Книга 2: Камни Атласа

Было холодно. Но это и неудивительно — горы закрывали солнце, которое даже находясь в зените не грело. Птицы, казалось, навсегда утратили голос, а листья не шелестели на ветру… Опять же, неудивительно — шелестеть-то нечем. Да и деревьев (даже без листьев) не то чтобы много — их попросту нет! О, и самое главное, — мы попали в неприятности. Было холодно (меня что, заклинило?). Может, потому что мы, чёрт возьми, без курток выбежали на мороз в середине января? В северной Норвегии?! Кто знает, кто знает… Птицы не пели, шел снег… А ещё… — Мы в полном дерьме, — решил наконец нарушить тишину Иван. Выражение, которое он выбрал, конечно, не слишком литературное, но ситуацию, в которой мы оказались, описывает вполне. Виктор недовольно глянул на своего ученика и по совместительству мужа и медленно покачал головой — не одобряет. Очень и очень зря! — Иван прав, — к удивлению всех кивнул Ринат. — Пусть я и подозревал, но хотел убедиться… другим способом. Началось все, как вы помните, с трупа. Да-да, трупа того самого Кирилла Усянова, который вроде как ещё час назад улыбался нам, сверкая чуть большеватыми ровными зубами (интересно, сколько он тратит на зубного?), рассказывал небылицы и старался переубедить нас ехать за камнем! Старался доказать, что наши попытки бессмысленны… Ещё час назад этот Усянов смеялся вроде как с очередной шутки у себя в голове (или из-за упрямых выражений на наших лицах, но мне не хочется думать о том, что этот чудаковатый дядька так издевался и смеялся над нами), ловил восхищённые взгляды Рината и гордился собой, отвечал на вопросы все того же Рината, старательно игнорируя остальных, и почти буквально светился от счастья и гордости за самого себя. А сейчас оказывается, что этот Кирилл Усянов, что так громко учил нас жизни, кричал (издевательски и с превосходством, будто лишние сто лет жизни дают ему такое право!) и врал о том, что камня здесь нет… Неужели этот Кирилл Усянов… И не человек вовсе? Но зачем кому-то убивать безобидного ученого, живущего хрен пойми где? Может, все дело в аномальных зонах? С того дня, когда начался Апокалипсис (а точнее когда мы его начали, но дело не в этом!), прошло больше трёх месяцев. И именно с этого момента в этом районе (и много ещё где) участились нападения спящих раньше существ. Даже безобидные обычно растения начали вести себя странно! Может, мы просто пробудили нечто, что теперь блокирует путь к спасению?.. — Давайте зайдём обратно в дом, — Ринат осторожно похлопал меня по плечу, и я сразу же перевел взгляд на него. — А скажи-ка мне, дорогой друг, — Иван тоже не остался в стороне, только его удар был ну раза в три сильнее, чем у Рината. — Скажи, а нафига мы выбежали на улицу зимой в минус двадцать семь без курток в одних сапогах? — Так, — я всего на секунду запнулся, но, увидев немного угрожающий, будто он хотел выпить мою кровь без остатка (я не обратил на это внимания, так как подобное мы уже проходили), взгляд Виктора, который тот бросил на меня из-за спины мужа, я сглотнул и продолжил: — Так, нужно же было развеяться там, подышать свежим воздухом… — Серьезно? — взгляд Ивана, если честно, пугал не так сильно, как Виктор за его спиной, но я все равно вздрогнул. От смеха. Вы бы меня поняли, если бы увидели мордашку Ивана. — Ты на полном серьёзе вывел нас на мороз, чтобы подышать свежим воздухом?! Ты что, издеваешься, бл— Виктор слишком быстро оказался рядом и предотвратил встречу Ивана с моим кулаком. Хотя неизвестно, что хуже: если бы Иван сказал, что хотел, и получил от меня, или… вот, как сейчас. Виктор, конечно, успел уменьшить силу удара и закрыть Ивану рот рукой с черными когтями (он что, гей, чтобы красить ногти в такой вызывающий цвет? ах да, у него же вообще муж; значит, Виктор не только гей, но и пидор), но… Но Иван даже от такого удара споткнулся и приземлился своей ягодичной мышцой, к которой он прислушивается чуть ли не постоянно, на чистый, незапятнанный снег… Который был «не запятнан» ровно до этого момента — сейчас-то на нем сидел Иван, так нагло нарушивший все законы природы и убивший минимум целую цивилизацию своей задницей. Мда уж… Бедный снежок… — Иван, как тебе не стыдно? — поддержал мои мысли Виктор, принявшийся ругать ничего не понимающего, напуганного и готового заплакать Ивана. — Такие выражения должны быть навсегда вычеркнуты из твоего лексикона! — Вау, какие ты словечки-то знаешь, — не собирался молчать Иван (хотя, если честно, стоило бы). — Я-то думал, ты умеешь говорить так только на па́рах… — А я думаю, что тебе самое время заткнуться, пока с твоих прекрасных губ не слетело ещё какое-нибудь ругательство, — улыбка Виктора вышла кривоватой, мрачноватой, но зато Иван в самом деле заткнулся: сразу видно, испугался. Хотя как такого, как Виктор, не бояться… Вампир и эльф — невозможное сочетание, да ещё и страшное очень. Клыки большучие и стремные толщиною с трубочку в детском соке… Уши торчат — страшно в общем. Стоило мне выдохнуть (конфликт вроде исчерпан, претензий больше нет), подумав, что буря миновала… Точнее Иван благополучно закрыл рот и не собирался ничего говорить, а Виктор перестал угрожающе скалить и без того страшные клыки… В общем, когда я уже решил, что все хорошо (труп в секретном подвале странного дядьки неизвестного происхождения не считается, его можно смело вычёркивать и вписывать в графу «пиздец»), Ринат сказал: — А что такого криминального в слове «блять»? Иван, успевший встать и начавший отряхивать мокрую попу от снега, замер, а Виктор медленно повернулся к нему (даже я на месте Ивана бы вздрогнул, а тот ничего — держится, вздохнул он, правда, как-то горестно, но это уже, наверное, мое воображение) и… Ну, в общем, Виктор снова толкнул Ивана в снег. И нет бы Ивану замять эту тему, чтобы больше не получать по… мягкому месту, которым он всегда думает, — нет! Ну и он как ответил: — Смотря в каком контексте ты его произносишь и с какой буквой, — и посмотрел на пацана так ожидающе, будто думал, что тот не знает правильный ответ. К сожалению, Ринат всё-таки знал: — Так… Если через «т», это междометие. А если через «д», то… Женщина с низкой социальной ответственностью, — и все это без смущения, даже с радостью какой-то, будто родственную душу нашел… Упс, об этом лучше при Ринате не упоминать… Неловко получится. На этот раз Иван молчал чуть дольше, но сидеть не продолжил, встал, опять отряхнулся и, немного подумав, посмотрел по сторонам. Заметив немного странные взгляды людей, которым было за сто каждому (они с Ринатом что, одни такие молодые?), Иван самостоятельно сел обратно в сугроб, уже успевший стать чем-то вроде персонального трона, без посторонней помощи. Я его понимал. Но… — Что? — похоже, Иван так ничему и не научился, скрещивая руки на груди. — Ринат все верно сказал. Эй, парень, давай будем друзьями, а? Нам, молодым, нужно держаться вместе. И желательно подальше от всяких пожилых личностей. «Ох, излишняя многословность когда-нибудь его погубит», — подумал я как раз в тот момент, когда в Ивана полетел первый белый круглый и, наверное, ужасно твердый… снежок. И попал он прямо в незакрытый челкой лоб. Виктор (а кто ещё, не Ринат же!) усмехнулся, видимо, намек про старость ему не особо понравился, и нагнулся за ещё одним снарядом… — Вам не кажется, что… — Нат хотел как-то остановить явно начинающееся безумие… Но прилетевший уже в него снежок (прямое попадание в голову!) не дал ему такой возможности. Я хихикнул и спрятал мокрые от снега руки за спину. Пусть Натаниэль думает, что это Вик— Бамс — и в меня попало два снежка! Да кто тут такой— Не успел я додумать мысль и даже выругаться мысленно или вслух (это Иван плохо на меня влияет!), как оказался в огромном сугробе. Виктор, пихнувший меня туда, и Иван с Натом, лепившие новые снежки, выглядели бы грозно… Если бы Иван не был полностью мокрым и не выглядел, как промокшая под дождем крыса (или голубь, упавший в лужу!), а Нат не сверкал бы белозубой улыбкой… Ринат тихонечко начал отходить к дому, видимо, верно решив, что отступление ему сейчас ничем не грозит… В общем, когда он повернулся, думая, что на него никто не смотрит и что его побег останется незамеченным, в него прилетело аж четыре точных выстрела. Ладно, три попало сразу, а Иван, будучи обычным человеком, сперва промахнулся, но потом применил магию и — бац! Снежок описал стремительную дугу, сменил направление и попал в успевшего упасть Рината. Так что да — четыре снежка в него все же попало. — Это жульничество, — тихо прохрипел он, вставая и вытирая мокрое лицо рукавом не менее мокрой кофты. — Прости, Ринат, но я человек, которому осталось полгода до двадцати одного, и единственное преимущество, которым я владею, — моя магия. А вот эти три деда и в книжке писать могут, и мечи призывать какие-то древние, и заклинаниями пользоваться, и людей по запаху находить, и сила у них физическая развита, будь здоров… У некоторых, правда. Иван задумчиво склонил голову к плечу, а Виктор горделиво усмехнулся. Ну да, он-то вампир, вот и может поезд голыми руками остановить. А я — просто человек, живущий чуть дольше обычных смертных… Ну и происхождение у меня вроде как божественное, но, опять же, только наполовину, и… И я вообще умный и медицинский закончил, а он!.. — Ну да, Виктор сильный, — словно ни к кому не обращаясь, продолжил Иван. — Правда, мозгов совсем нет, особенно по сравнению с Дэном, да и материал он как-то непонятно все время выбирает. То амулеты защитные (хотя нафига профессору философии рассказывать про амулеты?), то типы мировоззрений задаёт учить, то вообще про всякие… Не успел Иван договорить, как Виктор… Ну да, опять попытался познакомить лицо своего мужа со снегом (хотя они и так уже пожениться должны — так часто встречаются!), но… Но именно в него прилетел увесистый снежок, слепленный на скорую руку! Ринат пожал плечами и отряхнул мокрые руки от оставшегося на них снега. — Ринатик! — умиленно приложил руку к сердцу Иван, почти влюбленно глядя на своего спасителя… Недолго — мой снежок угодил ему в лицо, а улыбаться, стряхивая мокрый тяжёлый снег, как-то у него не получилось. Но и я злорадствовал, к сожалению, тоже не особо долго — Ринат, исправно выполняя свой долг перед единственным сверстником, кинул горсть снега в меня! И в кого они все такие меткие… Ринат, однако, тоже оставался сухим не слишком долго — Нат, защищая мою честь, не очень сильно, но ощутимо кинул снежный шар в парня! Ринат не удержался на ногах и со смешком свалился в снег, прямо тем местом, которым некоторые, не будем показывать пальцем (взгляд все равно метнулся в сторону пытающегося не засмеяться Ивана), думают. — Вам не кажется хотя бы теперь, что лучше зайти в дом? Холодно, а вы все мокрые, — да, Нат всегда умел успокоить. И поддеть тоже — ну да, один он стоял весь такой полупрозрачный и сухой, а мы чем хуже? Взгляд метнулся к Ринату, который начал изучать светлую магию лишь в сентябре, но все равно забыл даже эти малые знания, к Ивану, который не смог бы использовать заклинание по призыву огня лишь из-за противоборствующей магии льда, на Виктора, который… Ну, просто из вредности не будет сушить чужую одежду… Ну да. Тут Нат прав — лучше войти в дом и переодеться. — А потом мы наконец решим, что делать с тем Кириллом, который не Усянов! — с улыбкой протянул Иван, первым начиная двигаться в сторону дома. Там тепло, чайник наверняка есть… Чайник в самом деле был — на кухне, где этот самый чайник должен был находиться по определению, он был почти единственным предметом интерьера. Стрёмно как-то… — Может, лучше план в комнате разработать? — прохрипел Иван. И хрипел он не из-за простуды и даже не из-за постоянных криков (хоть бы дверь закрыли на замок, озабоченные!). Просто ватман и всевозможные скотчи, клеи, маркеры, ручки и краски было решено нести именно ему. Он повозмущался, конечно, но взял, думая, что идти все равно недалеко… — Индюк тоже думал, да в суп попал! — учи классику, Ваня! — Можно и в комнату, — неожиданно согласился Ринат, промокший больше всего и дрожащий даже после горячего душа. — Ладно, — я тяжело вздохнул. — Иван, иди в свою комнату, Ринат, можешь тоже туда отправляться. Виктор и Нат, вы берите стол с кухни, а я возьму чайник! — А почему сразу в мою комнату-то?! — пропыхтел Иван, но все равно пошел. Ему было обидно, это да, но от тяжести избавиться хотелось все же сильнее. — Так ты сам выбрал самую большую комнату, — просветил его я, беря в руки чайник. Виктор и Нат ничего не ответили, просто переглянулись и вместе потащили огромный стол с кухни наверх. — Нам нужна приманка, — была первая мысль, которую озвучил Натаниэль (ничуть не запыхавшийся, как и Виктор!). — Хорошая мысль, — немного помолчав, решил я. — Но вот только кто захочет ею стать? Я не смогу, нам ведь нужно отвлечь его от наших возможных приготовлений к битве (мы даже не знаем, кто скрывается за личиной этого дядьки!) и не дать войти на второй этаж… А для этого нужны темы для разговора, так что я отпадаю — не могу же я так сразу изменить свое мнение, он меня моментально раскусит. Раньше орал, прямо сказал, что не верю ему, а сейчас вдруг «здрасьте, а у вас дом такой классный! И труп в подвале — закачаешься!» — Ну, если ты в самом деле придёшь к нему с этими словами, — задумчиво начал Иван, поправляя рукой в кольцах свою белую шевелюру, — то лучше поискать другую кандидатуру… Виктору идти, кстати, тоже нельзя. — Почему это? — возмутился, собственно, Виктор вполне обоснованно. — Так по тебе ж видно, что ты сильный, — Иван даже взгляд такой сделал, ну как «ты идиот, что ли?». Виктор не оценил, но промолчал. — И ему будет некомфортно, следовательно, он либо вообще с тобой разговаривать не будет, либо попытается избавиться от тебя побыстрее. И никакого отвлечения не получится. Иван был прав… Признавать это не очень хотелось, ведь я на Виктора и ставил… — Может, он силой просто попробует его задержать? Или можно же просто воспользоваться эффектом неожиданности и хоп! Демон или кто там наш враг побеждён! — Нельзя действовать необдуманно, — покачал головой Нат (Виктор в подтверждение улыбнулся). — А если этот демон сильнее даже Виктора? Нам все-таки нужно время, чтобы подготовиться к атаке. — А ты можешь?.. — Иван выразительно махнул рукой в сторону духа, будто по одному этому жесту мы должны понять, что он имеет в виду. — Нет, мне лучше тоже не ходить, — однако Нат как-то все понял. Ах да, он же это… умный, во! — Без Даниэля я теряю примерно половину своих сил и не смогу остановить лже-Усянова, если он как-то догадается о нашем знании его истинной личности. Нам нужен тот, кто сможет поддержать с ним беседу, кто не выглядит опасно и кто сможет дать отпор в случае чего… Все взгляды устремились почему-то на Ивана. Он не обратил внимания на наши синхронные кивки и предложил: — Ринат подходит, — он вздрогнул, стоило Виктору ударить его по голове. — За что?! Это же он читал его книги, он в машине показал слепое обожание к творчеству этого дядьки. И он некромант, может противостоять ему, мы-то точно услышим: когда открывается Аид, это похоже на то, как стадо слонов в период размножения уловили запах течной самки — громко и, честно говоря, смущает. — Какие познания о некромантах, — Ринат не обиделся и смотрел почему-то только на Ивана, да и сел после этого рядом с ним… Что за дела? — Это, кстати, в самом деле хорошая идея. И почему остальные это сразу не предложили? Вау, Ринат что, обиделся? На всех кроме Ивана?! — Да, он определённо обиделся, — Иван прочитал выражение моего лица слишком быстро, и я даже рот закрыл от удивления. — Почему вы сразу не предложили его кандидатуру? Он сильный маг, а в его Аиде чувствуются чудовища, которых могут призвать от силы десять ныне живущих некромантов. Да, мы должны его защищать, мы старше и вроде как мудрее. Но сейчас мы не в дочки-матери играем, мы ищем способ спасти мир. Если вы не готовы признать его заслуги сейчас, поверить в его силы… То зачем вы вообще его взяли с собой? А если взяли, то дайте парню шанс проявить себя! Он-то уж точно справится с этим дядькой. Ринат восторженно посмотрел на Ивана, и у меня против воли вырвалось: — Значит, решено. Иван, идёшь ты. — Что?! — парень вскочил с пола (про стол-то мы подумали, а вот стулья принести мозгов не хватило — вот и сели все на полу), сжимая воинственно кулаки. — Вы вообще слышали, что я сказал? Ринат справиться! Я верю в его ум и силу, и вы тоже должны верить! Я уже не слушал, беря в одну руку чашку с горячим чаем, а в другую синий маркер. — Почему ты такой?! — Иван все не затыкался, а когда на его сторону не встал даже Виктор, парень совершенно взбесился. — Вот, значит, как вы решаете свои проблемы?! Вместо того чтобы отправить человека, который справится лучше всех, вместо того чтобы рискнуть и выйти победителем, вы просто… Вы просто идиоты, что не понимают, каково это, когда тебя не ценят! Когда даже шанса не дают на то чтобы доказать, что ты чего-то стоишь! — Да, определенно лучше, если пойдет Иван, — подключился ко мне Виктор, будто не слыша дрожащего голоса мага льда. Жестоко? Не думаю. — Его не так жалко. — Что?! — Иван злится ещё больше, он хватает Рината за руку и тянет на себя. — Все, мы обиделись. Ринат, я присоединяюсь к твоей забастовке. — Какой ещё заба— — К полному игнорированию двух старых придурков и Натаниэля, — перебил его Иван, гордо вскинув голову. — А меня-то почему ты обзываешь? Я, между прочим, твой муж, — недовольно нахмурился Виктор. — А я твой лучший друг! — не стал молчать и я. Ну да, мне раз в девять больше лет, чем ему и Ринату, но это вовсе не повод меня оскорблять. — А все просто, дорогой, — зло прошипел Иван, в последний раз оглядываясь на Виктора и меня. — Меня ведь не жалко, поэтому засунь себе свое возмущение в задницу! Пойдем, Ринат. И Иван подтолкнул послушного и лишь немного напуганного подростка к выходу из комнаты. Однако, заметив одиноко стоящий чайник, даже не подключенный к электричеству, Иван остановился, схватил не очень тяжёлый предмет интерьера и открыл дверь ногой: — Чайник-то верни, — Виктор закатил глаза на такое ребячество. — Верни мою девственность, — огрызнулся в ответ Иван. — Один-один, я тебе девственность, ты мне — чайник. Компенсация за моральный ущерб, блять. Последнее он сказал так тихо, что даже мышка не услышала бы… Жаль только, что мышек здесь нет, зато есть три сильных мага, которые все равно его услышали. Иван не обратил на нас внимания, осторожно поглаживая тот самый чайник, который плата за проход в трусики, ага. Знаем, плавали… Или скоро поплаваем, но не суть. Ринат улыбнулся, Виктор в очередной раз закатил глаза, а я просто не обратил внимание на этих идиотов, задаваясь вечным вопросом: что куда пихать, да так, чтобы побольше. Дверь захлопнулась. — Все равно разговаривать с этим дядькой пойдет Иван, я его уговорю, — сразу же произнес с усмешкой Виктор. И мы начали разработку нашего плана, пока этот лже-Кирилл не вернулся. Знал бы, чем это закончится, никогда бы не принял такое решение… Но уже поздно сожалеть — слова все сказаны, судьба тасует карты, предлагая партию в покер, а боги кинули игральные кости, и неизвестно, что хуже. Одним словом, игра началась! *** Когда Иван с Ринатом вышли, громко хлопнув дверью, а за ними никто не пошел (даже не попытались, сволочи!), магу стало лишь совсем чуточку, самую капельку обидно. А потом он увидел невеселую улыбку Рината, будто он уже привык к подобному обращению (как к такому можно привыкнуть?). И тогда Иван понял одно: они ни за что не простят Дэна и Виктора (да и Ната тоже, нашелся, молчун!) и не будут следовать их дурацкому плану! Ни за что на свете не будут! — Они ещё у нас попляшут, — зло шептал Иван, распахивая дверь в комнату, выбранную Ринатом (она была поменьше, но гораздо светлее, и находиться в ней было почему-то гораздо приятнее, чем даже в самом большом помещении на втором этаже, несмотря на абсолютно одинаковую мебель и цветовую гамму). Он поставил чайник на прикроватную тумбочку и воткнул вилку в розетку, снова нажимая на кнопку. Вода в чайнике моментально начала кипеть, и прибор выключился. Иван этого не заметил, он усадил Рината на стул рядом с кроватью, сам сел на корточки перед ним и прошипел: — Не слушай их. Они ничего не понимают, не знают о том… Каково это — быть брошенным и ощущать, что никто в тебя не верит… Я знаком с этим чувством. Ты, я уверен, тоже. Я чувствую твою боль, я готов разделить ее с тобой, потому что мы немного, но схожи. Поэтому, пожалуйста, не слушай их, ладно? Я тебя поддержу. Заметь — не пойду вместо тебя, не потащу насильно, не брошу на съедение льву… Я пойду с тобой, буду восторженно кивать, вздыхать и охать, пока ты плетёшь свою сеть для нашей рыбки. Ну что, ты согласен? Ринат почему-то краснеет (он такой милый, а Иван всего лишь сжал его руки и почти стоял перед ним на коленях) и отворачивается. — Ох, неужели я первый, кто говорит тебе об этом? — быстро догадался Иван, садясь на кровать прямо с ногами, предварительно сняв с себя грязные кроссовки. Он потянул Рината на себя и усадил на мягкой кровати ближе. Иван начал медленно гладить парня по голове, по чистым и прямым волосам, постепенно переходя на спину. Он знал, что это состояние нужно пережить: паника наступает незаметно, и так страшно, что только мягкие поглаживания, тихие разговоры и заверения в его нужности помогут Ринату прийти в себя и восстать, как огненный феникс. Иван знал об этом. Просто и сам он пережил нечто подобное — панику, что не давала дышать, страх, что душил в своих объятиях, похожих на тиски. Иван помнил холод наручников и ошейников и теплые руки на своем теле, что лишали кислорода намного эффективнее, чем даже страх и удары. Просто от них парня всегда парализовывал панический ужас — однако вряд ли Ринат испытывал нечто подобное. Наверняка с ним произошло нечто, возможно, гораздо более ужасное. Все дело в его семье, верно? Его не замечали, несмотря на старания; может быть, даже ругали и говорили, что он бесполезен. Возможно, его родители (или братья и сестры, если они есть) смотрели на него, в их глазах отражались чудовищные мысли («лучше бы он не рождался», «как он вообще живёт?», «Никчёмный мальчишка, из него не выйдет ничего путного»). Иван почти слышал чужие воспоминания, слышал громкие голоса в голове Рината, что кричали об уродстве и никчёмности. Иван тоже хотел бы заплакать, но он должен быть сильным. Хотя бы сейчас, для младшего, который прижимался к нему, хватался холодными руками за плечи и дрожал лишь от одних воспоминаний. — Все хорошо, — как мантру повторял Иван, веря в эти слова лишь самую малость… Но и этого оказалось достаточно, чтобы Ринат начал дышать чаще, вдыхая холодный только рядом с Иваном воздух. — Ты… Спасибо, — прошептал несколько минут спустя Ринат. — Даже если мы пойдем к этому Кириллу… Он ведь быстро догадается, что это ловушка, да? И тогда мы сами окажемся в опасности? Иван еле сдержал смех: — Вау, ты такой наблюдательный! Но не волнуйся. Я смогу тебе помочь. Просто… Верь в меня. Даже если ты понимаешь, что верить в себя у тебя не получится… Тогда просто положись на меня, ладно? Я сделаю все для того чтобы ты не пострадал. Иван не уверен, что выбрал правильные слова, что Ринат поверит в них… Поэтому он прижал парня сильнее к себе и закрыл глаза в ожидании… Чего-нибудь. Но их друзья (Виктор поплатится!) не спешили их искать или идти мириться, Ринат не прерывал какую-то слишком особенную тишину вокруг них, а лже-дядька почему-то все не приезжал. — Мои родители никогда меня не любили, — Иван вздрогнул от неожиданности, прижал чужую голову крепче к своей груди и замер, когда понял, что только что ему сказал Ринат. — Отец не считал нужным лезть в мое воспитание, скидывая эту обязанность на маму… Я его и видел-то редко, он все время пропадал на работе. А мама… Мама всегда была строгой — сядь, пиши, не общайся с ними, учи, делай, даже если не хочешь. А если несмотря на огромное количество попыток у тебя все равно не получалось — повторяй до тех пор, пока не получится. Не ешь и не пей, пока не превзойдешь себя, пока не докажешь свою ценность. Иван молча погладил Рината по спине, выражая поддержку, которую этому сломанному мальчику без воспоминаний не смогли оказать вроде бы самые близкие, вроде бы незаменимые люди. Кому нужна такая семья? Что не ценит, несмотря на пот, кровь и слезы, что скалит даже не зубы — клыки, что вместо поглаживаний по голове бьёт и считает это правильным. — Как ты все это вынес? Бедный ребёнок… — голос Ивана надломился только под конец, но Ринат все равно заметил и прижался ближе вроде бы ища тепло, но Иван и сам знал, что его кожа холоднее, чем у обычных людей. Но Ринату нужно не физическое тепло — только душевное. И Иван сам обнял крепче, сжимая в холодных объятиях до хруста, до хриплого стона боли. Их погружение в свои мысли и воспоминания друг друга прервал всего один звук, который заставил их сердца рухнуть — скрип тяжёлых колес по только выпавшему снегу. — Он наконец приехал, — Иван сглотнул и в последний раз сжал Рината в сильных тисках, чтобы потом отпустить. — Мы в самом деле пойдем вместе? — спросил брюнет у более старшего товарища, почему-то избегая его взгляда. — Во-первых, да, и таким образом мы докажем этим трем придуркам, вышедших из категории «дедов» лет сто назад, что ты не бесполезен, а я… А я могу следить за детьми и даже не портить им психику, вот! — А во-вторых? — Ринат наконец улыбнулся, и это именно то, чего добивался Иван. — А во-вторых, мой дорогой друг, нам уже пора — навстречу загадкам и тайнам! И они пошли, совершенно позабыв про чайник, ещё горячий и теперь такой одинокий… Не выключенный из розетки… Из которой шел дым? Пар ещё немного поклубился, а потом неожиданно загорелся зелёным цветом и принял очертания человека! Неожиданный гость осмотрел пустую комнату, где всего минуту назад были люди, и с досадой топнул. Маленькие колокольчики на его сапогах угрожающе звякнули, а рука с нечеловечески длинными когтями ударила по второй раскрытой ладони. — Чёрт, я их потерял! Если бы они отправили меня сюда на пару секунд раньше!.. Молодой парень с серебристыми волосами и… ушами? невесело усмехнулся, серый хвост?! зло замахал из стороны в сторону. Он почесал задумчиво щеку с темными полосами, и уши, похожие на волчьи, дернулись в специальных отверстиях зелёной банданы. — Надеюсь, тут есть ещё кто-нибудь из друзей, — мужчина (ему было не больше двадцати) закрыл красиво горящим золотым глаза и сконцентрировался. Его белые волчьи уши дернулись ещё раз и замерли, когда услышали громкие голоса из соседней комнаты. — Вау, они серьезно наложили магию глушения… Но меня такая магия все равно не остановит, мой покровитель дал мне возможность аннулировать любую магию! Пусть и на время… Парень замер, прислушиваясь, когда к разговору за дверью присоединился ещё один голос: — Даниэль, ты уверен, что единственный способ победить этого лже-Кирилла — взорвать весь дом к чертям? Мне вот кажется, что ты сбрендил! — Заткнись, Виктор, — зашипел человек, названный Даниэлем. Парень с хвостом прищурился, но ничего не сказал, только сложил руки ладонями вместе и замер, когда звук стал громче, несмотря на сильную магию. — А что мы будем делать, если вдруг он придет сюда? Секунда молчания и незамедлительный ответ: — Мы выгоним его, сказав, что разрабатываем план по нахождению камня… Парень в странном наряде вздрогнул, почувствовав мощный толчок — его магию телепортации начали закрывать, и если он не поспешит, его выбросит прям отсюда… Неужели хозяин дома вернулся? Блондин открыл глаза, прикоснулся к розетке, в которую ещё был воткнут чайник, и… — Люди в соседней комнате не понимают, с кем связались, а те, что отсюда вышли недавно, приняли бой и смогут нам помочь… Они сильные. Лучше побыстрее рассказать о них старейшинам. Возможно, именно они спасут нашу гору, — после этих слов парень в зелёной бандане исчез. А Ринат и Иван в это время стояли перед дверью, за которой скрылся этот странный дядька (они просто наблюдали за коридором через замочную скважину, чтобы не столкнуться со своим врагом в коридоре, и это было… волнительно). — Надо было проверить все комнаты, пока его не было, — запоздало додумался Иван, хмуря темные брови и крутя тонкое кольцо из светлого металла на безымянном пальце правой руки (если покупал сам — дешёвое серебро, а если Виктор — дорогущая платина, из крайности в крайность). — Я отправил привидение все обыскать, — прошептал в ответ Ринат, — но тот ничего не нашел. Иван сник, но заметив такое же хмурое выражение на и без того бледном лице, забеспокоился. — Ну не нашел и не нашел, все равно нам бы это помогло гораздо меньше, чем труп в подвале, — Иван тихо рассмеялся, вынуждая Рината улыбнуться в ответ. — Да уж, ситуация в самое деле комичная… — Ну что, стучим? — Иван почему-то начал беспокоиться именно а этот решающий момент… Ах да, он же всегда был трусом — стоило ли ожидать чего-то другого? Ринат же, не давая времени подумать никому из них, занёс руку над деревянной поверхностью, собираясь постучать, и… Дверь открылась! Кирилл Усянов (или точнее монстр, скрывающийся за его личиной) почти не удивлённо посмотрел на них. — Ох, я как раз хотел пригласить вас к себе, дорогие, — мужчина улыбнулся, не размыкая губ, и Иван вздрогнул. Ринат же, моментально оценив обстановку, улыбнулся и восторженно спросил: — Вы… Ждали нас? В самом деле?! Я хотел обсудить с вами один непонятный мне вопрос в вашей книге… Иван тоже быстро включился в игру. Он заправил волосы за ухо, отведя взгляд и краснея, и улыбнулся самой очаровательной улыбкой, на которую он был способен (да простит его Виктор!). — Я тоже пришел со своим молодым другом, чтобы послушать ваши истории… Никогда не мог устоять перед умными мужчинами, которые идут вперёд навстречу опасности! Кирилл Усянов удивлённо расширил глаза, но пропустил их внутрь (Иван улыбнулся шире, показывая зубы, и восторженно выдохнул, чтобы впечатлить мужчину ещё больше). Ринат сжал специально взятую тетрадь в руках и сел на предложенный стул рядом с Иваном, который сразу же смущённо (Ринат про себя удивился такой реалистичной игре) потупил взгляд в стол и лишь изредка кидал восхищенные взгляды из-под полуопущенных белоснежных ресниц. — И что же ты хотел обсудить со мной, Ринатик? — Иван заметил, как дернулся Ринат от такого обращение, и сжал его руку под столом. — Я… Я… — Ринат на секунду потерял нить обсуждения, но Иван опять ему помог: он довольно ощутимо ущипнул его за бедро и в довершение похлопал по коленке. От этих действий Ринат быстро пришел в себя и, перебивая слишком уж восторженные (но не наигранные!) охи и ахи Ивана, произнес: — Я хотел поговорить с вами об одной теории, которой вы поделились в своем бестселлере «Путешествия за тысячу могил». — Вот как… — Усянов задумался на секунду и улыбнулся: — Что же ты хочешь узнать? Глаза Рината сразу же восторженно загорелись (если бы Иван не знал, решил бы, что тот в самом деле рад!), и он начал: — Главный герой вашей истории настолько продуман, он вырастает из обычного несчастного мальчика в настоящего героя, которого любят и почитают, он становится настоящим некромантом, одним из высшей семёрки! Несмотря на трудности и препятствия, он прокладывает свой собственный путь! И… И я довольно долго могу обсуждать его приключения, но у меня возник вопрос по поводу вызова умерших… — Что именно тебе непонятно? — лже-дядька пригладил черные усы и расширил свою улыбку. Даже не имея ничего общего с этим Кириллом, его копия так натурально играла, что становилось жутко… Иван хотел бы поаплодировать этому существу за его актерскую игру, однако у него тоже своя роль. Поэтому он, воспользовавшись паузой перед ответом Рината, вскочил и даже схватил этого Усянова за руку: — Может, чаю?! — Кирилл и Ринат оба одинаково вздрогнули, а Иван не обратил внимания на них: — Я умею готовить такой вкусный чай!.. Кирилл кивнул (ему не оставили выбора, ведь глаза Ивана горели заботой и восхищением — любой бы залюбовался). Пока Иван колдовал (Ринат надеялся, что не в прямом смысле) над чашками, Ринат наконец подошёл к сути дела. Он хотел проверить свою теорию и без трупа в подвале, но именно тело настоящего Кирилла Усянова стало главным доказательством. Но чтобы убедиться на все сто двадцать процентов… — В вашей книге написано, что вызов умершего возможен в период не более двенадцати месяцев после смерти (ведь именно в канун смерти своего друга главный герой смог призвать его душу из мрака и получить верного слугу с разумом). По истечении же этого срока можно призвать лишь «тень», не имеющую ни сознания, ни интеллекта. Как вы додумались до… — Ваш чай, господин писатель! — Иван разрушил всю таинственность их разговора, но Ринат лишь улыбнулся. Ведь без слишком разговорчивого и специально веселого Ивана он бы не смог справиться со стрессом. — Спасибо, Ванюш, — Усянов улыбнулся, беря чашку в руки. Иван задержал дыхание, и Ринат начал что-то подозревать. Он заглянул в свою чашку и еле сдержал смех. «Самый вкусный чай», которым так хвастался Иван, оказался полупрозрачной жижей с кусочками каких-то фруктов, гвоздикой и листьями внутри. Ринат заметил на дне чашки какие-то полосы из чайной гущи, вырисовывающие перечеркнутый крест в обрамлении светлого круга… Какой-то знакомый символ… — Верно, я писал о таком, — Усянов спокойно отхлебнул из чашки (Иван лишь недовольно выдохнул в сторону и смущённо рассмеялся) и уделил все свое внимание Ринату. — Но почему вы решили, что может пройти почти целый год? В последней версии учебника некромантии написано, что вызвать душу можно не позднее трёх месяцев… После этого срока нельзя вызвать даже тень… — Да, но это по сведениям тех надутых индюков. Я же провёл собственное исследование, о котором и написал в моей книге! — Усянов расслабленно откинулся на деревянный стул с мягкой спинкой. И тут Иван ляпнул: — Вау, вы такой крутой! — Ринат закашлялся (Иван сделал такой реалистичный влюбленный взгляд, что становилось жутко — но Усянову понравилось) и побледнел, когда увидел ответный взгляд врага, который на секунду стал красным. Судя по более радостному лицу Ивана, чай или символ на дне чашки начал действовать. — Правда… Я видел одно видео, где у вас брали интервью как раз по этому вопросу! — Ринат тоже его видел, поэтому и задал такой вопрос сейчас, но Иван оказался первым… О нет, он же не будет таким идиотом, чтобы?.. — И там вы ответили, что подсмотрели эту идею у Гомера в его «Одиссеи». Стра-а-анно, не правда ли? — и улыбка такая мечтательно-влюбленная, будто Ивану любовное зелье подсунули вместо чая! Но потом Ринат наконец понял, что только что сказал Иван (точнее как он разрушил тщательно продуманный и вроде бы до сих пор работающий план) и… разозлился. Он хотел было крикнуть что-то вроде «ты идиот!» или «зачем ты это сказал?!», но… Но лже-Усянов рассмеялся. Его смех напоминал нечто среднее между закипающим чайником и карканьем стаи ворон, — в нем не было ничего человеческого. Глаза их врага давно перестали менять цвет и были полностью красными (в чашке остался всего один глоток!). Демон (такого цвета глаз не бывает у живых людей!) обхватил чашку пальцами, закинул ногу на ногу (ему будто не было дела до того, что его обман раскрыли!) и… Сделал последний глоток. А в следующую секунду махнул рукой, и Иван вместе со стулом отлетел в стену! — Иван! — Ринат хотел кинуться на помощь, но взгляд их врага приморозил к месту… Или не только взгляд? — Стой и не двигайся, со мной всё окей! — голос Ивана раздался из-под обломков стула, а скоро и весь он показался, оттряхиваясь от щепок и… снега? — Я успел поставить снежный блок, так что теперь мне только холодно, ну и обидно немного, но это мелочи! Ринат хотел бы ответить, но… Но он смотрел на лицо, когда-то имевшее четкие человеческие черты, а сейчас… Кожа — серая, почти белая, вместо зубов большие клыки в два ряда, лысый череп без единого волоса, красные глаза, не имеющие ни белка, ни зрачка… Острые длинные уши, гораздо длиннее, чем у эльфов (откуда Ринат знает длину ушей эльфов? он вроде не видел ни одного никогда…). Их враг оказался высшим демоном, и у Рината почему-то возникло чувство, что он где-то видел нечто подобное. В голове взрывались кометы, но воспоминания (неужели за то время, что он забыл, он успел сразиться с ёбаным высшим?) не возвращались. — Не беспокойтесь о своих друзьях. Они все равно вас не услышат, — демон сложил пальцы в странный жест (они что, в Наруто?) и прошипел, его раздвоенный язык скользнул по губам: — Расширение территорий! Печать! Ринат понял сразу несколько вещей: во-первых, комната стала в несколько раз больше и вся мебель исчезла, а во-вторых… — Он блокирует вход, — прошептал с пола Иван. — Никто не сможет войти… Или выйти. Кстати, — он повернулся к демону, — я сделал зелье, которое заставляет принять истинный облик и блокирует магию… — Должен сказать, превосходное зелье, — похвалил (это больше было похоже на издевку) парня демон. — Особенно если учесть то небольшое количество времени, что у тебя было, и ингредиентов. Но… Но ты не учел одного — твои силы и знания не смогут сравниться с моими. — Мда уж, — Иван ничего не добавил. — Меня может победить лишь древний дракон севера, похитивший огонь со святой горы и давно умерший… Но, увы и ах, слишком поздно тебе пытаться вызвать его, мальчик-некромант. Для ритуала призыва нужно время, а как раз его у тебя нет! Ринат успел увернуться от удушающей энергии тьмы только благодаря Ивану и его стене изо льда, что оттолкнула парня с линии атаки. — Ринат! — Иван уже вскочил с пола и теперь сдерживал демона (тот усмехнулся и расслабленно оттряхивал снег с черной одежды). — Я задержу его, а ты вызывай сильнейшего монстра! Быстрей! Ринат моментально сосредоточился. Он начал обращаться к самому свирепому и злому чудовищу в его Аиде… «Прошу тебя, мудрейший и мрачнейший, самый сильный и мощный монстр, что есть в мире… Победи моего врага и снеси его голову с плеч!» — Да здравствуют боги смерти, — прошептал он еле слышно, открывая глаза (они горели зловещим трупным светом, и это пугало). — Я вызываю тебя, Бельфегор! В помещении что-то взорвалось, отовсюду повалил густой белый туман… — Наконец ты меня вызвал, малыш! — вокруг никого нет, Ринат огляделся, но ничего не заметил… Но потом он посмотрел наверх (и даже без подсказки — почему-то веселая мысль)… На Рината смотрела уменьшенная копия огромного (неужели эти картины, где лишь один хвост имеет размер автобуса, он уже видел?) дракона. — На этот раз мне даже не пришлось злиться, чтобы ты поднял голову, — скелет радостно махнул хвостом и выпустил струю синего огня. — Ты… Скелагон? — почему-то неуверенно спросил Ринат. Голос пропал, но парень не знал, почему. — Ага, — секунда — и скелет исчез. Ринат и вставший рядом с ним с вытянутыми руками Иван переглянулись недоуменно, а демон теперь более обеспокоенно бился о толстую ледяную стену, начавшую покрываться тонкими трещинами. Через мгновение перед ними стоял полуобнажённый человек, его длинные черные волосы напоминали шелк и были распущены, в абсолютно черных глазах иногда загорались жёлтые огни, а на руках с острыми когтями блестели десятки колец разной толщины и размеров, с камнями и без… — Вау, это… Точно… Скелет? — как-то странно дыша спросил Иван, разглядывая чужие крепкие ноги, чертов пресс и все эти бицепсы и мышцы… Ивану казалось, что он сейчас потеряет сознание. — А что, хочешь проверить, дорогуша? — игриво ответил Скелагон, тоже полностью оглядывая стройное тело… Ринат почему-то покраснел, увидев этот взгляд. — Извини, но если хочешь, чтобы я тебя съел, то нам не по пути… А вот для секса — самое то, детка. — Хватит! — не желал слушать Ринат ответ Ивана (он уже видел, как маг льда открыл рот, чтобы что-то ответить!). — С-скелагон, не мог бы ты… — Опять прирезать демона какого-нибудь? — немного возмущенно спросил Скелагон, но, немного подумав и кинув ещё один взгляд на Ивана, исправился: — Ради такого парня — ничего не жалко, даже опять сожрать безвкусный кусок мяса. А, ну ещё Ринат мой хозяин и друг хороший, но если бы не вы, — взгляд на медленно краснеющего Ивана, — я ещё немного помедлил бы. — Какой галантный, — почему-то смутился Иван, когда Скелагон отвернулся и зевнул. — Вау, хорошая работа, детка, это ты его до сих пор держишь? Тяжело, наверное, — Скелагон показал Ивану большой палец и усмехнулся, сверкнув острыми белоснежными клыками. — Я… Замужем, — прошептал в ответ Иван, задыхаясь от… Ринат почему-то теперь не был уверен, что из-за смущения. Парень ведь в самом деле ещё держал демона в ледяной ловушке, теперь были видны и дрожащие руки… — Не боись, детка, муж не стенка — подвинется. Я тебя вообще расцелую после того как избавимся от демона этого убогого. На счёт «три» можешь рассеивать магию. — Раз, — в руке красивого парня образовался меч с костяной ручкой. — Два, — оружие в его руках вспыхнуло, кости на рукояти потемнели. — Три! — скомандовал Скелагон, ледяной купол разлетелся на сотни тысяч мелких осколков и… И не успело пройти секунды, как Скелагон оказался позади демона, а меч, без единой капли крови, исчез в слабом сиянии. Не прошло мига, как голова демона упала с плеч, а тело растворилось в белесом тумане. — Вау, малыш, а ты вырос, — восхитился дракон, обращаясь к Ринату. — В прошлый раз, когда мы виделись, я не мог не то чтобы меч свой призвать, но даже облик человека принять… А тут я высшего демона (настоящего, а не ту марионетку, что я испепелил в прошлый раз!) с одного удара вынес. Молодец, Ринат! — Интересно, а где тут можно подать на развод? — прошептал восхищенный Иван. Ринат посмотрел на него, как на чокнутого (кто ему это позволит?), а Скелагон победно усмехнулся. — Ты думаешь, Виктор тебе позволит? — Ринат хотел бы что-то добавить (например, что Скелагон чёртов дракон и что он, мать его, мертв), но Иван вздрогнул и, как-то странно взглянув на Рината затуманенным взглядом, произнес: — Чёрт, Виктор, — и глаза стали испуганные-испуганные… И злые почему-то. — То есть, — Иван скрестил немного дрожащие руки на груди, — мы не просто задержали этого демона, как великодушно нас попросили наши «друзья», но и… Победили его. Верно? — Верно, — согласился Ринат, а Скелагон гордо кивнул, наверняка уже строя планы по «разводу» понравившегося парня. — Значит, пока они придумывают там наверняка грандиозный, потрясающий и вообще супер-пупер-мега-крутой, — явный сарказм, — план, мы уже со всем справились? Я правильно говорю?! — прозвучало угрожающе и немного кровожадно. — Да, детка, ты верно уловил суть! — Скелагон подмигнул застывшему Ивану. — Тогда чего мы ждём? Пошли скорее, чтобы!.. — Чтобы наконец сделать тебя вдовцом? — счастливо предположил Скелагон, и в его руке материализовался уже знакомый нам большой одноручный меч. — Что? Нет! — Иван слишком сильно замотал головой, что его серьги почти слетели с ушей. — Не знаю, как вы, но я иду доказывать Виктору, что я не бесполезный балласт! — О да, детка, не бесполезный, а самый желанный балласт в мире… Особенно если ты будешь сидеть на моем животе, когда я… — Ох, Скелагон… Заткнись, будь хорошим мальчиком, — Иван не обратил внимания на чужой флирт, но его ответ все же произвел должный эффект: Скелагон, как показалось Ринату, на секунду задохнулся и покраснел. Вау. Чтобы его дерзкий и немного глупый дракон и не мог ответить! Чтобы он потерял свою невозмутимость? Никогда такого не было… Стоп. Разве Ринат с ним знаком? Черт. Скелагон ведь говорил что-то о предыдущем высшем демоне… Куда Ринат влип за те несколько месяцев, которые он забыл?! Неужели он вызвал сильнейшего монстра на все времена только… Из-за каких-то людей? Чтобы кого-то спасти, рискуя своей жизнью? Ринат слишком устал, чтобы спорить. — Ринат, с тобой все в порядке? Можешь ходить? Может, воды? Еды? Хочешь упасть в обморок? Голова не кружится? — Иван засыпал Рината вопросами, и именно от них, казалось, голова в самом деле закружилась. — Все в норме, — Ринат улыбнулся (и даже не вымученно!), и Иван успокоился. — А я бы выпил чего-нибудь покрепче чая, — Иван потянулся, оголяя подтянутый бледный живот, и Скелагон посмотрел на него как-то… Ринат не смог найти описания (его затошнило от этого взгляда — вот его максимум). Он с трудом открыл дверь, которую загородили обломки мебели и небольшие снежные горки, и поспешил к комнате Ивана, за которой почему-то слышались громкие споры… Иван пошел за ним, а Скелагон неспеша замыкал их цепочку. — Они что, даже не додумались заклинание наложить? — возмущению Ивана не было предела. Он взялся за ручку, замер, подумал всего секунду и сказал (Ринат уже перестал удивляться): — Давай выбьем дверь ногой. — Я за, — сразу же согласился Скелагон (ну конечно же, ведь на кону стоит его личная жизнь, как ему не согласиться!). — Поступай, как знаешь, — у Рината не осталось сил, чтобы как-то обуздать чувствительную натуру его друга: — Окейси, Ринат. Как только Иван закончил, послав в сторону Рината воздушный поцелуй (Скелагон недовольно закатил глаза), маг льда сделал пару шагов назад и… Не просто открыл дверь, а выбил ее к чертям! — Упс, магия усиления слишком… Ну, усилила, в этом ее применение, но это не важно! — Иван как ни в чем ни бывало зашёл внутрь. — Что вы… — А, простите, просто ваш план — дерьмо, и я великодушно пришел разъяснить, почему, — Иван смотрел исключительно на Виктора (у Скелагона ни шанса, — почему-то с облегчением подумал Ринат). — Тогда почему же вы пришли сюда, а не реализовали свой собственный? Мы, между прочим, уже закончили, — Виктор улыбнулся, как волк, нашедший одиноко спящего зайку в лесу и голодавший минимум несколько лет. Ясно, у кого Иван научился так улыбаться (зайчик в шкуре льва — и Ринат не мог не улыбнуться). — План? — Иван очень натурально (настолько фальшиво, что Ринат прикусил губу, чтобы не засмеяться) удивился, но в следующую секунду продолжил, подходя к столу (на нем лежали открытые ручки и краски, а лист бумаги был настолько разрисован, что понять что-либо не представлялось возможным): — А не было у нас никакого плана, дорогой, мы просто обнялись и пошли. — Куда пошли, милый? — Ринат никогда не подумал бы, что слово без единой рычащей может быть таким… диким и страшным. Но Виктор смог даже это — прорычать слово без единой «р». — К этому дядьке, разумеется! — послышался треск, карандаш в руках Виктора сломался, а Иван, схватив огромный кусок бумаги с обилием синего, красного и зелёного, порвал его! Но никто ничего не сказал, наблюдая за нарастающим скандалом. — И мы победили! — Что? Наверное, Ринат победил. И как он справился без подстраховки? — задумчиво влез Дэн, недовольный тем фактом, что его идеальный план порвали! Но он злился не слишком сильно, все равно ведь он его запомнил… — Я подстраховка! — возмущение Иван выместил все на том же листе плана. — Ты безбилетник, дор-р-рогой, — Виктор встал, и Иван почему-то отступил… Шагов эдак на пять. — Что ты пятишься? Боишься? — Виктор усмехнулся. — Правильно делаешь. Ринат зевнул, прикрыв рот рукой… И заметил зелёный дым, пока незаметно клубящийся на полу… А потом он упал в обморок, успев увидеть так же падающие тела своих друзей (он уже переживал нечто подобное — но вот когда?) и услышать встревоженный голос Скелагона: — Что, опять?!