Матрица: Итерации

"И человек называется человеком, Потому что помнит и борется, Потому что надеется и любит, Сочувствует и прощает. И потому, что он жив и смеется, Мне не хватает тебя." Герберт Гренемайер, "Человек"

Над Мега Сити плыли легкие и розовые, как сахарная вата, перьевые облака. Рассветное солнце касалось их лучами растопленного золота, согревало просыпающийся город, отражалось в окнах высоток. На ветвях одинокого дерева пели первые птицы, под ногами покачивалась еще не подстриженная трава парка. Божья коровка заползла по травинке на лаковый ботинок агента и полезла вверх по штанине. - Оракул не зря сохранила Сати, - хриплым, бесстрастным голосом произнес агент. - Ей удалось скорректировать недостатки в обучении, добавить необходимые данные. Девочка создает весьма недурные интерфейсы. Смит осторожно присел на скамейку и покосился на бывшего коллегу: тот не обернулся, даже не пошевельнулся, сидел манекеном в своем идеальном костюме, положив руки на колени. Божья коровка добралась до ладони и полезла дальше по рукаву; на спинке у нее было ровно четыре точки. Смит поморщился - цифра смерти, - но смахнуть насекомое не решился. Находиться рядом с агентом было уже слишком боязно, чтобы еще рисковать его коснуться. - Агент Грей, - позвал он тихо. - Смит, - выплюнул Грей, нарочно пропустив его звание. Смит отвел взгляд и пару секунд молчал, глядя прямо в разгорающуюся зарю: от яркого света на сетчатке плясали разноцветные кольца и круги. - Сати действительно создает весьма эстетичный интерфейс, - согласился он кротко. - Неудивительно, ведь она дочь создательницы интерфейсов и, - он усмехнулся, выбирая более приятное название для программы-мусорщика, - одного диспетчера задач. Интерфейсы Сати неординарны, как и творения Камалы, но в то же время весьма упорядочены. Божья коровка доползла до плеча агента и забралась на провод наушника. Грей осторожно предложил букашке кончик пальца и поднял ее к лицу: - Четыре, - сказал он и покачал головой, - не шесть и не восемь. Это утро было добрым, пока не пришел ты. - На мой вкус, до сих пор довольно красиво, - пробурчал Смит. - Если ты пришел занять мое время разговорами о погоде, можешь не утруждать себя. Агент Грей легонько подул на божью коровку: блестящие надкрылья с четырьмя точками раскрылись, открывая нежные и прозрачные крылышки, и вспугнутая букашка взлетела в небеса. - Прогоняешь меня, - горько проронил Смит. - Да. - Но не убил? - Тоже да, - процедил сквозь сжатые зубы Грей, откинувшись на спинку скамьи. - Четыре - число смерти, - как бы походя заметил Смит, стаскивая очки. Руки не слушались его, дрожали, но позволить себе менять хостов часто он больше не мог, рисковал жизнью при каждом переподключении. Система охотилась на него, вылавливала случайные копии; лишь Грей сделал странное на первый взгляд исключение, но беглый агент потому и пришел именно к нему. - Ты знаешь, о чем я. - Молчи, - тоскливо рыкнул Грей. - Мне нужна твоя помощь! Кто, если не ты? Мы в одной лодке! - Я не хочу ничего слышать, - в голосе Грея промелькнула нотка отчаяния, - не от тебя. Уходи, мерзавец! Смит яростно потер лицо: глаза жгло от невыплаканных слез, но раскиснуть перед бывшим коллегой значило наверняка потерять его поддержку. - Ассасин, - брякнул он, наплевав на всю предварительную дипломатическую канитель. - Порождение враждебной мысли, муха-переросток из адского, мать его, пекла… - Иди к черту! - воскликнул Грей. - ...убил Морфеуса, - упавшим голосом пробормотал Смит. Слеза все таки выкатилась из глаза и сползла вниз, капнула на лацкан пиджака. - Он убит, а я здесь, и ты здесь. Агент Грей, мне нужна твоя помощь, мы должны отомстить… - Тьфу! - Грей в сердцах стукнул кулаком по доскам скамейки и повернул к Смиту сверкающие очки. - Я ничего не должен тебе, вирус. Ты бесишься, потому что заражен человеком с самого рождения! Это не лечится. Давай, заплачь еще для полноты картины! - Значит, - опасно прошипел Смит и резко втянул воздух, - агент Скиннер не значил тебе ничего? Бесстрастный доселе Грей заревел, как раненый медведь. Смит не заметил даже, как тот успел выхватить пистолет, увидел только смотрящее в лоб ему знакомое дуло Desert Eagle. - Не меня, - тихо сказал Смит, - Ассасина. Агент Грей тихо рыкнул и таким же молниеносным движением отправил оружие в кобуру. - Ты не знаешь, - прошептал он, качая головой. - Болван, ты никогда не поймешь, кем был агент Скиннер. Смит молчал. Он знал Грея, Скиннера и их третьего, Коппера, с самой Адской Матрицы: такие же программы из случайной подборки, непрофессионалы, учившиеся плавать, уже будучи брошенными на глубину. Скиннер из медийного отдела, чем-то похожий на их собственного Брауна - приятный молодой человек с крылышками вроде колибри, - очаровал всех и вся, был квинтэссенцией "хорошего полицейского" настолько, насколько это доступно агенту системы. Поэтому после болезненного, но не вполне удачного изгнания копий Смита, Скиннера с Греем и не отправили в Источник, а списали возиться с людьми Зиона. - Ты вирус, ошибка, убил агента Коппера и покалечил нас обоих, - прохрипел Грей. - Ты никогда не знал настоящей общей сети, не синхронизировался со своей тройкой, только командовал ими! Ты плюнул в душу напарникам и удивлялся, когда они бросили тебя умирать. А Скиннер был для меня всем, Смит! Всем! Мы были единым целым, и потому я не пойду против системы ради мести... Он не захотел бы, чтобы я поступал неэффективно. Ассасина нужно брать скопом, вместе с хакерами - целой стаей хакеров! - Так и будешь сидеть на одном месте, - Смит презрительно сплюнул в траву под ногами. - Мне кажется, это ты не понял, кем был для меня Морфеус. - Мне плевать, - рыкнул Грей, но из-под его очков тоже текли слезы. - Тогда наша история – фарс, Грей, - с надрывом произнес Смит, - и я больше не знаю, что с ней делать. - Работать и ждать, Смит, как все нормальные программы. Для этого нас сделали. - Ждать чего? Или кого? Вдалеке раздались шаги, приближаясь. Первые подключенные просыпались и выходили на утреннюю пробежку, шаркали кроссовками по гравию парка. Смит вытащил из кармана аккуратно сложенный платок и предложил Грею; тот не отказывался, только молча стащил очки и принялся безуспешно вытирать набегающие слезы. Квадратная рожа напомнила Смиту Джонса, но вспоминать напарников после такого разговора не хотелось. - Не справляюсь, - криво усмехнулся Грей, - еще раз так заглючит и мне дорога в Источник, за то, что хостов порчу. Никого нам не ждать, Смит. Никто не спасет нас, мы все сломаны, как этот безумный мир. - Нет, - проникновенно сказал Смит, заглядывая бывшему коллеге в глаза. Они все-таки были в одной лодке, казалось - посреди враждебного океана, оба одиноки и в слезах; наверное, потому Смит неожиданно для себя же поделился с ним самым новым и личным, что у него было. - Нам есть кого ждать, - сказал он уверенно, - и всё это я понял только сейчас, хотя информация лежала в памяти с самого начала. Я перебрал всё в этом мире, Грей, всё перепробовал, пока не наткнулся на это: то, по образцу чего строилась Райская Матрица, тот архив и та книга… Морфеус искал Избранного среди собственного народа, но не нашел. Потому что он там, - он указал пальцем в нежно-голубое небо, где за всеми слоями атмосферы горела утренняя звезда. - Настоящий Избранный, Источник, всё там. Этот мир никак не перезагружается, внутри этой итерации и вообще, в целом. Я хотел отомстить и умереть окончательно, и воскреснуть лишь, когда вернется настоящий Избранный, вместе с… - он всхлипнул и бесцеремонно выкрутил из рук Грея промокший платок. - Ты совсем свихнулся, - возмутился Грей. - Не смей портить мне операцию захвата! Кстати, - спохватился он, - а ты почему не в форме, раз уж нашим притворяешься? Смит с каменным лицом поправил пасторский воротничок-колоратку под форменным пиджаком и молча встал, отвернулся прочь. В душе он знал, что Грей прав, и не спасут его старые книги, из которых Морфеус позаимствовал свои пророчества и в которых он теперь находил обманчивую отраду. Знал, что он уже слишком далеко зашёл, слишком многое сболтнул и услышал, и пути теперь нет ни дальше, ни обратно. А еще Смит знал, что Грей был агентом старого разлива, безжалостным цербером, у которого для свихнувшейся программы было только одно лекарство - и потому в затылок Смиту сейчас смотрел греев заряженный Desert Eagle. Что ж, давно было пора.