Я люблю женщин

— Никуда ты не пойдёшь! — кричала Алла, закрывая проход в ванную собой. — Пойду! — шмыгая носом говорю я. — Эля, у тебя температура тридцать девять, иди марш в постель, я тебе чай горячий с мёдом и лимоном сделаю. — Ну и что? Я таблетку выпью и она пройдёт. — Да у тебя кашель как у туберкулезника, а сопли ручьём льются. Не стыдно так в универ будет пойти? — Алла пользуется случаем, пока я задумываюсь, — давай, иди в кровать, из-за одного дня ничего не случится.       Я цокаю языком и возвращаюсь в постель. Не знаю, как я умудрилась заболеть, если вроде всё было нормально. Наверное, подхватила какой-то лёгкий вирус. В универ я так рвалась идти только по двум причинам: первая — я хотела увидеться с Богданой; вторая — я не хотела, чтобы она подумала, будто я собралась её избегать из-за того поцелуя. Хоть я и всё ещё сомневалась в её трезвости в тот день, но вела машину она на удивление легко и аккуратно. Не знаю что и думать. Почему она ответила на поцелуй? То есть, я, конечно, просто небу благодарна, что она ответила, ибо так я ещё никогда ни с кем не целовалась. И я не только про чувства, которые испытывала в тот момент, а ещё и про то, как же незабываемо целуется эта женщина. Я бы отдала свои две почки, сердце и голову лишь ещё за один поцелуй с ней. — И чего так рвёшься в этот универ? — удивлённо спрашивает Алла, подавая мне кружку с чаем, — у тебя же уже стоят зачёты по всем предметам. — Просто не хочется пропускать из-за потери информации. — Странно от тебя это слышать. Я тоже остаюсь, буду контролировать, чтобы ты не сбежала там получать информацию свою. — Не стоит... — Ещё как стоит, ты сиди пей чай, а я иду за продуктами и таблетками.       Я соглашено киваю и отпиваю глоток горячей жидкости. Ненавижу болеть, это заставляет меня чувствовать себя уязвимой. Я вижу эсэмэс от Антона. <Антон Карпов> : Ты где? [09:20]       Да, кажется я совсем забыла про то, что нужно было бы предупредить Антона о своём отсутствии. Сегодня мы должны были идти в кино... <Эльвира Козлова> : Я заболела, а Аллка вынудила меня остаться дома... [09:21] <Антон Карпов> : Правильно сделала. А историчка то вообще не заметила твоё отсутствие. Я тогда после пар зайду. Тебе что-нибудь взять? [09:21]       Хотела бы я ему сказать, что сейчас хотела взять я, но пусть это для него останется загадкой. <Эльвира Козлова> : Нет, спасибо... Давай телефон убирай, а то историчка тебя сожрёт [09:22]       Я убираю телефон и потягиваюсь. Всё мне не даёт покоя вчерашний день. Я до последнего отрицала мысль, что мне нравится Богдана. Но когда я чуть ли не сгорела от желания поцеловать её, то навряд ли этот театр одного актёра можно было продолжать. Я и так много обманывала саму себя. Но во время поцелуя Богдане не было противно, а я надеюсь, что может быть даже было приятно... Я, конечно, не целуюсь так хорошо, как она, но и умею это дело.       Удивительно, насколько хорошо меня опекала Алла. Наверняка мама перед моим приездом позвонила ей и сказала что-то наподобие того, чтобы Алла за мной приглядывала. Я даже иногда чувствовала, будто со мной не моя подруга детства, а сама мать в молодом обличии. Она оббегала четыре аптеки чтобы найти те таблетки, которые мне были нужны, вечно укладывала спать, пихала по три раза в час горячий чай и приготовила для меня бульон. Благодаря её заботе я уверена, что уже в понедельник смогу прийти в универ как новенькая.       Антон не послушал меня, когда я ему сказала, чтобы он ничего не приносил. Принёс кучу фруктов и какой-то там оздоровительный чай. На какой-то момент мне даже понравилось болеть. А ещё я радовалась, что у меня действительно такие хорошие друзья. Уж лучше найти точно не получится. — Кстати! — говорит Антон, отпивая из кружки кофе, — Титова спрашивала почему ты не пришла. Она единственная, кто заметила твоё отсутствие. — Правда? А что ты ей сказал? Что она ответила? — оживилась я. — Сказал, что ты подхватила простуду. Вот только странно, что она при этом почувствовала какое-то облегчение, — он задумчиво отвёл взгляд. Богдана действительно подумала, что я не пришла из-за вчерашнего, — хотя потом передавала, чтобы ты выздоравливала. — Я что-то совсем ничего не понимаю... — говорит Алла, — это штука какая-то? Вы разве с ней не в контрах? Какие выздоравливай от этой мегеры? — А-а-а, ну... Мы с ней больше не ссоримся, да и в целом она совсем не такая злая как кажется на первый взгляд... — Пиздец, Эля, почему ты мне не рассказала? — А что такого? — я сделала как можно более расслабленный голос, — разве это интересно?  Всего лишь мои отношения с Титовой. — Н-да...

***

      Как я и думала, Алла вылечила меня быстрее, чем любые другие врачи, и в понедельник утром я уже ехала в забитом метро. Странно, что на этой станции зашло так много людей. Даже просунуться невозможно. Но тут я оборачиваюсь и вижу знакомую фигуру. На моём лице тут же появляется улыбка. Теперь мне совсем не хочется спрятаться за какой-то барной стойкой. Хоть мы с Богданой не виделись всего три дня, но я уже успела соскучиться. Я прохожу мимо толпы, наступаю некоторым людям на ноги, которые тихо матерятся себе под нос. Вот надо же было ей пойти в самый дальний угол... — Не ожидала тебя здесь увидеть, — говорю я, когда наконец оказываюсь рядом.       Богдана тут же оборачивается, а на её губах появляется улыбка. Как же я всё таки рада её видеть. — Привет... Колесо машины сдулось, так что я решила поехать на метро. Как твоё здоровье? Антон говорил, что ты подхватила простуду, поэтому я... немного волновалась...       Снова мы находимся в шумном слишком людном месте. Не знаю захочет ли она обсудить тот поцелуй, а может вообще будет делать вид, что ничего не было. — Всё нормально. Благодаря помощи Аллы я быстро выздоровела. — То-то я думаю, почему она тоже в пятницу не пришла.       Чёрт, а я-то думала, что она замечает только мое отсутствие... Хотя может дело в том, что я общаюсь с Аллой и она об этом знает. Надеюсь так, ибо я почему-то в последнее время начала слишком много ощущать чувство ревности. — Ага... Я что-нибудь пропустила? — Нет, мы, в принципе, особо ничего нового не проходили на паре. Но если хочешь, то я могу для тебя индивидуально провести...       В моих глазах на секунду появляется радостный блеск. Мы сможем побыть наедине. Но он быстро угасает после того, как я вспоминаю, что в прошлый раз, когда Богдана уделила мне свое законное свободное время, то перетрудилась и не пришла в универ. — О, нет, не стоит. Спишу конспект у Антона и достаточно. Ещё мне тебя загружать не стоило. — Ты только это, не забывай,что в универе ты со мной на Вы. — О, конечно, Богдана Захаровна. — Почему-то именно с тобой мне не хочется ставить никакие рамки, — задумчиво говорит Богдана, — я в том смысле, что между мной и студентами стоит всегда огромная пропасть, конца которой нет...       Эта женщина... Как же она притягивает меня. Она так и заставляет меня почувствовать себя особенной. Эти её слова... Я не успеваю ничего ответить, потому что слышу как оповещают о нашей станции. — Пойдём, — Богдана берёт меня за руку и тащит из вагона.       Её тёплая ладонь согревает мою - холодную. У меня всегда были проблемы с кровообращением. Её рука такая нежная, а кожа приятная и мягкая, из-за чего совсем не хочется отпускать. На самой станции мы оказались довольно быстро, что заставило меня ненавидеть всё за невозможность подольше держаться за руки с Богданой. Не понимаю наши отношения. Это похоже на дружбу... Но разве друзья целуются? А точнее чувствуют ли друзья при поцелуе то, что чувствовала я, когда целовала Богдану. — Извини... — говорю я, доставая пачку сигарет, пока Богдана оборачивается, — если ты не против, то я покурю? — Кури... — удивлённо отвечает она, — но я бы советовала тебе бросить. Я понимаю, что ты ещё молода и полна сил, но когда-то ты повзрослеешь начнёшь винить себя за то, что угробила собственное здоровье. — Ладно тебе, ты, преувеличиваешь. Когда-то, конечно, брошу. Когда-то, но не сейчас. Курение, оно просто... успокаивает. — Но тебе стоит быть акку... — говорит Богдана, сзади неё на большой скорости едет велосипед, я быстро реагирую и прижимаю её к себе. — А мне кажется, что аккуратнее стоит быть тебе, — я всё ещё держу её за талию и чувствую, как у неё учащается сердцебиение.       Мне с трудом удаётся отпустить её. Я скоро сойду с ума от того, насколько же сложно держать себя в руках тогда, когда очень не хочется.