  — Конечно нет!  — Ну, тогда из-за чего весь этот шум? — рассмеялся Фадж. — Съешь-ка ты лучше булочку, а я пойду спрошу у Тома, есть ли для тебя свободная комната. Гарри смотрел вслед Фаджу. Невероятно! Почему же тогда министр ждал его в «Дырявом котле», раз никакого наказания не будет? И вообще странно, что сам Министр Магии лично занялся малолетним волшебником. Фадж вскоре вернулся вместе с хозяином.  — Свободна одиннадцатая комната, Гарри, — сказал Министр. — тебе там понравится. Добавлю только одно. Уверен, ты меня поймешь. Ни в коем случае не ходи в маггловские кварталы. Гуляй по Косому Переулку, и как только начнет темнеть — сейчас же домой. Том будет за тобой присматривать. Он отнесёт твои вещи наверх.  — Хорошо, — протянул Гарри. — но к чему все это?  — Не хотим, чтобы ты снова потерялся, — весело рассмеялся Фадж. — шучу, шучу. Просто нам спокойнее, когда мы знаем твое местонахождение… Ну, в общем… — Фадж вдруг закашлялся и надел полосатую мантию. — Так я пошел. Меня ждут дела, сам понимаешь.  — А вы еще не поймали Блэка? — вдруг спросил Гарри. Пальцы Фаджа стиснули серебряную застежку на мантии.  — Что–что? Так ты уже слышал? Увы, увы. Не удалось пока. Но мы его обязательно поймаем. Непременно. Такое в Азкабане приключилось впервые. Стражи вне себя! — Фаджа слегка передернуло. — До свидания, Гарри. — они пожали друг другу руки, и тут Гарри вспомнил одну вещь.  — Господин министр, у меня есть одна просьба.  — Я тебя слушаю, — улыбнулся Фадж.  — Третьекурсники в Хогвартсе будут ходить в Хогсмид. Но мне тетя с дядей не подписали разрешение. А вы не могли бы подписать? — Фадж замялся.  — Нет. — со вздохом сказал он. — Сожалею, Гарри, но я не твой родственник и не опекун.  — Но вы министр магии, — умолял Гарри. — и ваше разрешение…  — Нельзя, Гарри. Правила есть правила, — твердо сказал Фадж — Вот в будущем году ты наверняка будешь ходить в Хогсмид. Но, честно говоря, мне кажется, тебе бы лучше… вообще… Не будем об этом. Я пошел. Счастливо оставаться, Гарри. — улыбнувшись, он снова пожал Гарри руку и вышел.  — Мистер Поттер, пойдемте. — Том тоже заторопится. Они поднялись по красивой деревянной лестнице. Том отворил дверь с бронзовой табличкой №11 и впустил Гарри. В комнате стояла мягкая, удобная кровать, отполированная до блеска дубовая мебель, в камине потрескивал огонь, а на шкафу…  — Хедвиг! — ахнул Гарри. Белоснежная сова щелкнула клювом и опустилась ему на руку.  — У Вас очень умная сова, — улыбнулся Том. — Прилетела через пять минут после вашего появления. Мистер Поттер, если вам что-нибудь понадобится, сразу обращайтесь ко мне. Хозяин еще раз поклонился и покинул комнату. Гарри долго сидел на кровати и поглаживал сову. В окно смотрело небо, которое, подобно хамелеону, меняло цвет: из бархатного темно–синего стало серо–стальное. Потом медленно заалело, подернувшись золотыми прожилками. Гарри не верилось, что еще несколько часов назад он был на Тисовой улице, что его не выгнали из Хогвартса и что две недели он проведет вдали от Дурслей.  — Ну и ночка выдалась. — зевнул Гарри. — Надо написать письмо Драко. Теперь то его никто не порвёт. Парень сел за дубовый стол, достал нужные вещи и написал Малфою записку о своём местонахождении, ситуации с Дурслями и путешествии на «Ночном Рыцаре». Привязав письмо к сове, он выпустил её в окно и, не сняв очков, повалился на подушку и крепко уснул. Следующим утром он спустился на первый этаж и оторопел. В пабе за столиком сидел никто иной как Драко, а рядом с ним стоял его отец Люциус. Малфой-младший, заметив парня, вскочил и подлетел к нему, заключив в объятия.  — Так себе местечко… — высказался Люциус. — Гарри, поехали в мэнор. Ты у нас желанный гость. Цисси сказала любым способом привести тебя к нам, она переживает. Тем же утром он собрал вещи и отправился вместе с Малфоями в их поместье, где провёл остаток каникул.