Найденные узы

Как и все двадцать миллиардов людей, неуютно копошащихся на маленьком шарике из грязи и отходов под названием Земля, в множестве километрах от Скелда, Красный набит грешками и недостатками. Теми, что вскрываются глубокими ночами, как старые нарывы. Зудят и чешутся, вызывая цепкое чувство неполноценности и стыда. Был один, что гноился все последние дни особенно сильно. Когда двое последних членов экипажа убили друг друга на глазах Красного, он испытал ужас. После, пробирающий до костей шок. Но под всем этим неожиданно возникло что-то ещё. Совершенно противоположное. Холодное, мягкое, обволакивающее. Красный неожиданно ощутил спокойствие. В один момент, все стало так просто. Спустя целый месяц жизни в когтях страха, поглощённый ощущением постоянной опасности, Красный смог вздохнуть спокойно. Зачем беспокоиться об искренности поступков своих товарищей, подозревать их во лжи и обмане, когда больше никого не осталось? Зачем задаваться вопросом доверия, если доверять теперь можно было только себе? Красный хотел кому-то верить. Оранжевому и Чёрному. И он верил им, до самого конца. До их последних слов перед распахнувшим свою пасть шлюзом, что как монстр из легенд принимал очередную кровавую жертву от своих подданных. Возможно, именно они были теми, кто этого доверия не заслуживал. Одиночество на Скелде — тяжкое бремя. Но пустота не может вскрыть твою черепную коробку, когда ты повернулся к ней спиной. Не нужно больше находиться начеку. Воображать в тенях опасного убийцу. Просыпаться от каждого шороха, с бешено колотящимся сердцем и мыслью, что с тобой наконец-то решили покончить. Окончательная точка, пусть и такая кровавая, поставленная в столь трагичной истории, стала облегчением. Но точка — всего лишь многоточие перед новой главой. Мнимое чувство безопасности растворилось, словно его и не было. Бояться собственной тени — чертовски утомительно. Вытянув своё бренное тело из каюты, Красный, собрав мелкие крохи смелости, отправляется в кафетерий. Не с пустыми руками. В правой — нож. В левой — швабра. Самое нелепое сочетание из всех возможных. Красный не герой дурацкой комедии. У Красного просто нет плана или представления, что его ждёт. А ждала его совершенно пустая комната. Издевательски обыденная и ни в чем не изменившаяся. Заваленная недельным мусором и раскиданными подносы. Будто и не было никаких маленьких пришельцев, а произошедшая встреча — игра шатких нервов и бурлящего воображения. Красный хотел в это верить. Оставленный нараспашку вентиляционный проход около потолка, уводящий в неизведанные глубины и внутренности корабля — неоспоримое доказательство. Пропустить его невозможно. Красный вновь заклеивает его скотчем на несколько слоёв. Даже если практика показала, что это бесполезно. Клейкая лента скорее сцепляет шаткие нервы человека, чем несут практическую пользу. Убедившись, что предатели точно не спрятались в кафетерии, протыкав для этого все щели и укромные места шваброй, Красный принимается за уборку. Разбирает накопившийся мусор и расфасовывает по своим местам подносы. Старое нравоучение матери из детства о том, что не стоит разводить бардак, а иначе вредители заведутся, так иронично маячит где-то на краю сознания. Закончив в кафетерии, скрипя зубами и вздрагивая от собственных шагов, Красный двигается дальше, намереваясь обойти весь корабль. Проверяет каждую комнату. Заостряет внимание на заблокированные им ранее вентиляционные ходы. И конечно, дьявол кроется в деталях. Все вещи, коими Красный блокировал доступ наверх, идентично сдвинуты в стороны. Недостаточно, чтобы позволить решётке открыться полностью. Вполне приемлемо для небольшой щели, что могла свободно пропустить кого-то маленького и способного без проблем пролезать через узкие пространства. Пришельцы покидают своё подпольное убежище не впервые. Чёрт знает, как долго проворачивают свой трюк, путешествуя по коридорам вне ведома космонавта. Делают это максимально скрытно, не оставляя после себя никаких следов. Но было что-то странное в их поведении. Имея доступ почти к любому помещению на Скелде, предатели не сделали самого очевидного, что от них ожидают. Не попытались напасть на человека. И, кажется, не искали встречи с ним. Причина ли в ощутимой разнице в размерах или обычном страхе? Главное, это гарантировало Красному хоть какую-то минимальную безопасность. На первое время. Паршивцы не собирались вечно оставаться мелкими цветными карапузами. Им было предназначено дорасти до габаритов и нравов своих родителей. Но для любого увеличения массы живому организму нужны были ресурсы. Красный нашёл оранжевого пришельца копошащегося в мусоре и в упаковках от еды. Эти двое уже голодны. Тревожный звоночек, но прекрасная возможность разобраться с проблемой малой кровью. Голод притупляет внимательность и осторожность. Но, в то же время, может сделать существ агрессивней и импульсивней. Решение проблемы на все времена — огнестрельный, но Красный не готов стрелять на поражение. Слишком высокий риск повредить начинку корабля. Слишком мало ценных патронов. Лучший вариант это самый проверенный. Поймать и выкинуть в открытый космос. Тот же, что было удачно протестировано на их (гипотетических) родителях. И почти на половине экипажа в частности. Выкинуть легко. Поймать проблема. На борту Скелда даже не предполагалось наличия вредителей. Соответственно, ловушки для крыс или что-то отдалённо схожее отсутствовало. Но корабль точно не мог пожаловаться на недостаток проводов, верёвок, проволок, коробок и прочего мусора. Хранилище было забито подобным до отвала. Красный смог бы смастерить что-то сам. Звучало легче, чем сделать. Из-за отсутствия другого вразумительного плана, полный желанием как можно быстрее вернуть корабль только под своё личное пользование, Красный принимается за дело. Обыскивает через личный планшет внутреннюю электронную библиотеку Скелда, ради необходимых чертежей или инструкций. Хотя бы простых справочников для идиотов, оказавшись в центре космоса наедине с монстрами. Притаскивает в каюту всё, что плохо лежит, захламляя едва ли нужным барахлом. Главное, как можно реже высовывать нос из своего укрытия. Единственный повод покинуть свой оборонительный пост — вездесущие задания. На любое всплывающее поручение Красный теперь ходит с небольшим чемоданчиком инструментов, на дне которого прячется нож. Проходит несколько напряжённых дней. Работа кипит, а каюта превращается в мастерскую любителя. Предатели на глаза больше не попадаются. Будто и вовсе исчезают с корабля. Преследовавшее ранее шебуршение в вентиляции прекращается. Словно, после встречи с человеком перепугались и пришельцы, теперь отсиживаясь где-то в самых потаённых уголках корабля. Даже если предателей не видно и не слышно, Красный не может избавиться от ощущения, что за ним наблюдают. Из-за прорезей в вентиляции. Из-за тёмного угла на противоположной стороне коридора. Вещи на краю зрения обрастают несуществующими лапами и глазами. Запутанные провода и трубы кажутся длинными жилистыми телами. Воображение, подгоняемое страхом, разыгрывает настоящий спектакль. Красный не замечает, как накручивает себя сам. Упорная работа — единственный способ абстрагироваться. Когда система корабля сообщает о нарушенной проводке, Красный пытается сцепить две детали своей будущей ловушки. Найденной информации достаточно, чтобы смастерить если не надёжный, то хотя бы функциональный механизм. Источниками стали странные потёртые видео о фермерском хозяйстве, вперемешку с документалками о крысах. Кто и зачем загрузил это во внутреннюю библиотеку Скелда, вопрос открытый, но Красный ему благодарен. Парень не знает точных размеров пришельцев, поэтому приходится ориентироваться на глаз и память. А ещё надеется, что ни один из двух не прибавит в размерах. Отложив свой труд последних нескольких дней, Красный нацепляет на голову шлем, подхватывает инструменты, и направляется в указанное место чисто на автомате. Проводка всегда была геморроем. Путалась, перегорала, рвалась, даже после особо трепетного восстановления. Ещё одно доказательство, что всё на этом корабле сделано по принципу «лишь бы подешевле». Сигнал приводит Красного в электрическую. Даже если свет стабильно горит, освещая помещение до противного металлического блеска, появляется тревожное предчувствие. То, что испытывает человек, когда попадает в операционную, но ещё не замечает разложенные на столе скальпели. Дверца щитка, которой свойственно быть запертой, открыта нараспашку. Несмотря на обильное освещение, содержимое внутри скрыто мраком. Торчащие ярко красные провода и кабели похожи на вывалившиеся наружу органы. Жужжание электричества и генераторов прерывается инородным, хорошо различимым стрекотом. Что-то шевелится и дёргается там, в темноте. Вновь против воли появляется это желание. Просто развернуться и уйти. Вместо этого, сжав зубы и проглотив дрожь в горле, Красный делает тяжёлый шаг вперёд. Потом ещё один. И следующий. Каждое движение по направлению к щитку ощущается, как попытка сдвинуть глыбу. Пересилить себя не просто. Но Красный устал убегать. Пора действовать. Когда остаётся всего несколько шагов, Красный открывает чемоданчик. Достаёт со дна нож. Сам чемоданчик кладёт на пол рядом. Звон инструментов перебивает ворчание, доносящееся из щитка. Оно тут же замолкает. Перехватив покрепче рукоять оружия и, помолившись удаче, Красный через сенсор на запястье включает фонарь на своем шлеме. Тьма мгновенно юркает в самые дальние уголки. Внутри щитка, полный беспорядок из запутанных и скрученных проводов, превращающих маленькое пространство в настоящие цветные лианные джунгли. В самом центре этой катастрофы для электрика знакомая, оранжевая фигура, что обескураженно дёргается из стороны в стороны, пытаясь освободиться из окутавших её тело проводов. Те держали крепко, надёжно приковав к месту. Маскировка предателя в виде ребёнка в костюме космонавта теряет форму. Растекается. Пришелец пытается вытянуться, проскользнуть, как змея. Когда не выходит, он образует по всему телу маленькие рты, что вцепляются в ненавистные оковы. Тонкие, едва заметные зубки скребут по пластмассе в попытке перегрызть свою ловушку. Даже если провода постепенно разрываются, это происходит слишком медленно. — Так это ты виноват в их постоянной поломке? — задаёт вопрос парень вслух, наблюдая за всем происходящим. Предатель не отвечает. Замечает склонившегося человека и застывает парализованным оленем в свете фар. С первого взгляда это выглядит как идеальная ситуация для Красного. Настоящий подарок. Когда он все дни планировал ловушку и строил планы, как бы заманить и обхитрить пришельцев, один из них сам себе эту ловушку создал и сам же добровольно залез. Дело оставалось за малым. Всего-навсего выкрутить существо из проводов и донести прямиком к шлюзу так, чтоб оно не оттяпало ему пальцы и не сбежало по пути. Красный ногой переворачивает стоящий рядом ящик, вываливает из него все инструменты, планируя закинуть мелкого туда сразу, как только возьмёт его в руки. Автомат уже выключил электричество в этом сегменте, так что можно было не бояться получить разряд. Смочив засохшие губы, Красный просовывает свободную левую руку внутрь щитка, пытаясь самому не запутаться в проводах. Предатель до последнего момента не двигается, то ли надеясь, что его не заметят, то ли застыв от страха. Но стоило оранжевому пришельцу понять, что приближающаяся к нему большая толстая лапа в красной перчатке намеревается схватить его, он мгновенно оживает. Начинает вертеться в разные стороны словно угорь, скребя зубами по проводам еще усерднее и размахивая возникающими из тела щупальцами словно плётками. Когда это не помогает, он рывком тянет свое тело в сторону, пытаясь сбежать, уклониться, но путаясь в своих сетях только сильнее. Ни одна из попыток не приносит результата. Пришелец беспомощно повисает в своей ловушке. Всё, что ему остаётся это жалобно и тонко шипеть на приближающуюся угрозу. На то чтобы поймать предателя, требуется ровно одна попытка. Красный готов тут же отдёрнуть руку, если почувствует проникновение зубов в свою кожу. Но стоит обхватить детёныша левой ладонью — тот замирает. Напрягается в чужой хватке, прекращая все попытки побега. Красный тоже замирает. Несколько секунд просто ощущает подёргивание существа под своими пальцами. Осматривает его. Пришелец сейчас полностью в его власти и руках. Беззащитный, не способный уйти. Возможно, это должно вызывать ликование. Но вместо этого Красный изучает. И понимает несколько вещей. Оранжевый предатель — маленький. Миниатюрно маленький. Намного меньше, чем Красный успел вообразить себе, подыгрывая собственному страху. Существо прекрасно умещается в захват взрослой мужской руки. Он тёплый, словно обогреватель. Тёплый настолько, что жар ощущается даже через ткань перчатки. И он дрожит. Сильно, словно в лихорадке или приступе панического страха. Почувствовав себя достаточно уверенным, чтобы продолжить, Красный перехватывает нож покрепче и направляет его лезвие к существу. Тот ведёт головой вслед за оружием, не желая упускать опасный предмет из поля зрения. Когда лезвие оказывается совсем рядом, предатель взрывается рычание, срывающимся на жалобный истеричный писк. Но стоит металлу прижаться к его телу, он мгновенно замолкает. Вжимает голову в плечи и все щупальца обратно в тело. Пытается стать меньше. Спрятаться от уже неминуемой опасности. Красный начинает неторопливо и аккуратно избавляться от ловушки из проводов. Вытягивает каждый цветной узел острым кончиком лезвия и плавно обрезает. Это не быстрый процесс. Все это время детёныш не пытается вырваться или напасть, но стоит холодному лезвию ножа прикоснуться к его яркому, мягкому телу, он начинает жалобно щебетать, дрожа ещё сильнее. Звуки так похоже на плач. Красный не был готов к этому. Это все так неправильно. Он представлял себе эту встречу совершенно по другому. Порождение всех кошмаров и страхов Красного должно быть наполнено злостью, диким голодом, яростью. Стремлением напасть, разорвать на части. Оно должно быть инородным, непонятным. Другим. Оно не должно вести себя так знакомо. Так по человечески. Не должен вызывать эти странные эмоции. А ведь Красный может убить его. Прямо сейчас. В своих руках, одним точным ударом ножа. Лезвие наверняка пройдет как в масло, оставив после себя маленький трупик, что слишком сильно похож на человеческого ребёнка. От этого образа Красного на секунду становится дурно, и он громко сглатывает. Даже картина в голове вызывает дрожь. Но чем смерть от ножа лучше того, что он собирается сделать? Выбросить в космос, навстречу бездонному морозу, радиации, пустоте. Жестоко. Бесчеловечно. Ему ли не знать. Сколько невинных жизней, за чью смерть в открытом космосе он голосовал? Ради ли нахождения и избавления команды от предателя? Победа вместе с остальными? Может только ради себя самого, лишь бы не оказаться по ту сторону шлюза? Он жалок. Когда все провода наконец-то срезаны, Красный убирает нож в задний карман. Обхватывает освободившейся правой рукой левую сверху, создавая крепкий капкан из пальцев. Вытягивает существо из щитка к себе. Провода свисают мёртвыми нитями, спадая с тела пришельца на пол. Тот предпринимает слабую попытку вырваться. Дёргается, тихо скрипит, дрожит. Но быстро сдается. Теперь, оказавшись за пределами щитка, он во весь свой единственный глаз-визор наблюдает за человеком. Всё ещё ни одной попытки напасть. Ни одной попытки укусить. Разве маленький предатель не должен исполнять свой маленький долг, и пытаться вскрыть первое попавшееся на глаза живое существо? Они наблюдают друг за другом. Оба ждут. Красный уже давно бы мог поместить предателя в лежащий у ног контейнер. Закрыть наглухо и избавиться. Вон из глаз. Вон из корабля. Вон из его жизни. Вместо этого, ведомый неожиданно возникшим порывом, Красный, едва ли осознавая свои действия, гладит пришельца пальцем по голове. Легкое почесывание по задней стороне шлема. Детеныш вздрагивает, съёживается, будто готовиться к боли. Но когда ее не следует, он… перестает дрожать. Смущённо водит головой. Издает ранее неизвестный набор звуков. Его тело под пальцами Красного расслабляется. Из костюма предателя лентами образуются щупальца. Он робко трогает ими держащие его человеческие пальцы. Изучает. Цепляется маленькими присосками за складки и скребёт по поверхности ткани тонкими коготками на конце. Красный идиот. Какой же он идиот. Он так хочет взвыть, удариться головой несколько раз подряд об стену в поисках здравого смысла и разумности. Но на поверхности лишь вязкие эмоции, облепившие мысли словно жвачка. Намного проще, когда враг выглядит массой зубов и когтей, готовый в любую секунду оторвать тебе башку и безжалостно утащить в темноту вентиляции, чтобы полакомиться твоими внутренностями и мозгами. Но не как плюшевый ребенок, боящийся тебя больше, чем ты его. Покорно и беззащитно сидящий в руках, способных раздавить его в любую секунду. Вся придуманная им картина ситуации, всё напряжение и страх, что Красный самостоятельно накапливал и подпитывал все прошедшие дни, ожидая борьбы не на жизнь, а на смерть, распадается на мелкие кусочки, оставляя после себя прострацию и… Волнение? Интерес? Жалость? Красному срочно нужно знать. Игра ли это? Правда? Притворство? Очередная маска, что надел на себя предатель, подыгрывая чужим ожиданиям, превращаясь беззащитным и слабым? Поэтому человек резко расцепляет захват, усаживая пришельца на ладони. Никаких оков. Полная свобода действия. Предатель, поражённый таким развитием событием, неподвижно застывает, помогая себе удержать равновесие с помощью рук. После неуверенно поднимает голову обратно к человеку. Елозит на одном месте. Наклоняется, чтобы взглянуть на пол. Снова смотрит на человека. Не спрыгивает, не бежит. Смущённо цепляется щупальцами за пальцы, в поисках опоры. Выглядит ужасно сбитым с толку. Тогда Красный снова поглаживает его пальцем по шлему. Каково же его удивление, когда существо поддаётся головой на встречу ласке. Это зрелище завораживает. Шокирует. Остатки здравых мыслей кричат в голове Красного, что он поступает неправильно, опрометчиво, глупо. Нельзя, нельзя доверять предателям, даже если это детёныш. Это вся их сущность. Подстроиться, притвориться, отыграть свою роль. Довериться кому-то вновь страшно. Но Красному хочется кому-то верить. Из своей внутренней борьбы Красного вырывает громкий звук. Удар доносится сверху. Космонавт дёргается от неожиданности и чуть не роняет оранжевого детёныша на пол, что за это время начал изучать гладивший его палец, обматывая их щупальцами. Вентиляционный люк над головой, тот, что находился у потолка, раскрывается нараспашку. Решётка со звоном ударяется об стену. Что-то чёрное, аморфное появляется из темноты. Второй детёныш. Он меньше похож на ребенка. Больше на маленького зверя. Черный предатель не прячется под своей маскировкой. Его шлем раскрыт в клыкастой пасти, а из горла доноситься предупреждающее, злобное рычание. Он щелкает зубами и явно готовится сделать прыжок, угрожающе разбрасывая во все стороны острые щупальца и выставляя напоказ уже очень убедительные когти на их концах. Старший брат пришел за младшим и явно был крайне недоволен увиденным. У Красного есть всего несколько секунд, чтобы отпустить оранжевого детёныша на пол рядом с щитком и отскочить в сторону. В следующее мгновение на место, где он только что стоял, прыгает чёрный предатель, совершенно не показушно щёлкая челюстью и царапая когтями листы металла. Парень пытается двигаться как можно медленнее и меньше, прижимаясь спиной к противоположной стене. На взгляд измеряет расстояние до выхода, продолжая держать в поле зрения обоих предателей. Нож в кармане морозит через костюм, словно кусок льда. Несмотря на ситуацию, Красный спокоен и собран, даже если сердце бешено ухает в груди. Напряжение в воздухе, кажется, можно потрогать. Но катастрофы не происходит. Чёрный детёныш быстро поднимается в оборонительную позу и продолжает рычать. Не отрывая множество жёлтых глазок от человека, что возникли на его костюме и щурились прямо из его пасти, он следит за каждым движением неприятеля. Начинает маленькими шажками пятиться в противоположную сторону. Стоит ему оказаться рядом со своим братом, что смущённо мнётся на месте, он обматывает его щупальцами, как поводком и рывком тянет за собой. Вверх, обратно в зияющую вентиляцию. Как пауки они забираются по стене и исчезают в темном проходе, оставив после себя лишь эхо скрежета и топота. Проходит время. Они не возвращаются. Сбивчивое дыхание и гул электричества становятся единственным звуком в комнате. Красный собирает раскиданные инструменты. В очередной раз заклеивает скотчем люк от вентиляции. В полной тишине, как вокруг, так и в собственной голове, механически раскручивает остатки проводов, чтобы после наконец-то соединить то, что осталось целым. Напоследок, кое-как заклеивает щиток. Красному все тяжелее видеть в своих попутчиках безжалостных тварей. Теперь он видит потерянных, напуганных, голодных детей. Так не должно быть…