Я люблю женщин

      Работать перед универом оказалось все-таки той ещё задачей. После того как смена закончится в пять и домой я доберусь к шести, то спать мне можно всего то два с половиной часа и не минуты больше. Перед работой спать тоже не получается. Это единственное время, которое я могу уделить учёбе. — Блин, Олег, ну почему я не могу работать только по три дня в неделю. Для меня был бы идеальный график, если бы я работала с пятницы по воскресенье, — жаловалась я своему товарищу, который заканчивал уже с последними клиентами и собирался уходить. — Эль, если бы я мог что-то сделать, то сделал бы. Мне самому не выгодно в ночную работать по пятницам и субботам, поэтому я без особой любви отдал бы эти дни тебе. Клиентов в эти дни много и моя девушка всё время бесится, что по выходным не могу нормально уделить ей время.       Я встаю с маленького стульчика и оглядываю людей. Все они какие-то одинаковые. Много блондинок, много расфуфыренных мужиков с дорогими часами на руках, зато дешёвыми ботинками на ногах. Но это уж лучше, чем встретить кого-то. Черт, кажется я только что накаркала и очень по крупному. — Чёрт, Олег, — я пригибаюсь за стойку и хлопаю парня по ноге, — мне нужно уходить. — Что? В смысле? — В прямом, прошу тебя, — я складываю руки вместе, — пожалуйста, умоляю, я заплачу, лишь бы ты меня сегодня заменил. — Эля, я не могу, правда. Я бы тебе помог, но мы с Аней и так в последнее время сильно ссоримся из-за моей работы и я собирался устроить ей сюрприз. — Чёрт, — я легонько бью кулаком об пол. — Вставай давай, — он подаёт мне руку и я нехотя встаю, — кого ты там увидела? — Да так, — я озабоченно оглядываюсь по сторонам и понимаю, что её нет, — показалось, кажется... — Ну вот видишь, а ты паниковала. Ну ладно, я пошёл, пока.       Я успокоилась и принялась за работу. Четверг, так что людей не так много. Удивительно правда, что Кости не было. Обычно он появляется тут каждый день. Ну, по крайней мере, на смены мои он попадался часто. — Девушка, налейте, пожалуйста бокал вина, — слышу я голос. Знакомый бархатистый приятный голос. Мне не показалось. — Красное, белое? — тихо спрашиваю я, наклонив голову,как будто это помогло бы в маскировке. — Эльвира? Ты здесь работаешь? Так вот почему на пары мои такая сонная приходишь, — спокойно говорит Богдана Захаровна.       Я поднимаю на неё свои глаза. Чёрт, от её красоты у меня аж мандраж. На ней чёрное платье чуть выше колен с небольшим декольте. Оно так и просит посмотреть на её красивые ноги. Теперь её красную помаду подчеркивали небольшие стрелки и накрашенные ресницы. Волосы были немного подкручены. В общем, выглядела она просто сногсшибательно. Тем временем я, которая стояла со своим пучком на голове и заношенной чёрной рубашкой, просто суетилась около бутылок с вином. Она так и не уточнила какое. — Ох, чего так замялась то? Это мне должно быть стыдно, что меня застукала студентка в таком месте. — А что не так с этим местом? — Ну, я как-никак взрослая женщина и преподавательница. Не каждый день здесь таких встретишь. — Тогда что Вы здесь делаете, если не секрет? — Ну, — она кивает на небольшую толпу девушек примерно её возраста, — моей подруге исполнилось тридцать и она почему-то решила, что клуб это прекрасное место, чтобы отпраздновать свой День Рождения. Будто не тридцать, а двадцать только исполнилось... — А Вы почему же не с ними? Им похоже весело. — Ну... — она взглянула мне в глаза и я, кажется, даже покраснела. Разговаривать так легко с очень красивой женщиной довольно сложно, — хоть мы с ними и одного возраста, но взгляд на жизнь у нас совсем разный. — А если короче, то Вам с ними просто не интересно? — Быстро схватываешь, Козлова, — улыбается женщина. — Фу, боже, не называйте меня по фамилии, умоляю. Это мне напоминает о временах, когда мы с Вами были в контрах. — Ладно, не буду, Эльвира. — Если можно, то просто Эля. — Нет, ну тебе совсем не угодишь...       Хихикая, я наливаю ей своё любимое красное полусладкое. — Надо же, угадала с вином, — отпивая глоток красной жидкости, говорит Богдана Захаровна, пока я засматриваюсь на то, как она облизывает мокрые от вина губы. Странное чувство. Очень странное. Я начинаю пугать саму себя. Мне не нравятся женщины. Мне не может нравится женщина. Кто угодно, но не Титова. — Ну, просто налила Вам своё любимое... — говорю я и радуюсь, когда на помощь приходит новый клиент. Чёрт, что же делать.       Я надеюсь, что она уйдёт к своим подругам, но она и не собирается меня покидать. Приятно. Приятно и пугающе. Что со мной не так? — До скольки ты работаешь? — спрашивает Богдана Захаровна.       Слишком красивая, слишком манящая, слишком сексуальная. Я либо убьюсь, либо что-то сделаю развратное с этой женщиной и первый вариант меня привлекает намного больше хотя бы потому, что это не принесёт никому вреда. Ну, не считая меня. — Ну, вообще до пяти, но сегодня четверг, людей мало, так что думаю смыться к четырём. — Метро открывается только в пять. Я отвезу тебя.       Я несколько секунд вглядываюсь в её глаза. Зрачки расширены, голова немного повернута набок. Матерь божья, она что флиртует со мной? Её глаза всё больше темнеют, она кусает губу. Пьёт она, а такое чувство, что пьянею я. А её глаза... Я сейчас просто утону в них. — Эй, Богдаш, — какая-то девушка, видно из подруг Богданы Захаровны обнимает её рукой за плечи, — я конечно понимаю, что кадрить молоденькую барменшу интереснее, но у нашей Ленки сегодня День Рождения, имей совесть. — Боже, Света, заткнись, — пряча лицо в ладони, говорит Богдана Захаровна, — это моя студентка. — О, очень приятно, — она протягивает мне свою руку, — я Света. — Эля... — Ну так, что, Богдаш, ты идти собираешься? — Да подойду я, подойду. Иди уже, и так меня опозорила.       Я тихо засмеялась. То, что она так открыто обняла Титову мне не понравилось, но её слова, что Богдана Захаровна меня кадрит, очень даже. Хотя, что было бы, если бы она не подошла? Я бы просто не сдержалась и сделала то, что никогда не решилась бы сделать с другой женщиной. Стоп, нет, я не лесбиянка. Это невозможно. У меня полноценная семья, мне нравились парни. Но эта женщина... Я не могла, не могла... — Прости, я же говорила, что мои подруги со своими тараканами в голове... Так что, как ты смотришь на то, чтобы я тебя подвезла? Такси у нас дорогое, так и зарплату свою не сложно распустить. — Я думаю, это слишком, Вам не зачем что торчать тут четыре часа ради меня, а потом ещё и подвозить. — Вообще-то три часа и двадцать минут, — смотря на телефон, говорит она. — И вообще, Вы выпили, как собираетесь сесть за руль? — Ох, не волнуйся. Я никогда не пьянею, а уж тем более я выпила то всего один бокал вина.       Чёрт, она трезвая флиртовала со мной? Как дурочка начинаю улыбаться. Боже, Эльвира, возьми себя в руки, это замужняя женщина, она не может флиртовать со своей студенткой. — Но всё же, ждать до четырёх часов... — Я буду винить себя, если не отвезу тебя, да и к тому же буду волноваться. Четыре утра, вдруг тебя кто-то возьмёт, да и за лес повезёт. Ну уж нет, Эля, поедешь со мной!       Сопротивление перед этой женщиной бесполезно, да и я не собиралась его оказывать. Хотелось побыть с ней наедине, а не в этом шумном месте, где полно людей. — С кем ты живёшь? – спрашивает Богдана Захаровна.       Я немного удивлена, ибо считаю этот вопрос довольно таки личным, но мне хочется на него ответить,а ещё хочется, чтобы она задавала личные вопросы. — С подругой, она тоже на журфаке учится. — Да? Может я её знаю? — Думаю да, Ковалёва Алла. — О-о-о, эту уж точно попробуй не знать. С первого курса около неё куча парней трётся. Ну мне то всё равно, главное, чтобы мой предмет хотя бы на тройку знала. Вы так непохожи, никогда бы не подумала, что Вы дружите. — Она хоть и выглядит дурочкой, но в беде не бросит. Это уж я точно знаю, мы с ней ещё с садика дружим. — Мило... Не часто такую долгую дружбу сейчас увидишь.       Богдана Захаровна улыбается мне. Я улыбаюсь ей. Смотрю на глаза, потом на губы, которые она почему-то слишком часто кусала сегодня. Хочется... Хочется взять и почувствовать их на себе, кусать их, расцеловывать, гладить, проводить по ним языком. Чёрт боже, о чём я только думаю. — Богдана Захаровна, Вы... — Как-то мне неуютно, когда ты меня так называешь в неформальной обстановке. Если можешь, то давай на ты, но только не заигрывайся, а то сделаешь так в универе - я тебе язык откушу. — Хорошо, — улыбаюсь я, ибо мне всегда хотелось звать её просто по имени. Вот правда, какие-то у нас совсем неформальные отношения строятся. Я бы приревновала, если бы она общалась с кем-то также, как и со мной, — в общем, я хотела сказать... Богдана, ты... очень красивая сегодня, прям глаза сложно оторвать. Боюсь, что из-за этого кому-то вместо сока коньяк налью.       Она снова кусает губу. Богом могу поклясться, если бы не это долбанное количество людей... — От тебя почему-то такие слова слышать намного приятнее, чем от других студентов... — А кто это Вам такие слова говорит? — выпаливаю я похоже слишком резко, потому что Богдана начинает смеяться. — Ну, бывает и такое... Но думаю, что это лишь для того, чтобы подмазаться ко мне. — А я думаю нет. Думаю, что ты красивее не только всех наших преподавателей, но и студенток. — Кхм... — она вглядывается в моё лицо, — ну уж явно не красивее тебя.       Я кривлюсь, а затем начинаю смеяться. А у Титовой тот ещё юмор. — Нет, я серьёзно, не смейся, — говорит Богдана, — даже сейчас, когда ты с обычным пучком на голове и в простой рубашке, то я всё равно считаю тебя невероятно привлекательной.       Моя улыбка медленно сползает. То чувство, когда я несла её на руках, как переживала, когда увидела её в плохом плохом состоянии, и как волновалась, когда она не пришла, то чувство в животе, когда она улыбается и это ощущение, когда она говорит мне такие приятные вещи... Я влюбилась. Влюбилась в женщину, которую ненавидела всем сердцем, а затем полюбила каждой клеточкой собственного тела. У нас не может быть никаких отношений, но что я могу поделать, если меня сводит с ума её томный хищный взгляд... Я никогда не считала себя лесбиянкой, но эта женщина перевернула всю мою жизнь вверх дном.

***

      Мы уже ехали в машине. Я много молчала. Но только потому, что в моей голове накопилось слишком много мыслей и я не могла ничего толком сообразить. Как мне теперь жить с осознанием того, что я влюбилась в собственную преподавательницу. Я ни черта не понимаю. Как я могла так вляпаться? Предыдущие проблемы мне теперь кажутся просто маленькой букашкой, которая не даёт ночью спать из-за своего жужжания. Не могу отвести взгляд от её стройных ног и от груди, которая то и дело беспокойно вздымалась вверх, а потом опускалась со вздохом. — Устала, наверное? — спрашивает Богдана. — Немного... Но ты как всегда меня спасаешь. — Ты тоже не раз меня спасала, раз уж на то пошло. — Ладно тебе, один раз помогла, когда тебе плохо было. — Не только. Когда... когда я узнала, что ты переживала за меня, то мне было это просто, ну, знаешь, необходимо. Иногда бывают такие периоды, что тебе кажется, будто ничего не стоишь и никому не нужен, а потом появляется маленький лучик света, который там сидит и переживает за тебя, — я вижу на её лице улыбку, — ну... приехали.       Я расстегиваю ремень. Расстегиваю это громко сказано, ибо у меня это не получается. Я дёргаю его раза четыре, но из этого ничего не выходит. Богдана нагибается чтобы помочь. Ремень сразу же отстегивается, но Богдана остаётся в том же положении. Я слышу аромат её сладких духов. Слишком близко. Трудно дышать. Её лицо, губы слишком близко. — Извините, я больше не могу, — быстро выпаливаю я и целую её в губы.       Она отвечает на поцелуй почти сразу. Будто не только знала, что это произойдёт, но и ждала этого. Её помада сладкая на вкус, но меня больше интересуют губы. Губы, которые мягко, нежно и трепетно обволакивают мои. Я обнимаю её за талию, слышу как часто бьётся её сердце. Моё бьётся ещё быстрее, из-за чего у меня ощущение, будто оно сейчас взорвётся на кусочки. Она нежно кусает мою нижнюю губу и отстраняется. Я тут же подрываюсь и выхожу из машины. С трудом, но встаю. Хочется большего, но большего мне не позволено. Я и так перешла черту. — Едь аккуратно, пожалуйста, по пути домой. Спокойной ночи и большое спасибо что подвезла и... за поцелуй тоже спасибо.