Что-то ещё?

— Только не говори, что ты серьезно, — отчеканила Анастасия, подозрительно смотря на профессора.       Северус Снейп прекратил расставлять ингредиенты на полках и резко повернулся к крестнице. На лице его промелькнуло недоверие. — Ты меня правильно поняла, — холодно и отстранённо проговорил профессор, переживая, что их разговор может кто-то подслушать. В пару шагов он преодолел расстояние между собой и дверьми, проверяя их, были ли они хорошо заперты.       О’Доннелл закатила глаза и поспешила удалиться из кабинета профессора зельеварения.       В коридоре, облокотившись на каменную стенку, лениво стояли Поттер и Паркинсон, ожидая подругу. При виде Таи Паркинсон издала вздох облегчения и машинально пригладила свои волосы. — Ну наконец-то, — фыркнула подруга, отстраняясь от холодной стены. — Не зная, что Снейп твой крёстный, я бы подумала, что он тебя пытает. — Мне даже это не мешает так думать, — отстранённо пробормотал Гарри, за что сразу же был награждён легким ударом в бок от прибежавшей слизеринки. — Что он тебе говорил? — Паркинсон не обратила внимания на реплику гриффиндорца. — Семейные дела, — кашлянула Анастасия, явно давая понять, что она не будет говорить на эту тему. Ну уж точно не в коридоре, который кишит первокурсниками. — А где остальные? — Побежали на обед, — фыркнул Гарри. — Оу, — вздохнула О’Доннелл. Разговаривать с Поттером ей всё ещё было неловко. — Пэнс, ты идёшь? Я что-то не голодна. — Иду, вид лягушачьих лапок на зельеварении усилил мой аппетит, — рассмеялась подруга. — Ладно, — хихикнула Тая. — Я тогда буду в библиотеке, встретимся около теплиц. Гарри, а ты?.. — Мне тоже надо в библиотеку, — промямлил парень, взъерошив волосы рукой.       Паркинсон, тихо рассмеявшись, пожелала им удачи и направилась в большой зал. Парочка, неловко переглянувшись, пошла наверх.       Петляя по коридорам, ребята поняли, что им остался последний лестничный пролёт, но ноги Анастасии решили сыграть с ней злую шутку. На предпоследней ступеньке девочка запнулась и, тихо ойкнув, полетела вниз, размахивая руками. Гарри, натренировав реакцию за два года в квиддиче, схватил слизеринку за руку и потянул на себя. Лестница в этот момент стала отъезжать от нужного им прохода. — Спасибо, — тихо произнесла девочка, сомневаясь, что черноволосый её вообще услышал, слишком задумчивым он выглядел.       С горем пополам, дождавшись, пока ступени вернутся в прошлое положения, друзья перешагнули порог библиотеки. Сразу же повеяло уютом, запах книг ударил в нос. О’Доннелл пошла к дальнему стеллажу, где находилась нужная книга по зельеварению для Снейпа. Поттер машинально последовал за ней, пребывая в своих мыслях.       Они присели за дальний столик около окна. Тая стала увлечённо листать учебник, но мысли были забиты совсем не рецептами зелий. Незаметно подняв взгляд, она заметила, что гриффиндорец не взял себе книгу, а просто смотрел в окно, словно собираясь с мыслями. Анастасия, захлопнув книгу, решила затронуть щекотливую тему. — Гарри, — она сложила ладони на столе. — Нам стоит об этом поговорить. Это не может так дальше продолжаться. Мне уже страшно от того, что мы не можем сказать друг другу два слова. — Да, — кивнул Поттер. — Я тоже об этом думал.       Тая ожидающе уставилась на друга, ибо ей нечего говорить, не она тянулась поцеловаться. Но всё равно в её душе слишком уж были натянуты струны. Она боялась следующих слов, понимая, что они могут изменить её жизнь. Гарри прокашлялся, подбирая слова. — Ты же понимаешь, что… — гриффиндорец замолчал, нервно оттягивая галстук. У слизеринки перехватило дыхание, взгляд забегал, а желание первой выкрикнуть те слова понемногу завладевал разумом. — Что это ничего не значило.       «Что?..» — девушка внутри уже была готова расплакаться, лёжа в своей теплой кровати. Внешне же она не подала виду, ожидая продолжение от Поттера. — Ну знаешь, как это бывает, — нервно рассмеялся парень. — Без этого тот момент был бы неуместен. Такое ощущение, что он должен был случиться. Я не владел собой. — Неуместен, — повторила шепотом Тая, чувствуя, как внутри пустело, а слёзы вязким комком стали посреди горла. — Не владел. — Извини, — Гарри накрыл своей ладонью руки Анастасии, та вздрогнула от неожиданности. — Не извиняйся, — лишь бы не чувствовать лишний раз тепло его тела, она убрала руки под стол, нервно перебирая мантию и напряжённо улыбаясь. — Я пойду, — пробормотал Поттер, вставая из-за стола. — Всё хорошо? — Конечно, — слабо улыбнулась О’Доннелл, хотя внутри уже давно всё рухнуло.       Парень кивнул своим мыслям и поспешил скрыться за стеллажами. Девушка, убедившись, что Гарри ушёл достаточно далеко и что рядом больше никого не было, уткнулась лицом в ладони и дала волю эмоциям.       Обида? Возможно. Непонимание? Точно. Ведь Гарри всегда относился к ней по-особенному. С некой теплотой. «Я придавала этому сильное значение», - всхлипнула слизеринка. Все её друзья и знакомые удаляли ей достаточно внимания, но девушка всё равно чувствовала себя одинокой. Она не была из тех, кто придумывает счастливую жизнь с тем, кто уделил хоть какое-то время тебе. Но с Поттером она чувствовала себя по-другому.       Драко хоть и был рядом круглосуточно, но он не мог сравниться с храбрым и мягкотелым Гарри. Её Гарри. Который был с ней наедине, не боясь показывать эмоции, не боясь, что его осудят.       Внезапно, кто-то убрал её руки с лица и провёл нежно пальцами по щекам. Из-за пелены на глазах ей трудно было рассмотреть в расплывающейся фигуре хоть кого-то. — Дурочка, — раздался теплый, насмешливый голос. Тая проморгалась и увидела того, о ком грезила последние несколько месяцев.       Поттер застенчиво наклонился к подруге и, не убирая рук с лица, притянул её к себе, оставляя на губах легкое, почти невесомое прикосновение. Это было сродни тысячи огням, которые согрели её хрупкое сердце, которое почти заледенело. — Ты же ушёл, — всхлипнула Анастасия, не понимая действий гриффиндорца. — Да, — усмехнулся Гарри. — Но передумал.       Парень действительно хотел уйти. Он не хотел, чтобы Анастасия страдала из-за него, как прошедшие годы. Не хотел её пугать своими домыслами, что он, возможно, в неё влюбился.       Но его что-то удерживало, притягивало. И это что-то сидело сейчас с красными глазами, зелёным галстуком набекрень и в его объятиях. Внезапно он понял, что не хочет терять девушку. Гарри усмехнулся в плечо Анастасии. — Что? — она отстранилась, нахмурив брови. — Ничего, — Поттер выпрямился. — Просто ты мне нравишься, — он протянул ей руку с оттопыренным мизинцем в знак примирения. Тая смущенно повторила жест, и они скрепили пальцы. — И что мы будем делать? — О’Доннелл заправила волосы за уши и смущенно улыбнулась. — Давай так, — нахмурился Гарри. — Мы не будем спешить и будем смотреть, куда всё будет двигаться. — А что с остальными? — Скажем, что поговорили и решили оставить всё как есть, — пожал плечами парень. — Блейз меня убьёт, — рассмеялась Тая, прикрывая рот ладошкой.

***

— Нееет! — взвыл Забини, уткнувшись лицом в подушку. — Блейз, не вой, — поморщился Тео, который склонился за столом над дополнительным заданием по травологии. — Анастасия! — Блейз пропустил реплику Нотта мимо ушей, подскочил с кровати и ткнул в подругу указательным пальцем. Тая, сидевшая на кровати Малфоя, вопросительно подняла бровь. — Блейз, мы уже всё решили, — вздохнула О’Доннелл. — Нет! — повторил парень. — Да! — крикнул Тео из-за стола, закрывая уши руками. — Нет, нет, нет! — протараторил мулат. — У вас не должно всё так закончиться! Вы должны состариться и умереть, держась за руки на круизном лайнере, уходящим за горизонт!       Драко, который лежал на ногах у сестры, не сдержался и засмеялся во всю силу. Тая тоже захихикала, прикрывая рот ладонью. — Забини, — еле вымолвил Драко. — Я сейчас умру от смеха! — парень вытер слёзы. — Ты когда успел такую речь придумать?       Слизеринец махнул рукой и вылетел из комнаты в гостиную факультета. Ребята переглянулись и опять засмеялись. Тео вернулся к книгам, а Драко начал что-то увлечённо рассказывать сестре, опять устраиваясь на её ногах.

***

      После отбоя в гостиной Слизерина народу было не много. Старшекурсники судорожно дописывали конспект по истории магии в углу комнаты, а третий курс развалился на диване. Тая улеглась на колени Забини, а тот лениво перебирал её волосы. Паркинсон, сидящая около камина на полу, кидала в Малфоя бумажки, чтобы тот не засыпал. — Паркинсон, — прорычал Драко, возвращая все клочки бумаги отправительнице. — Не спи, — протянула она. — Как вам новый преподаватель по ЗОТИ? — Честно? — зевнул Драко. — Не очень. Локонс был интереснее. — Ты издеваешься? — Анастасия подорвалась с ног Забини. Блейз недовольно замычал, ибо девушка разрушила причёску, которую он пытался сотворить минут двадцать. — Этот напыщенный индюк говорил только о себе. — Ладно, молчу, — Малфой поднял руки в знак капитуляции. — Посмотрим, что будет завтра. Я спать, — Драко лениво поплёлся в комнату мальчиков. — Я тоже пойду, — Блейз стряхнул с брюк невидимую пыль и скрылся за дверью. — Нам тоже уже пора, — Пэнси забросила все клочки бумаги в камин и встала. — Ты идёшь? — Нет, я ещё посижу, — Анастасия приняла сидячее положение. Паркинсон молча кивнула, не задавая лишних вопросов.       Спустя час в гостиной осталась только О’Доннелл. Она лениво потянулась и, оглядываясь, направилась к выходу из подземелий.       «Неужели я на это согласилась?» — выдохнула Тая, пробираясь по темному коридору. Она водила ладонью по холодной стене замка, двигаясь вперёд в темноту. Вдали послышались шаги завхоза Филча, и слизеринка быстро спряталась за угол. Страх сковал все внутренности, и она боялась даже сделать глубокий вздох. Прислушиваясь, Аргус удалился в другое крыло, а О’Доннелл выдохнула весь воздух, который скопился у неё в легких.       Приближаясь к большому залу, она увидела темный силуэт, направляющийся к выходу из школы. Тая кивнула своим мыслям и зашагала за человеком.       Выскользнув на улицу, она вдохнула ночной осенний воздух. Легкие защипало от легкого мороза. Вглядываясь в темноту, она зашагала к запретному лесу, вспоминая прошлый год. — Ну же, — прошептала она. — Где ты?       Под её ногами предательски треснула ветка и Анастасия рванула к ближайшему дереву. «Для слежки я не гожусь», - внутренне взвыла девушка, мысленно ударяя себя по лбу. Лесную поляну освещал лунный свет. Подняв голову наверх, Тая заметила, что сегодня полнолуние. «Странно, — пронеслось у неё в голове. — Почему Снейп сам не мог проследить за Люпином?».       В хижине Хагрида погас свет и стало чуть темнее. Вглядываясь в темноту запретного леса, у Таи внутри всё сжалось. Если бы только друзья были с ней… Сбоку послышался странный звук, и, подумав, что это комар, слизеринка махнула рукой. Вместо того, чтобы рассечь воздух, её рука наткнулась на что-то мокрое. Поёжившись, она повернула голову и увидела свирепое животное, весьма напоминающее волка. Она попятилась назад, упираясь спиной в дерево. — Ну вот и всё, — выдохнула О’Доннелл и зажмурилась.       Зверь медленно подступал к ней и в один миг внутри леса раздался вой. Оборотень и Тая одновременно повернули головы на звук. Вой повторился. Волк, словно забыв о своей жертве, побежал вглубь леса. Ни секунды не раздумывая, слизеринка рванула к замку. — Северус! — девушка агрессивно стучала в дверь своего крёстного отца. — Открой!

***

— Стой, подожди, — Гарри устало потёр виски, переводя взгляд на трясущуюся девочку в углу коридора. — Что ты увидела? — Поттер, — истерично выдохнула Анастасия, вытирая мокрые щёки. — Люпин — оборотень! — Тише, не кричи! — Гарри кинулся к О’Доннелл, закрывая ей рот ладонью. — Не затыкай меня! — девушка сбросила руку гриффиндорца и встала с пола, отряхивая штаны от пыли. — У нас в школе обитает оборотень! Почему Дамблдор взял его на работу?!       Гарри пожал плечами, хотел что-то сказать в оправдание, ведь профессор Люпин ему очень понравился, но вздрогнул от голоса Полной Дамы. — Мальчик мой, — сказала женщина, перекрывая рот ладонью из-за очередного зевка. — Я тебя и так выпустила ночью, что уже не по правилам, так что пора возвращаться в постель.       Буквально минут десять назад его разбудили близнецы Уизли с криками, что слизеринка ломится в их гостиную. Если бы Фред и Джордж не доделывали своё изобретение, то Полная Дама бы прогнала девушку и сразу же пожаловалась её декану. — Дайте нам минуту, — Поттер повернулся к своей девушке. — А если тебе показалось? — В каком смысле? — резко спросила Тая. — В самом прямом, — закатил глаза ученик. — Ты же сказала, что потеряла его из виду, а потом уже наткнулась на оборотня. Ты не думала о том, что профессор пошёл в лес за какими-нибудь ингредиентами? — Зачем профессору ЗОТИ ходить в лес за травками? — в голосе слизеринки проскользнуло недоверие, и она уставилась нахмуренным взглядом прямо в глаза парня. — Снейп же просил тебя проследить за Люпином, — искал догадки Гарри. — Может быть Северус попросил его сорвать какие-нибудь травы для зелья, зная, какие существа обитают в лесу. — А я ему зачем?! — взвизгнула О’Доннелл. — А что тебе сказал сам Снейп? — фыркнул Поттер, зарываясь рукой в волосы. — Он меня напоил чаем, успокоил, сказал, что показалось, — всхлипнула Тая, отворачиваясь к окну, агрессивно вытирая слезы с покрасневших щёк. — Ну вот видишь, — гриффиндорец обвил руками талию девушки и оставил легкое прикосновение губами на её затылке, попутно втягивая запах шампуня с кокосом.

***

      Драко, Пэнси, Блейз и Анастасия стояли возле стола гриффиндорцев и ждали своих друзей. Рон не мог понять, почему в расписании Гермионы было по десять уроков в день, ибо это столько в учебное время не умещается. Уизли объяснял девушке, что та просто не сможет быть на трех уроках одновременно, а Грейнджер рассеяно отмахивалась от друга.       В это время в Большой зал вошел Хагрид. На нем была кротовая шуба, в огромной ручище он держал за хвост дохлого хорька и рассеянно им помахивал. — Привет! — помедлил он у стола гриффиндорцев. Слизеринцы кивнули великану и немного отошли от золотой троицы. — Вы мои первые в жизни ученики. Сразу после обеда. Я сегодня, это, как его… с пяти утра на ногах… Готовлюсь к уроку… Волнуюсь, конечно… Учитель!.. Нет, честно…       Большой зал быстро пустел, ученики спешили на первый урок. Рон посмотрел в расписание. — Надо спешить. Прорицание на самом верху Северной башни. Туда идти минут десять, не меньше.       Все согласно закивали и пошли к выходу. Анастасия оставалась на месте с шоком на лице. — Я вам говорила это раз двадцать, но когда сказал это Уизли, то вы сразу восприняли его всерьёз! — крикнула она вдогонку. — Но мы ничего не говорили, — Фред повернулся к О’Доннелл. — Фред, она не про нас, — хихикнул Джордж, спокойно допивая чай. Тая нахмурилась, продумывая язвительный ответ, чтобы они не вклинивались в чужие разговоры. Тем временем, друзья уже исчезли в коридорах школы. — О’Доннелл, ты будешь в этом году пробоваться на вратаря? — поспешил сменить тему Джордж.       Девушка вздохнула, опустилась на лавочку рядом с Фредом и отпила чай из его бокала. — Больная тема, да? — смягчился Фред, поглаживая по плечу подругу брата. — Да, — обречённо проговорила Анастасия, возвращая чай владельцу. — Я просто боюсь, что опять опозорюсь, и надо мной будут опять смеяться! — Да ладно тебе, — успокаивал слизеринку Джордж. — Ты бы знала, сколько мы позорились, пробуясь в команду.       Фред утвердительно кивнул. — У тебя всё получится, главное не сдаваться.       О’Доннелл мягко улыбнулась и заключила Фреда в тёплые объятия. — Эй, а я? — надулся Джордж.       Тая с Фредом рассмеялись. Вставая из-за стола, девушка дала «пять» близнецам и побежала на прорицание.       О’Доннелл догнала своих друзей на лестнице. Рон тяжело дышал, а Малфой схватил за руку Забини, чтобы не упасть. — Наверное, есть более короткий путь, — задыхаясь, проговорил Рон на площадке восьмого этажа.       На одной из стен висел большой холст, на котором ничего не было, кроме зеленого луга без всяких признаков жизни. — Наверное, нам сюда, — махнула рукой Гермиона в сторону коридора, идущего вправо. — Вряд ли, — возразила Пэнси. — Он ведет к Южной башне. Видишь, из этого окна видна часть озера…       Гарри с любопытством рассматривал полотно с лугом. Справа появился толстенький серый в яблоках пони, мирно пощипывающий траву. Следом за пони вышел упитанный коротышка, бряцая рыцарскими доспехами. Он, как видно, только что упал со своего пони — из бронированных наколенников торчали зеленые травинки. — Эй! — закричал он, увидев друзей. — Как смеете вы, подлые людишки, вторгаться в мои владения? Пришли поглазеть, как я упал? Прочь отсюда, негодяи! Бешеные псы!       Ребята с изумлением глядели, как крошечный рыцарь, обнажив меч, стал яростно им потрясать. Но меч был слишком велик, рыцарь замахнулся, не рассчитав силы, потерял равновесие и упал ничком на траву. — Вы не сильно ушиблись? — спросил Гарри, подойдя ближе к картине. — Пошел отсюда, подлый трус! Жалкий проходимец! — Да как ты смеешь, — возмутилась Тая, прожигая взглядом картину.       Крошка рыцарь поднялся на ноги, схватил рукоять меча, дернул, но меч глубоко ушел в землю и, как он ни тянул, не поддавался. Рыцарь опять плюхнулся на траву, поднял забрало и отер с лица пот. — Послушайте, — воспользовался Гарри передышкой в борьбе с мечом. — Мы ищем Северную башню. Может, вы знаете, как туда пройти? — Вы сбились с пути! — Гнев рыцаря как рукой сняло. Он вскочил на ноги, клацнув доспехами. — Следуйте за мной, друзья! Мы достигнем цели или геройски погибнем в схватке с врагом! — еще раз безуспешно дернул меч, попытался влезть на толстяка–пони — не смог, но это не остудило его пыл. — Тогда пешком, сэры и прекрасные леди! За мной!       И он помчался, бряцая доспехами, к левому краю полотна. Друзья сорвались с места, следуя за удаляющимся лязгом. Иногда рыцарь появлялся, вбежав в очередную картину, и опять исчезал, слышался только шум его доспехов. — Крепите дух пред тяжким испытанием! — крикнул на высокой ноте рыцарь.       Шумно отдуваясь, однокурсники побежали вверх по крутой спирали ступенек и наконец услышали над головой многочисленные голоса — значит, кабинет прорицаний где-то совсем рядом. — Прощайте, друзья! — крикнул рыцарь, ныряя головой в картину со зловещего вида монахами. — Прощайте, мои соратники! Если когда-нибудь вам понадобится благородное сердце и стальные мускулы, кликните сэра Кэдогана! — Кликнем, — сказал Рон, едва рыцарь пропал из виду. — Когда понадобится сумасшедший.       Гермиона тихонько ударила Уизли по затылку, одаривая взглядом, полным укоризны . Друзья засмеялись. — Рональд, имей совесть! Он нам помог.       Еще несколько ступеней, и они очутились на тесной площадке, где столпился весь класс. На площадку не выходила ни одна дверь. Блейз толкнул Таю и указал на потолок — там была круглая дверца люка с бронзовой табличкой. — «Сивилла Трелони, профессор прорицания», — прочитала Тая. — Как же мы туда попадем?       И точно в ответ на её недоуменный вопрос, дверца люка внезапно открылась и прямо к ногам О’Доннелл опустилась серебристая веревочная лестница. Класс в изумлении притих. — Только после тебя, — улыбнулся Драко.       Пока сестра с братом спорили, кто первым полезет, Гарри вздохнул и полез первый. Он очутился в очень странном классе. Скорее это был не класс, а что–то среднее между мансардой и старомодной чайной. В комнате, погруженной в красноватый полумрак, теснились примерно двадцать круглых столиков в окружении обитых пестрой тканью кресел и мягких пуфиков. Шторы на окнах задернуты, многочисленные лампы задрапированы темно-красным шелком. Было очень тепло и душно, в камине под заставленной странными вещицами каминной полкой горел огонь, издавая тяжелый дурманящий аромат. На огне закипал большой медный чайник. Круглые стены опоясаны полками. Чего только на них не было: запыленные птичьи перья, огарки свечей, пухлые колоды потрепанных карт, бесчисленные магические кристаллы и полчища чайных чашек.       За Гарри из люка показался Драко, скоро к ним присоединился весь класс, говоривший почему-то шепотом. — Где она? — спросил Блейз, отряхивая мантию.       Откуда-то из полумрака раздался приглушенный, почти неземной голос: — Добро пожаловать. Как приятно видеть вас наконец в вашем физическом облике.       Ребятам сначала показалось, что в свете камина появилась большая блестящая стрекоза. Профессор Трелони была очень худая, толстые стекла очков многократно увеличивали и без того огромные глаза, на плечах в серебряных блестках шаль. С тонкой шеи свисают бесчисленные цепочки и ожерелья, пальцы и запястья украшены перстнями и браслетами. — Садитесь, деточки, садитесь, — профессор приглашала учеников, как дорогих гостей.       Толкаясь, стали рассаживаться: кто в кресло, кто на пуф. Гарри, Рон и Гермиона сели вокруг одного стола. Слизеринцы заняли соседний стол. — Приветствую вас на уроке прорицания, — сама Трелони села в широкое кресло возле камина. — Меня зовут профессор Трелони. Скорее всего, Вы до сих пор еще меня не видели. Я редко покидаю свою башню. Суета и суматоха школьной жизни затуманивают мое внутреннее око.

***

      Друзья молча спустились по винтовой лестнице и поспешили на урок трансфигурации профессора МакГонагалл. Они долго искали ее класс и не опоздали только потому, что Трелони отпустила их раньше. Гарри выбрал место в самом конце класса и все равно чувствовал, как будто на него направлены огни рампы — то и дело ловил на себе чей-нибудь взгляд. Тая, сидевшая рядом, под партой взяла своего парня за руку, оказывая поддержку. Надо же было на первом занятии узнать, что в скором времени умрешь. О’Доннелл всего лишь сказали: «Ты опоздаешь. А куда и где, это уже решать Вселенной». Она мысленно закатила глаза. Всё такие прорицание — это не её.       Они вдвоём почти не слышали, что профессор МакГонагалл рассказывала про анимагов — волшебников, которые могут по желанию обратиться в зверя. И даже не смотрели, как она превратилась у всех на глазах в полосатого кота со следами от очков вокруг глаз. — Что сегодня такое со всеми вами? — спросила профессор МакГонагалл, приняв под звук легкого хлопка свой обычный облик. — Это, разумеется, неважно, но еще никогда не было, чтобы превращение в кота и обратно не вызвало аплодисментов.       И хотя все взгляды опять обратились к Гарри, класс как в рот воды набрал. МакГонагалл вопросительно посмотрела на Таю. — Дело в том, профессор, что у нас первый урок был прорицание, мы гадали по чаинкам. Ну и… — Ах, вот оно что! Тогда все ясно, — МакГонагалл нахмурилась. — Можете, мисс О’Доннелл, ничего больше не говорить. Так кто же в этом году должен умереть?       Опять молчание. — Я, — наконец сказал Гарри, сжимая руку подруги крепче. — Ну что ж! — МакГонагалл буравила Гарри взглядом. — Так вот знайте, Поттер, Сивилла Трелони с первого дня появления в школе ежегодно предсказывает скорую смерть одному из студентов. Никто, однако, до сих пор не умер. Знакомство с классом она начинает с предзнаменований смерти. Очень это любит. Я никогда не говорю плохо о моих коллегах, — профессор умолкла, и ноздри у нее побелели. Справившись с собой, она продолжала: — Прорицание — самая неточная ветвь магических знаний. Не стану от вас скрывать, я к ней отношусь недостаточно терпимо. Настоящие ясновидцы чрезвычайно редки, и профессор Трелони…       МакГонагалл опять умолкла и затем обратилась к Гарри своим обычным деловым тоном: — Вы прекрасно выглядите, Поттер. Так что не будьте на меня в обиде, если я не освобожу вас от домашнего задания. Но не сомневайтесь, в случае смерти выполнять его не обязательно.       Пэнси с Таей рассмеялись. Гарри стало легче дышать. Не так страшно бояться предсказания чаинок в красноватом свете и дурманящем аромате чайной комнаты. Другое дело — осознанный страх среди бела дня. Но не всех успокоили слова профессора МакГонагалл. Рон сидел как на иголках, а Лаванда вдруг сказала: — Но ведь Невилл все-таки разбил чашку! Как это объяснить?       Урок трансфигурации окончился, и друзья вместе со всей голодной публикой устремились в Большой зал. — Да успокойся ты, Рон. — Гермиона потрепала друга по плечу. — Ты же слышал, что сказала профессор МакГонагалл. — Гарри, — сказал он тихим серьезным голосом, — а тебе не случалось видеть где-нибудь большого черного пса? — Случалось, — кивнул Гарри. — Мы его видели тем вечером, когда приехала Тая и мы убежали от Дурслей.       Слизеринка согласно закивала.       Рон резко остановился посреди коридора. — Наверное, какая-нибудь бродячая собака, — пожала плечами Пэнси. Рон взглянул на нее, как на спятившую. — Паркинсон, — сказал он, — если Гарри видел Грима, это… это очень плохо. Мой дядя Билиус однажды увидел его и спустя сутки умер. — Совпадение, — отмахнулся Забини, пропуская первокурсников. — Вы просто не знаете, о чем говорите, — начал сердиться Рон. — Большинство волшебников умирает от страха, увидев Грима. — Вот-вот. Именно от страха, — задрав нос, проговорила Гермиона. — Грим не предзнаменование смерти, а ее причина. И Гарри сейчас с нами именно потому, что он не такой дурак увидеть черного пса и умереть.       Рон что-то беззвучно прошептал и пошёл вперёд. — По-моему, прорицание — довольно путаный предмет. Нет в нем ясности, — сказала Гермиона, следуя за ним. — Сплошное гадание. — С гримом в той чашке все было ясно, — отстаивал свое Рон. — Но на уроке ты не был так в этом уверен. Сам сказал Гарри: не то бегемот, не то овца, — вскрикнула Гермиона. — Профессор Трелони сказала, что у тебя слабая аура! Просто тебе неприятно, что и ты иногда можешь сморозить глупость.       Последние слова Гермиону явно задели. — Если на уроках прорицания надо притворяться, что видишь в чаинках предзнаменования, так я лучше совсем перестану на них ходить. И никто не будет меня упрекать, что я сморозила глупость. Этот урок — просто чушь по сравнению с моей любимой нумерологией.       Гермиона гордо вскинула голову и зашла в большой зал. Малфой окинул Уизли строгим взглядом и последовал за подругой. Грейнджер и Малфой пошли за стол Слизерина. Гарри закатил глаза, подхватил О’Доннелл под руку, и они направились к своим местам. Забини нахмурился и проводил эту парочку взглядом до стола Гриффиндора. Анастасия присела рядом с Фредом и начала увлечённо с ним разговаривать, а Поттер то и дело оглядывал девушку, пока никто не видит. Только вот он не знал, что Блейз за ними следит. — Вы чего встали, как вкопанные, пошлите, — усмехнулась Паркинсон, обращаясь к Рону и Забини.