Молчун

— Уаааа, — потянулся Рик, зевая. — Н-наверное, заработался я уже… Это еще мягко сказано — пробил уже третий час ночи. Потирая будто забитые песком глаза, ученый покосился на уже занятую постель и тяжело вздохнул: крепко же обосновался паршивец в его комнате! Надо бы уже это прекращать. Глядя на Морти, по какой-то причине дергающего губами и хмурящегося во сне, Рик задался мыслью изобрести какую-нибудь хреновину для просмотра ночных кошмаров в широком разрешении. Он, наверное, изобрел бы ее хоть сейчас, если бы не устал так сильно… Сняв только халат, он бахнулся на кровать одетым. Тихо выругался, откидывая голову на подушку, и произнес в пустоту, сжимая ладонь на плече пиздюка: — М-мышь ты моя лабораторная… Все вдруг стало слишком спокойно. Рик заметил это далеко не сразу, но странные мимические реакции вдруг прекратились, и прерывистое дыхание Молчуна стало ровнее. Если бы он уснул так быстро, как хотелось бы, то, пожалуй, мог прозевать заявку на научное открытие! — Я-я с этим об-обязательно разберусь… Голова гудела, как пивной котел. Отпечатавшиеся на сетчатке глаз формулы и расчеты крутились в мыслях, но постепенно Рик сдавался сну. И какая ему теперь была разница, что какой-то мелкий гад уперся ему в бок коленом и вообще занял его кровать, его комнату в хате, время, усилия, жизнь… — А м-можно побыстрее, придурок?! Он столько пыхтел над Молчуном, приводя его ни на что не годное тело в порядок, а тот даже не мог вернуть должок и безбожно тормозил, пытаясь поспеть за дедом. — У тебя из мешка упало! Б-быстро собирай, криворукий т-ты еблан!.. Как любой Рик в экстремальной ситуации, он не выбирал выражений, но его Морти не стал, как ему подобные, дуться, устраивать истерики или огрызаться в ответ. Упав на колени в дорожную пыль, он начал собирать драгоценные камешки, просыпавшиеся из прорехи на мешке, но получалось у него недостаточно быстро. — Ты хоть что-то можешь сделать нормально в этой жизни?! Тень пробежала по лицу Молчуна, и он, закусив губу, попытался ускориться, но мелкие камни только высыпались из дрогнувших рук… — Доволен?! — закричал Рик, увидев на горизонте поднимающиеся клубы пыли. — Теперь нас из-за тебя пустят на шашлык!!!       Хозяева украденных сокровищ были бы очень рады с ними пообщаться, но он испытывал ровно обратные чувства и потому, бросив свой мешок, подбежал к пиздюку. — Д-да похуй уже! Бросай это дерьмо, и валим к… Дротик, просвистев в паре сантиметров от мочки уха, вонзился в ствол дерева и затрепетал оттуда ядовито-красным пером наконечника. Вслед за этим последовал еще целый дождь — накрыв Морти своим телом, Рик еле успел активировать ионный щит, чтобы спасти задницы их обоих. Похожие на зебр существа, передвигающиеся на задних ногах и имеющие волосатые обезьяньи руки на боках, были настроены весьма решительно. Летели копья и стрелы, палки и камни из рогатин, но, несмотря на столь досадные помехи, Санчез все равно, подняв пацана с земли за шиворот, попытался добраться хотя бы до своего мешка. Не зря же он высадился на эту тухлую планетку?.. — Ааа, блиииин!!! Сколько ни учи этих Морти технике безопасности — они вечно не слушают. Неосторожно высунув руку из-за щита, Молчун тут же оказался пойман в лассо, и его, вопящего от испуга, потащили по дороге прямо в толпу зеброгутанов. — У него должны быть где-то спрятаны сокровища! — Признавайся, что еще ты украл?! — Что ты прячешь?! Бедолагу прижали к земле. Раздался истошный крик, и в воздухе полетели клочки желтой футболки — это зрелище подействовало на Рика, как красная тряпка на быка. — Ублюдки! — взревел он, кидая во врагов дезинтегрирующую гранату. — П-пошли, блядь, нахуй от моего внука!!! Те, что не попали под действие оружия, предпочли в ужасе разбежаться сами, и хорошо, потому что у Рика в кармане остался один лишь "тик-так". — Ты в порядке? Лучше бы он не задавал этот вопрос. Эти гады успели не только порвать майку, но и спустить штаны, и даже отпинать копытами — на Молчуна было даже страшно смотреть. — Аааа!.. — он схватился за голову, как будто та готова была лопнуть. Дыхание его превратилось в задыхающиеся всхлипы, и слезы побежали по грязным щекам… Ну вот, снова-здорово! — Н-н-нет, нет-нет-нееет!.. — Морти! — рявкнул старик, падая на колени и силой зажимая его лицо в ладонях. — Замолчи и посмотри на меня сейчас же! Взгляд бегал и с трудом фокусировался, но хоть какой-то контакт между реальностью и Молчуном получилось установить. — Они ушли. Все хорошо, — они находились так близко друг от друга, что почти соприкасались носами. — И они никогда тебя не… Проглотив пришедшее на язык первым слово "выебут", он на ходу исправился: — Р-ранят!.. Вид полураздетого пиздюка для него был — все равно, что свежая рана. Пришлось пожертовать своим халатом, сделав Морти похожим на ребенка-призрака, который на Хэллоуин обрядился в слишком большую простыню. — Н-не?.. — захлебнулся воздухом парень. — О, б-б-боооже… К-когда, когда я п-п-перестану вспоминать об этом постоянно, к-когда… когда станет легче, Р-рик? Он хотел бы соврать. Хотел бы искренне и от всей души, но все-таки он был человеком науки. И разбивать чужие мечты — это его призвание по жизни… — Никогда, — вынес он приговор Молчуну, глядя прямо в наполненные слезами темные глаза. — Тебе просто придется жить с этим, к-как… как с болезнью, не знаю, или с необратимым увечьем… Или с гениальностью. Потому что та, зараза, болит ничуть не меньше. — Н-но… но я могу помочь. В конце концов, я же самый пиздатый ученый во Вселенной… И он, прямо как во время ночных испытаний, сжал плечо Морти. — Хочешь, встрою кибернетический нож в руку? Или лазерный прицел в глаз, чтобы ни один ублюдок больше до тебя не дотронулся? Прошлого этого не исправит, н-но станет хоть чуть-чуть спокойнее… Плач прекратился — и слава богу, ведь Рик не выносил нытья. Почти перестав дрожать, Молчун переспросил с неподдельным интересом: — Ч-что, правда встроишь? — Да говно-вопрос! Только не жалуйся потом, если что… Ну, пошли домой? И холодные руки с неожиданной силой обвились вокруг его шеи, пока он создавал свободной от Морти рукой портал. — Я н-не буду жаловаться, Р-рик… Никогда!