Твой удивительный мир

Этой ночью мне довелось словить паническую атаку, которой как раз для полного восторга не хватало. Мне снились тёмные коридоры психиатрической больницы и Хазлетт, бесконечно долго тащащий меня по ним в тот самый кабинет, где меня ждало электрошоковое пыточное устройство. Распахнув глаза, я сначала не понял, где нахожусь, а потом ощутил лёгкую дрожь, поселившуюся где-то под рёбрами и распространяющуюся по всему телу. Меня трясло, а слёзы обжигающими полосками резали щёки, заставляя часто шмыгать носом и рваными движениями вытирать лицо. Я не мог понять, чего именно боюсь, но мне было до усрачки страшно, и этот дикий ужас пожирал меня около часа, пока я не успокоился и не уснул, надеясь, что мне больше не приснится подобное. Утром до меня снова долго доходило, где я нахожусь, а когда дошло, то я пожалел, что вообще проснулся. Хотя с какой-то стороны я был даже рад тому, что эта безумная галлюцинация, кажется, была правдой. Во всяком случае здесь мне не нужно плясать под психиатрическую дудку и бояться того, что какой-нибудь отбитый на всю голову садист вздумает хорошенько меня проучить. Мне совсем не хотелось будить гостеприимного хозяина, поэтому я облегчённо выдохнул, услышав, как он брякает чем-то на кухне. Всунув ноги в тапочки, которые оказались у изножья дивана (откуда они вообще здесь взялись? Вчера их точно не было), я прошаркал на кухню и остановился, глядя на то, как Джерард перемешивает что-то в небольшой кастрюльке, стоя у плиты в длинном фартуке, небрежно завязанном и перепачканном чёрт знает в чём. — Привет, — неуверенно произнёс я, замерев на пороге. Джерард тут же повернулся ко мне и широко улыбнулся. — Доброе утро, — он быстрым движением клацнул пальцами по какой-то кнопке, находящейся у самого края плиты, и газовое освещение померкло. — Как спалось? — Твой диван маловат даже для такого компактного парня, как я. Но в целом неплохо, — соврал я, подумав, что будет не очень уместно тревожить Уэя рассказом о своём ночном приступе. — Если честно, я не ожидал, что проснусь в твоей квартире, думал, что это всё сон. Даже надеялся. — Сделаю вид, что я этого не слышал, — усмехнулся Джерард, выкладывая в глубокие тарелки какую-то непонятную субстанцию, сваренную им. — Неужели ты хотел бы, чтобы такой классный парень, как я, был просто сном? — О, ты себе льстишь, — хмыкнув, я сел за стол и принялся внимательно следить за действиями Уэя. — Что ты приготовил? — Суп из тыквы и бобовых, — торжественно произнёс Джерард, поставив передо мной тарелку с полугустой жижей болотного цвета, на самом деле меньше всего на свете напоминающей суп. — Твою мать, — выдохнул я, с особой осторожностью взяв ложку. — Сначала попробуй, — насупился Джерард, сев напротив меня. — И что это значит, я себе льщу? Я не ответил, едва заметно улыбнувшись, после чего всё же отправил ложку с этим самым супом себе в рот. — Ого! — удивлённо воскликнул я, тут же проглотив. Вскинув брови, я удивлённо уставился на недооценённого мною повара, который выглядел сейчас чертовски довольным, поглядывая на меня из-под полуопущенных ресниц и улыбаясь краем губ. — Это правда вкусно. — А я о чём, — подмигнув мне, он тоже взялся за еду. — Всё ещё хочешь, чтобы я оказался сном? — Думаешь, сможешь купить меня супчиком? — улыбнувшись уже без капли язвительности, я продолжил трапезу. — Эй, вообще-то, я притащил тебе тапки, чтобы ты не отморозил себе ноги с утра! — деланно возмутился Джерард. — Сочувствую, что тебе пришлось видеть моё отрубившееся тело, — неловко усмехнулся я, представляя, какая картина предстала перед Уэем. Наверняка я был весь в слюнях и лежал в какой-нибудь безобразной позе. — Ты был похож на спящего зверька. На хомячка, возможно, — спокойно ответил Джерард. — Так что не переживай, психологической травмы я не получил. Сначала я возмущённо уставился на него, будучи недовольным таким сравнением, а спустя несколько секунд мои щёки залил лёгкий румянец, и я тут же уткнулся в тарелку. Не то чтобы я был падок на знаки внимания, но некоторые фразы Джерарда чертовски походили на флирт, и меня это, мягко говоря, смущало. Знаете, очень сложно не смущаться, когда напротив тебя сидит парень с лицом, словно созданным каким-то скульптором-перфекционистом, и говорит странно-милые вещи. Вчера я не особо вглядывался в черты лица Уэя, пребывая в искренней панике, но сейчас, немного успокоившись, я исподтишка рассматривал его и, к сожалению, мне нравилось то, что я видел. Да, мне всегда нравились люди, наделённые какой-то особенной красотой. Мне нравилась Кэнди и её глубоко посаженные глаза, а ещё я просто обожал её величественный нос с горбинкой. Мне нравился мой бывший парень и его крупные черты лица, его густые, часто нахмуренные брови, из-за чего обманчиво казалось, будто он самый суровый человек на планете. Теперь же я поглядывал на Джерарда и понимал, что мне нравится его точёный вздёрнутый нос, над которым высшие силы явно постарались, а ещё нравится его взгляд, направленный на меня из-под полуприкрытых век, оставляющий за собой некую загадочность. И, к огромному сожалению, я пялился на руки Джерарда, на выпуклые вены и длинные гибкие пальцы, представляя совсем не то, что следовало представлять на второй день знакомства с человеком. Не поймите меня неправильно, я ничего не хотел от Джерарда, более того, я прекрасно понимал, что между нами может произойти только одноразовый перепихон и ничего больше. И то вряд ли, потому что все эти желания, невольно всплывающие в моих мыслях, наверняка улетучились, если бы воплотились в реальность. Я не хотел ни любви, ни какой-то романтики, возможно, испытывая какой-то бессознательный страх, но низменные плотские желания порой всё ещё беспокоили меня. Мне не стоило думать о человеке, приютившем меня, в таком ключе, только из-за того, что у него был особый стиль общения. Даже если бы я и начал что-то испытывать, не так уж и велика вероятность, что это бы переросло во что-то взаимное. А ещё Джерард был из параллельной вселенной. Где, судя по всему, казнят за однополые отношения. Запретный плод сладок? Нет, он приторен. Закончив с едой, я вызвался помыть посуду, потому что чувствовал себя уж очень неловко и хотел как-то отблагодарить Джерарда. Он с радостью принял моё предложение и удалился с кухни, сказав, чтобы я искал его в зале. Тщательно протирая тарелку, я скользнул взглядом по рисунку на своей футболке и скривил губы в ухмылке. Я оставил посуду сушиться в шкафчике и последовал в зал, где Джерард листал каналы, бездумно глядя в экран телевизора, оставляющий нежно-голубой свет на его лице, обращённом ко мне в полуанфас. Он развалился на диване, оперевшись о подлокотник, закинув ногу на спальное место и, заметив моё присутствие, медленно повернул ко мне голову. — В моём мире тоже есть Бэтмен, — заявил я, ткнув пальцем на рисунок на своей груди. — Правда? — глаза Джерарда восторженно загорелись, и он тут же подобрал к себе ногу, обхватывая колено руками. — Садись. Я послушно плюхнулся рядом, стараясь не слишком изучающе пялиться на Уэя. Он, поймав мой взгляд, мягко улыбнулся. — Что ты смотришь? — решил поинтересоваться я, переведя взгляд на экран. — Ничего, — Джерард пожал плечами. — Листаю каналы и думаю о том, что же мне с тобой делать. — Можешь убить, только не очень мучительно, пожалуйста, — ухмыльнулся я и откинулся на спинку дивана, следя за картинками, меняющимися на экране, как только Джерард нажимал кнопку «вперёд». — Ну уж нет, — он коротко мотнул головой, не глядя на меня. — Убивать парня, прибывшего из параллельной вселенной, в которой тоже есть Бэтмен? Я не настолько аморален. И ты мне нравишься, во всяком случае пока что. — Скоро разонравлюсь, — заверил его я. — Я постоянно говорю и думаю о смерти, не умею испытывать положительных эмоций и ненавижу свою жизнь. — А я рисую картины, которые никому не нужны, из-за чего испытываю вечный творческий кризис. Думаю, мы найдём общий язык. Джерард всё же остановился на одном из каналов, где показывали фильм с неизвестными мне актёрами. То есть нет, некоторые из них казались мне знакомыми, но я никогда прежде не видел этот фильм, поэтому ужасно удивился, когда Джерард назвал его классикой современного кинематографа. Картина правда была довольно хороша: главная героиня оказалась на необитаемом острове, где встретила местного мужчину, который всю дорогу помогал ей вернуться обратно в цивилизацию, но в конце выяснилось, что он был плодом её воображения, ведущим к верной гибели. И я всеми силами старался не накладывать этот сюжет на свою ситуацию и не начать окончательно сомневаться в своей адекватности, что, к слову, было бы весьма уместно. Джерард, до этого облокачивающийся на подлокотник, за время фильма успел перекочевать в противоположную сторону и теперь упирался спиной и плечами о спинку дивана, находясь чуть ближе ко мне. Сначала я не придал этому факту особого значения, но потом тепло, исходящее от его тела, стало несколько настойчивым, и я скосил глаза в сторону земляничной макушки. Джерард внимательно смотрел в экран, его густые брови были чуть нахмурены, а лоб напряжён. Он нервно грыз заусенец на большом пальце, почти съехав локтем к сидушке дивана. Я слегка отодвинулся, надеясь, что Уэй поймёт мой намёк и освободит личное пространство, но он так сильно увлёкся просмотром фильма, что даже не заметил моего манёвра. В итоге он окончательно сполз вниз по спинке дивана, не придумав ничего лучше, пододвинулся ко мне и совершенно невозмутимо устроил голову у меня на плече, отчего я слегка оторопел. Не сказать, что мне была дико противна его тёплая тяжесть, скорее немного странно было находиться в непосредственной близости с малознакомым человеком. Но для Джерарда, судя по всему, подобные жесты были чем-то привычным и не вызывали и доли смущения или дискомфорта. Я постарался расслабиться, хотя чувствовал, как напряжена моя спина, плотно прижатая к спинке дивана. Волосы Джерарда щекотали мне шею, сам он без конца ёрзал на месте, то кусая ногти, то нервно расчёсывая своё бедро, шурша тканью домашних штанов. Я же старался не слишком громко сглатывать очень уж часто скапливающуюся во рту слюну и сконцентрировал всё внимание на экране. Наконец поползли финальные титры, и я расслабленно выдохнул, потому что Джерард отодвинулся от меня, разрывая тепло, образовавшееся между нашими телами. — Что ж, — кашлянул я, покосившись на него, — я в самом деле ни разу не видел этот фильм, но мне понравилось. — Нам нужно было расслабиться перед тем, как начать думать о твоей обратной транспортировке, — произнёс Джерард, и я, схватив подушку, лежащую справа от меня, запустил в его смеющееся лицо. — Не смей говорить цитатами из этого фильма! — возмущённо воскликнул я. Джерард, всё ещё посмеиваясь, встал с дивана и, почесав затылок, кивнул каким-то своим мыслям, промычав едва слышное «угу». — Мы пойдём к моему брату, — заявил он, поймав мой непонимающий взгляд. — Не факт, что он поможет, просто он чуть лучше меня в этих квантовых приколах шарит. Он зашагал в сторону коридора, а я вдруг поймал себя на мысли, что мне, несмотря на сложившиеся обстоятельства, слишком хорошо и спокойно. Даже как-то подозрительно. Может, это защитный механизм? Или просто Джерард Уэй — человек с особой аурой, лечащей всех прокажённых?