(Не)взаимно

Глава 5

Маринетт была разочарована и это очень мягко сказано. Уже настроившейся девушке, совершенно не хотелось останавливаться и, если бы она была чуть внимательнее, то заметила бы схожие чувства у своего партнера. Молодые люди замерли и каждый, лихорадочно пытался придумать повод выскользнуть из квартиры, которого просто не было, тем более в нынешней ситуации. — Я… — они сказали это одновременно и тут же замолчали. — Давай ты, — Маринетт прижалась лбом к его груди, стараясь успокоиться. — Господи, я совершенно забыл, что обещал отцу заехать домой, — Адриан выдохнул, собирая в голове разбежавшиеся мысли. Нужно говорить четко и желательно правдоподобно. — Натали передумала красить стену в салатовый, поэтому ее нужно срочно перекрасить,— мысленно отхлестав себя по щекам, Кот осознал, насколько глупо звучат его слова. Он бы никогда не поверил этому бреду. — Тогда тебе стоит поторопиться, — девушка улыбнулась. Ей не придется врать, по крайней мере, сегодня. — Чем быстрее все закончится, тем меньше будет запаха свежего ремонта. Я думаю, ребенку вредно этим дышать. — Я постараюсь вернуться пораньше. Объясню все и буду весь твой, — Агрест зарылся носом в копне мягких волос. Она пахла карамелью. Вкусно. Даже слишком, раз в голове опять стало пусто-пусто. Нуар прибыл на место происшествия первым, даже не догадываясь, что его Леди раскинувшись на постели, мысленно проклинает Бражника. Толковых мыслей в голове парня не было, внутренний голос услужливо констатировал, что в этом нет ничего удивительного, ведь кровь то отлила совершенно в другое место. Хотелось освежиться. Его идею окунуться в фонтан вряд ли бы оценили столпившиеся полицейские, оцепившие один из крупнейших банков Парижа, который к слову был окутан дымом. Нуар успел отметить, что огнем была охвачена лишь небольшая часть правого крыла, где располагался запасной выход. Следов акуманизированного не было. Взрывной волной выбило стекла в ближайшем кафе и перевернуло автоматы с напитками. Хмыкнув, Адриан под неодобрительные взгляды защитников правопорядка, подцепил бутылочку все еще прохладной воды из груды разбитого стекла. Вылив практически все содержимое бутылки себе на голову, парень, наконец, пришел в себя и выяснил, что злодеи на этот раз были обыкновенными людьми. Никакого Бражника или иной другой магии. Агрест застонал в голос. Желание все бросить и вернуться прямо сейчас к Маринетт, было колоссальным, только вот вряд ли бы это поняла только что пришедшая Ледибаг. Даже невооруженным глазом было видно, как девушка напряжена, Нуар улыбнулся, похоже, не только его планы сегодня обломали. Эта мысль отчего-то согревала. Узнав, что очищать бабочку не придется, Адриан был готов поклясться, его Леди ругнулась сквозь зубы и, кажется, едва сдержалась от желания просто сбежать. Без лишних слов и приветствий, девушка отобрала почти пустую бутылку и жадно отпила воды, да так что струйка скатилась по подбородку и шее. Смотрелось занимательно. Леди с Котом решили остаться и помочь полиции, все же они были героями Парижа. Вот только если бы Маринетт знала, насколько это все затянется, девушка ушла бы, как только узнала, что Бражник не при чем. Но в банке были заложники, которых захватили еще перед закрытием, поэтому они обязаны были вмешаться. Ледибаг раздраженно откинула за спину привычные хвостики, и в который раз, посмотрела на часы. Прошло практически два часа, а так ничего и не поменялось. Полиция осторожничала после неудачной попытки захватить здание штурмом, и их можно было понять: двое сотрудников из отряда больше никогда не встанут, налетчики заминировали едва ли не весь периметр. Допускать к участию в операции героев, начальник полиции отказался, мотивируя тем, что сила Ледибаг в данном случае ничего не исправит – акумы то нет. Доводы самой девушки никто, кажется, не слышал, разве что кроме Нуара. Маринетт была в полном унынии. Она теребила волосы и постоянно озиралась каким-то затравленным взглядом. Два с половиной часа ничего неделания. Ледибаг сжалась, пытаясь придумать хоть мало-мальски правдивое оправдания своего отсутствия дома. Агрест, наверняка уже вернулся и, скорее всего, уже бросил попытки дозвониться до нее. Телефон Маринетт всегда недоступен, когда она в трансформации. Чувство безнадежности сменилось раздражением, а когда вновь раздалось несколько громких хлопков, и вовсе пришла злость на себя, на полицию, да и на ситуацию в целом. Особый отряд потерял еще троих. С самым мрачным видом вызвав супер шанс, Ледибаг потащила напарника обсудить свой план. Все равно грабители так и не вышли на связь с полицией и даже не выдвинули ни одного условия. Все было слишком странно. Нуар смотрел на рулон черного в красную крапинку скотча и не представлял, что с ним можно будет сделать. Но парень был согласен на все, лишь бы поскорее убраться отсюда. В глубине души он надеялся, что его принцесса уже спит и ей ничего не придется объяснять. А еще молодые люди хотели спать, сильно, практически до безумия, казалось, прикрой на секунду глаза и тут же провалишься в глубокий сон. Прошедшие двое суток буквально изобиловали событиями. Маринетт потерла переносицу стараясь унять головную боль. Глупая шальная мысль о том, что если бы они с Нуаром и правда были парой, то им не пришлось бы выкручиваться из-за таких вот незапланированных опозданий, вызвала грустную улыбку. Да, будь все иначе в их жизнях, врать бы однозначно пришлось меньше. — Давай разберемся с этим побыстрее, — Маринетт устало выдохнула, — как я поняла, основная проблема заключается в камерах видеонаблюдения. Сапер, управляющий роботом, сказал, что бомбы приводят в действие дистанционно. Значит, они следят за периметром и взрывы не были чем-то случайным или запланированным, например, на открытие двери. Ждут именно полицию… — Думаю с камерами можно разобраться, — Нуар обернулся, стараясь глазами найти капитана, отвечающего за операцию, — нужен просто хороший хакер. Уверен, у полиции есть подходящий. Закольцуем картинку и откроем хотя бы один подход к двери. На все приготовления ушло еще около часа. За это время Тикки успела подкрепиться печеньем, но, даже не смотря на это, квами была какая-то вымотанная, впрочем, как и сама Маринетт. И вот в половине третьего ночи герои Парижа, наконец, проникли в захваченный банк. Полиция деликатно предложила им разобраться со всем без своего прямого участия. Мол, что лишним людям толкаться да внимание лишнее привлекать. Хмурое уточнение от Ледибаг о том, что так и нужно было поступать еще в самом начале, все дружно проигнорировали, даже Кот, который умудрился задремать стоя. Сказать, что открывшаяся картина, удивила героев, значит не сказать ничего. Заложники сидели сжавшись в углу, кажется, боясь даже вздохнуть в то время как их предполагаемых надзирателей нигде не было видно. Леди с Нуаром переглянулись, услышав наскоро пересказанные события с момента захвата. — Не могу поверить, что из-за этого бреда я угробил свой вечер, — Адриан грустно усмехнулся. Да, к такому его явно не готовили. — Хватит, Нуар, — девушка строго посмотрела в глаза напарнику, — из-за них погибло пять человек. Понимаешь, пять человек сегодня не вернутся домой, где их, конечно же, ждали. Даже представлять не хочу, что будет сих близкими, когда им сообщат о случившемся. — Прости, моя Леди, просто я как-то вымотался. Одно дело сражаться с Бражником, другое с больными людьми. Кстати, что будем делать с ними? — Честно, даже не знаю, — Маринетт поджала губы. — Все их проблемы у них в голове… А вот взрывчатка, вполне себе реальна, нужно разобраться сначала с ней и вывести людей. Дальше, думаю уже проще будет. — Я свяжусь с полицией. — Отлично. И скажи сразу про жилетку смертника, пусть передвинут отцепление. У меня, кажется, появилась идея, — Дюпэн-Чэн принялась копаться на рабочих местах сотрудников банка, пытаясь найти подходящие предметы. — Если закончил, пойдем, пообщаемся с этими недограбителями. Разговор выходил необычным и до безобразия скучным. Хотя, Нуар назвал бы его практически безумным, если судить по тому, о чем говорил странный мужчина, представившийся Филиппом. Адриан, последние пятнадцать минут, даже не скрывал открытых зевков и, без зазрения совести, стирал выступающие на глазах слезы. Мысленно он уже давно бился головой об решетку, разделяющую их с Леди и седовласого Филиппа. Мужчина с двумя сыновьями угрозами затащил все свое семейство в хранилище банка, которое им под прицелом ружья открыл управляющий. Нуар прикусил губу, размышляя, что ему, вообще-то, оказывается, повезло с отцом. Габриэль, конечно, был странным, но он, по крайней мере, не внушал сыну мысли о приближающемся апокалипсисе. Кот подозрительно покосился на напарницу, девушка слушала этих шизофреников так внимательно, что даже пугала. Ледибаг выглядела по-настоящему заинтересованной, что, конечно же, не могло не подкупить Филиппа. Мужчина рассказывал обо всем: и о снах, преследующих его еще со школьной скамьи, и о голосах, говоривших с ним последние несколько лет. Агрест поразился, каким образом у этой семейки до сих пор не отняли детей, а самих их не закрыли в Бисетре. Маринетт тянула время. Женщины и дети, судя по их состоянию, боялись даже смотреть на, казалось бы, своих самых близких людей. Было в этой истории что-то подозрительное, что-то, что не давало Ледибаг спокойно принять слова Филиппа как истину. Его сыновья слишком рьяно верили отцу. Не могли же они втроем одинаково сходить с ума, или могли? Девушка потрясла головой, словно вытряхивая из головы свои, не менее бредовые, мысли, в конце концов, она не психиатр и даже не психолог. — А вы тоже слышали голоса? — Маринетт обратилась к двум мужчинам, так и не вспомнив как тех звали, если же они конечно вообще представлялись. — Конечно, мы даже видели это сущест… — Замолчи! — Филипп тряхнул младшего сына со всей силы. — Мы не должны о Нем рассказывать. Нуар, среагировав на шум, слегка оживился, как и Ледибаг. Девушка улыбнулась: вот она и поняла, что же не давало ей покоя. Вся эта семья как-то не правильно сходила с ума, если так конечно можно выразиться. Во время рассказа они дополняли друг друга и, как она теперь поняла, цитировали то нечто, что с ними разговаривало, а значит, они действительно что-то или кого-то видели. Видимо, какой-то человек или целая группа довела эту семью. Теперь осталось выяснить, для чего Филиппом манипулировали и, самое главное, кто. От мыслей Ледибаг отвлекло какое-то движение за головой Филиппа и слова, протянутые скрипучим голосом, правда расслышала она только часть фразы. — … ты сделаешь это сейчас, Филипп. Выполни свою миссию… — Нет! — женщины взвизгнули одновременно с криком Ледибаг. — Кот! Сейчас! — девушка мгновенно раскрутила йо-йо. — Держи его руки! Все случилось слишком быстро. Котоклизм потонул в общем шуме голосов. Нуар, даже не успел ничего осознать, действуя буквально на автомате, как и часто, бывало до этого. Его Леди просто говорит, давай, и Коту больше ничего не нужно знать или понимать. Ужасно опрометчиво! Адриан шумно сглотнул, продолжая сжимать дряхлую не по годам руку Филиппа. Этот старик все же привел в действие взрывной механизм – подними палец и банк взлетит на воздух. Но Кот держит крепко, смотрит затравленно, но ни о чем не жалеет, он ведь герой, а герои не имеют на это право. Но умирать молодым все же не хочется никому и даже герою. За своими думами Агрест совершенно упустил из виду, как его Леди довольно быстро расправилась с двумя взрослыми мужиками, крепко связав их нитью йо-йо. Девушка что-то сорвала с шеи старика и, не обращая внимания на его ругательства и проклятья, принялась обматывать морщинистые руки скотчем. Оставлять своего Кота здесь с этими сумасшедшими она не собиралась, даже на лишнюю минуту. Пусть теперь полиция разбирается с этим бредом, в конце концов, это их работа. Маринетт сжимала в руке странный кулон, до конца не понимая, для чего она вообще его сорвала. Но где-то внутри, что-то, буквально кричало, «сорви», «забери». Опираясь на руку Нуара, Ледибаг вышла на улицу и жадно вдохнула прохладный воздух. Она устала. Морально девушку буквально выжали: сначала переживания из-за Агреста, потом весь тот ужас, что она слушала едва ли не час, ожидая, когда саперы, наконец, разберутся со взрывчаткой. — Никогда бы не подумал, что скажу это, но я скучаю по Бражнику, — Адриан привычным движением потер шею. — Знаешь, я с тобой полностью согласна, — Ледибаг подмигнула напарнику и взглянула на едва-едва занимающийся рассвет. Город в утренних сумерках выглядел особенно прекрасно. — Странно, что ты не торопишься домой, моя Леди. — Оттягиваю момент неизбежного, — Маринетт поджала губы и печально вздохнула. — Еще не придумала, что сказать в свое оправдание… У тебя, как я погляжу, схожие проблемы? — Моя Багибу, как всегда права, но в моей душе теплица надежда, что домашние спят, — Нуар усмехнулся. — Может, я еще сумею проскользнуть незамеченным. — Удачи, Котенок, — немного наивный вопрос о том, почему парень ни перед кем не раскрылся, так и не слетел с девичьих губ. Дюпэн-Чэн в ответ лишь крепче сжала теплую ладонь напарника, перед тем, как скрыться в отступающих сумерках. Адриан снял трансформацию около дома и рукой прикрыл глаза от досады, почти детской. Покачав головой, Агрест силился понять, зачем он вообще пришел сюда. Было бы намного проще сказать Маринетт, что он заночевал в доме отца, чем придумывать глупые оправдания. Сетуя на свою глупость, Нуар осторожно открыл квартиру, стараясь не шуметь лишний раз, попутно заготавливая речь для Дюпэн-Чэн. Ледибаг устало приземлилась на балкон, искренне надеясь, что Агрест не заснул в гостиной. Оставшись в одном платье, девушка зябко повела плечами, продолжая сжимать в ладони маленькое украшение. Рассмотреть кулон не получалось, в глазах было мутно-мутно, да к тому же из-за легкой рези, они еще и слезились. Прошмыгнув в гостиную, Маринетт слегка вздрогнула, как впрочем, и сам Агрест, только вошедший в комнату. Потоки лжи срывались с языка еще до того как оформиться во что-то более правдоподобное и цельное, снося их лодку любви прямиком к рифам. Скалистое дно не пощадило хрупкий росток доверия, уцелевший после стольких невзгод в их отношениях, посеяв семя сомнения в еще любящих сердцах. Маринетт отвела глаза, чувствуя, как что-то давит внутри от недоверия, даже не задумываясь, что сама поступает точно так же, как Агрест, а зачастую даже хуже. Циничнее. Забросив кулон в органайзер с карандашами, девушка благополучно забыла о нем на несколько дней. Габриэль вернулся в Париж, практически, после месячного отсутствия, оставив Натали в Ницце, пока врачи не посчитают нужным выписать ее с малышкой из клиники. Бриджит родилась слабенькой, вызывая беспокойство чрезмерно педантичного отца, который к слову совершенно не хотел уезжать. Но оставлять дело своей жизни было слишком эгоистично, даже для него, все же его модный дом давал работу нескольким сотням человек. Поэтому Агрест-старший принялся за работу, кажется, даже с удвоенным энтузиазмом, как про себя отметил Адриан, у которого фотосессий стало на порядок больше. Выкраивать время для ночного патруля, Коту становилось все труднее и даже его ухищрения уже мало помогали. В отношениях с Маринетт тоже наметился какой-то сдвиг, парень не мог точно сказать какой именно, но интуиция подсказывала – ему это в итоге мало понравится. Она словно отдалилась от него. И что не могло не напрягать, они больше не были близки с того самого вечера, который ему обломал сумасшедший Филипп. Адриану не хватало тепла и любви, он истосковался по сладострастным касаниям, которые так будоражили кровь. У них больше не было одного дыхания на двоих. Агрест-младший скривился, услышав слова режиссера, понимая, что работы сегодня будет много. Хорошо хоть Бражник ушел в отпуск и не доставал своими выкрутасами. Маринетт проснулась от неприятного ощущения падения, с не менее отвратительным чувством дрожащего тела. Нашарив рукой телефон, она едва не застонала, увидев, что еще глубокая ночь. Время было лишь около двух часов. Услышав приглушенные голоса, Дюпэн-Чэн напряглась: Адриан еще вчера утром уехал на съемки клипа, поэтому, скорее всего, вернется не раньше полудня. Осторожно выйдя в коридор, девушка прихватила туфлю на шпильке, так на всякий случай и вошла в гостиную, включив свет. Квами дернулись и, уже было скрылись, скорее на автомате, нежели от испуга, и тут же вспомнили, что дома-то они находятся у хранителя и бежать, собственно говоря, никуда и не нужно. Тикки подлетев к подопечной, потерлась о мягкую щеку и сразу же устроилась на руках Маринетт. Увидев это, Плагг фыркнул и вернулся к ранее прерванному занятию. — И как это понимать? — обратилась хранитель больше к квами Нуара. — Почему ты здесь? — Вот тебе и приветствие… — черные котенок разочаровано закатил зеленые глазки, — нет, чтобы покормить гостя… — Тикки? — Мы здесь из-за этого, — квами Ледибаг приземлилась на стол, заваленный карандашами и подцепила лапкой бледно-желтую цепочку с кулоном. — Ох, — Маринетт прикрыла губы тонкими пальчиками, — я ведь совсем забыла о нем. Хотя, я даже не знаю, зачем взяла его. — Оно чувствует, что ты хранитель, — Плагг скривился, едва сдержав себя, чтобы не откинуть украшение в какой нибудь темный угол. — Поэтому и просило о помощи. — Оно? — Ледибаг села за стол и, наконец, принялась рассматривать кулон. — Ками* — выплюнул кот но, увидев полное непонимание на красивом девичьем лице, закрыл лапками мордочку. — Тикки, я думал только мой такой недалекий. Еще азиатка называется. — Божество! — красная квами отпихнула соплеменника и принялась рассказывать то, о чем предпочла бы никогда даже не вспоминать. — Это же Витрувианский человек Леонардо да Винчи! Господи, как я раньше этого не заметила? — девушка даже не обратила внимание на слова своей квами. — Этот ваш Леонардо просто срисовал изображение с кулона! — Плагг гордо уселся на настольную лампу, чтобы быть на уровне глаз собеседницы. — Ну, разве что придумал свое объяснение, хотя… — маленькая лапка отстукивала какой-то ритм, пока квами силился что-то вспомнить,— точно! Объяснение, если можно так сказать, было написано еще задолго до него, точнее Витрувий просто нашел способ скрыть истинную суть найденного кулона. Да, весьма странный человек он был, знаешь ли. Не от мира сего, — Плагг передернул плечами, словно отгоняя воспоминания. — Если бы я тогда уничтожил Это вместе с остальными, проблем в мире было бы значительно меньше. — Остальными? — Маринетт хотела примерить украшение, как вдруг оба квами буквально выдернули цепочку из девичьих рук. — И много их теперь осталось? — Никогда! Слышишь, никогда, не одевай это! — квами Нуара полыхал праведным гневом. — Один он остался. Один! — Откуда тебе это известно? — Потому что других уничтожил я… — Хватит! — Тикки подлетела прямо к лицу Маринетт. — Прекратите это немедленно! Ему это нравится. Нравится, когда царит непонимание и хаос. Нравится, когда людские сердца наполняются злобой и тщеславием. Оно питается пороками не одну сотню лет, — маленькая квами посмотрела на Плагга, — потому, что сломано, — только сейчас Ледибаг заметила крошечные трещинки, рассекающие всю поверхность кулона. Было там и одно особенно большое углубление, которое словно отделяло голову человека от тела. — Так Оно похоже на вас? — И да и нет, — черный котенок, нехотя, тоже присмотрелся к «шрамам», оставленными его неимоверно сильным котоклизмом. — Оно больше напоминает вас, в чем-то. — Раньше нас было много, — Тикки расположилась на пустой игольнице, которая, по большому счету, для нее и находилась на столе, — и у каждого был свой некий ранг. Мы квами Ледибаг и Нуара стояли на ступень ниже Ками – истинных божеств. Другие квами из твоей шкатулки, например, слабее нас с Плаггом, ну это ты и так знаешь, Маринетт. Но всех квами объединяет общая черта, — Тикки понуро прижала длинные усики к голове, — у нас нет воли. Мы полностью зависим от хозяина, — увидев зарождающий протест девушки, красная квами покачала головой, — да-да Маринетт, именно хозяина. Человек, владеющий камнем чудес, может отнять у нас все: начиная от голоса и заканчивая возможностью летать. Мы не можем нарушать приказы. — Н-но… — Дюпэн-Чэн так и не смогла подобрать нужные слова. — Или ты думаешь, что Нууру – квами Бражника, по доброй воле учиняет все эти подлости? — Плагг раздраженно цокнул языком. — Мы квами можем лишь попросить хозяина… — Но люди никогда не слушают нас, если в их сердцах поселилась темнота, — Тикки печально закончила за Плагга. — Квами стараются поглотить весь негатив хозяина, впитав его в свои камни чудес, но обычно этого не достаточно. Воля обладателя волшебных камней нерушима для нас и мы страдаем, стараясь пробиться за стену отчуждения людей… — А вот у этих, — Плагг фыркнул на кулон, — никогда таких проблем не было. — Они свободны… — У них есть воля, — черный квами усмехнулся. — Поэтому они больше похожи на вас, людей. Собственно говоря, в этом и заключалась проблема. За тысячи лет своего существования они менялись. Взгляды, ценности, мысли сменялись вместе с эпохами, как и желания Ками. Их души не защищены от людских слабостей и пороков в отличие нас. Вместо того, чтобы наполнять людские сердца добром и светом, состраданием и любовью, которых обычно всегда не хватает на земле, Ками стали манипулировать людьми для достижения своих низменных желаний, — Плагг перевел дыхание перед тем как вновь продолжить. — Бесчисленные войны с многомиллионными потерями для них не более, чем ничтожное стечение обстоятельств. Быть во главе мира – вот их истинная цель. Сколько людей оступилось из-за их тщеславия. — Все кровавые пятна в летописи человечества лежат на хрупких плечах Ками, — Тикки переняла эстафету нового рассказчика. — Ганнибал из Карфагена, Александр Македонский, Чингиз-хан с его империей, Великий Эмир Тамерлан, не знающий жалости. Эти люди – одни из немногих, вошедших в мировую историю своими кровавыми походами, которые лично соприкасались с кулонами Ками, — сколько еще было обычных людей, пострадавших за все существование мира, квами уточнять не стала, ибо жертв было несчетное количество. — Если не углубляться так сильно вглубь времен, то последним, оставившим свой след в истории, наряду с упомянутыми, был Гитлер, — Плагг передернул маленькими плечиками. — Но мы узнали об этом не так давно, — как именно это произошло, квами предпочел не рассказывать. — Сказать по правде, я думал, что уничтожил все эти чертовы украшения, — когтистая лапка прошлась по зазубринам. — Я помню, когда нанес этот удар, — Плагг грустно усмехнулся. — Еще бы ты забыл об этом, — Тикки вновь устроилась на теплой ладони девушки, — из-за тебя чуть не рухнула Пизанская башня. Тебя спасло, что к тому моменту было построено лишь три этажа. — Это конечно все очень познавательно, но что мне делать с этим Ками или как там его? — Маринетт бросила короткий взгляд на кулон. — Выбросить его не получится, — протянул черный квами, — может попросить Нуар использовать на нем котоклизм? Дюпэн-Чэн вздрогнула, почувствовав волну панического ужаса, прошедшего сквозь ее тело. Логического объяснения происходящему не было, но девушка была уверена, что все это связано с Ками, которого так не любили маленькие квами. — Думаю, пока не время, — Ледибаг сжала в руках прохладный кусочек металла под недовольным взглядом Тикки. — Тебе, Плагг лучше вернуться домой, пока твое отсутствие не заметили, — нравоучительным тоном закончила Маринетт. — Ладно, но запомни, тебе нельзя надевать эту гадость, иначе она сведет тебя с ума, как и всех остальных с кем сталкивается. И еще, не оставляй кулон в волшебной шкатулке… — Хорошо, — спрашивать – можно ли помочь этому существу девушка не стала, понимая, что ей вряд ли ответят. Выпроводив черного котенка, Маринетт вернулась в спальню, надеясь еще немного поспать. Девушка уже провалилась в полудрему, когда громкое уведомление на телефоне вернуло ее в реальность. Сонные глаза никак не могли разобрать мелкий текст, сопровождающий новое видео в Ледиблоге. Когда до ее затуманенного сознания дошел смысл прочитанного, Маринетт едва не свалилась с кровати. Коротенькое видео, добавленное кем-то из зарегистрированных в блоге, ситуацию не проясняло, разве, что сообщало место появления акуманизированного. — Господи, — девушка нервно сглотнула, — Адриан… Габриэль, после достаточно трудоемкого дня не придумал ничего лучше, чем отвлечься новым нападением на Париж. Сказать по правде, мужчина успел уже соскучиться по этим невероятным ощущениям всевластия, но и рисковать понапрасну больше не входило в его планы. Маленькая Бриджит уже успела внести коррективы в его жизнь. В одном из павильонов киностудии кипела работа, без малого, уже семнадцать часов подряд. Восходящая звезда эстрады, по глупой наивности, позволила слить в сеть новый сингл и вот теперь продюсер девушки старается исправить оплошность подопечной. Команда должна отснять клип в кротчайшие сроки и уже вечером представить широкой общественности на благотворительном вечере. В принципе, все шло достаточно хорошо и приглашенная модель отлично справлялась со своими обязанностями, до тех пор, пока юная певица наотрез отказалась сниматься под струями воды, имитирующими дождь. Спустя час ожиданий, Агрест-младший махнул рукой на процесс и сообщил, что будет в гримерной, пока клипмейкер наряду с продюсером не решат проблему. К слову стоит сказать, что опытный режиссер уже сотню раз успел пожалеть, что подписался под эту работу. Объяснить этой девчонке, что он видит клип в своей особенной концепции не получалось, от слова совсем. И вот когда мужчина в четвертый раз услышал, что вода испортит не только ее макияж, но и волосы, клипмейкер не выдержал. Маленький черный мотылек вселился в такой же черный рупор. Стоит отметить, что способность у акуманизированного была весьма перспективная, от чего Бражник в предвкушении потирал руки. Если все пойдет по плану, то никакого сражения с героями Парижа даже не будет, так как те добровольно отдадут камни чудес, едва попадут под излучения супер-рупора. Но не успел Габриэль в полной мере обрадоваться, как невесть откуда, появился Нуар, на корню разрушая весь злодейский замысел. Подумать, откуда в такое время и самое главное как с такой скоростью здесь появился Кот, Бражник не успел, так как примчалась и Ледибаг. — А где люди? Здесь должен быть Адриан, — Маринетт старалась выровнять дыхание после быстрого бега. — Эвакуировались, а почему это ты интересуешься этим парнем? — Кот слегка опешил от того, что его искала напарница, но виду старался не подавать. — Ну не все же тебе лично приглядывать за некогда спасенными, — Ледибаг закусила щеку, признавая свою оплошность: зря она так открыто интересовалась определенным человеком, — за особо симпатичными, иногда и я присматриваю, — девушка игриво подмигнула. — Ох, я и не думал, что ты такая ревнивая, — Нуар покачал головой, сразу вспоминая свои слова на счет Маринетт. — Один – один, моя Леди. Но, боюсь, нам обоим с этой сладкой парочкой ничего не светит. — Я думаю, мы это как нибудь переживем, — девушка облизнула губы, чувствуя, как напряжение отступает, ведь все удалось перевести в шутку. — А ты сегодня быстро, — Ледибаг прищурила глаза, наконец, замечая интересный предмет в руках напарника. — Да я вот мимо проходил, — Нуар улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, — а тут смотрю, Бражник опять разошелся, ну я и забрал его игрушку, — Адриан, бросив рупор на пол, жезлом смял его, выпуская черную бабочку. — А мне казалось, ты любитель подобных мест, вечно кривляешься перед камерами, когда нас снимаю, — Маринетт очистила акуму и принялась осматриваться. Несмотря на то, что с Адрианом они давно были вместе, девушка никогда не приходила на съемки клипов или фильмов, в которых Агрест последние несколько лет активно снимался. — Черт! — Ледибаг взвизгнула, — Что это?! — Дождь, — Агрест засмеялся, — точнее имитация. Режиссер посчитал весьма романтичным и сексуальным закончить клип любовной сценой с на свозь мокрыми героями, — услышав это, Ледибаг скривилась, чем вызвала новую порцию веселья у напарника. — Неужели моя Леди с этим не согласна? — герои продолжали мокнуть под прохладными струями, так как Нуар успел задержать собирающуюся сбежать девушку. Маринетт фыркнула, но промолчала. Не скажет же она этому глупому Коту, что ей неприятно представлять своего парня с какой-то непонятной девицей, еще и под дождем. Пусть все это и не более, чем постановка. Девушка отвела взгляд, чувствуя, как предательски краснею щеки. И нет, совсем не от мыслей об Агресте, просто Нуар с мокрыми и слегка растрепанными волосами, выглядел до изнеможения сексуально. И да, идея режиссера оказалась весьма толковой. — Кажется, я понимаю, в чем дело, — Кот лукаво улыбнулся, — просто ты никогда не целовалась под дождем, — Маринетт вскинула голову, краснея еще больше, чем сразу же подтвердила слова напарника и поэтому не стала отрицать очевидного. Впрочем, как и говорить, что подобного в ее жизни не было только потому, что Адриан никогда не забывает брать зонт, девушка не стала. — Да ну тебя, — Ледибаг отмахнулась от собеседника, словно от надоедливой мухи. — Могу научить… — и до того как девушка что либо ответила, мужские губы накрыли ее собственные. Поцелуй, довольно быстро, из вполне невинного, перерос в нечто чувственное и страстное. Его умелый язык ворвался в девичей рот, затеяв незамысловатый танец или скорее шуточное сражение, стараясь еще сильнее распалить обоюдное желание. Мужские руки оказались не просто теплыми, а буквально обжигающими. Кот касался тонкой шеи, не защищенной красным костюмом, забирался во влажные волосы, ласково царапая кожу, лишая девушку возможности хоть немного адекватно оценивать ситуацию. Маринетт теряла себя, растворяясь в пьянящих ощущениях, стараясь не обращать внимания на скручивающийся узел желания где-то внизу живота. Тонкие пальцы в красном спандексе задели накладные кошачьи ушки и зарылись в светлых волосах, сжимая их у самых корней, немного сильнее, чем следовало… Нуар шумно выдохнул, на грани стона. Когтистая лапа в черном костюме скользнула по плечам Ледибаг, немного задержавшись где-то между лопаток, наконец, добралась до конечного пункта, стискивая упругую ягодицу. Адриан терял контроль. Он прикусил зацелованные губы напарницы, но та, кажется, этого даже не заметила, лишь сильнее потянула за волосы, жадно углубляя поцелуй. Окружающий мир словно перестал существовать. Были только они с одним рваным дыханием на двоих. Одиночных аплодисменты пробивались до героев Парижа, словно через толщу воды, пока не раздались где-то совсем рядом.