when september ends.

Я тебя отвоюю у всех времен, у всех ночей, У всех золотых знамен, у всех мечей, Я ключи закину и псов прогоню с крыльца — Оттого что в земной ночи я вернее пса. (с)

      - Господин! Юный господин!.. Ох, да куда же он снова подевался… * В библиотеке тихо. Сумрачно из-за задёрнутых плотно тяжёлых штор на высоких окнах. Хозяйка дома не любит, когда здесь много света. У небольших столиков горят тёплым светом лампы, выхватывая из сгущающегося полумрака лишь мягкие кресла с высокими спинками, да немного – мягкий ворс дорогого ковра с причудливым узором. Небольшая курильница на одном из столиков окутана завитками дыма от благовоний, который понемногу заполняет библиотеку ароматом сандала. Высокие стеллажи с книгами, массивные, из темного дерева, прячут в себе много тайн. Много путешествий, открытий, рецептов ядов и противоядий, историй древних государств, уже давно канувших в лету… и совсем немного личного, не предназначенного для любопытных чужих глаз. Чимин рвано вздыхает, ладонями упираясь в твёрдые корешки книг, лбом жмётся к ним, вздрагивая от удовольствия на каждом новом сильном толчке. Внутри всё нестерпимо горит. Наслаждение топит в себе так стихийно и бесконтрольно, что хочется сорваться долгими стонами. У Чимина дрожат колени. - Мой юный господин совсем не стоит на ногах, верно? – голос Юнги заполняет его сознание, будто подчиняет себе волю Чимина, на вопрос получается лишь еле слышно захныкать. Юнги шлёпает его по ягодице, а потом руками сжимает бёдра, чуть приподнимая. Входит глубже, заставляя глаза закатиться от такого напора. Становится ещё жарче и так невыносимо приятно. Чимин уже щекой трётся о корешки книг, кусает губы и умоляюще пытается позвать своего телохранителя, который сейчас ведёт себя с ним совсем не так, как положено его статусу. - Ты должен… - голос Чимина срывается, он зажмуривает глаза, потому что член старшего такой горячий и крепкий – рехнуться можно. - Что вы говорите, мой господин? – хрипло уточняет Юнги, не сбавляя темпа и не позволяя перевести дух, двигаясь сильно и почти не выходя из сжимающего его собой внутри Чимина. - Ты… - Чимин хватает губами воздух. – Должен делать так, чтобы… мне было комфортно… а ты… - То есть… вам не комфортно прямо сейчас? Чимин вспыхивает щеками, ушами. Жар стекает по шее на грудь. Ему жутко стыдно за себя. Но опровергнуть слова Юнги он не успевает. Мужчина дёргает его к себе, одной рукой перехватывая поперёк груди, второй – подхватывая ногу под коленом, задирая её и толкаясь снова очень сладко и так глубоко – Чимин не сдерживается и захлёбывается стонами. - Сделаю тебе очень комфортно, мой маленький, - шёпотом в самое ухо обещает Юнги. Чимин дрожит, откидывая голову, упираясь затылком в плечо своего телохранителя. - Так хорошо в тебе, - стонет Юнги негромко. – Так славно брать тебя, когда ты такой жадный до близости и ласки. Ты такой красивый, сердце моё… Чимин едва не рыдает от накатывающих чувств. От того, как физически и эмоционально его буквально распирает всеми приятными ощущениями, так что дышать больно и соображать уже не получается. - Так тебе нравится? – негромко спрашивает Юнги, замирая внутри изнывающего тела своего господина. – Так я достаточно забочусь о тебе? Его горячие губы касаются края уха, и Чимин шепчет лихорадочное: «да, да, вот так хорошо, продолжай. Прошу тебя!». Юнги не смеет ослушаться. * Когда Чимин выходит из дверей библиотеки, слуги уже сбились с ног в его поисках. Удивительно, что никто не подумал о том, чтобы искать молодого господина в небольшом царстве книг. Удивительно, что никто не замечает припухшие губы, растрёпанные волосы и явно впопыхах заправленную рубашку юного хозяина. Хорошо владеть чарами для отвода глаз. Удобно. Чимин спокойно обещает слугам, что скоро явится к матери, которая так хотела его видеть. А потом тянет за собой вышедшего следом из библиотеки Юнги. Они прячутся, словно подростки, в нише за гобеленом с фамильным гербом. Целуются там долго и упоённо. - Ты должен идти, мой хороший, - улыбается ему в губы Юнги. – Твоя матушка очень не любит ждать. Не испытывай её терпение. - Единственное, что я хочу испытывать – тебя в себе, - бормочет Чимин. – Твои руки на мне. Твою близость… - Вы жадный, мой господин, - посмеивается Юнги, с нежностью поглаживая немного горящую щёку. – Я никуда от тебя не денусь, ты это знаешь. Я люблю тебя. А теперь иди и делай свои господские важные дела. Чимин коротко целует его ладонь, прижимается к ней щекой и только после этого убегает. Юнги прячется в их укрытии ещё немного. Внутри всё ещё отдаётся трепетом напоследок прошептанное: - Люблю тебя. Юнги вздыхает, прикрывая глаза. Осталось всего полгода. Полгода, и он украдёт Чимина, увезёт на самый край земли, если понадобится. Они спрячутся ото всего мира и будут жить вместе долго и счастливо, прямо как в сказках. Осталось потерпеть совсем немного. Юнги улыбается уголками губ. Он знает, что Чимин стоит любого ожидания.