Розка и Янка: Истории

На дворе стояло начало октября — Янино любимое время года. Деревья уже окрасились в замысловатые красно-оранжево-желтые оттенки, дороги усеяли ковры из опавших листьев самой разной формы, но похолодало ещё не очень сильно, поэтому можно было спокойно ходить в любимой косухе и наслаждаться красотой природы. А уж если совсем холодно станет, Розка всегда поделится своим свитером. Сегодня, возвращаясь из булочной, Яна сделала привычный крюк через небольшой сквер около дома. Дорогу он удлинял незначительно, зато давал возможность насладиться красотой природы. «Приятна мне твоя печальная краса», — вспоминала строки классика Яна, наблюдая, как от ее шагов во все стороны разлетаются опавшие листья, и аккуратно, чтобы не смазать помаду, кусая только что купленную булочку с повидлом. Внезапно её внимание привлёк какой-то рыжий всполох в кустах. «Белка?» — подумала Яна, но тут же отказалась от этой догадки — для белки «всполох» был слишком большим. Подойдя поближе, она поняла, что это кот, красивый, пушистый, огненно-рыжий и с забавным здоровущим розовым носом. Яна медленно протянула к коту руки — тот не испугался и не убежал. Поняв, что животное не агрессивное, она взяла его и потрогала шею — ошейника на коте не оказалось. Однако кот был слишком чистым и вычесанным для уличного, поэтому Яна предположила, что он мог потеряться или сбежать. «Надо принести его домой. Роза разберется, что сделать. Может, листовки какие нарисуем». Одной рукой прижимая к себе и кота, и кулёк с булками, Яна дёрнула ручку никогда не запираемой входной двери их квартиры, и неуверенно сказала: — Роз, иди сюда. Смотри, что я нашла. Через мгновение перед ней предстала Роза. Яна улыбнулась — дома Розка часто надевала свои самые крутые очки в серебристой оправе, словно ободок. Сейчас этот забавный образ дополнял небрежный пучок на голове, черные блестящие лосины и любимый Розин полосатый кардиган, накинутый прямо на лифчик. Сначала Роза улыбнулась Яне в ответ, но, увидев у неё на руках кота, внезапно побледнела и отшатнулась: — Блин, Ян… Вот этого нам вообще не надо… — Ты не любишь кошек? — искренне удивилась Яна. — Да нет… Просто… — всегда словоохотливая Роза отчего-то почти потеряла дар речи. — У меня аллергия на них, блин. Яна от изумления открыла рот — она представить не могла, что Роза вообще может чем-то болеть. — Когда этому пальту с кудрями этажом ниже его мадама приносит своего котейку на передержку, у меня глазёнки нахрен выпадают, такая сильная аллергия. Закидываюсь демидролом, пока ты не видишь, позорище же, — вздохнув, пояснила Роза. — Роз, я… Прости. Я его сейчас верну туда, откуда взяла, — попятилась Яна. — Да ну, нечестно это. Ты ж ему типа дом пообещала, а потом раз — и лишишь его всего, отстой какой-то. Давай я, — она громко шмыгнула носом, — демидрольчика жахну, чтоб не ослепнуть нахрен, и мы с тобой решим, куда его. Кстати, красивый, пипец. На тебя очень похож. Яна невольно зарделась — ну никак не могла она привыкнуть к таким обыденным Розиным комплиментам. Налив себе и коту воды, Роза заглотила сразу две таблетки демидрола и присела на подоконник. Наблюдая, как кот с жадностью пьет чистую водицу из неглубокого блюдца, она покачала головой: — Надо его Игорю Натальевичу отнести. — К…Катамаранову? — ахнула Яна. — Да, К-Катамаранову, блин, — незлобно передразнила Роза, — думала, ты больше не трепещешь перед ним всеми фибрами души после той встречи в подвале. Знаешь, как он кошек любит? Помню, как рассказывал нам об этом на уроках. Приколдес, конечно, лютый, по виду так и не скажешь. Ну чисто собачник, блин! Яна продолжала испуганно глядеть на подругу. — Хватит, короче, киснуть, а то через минут двадцать меня, блин, рубанёт от этого демидрола грёбаного, пойду прямо сейчас кота отнесу. Ты со мной, Янка? — Я… — промямлила Яна. Если честно, ей совсем не хотелось вновь встречать Катамаранова. — Ясно с тобой всё, блин, как обычно ссыпалась в трусы, — махнула рукой Роза. — Сама схожу, а то ты ненароком сознание потеряешь, придётся Игорю Натальевичу тебя скипидарчиком отпаивать, — хохотнула она и, резво спрыгнув с подоконника, подхватила кота на руки и вышла из квартиры. Только через несколько минут до Яны дошло, что Розка потопала на улицу в лифчике напоказ. В этом была вся Роза — душа нараспашку, в прямом и переносном смысле.

***

Благодаря всех аптекарей мира за существование антигистаминных, Роза с котом вошла в вечно открытый подвал и крикнула: — Дядь Игорь, вы тут? Ответом ей стали тяжёлые шаги и непонятное позвякивание. Через мгновение сутулая фигура Катамаранова предстала перед ней. — Как вы, блин, так быстро ходите, а? Пугаете меня вечно! — воскликнула Роза. — П-прости, Розка, — выдавил Игорь и подбоченился. — Чего хотела? — Янка свою кошачью вариацию с улицы притаранила, — протянула она Катамаранову кота, — а у меня аллергия страшенная, помираю от одного кошачьего волоса в радиусе километра от меня, нахрен. Решила вам отдать, помню, как вы кошек любите. Вы уж присмотрите за ним хорошо, ладно? Не потеряйте и не угробьте, а то красивый очень. — Точно, красивый, — шепнул Игорь, забирая у Розы кота. — Он вам под каску подходит, такой же апельсинчик, блин, — улыбнулась та. — Серёгой назову… как одного самого лучшего человека… — тихо, будто сам себе, сказал Катамаранов. — Класс! — одобрила Роза. — Пошла я. Удачи вам с Серёгой! И она, не дожидаясь ответа, побежала вверх по лестнице, ведущей на улицу. Только когда её грудь обдало потоком холодного ветра, она глянула на себя и, рассмеявшись, запахнула кардиган. Как же хорошо, что ей не встретился никто, кроме Катамаранова! Тому-то было плевать, в лифчике она, в скафандре или в мешке из-под картошки, другие же могли подумать, что Роза — вульгарная девка, вон, бабки ларьковские и дворовые уже и так на неё пальцами тыкали да перешептывались. А ведь их сплетни ничего общего с реальностью не имели. Просто Роза часто делала быстрее, чем думала. Одноклассники когда-то подкалывали её за это (и за то, что она частенько криво застегивала кофту) и называли «душа нараспашку». «В прямом и переносном, блин, смысле», — подумала Роза, улыбаясь.