Розка и Янка: Истории

Конечно же, в поддержку дебютного альбома «Багрового Фантомаса», «Красные особые», с помощью спонсоров был организован небольшой, но насыщенный концертный тур. Тридцать городов за тридцать дней — это не так легко, как может показаться, особенно учитывая, что все концерты Роза с Яной отыгрывали полностью «вживую». Как говорила Роза: «По сути, блин, я ору по два часа каждый день. И это ещё не учитывая, какая я, нахрен, по жизни болтливая. Варежка буквально не закрывается!» Первым сольным концертом «Фантомаса» было выступление в ДК родного Катамарановска. Зал вмещал в себя не так много народу — всего шестьсот человек, и учитывая, что культурно-массовые мероприятия в городе случались не так часто, билеты раскупили влёт. Сказать, что Яна и Роза волновались — не сказать ничего. — У нас целая шоу-программа, нахрен! Гробешники, дым и прочая дичь, только бы, блин, всё сработало. Скрестим пальцы на руках и ногах, ю ноу! — прихорашиваясь перед зеркалом в гримёрке, сказала Роза. Её образ тоже был не из простых, под стать реквизиту — они с Янкой ещё раз съездили на барахолку в Нижние Лодки и купили там несколько сумок из серебристого кожзама, которые Яна перешила в топ и шорты для Розы. Дополненный косухой, красными лаковыми сапогами, начёсом с гофре и серебряной фольгой на веках, сценический образ Розы буквально сбивал с ног своей яркостью и необычностью. Сама же Яна выглядела в разы сдержаннее — оделась в привычные кожаные штаны, кожаную же жилетку и футболку с эмблемой группы. Ей не нравилось привлекать к себе слишком много внимания, её это смущало и приносило немало дискомфорта. Зажигательная и уверенная Роза была главной звездой «Багрового Фантомаса», и это устраивало обеих. До выхода на сцену оставались считанные минуты — Яна с Розой, крепко держась за руки, сидели на продавленном диванчике в гримёрной и мысленно готовились к выступлению. Вдруг Роза, широко распахнув глаза, воскликнула: — А что мне делать, если я, блин, текст забуду? — Суй микрофон залу, — пожала плечами Яна. — И то верно, — выдохнула та. Секунду помолчав, она вновь ожила. — А если на каблучищах своих навернусь? — Такое вряд ли случится, Роз, — убрала её выбившуюся из хвоста прядку Яна, — даже не переживай. — Спасибо, — бросила Роза и принялась нервно дёргать ногой. — Чёрт, блин, всё дери! Что-то я волнуюсь, хотя, ты меня, нахрен, знаешь, я вообще не из таких… нервенных, блин. — Роза, — Яна, которая незаметно для неё, да и для себя самой, употребила с пол-литра «Анапки», была спокойна, как удав, — всё будет нормально. — Блин, волнуюсь, капец, — в это время прозвучал звонок, как в театре, и из зала послышались аплодисменты. Роза похлопала себя по коленкам. — Но что делать? Нехрен, блин, делать! Идём писать историю, Янка! Вдарим рок в этой дыре! Поцеловала бы тебя, но у меня слишком сияющие губёшки, ю ноу, блин. — Я тогда сама, — поцеловала её в висок Яна. И они, дав друг другу «пять», вышли на сцену. Конечно, ДК Катамарановска был далёк от «Мэдисон-сквер-гарден» да и от «Лужников» тоже, но Роза с Яной кураж поймали, поэтому отжигали, как могли. Помогли им и спецэффекты, сработавшие на ура — из подвешенных над сценой пенопластовых гробов валились золотые и оранжевые блестки, имитирующие, наверное, лаву, дым-машина работала на всех парах, а звукачи не допустили ни одного свиста микрофона. Почти два часа чистой эйфории, и, отыграв «Я — багровый Фантомас» на бис, группа закончила выступление. Зажав последний аккорд, похожий на звук мотора, Роза откинула гитару за спину и заорала в микрофон: — И для вас сегодня хреначила группа «Багровый Фантомас»! Я — Роза Робот и Янка, она же — Шершняга! — зааплодировала она, а потом подбежала к барабанной установке, чтобы вытащить Яну на поклон. Зал топал и хлопал — похоже, всем всё понравилось. Видя это, Роза почувствовала, как глаза наполняются слезами. — Блин, — шепнула она Яне, — я сейчас разноюсь! Обними меня быстрее! И, спрятав лицо за Яниным плечом, она дала волю эмоциям. За это ей даже не было стыдно — такой успех в жизни Розы случился впервые. А Яна, которая за концерт незаметно для себя (и для Розы) употребила ещё с пол-литра «Анапки», на автомате оттарабанила последние песни, и сейчас еле стояла на ногах, просто блаженно улыбалась, прикрыв глаза. Зрители же, вдоволь нахлопавшись, стали стекаться к сцене с букетами, «Фантомаски» расцепили объятия, и с удовольствием начали принимать цветы. В основном они были нехитрые и однообразные, всякие там гвоздички, но когда перед лицом Розы появился небольшой букет симпатичных полевых цветов, её любимых, она взглянула на дарителя, и онемела. Их ей протягивал… Инженер. Тот самый, которого она называла исключительно «Пальто с кудрями», и который регулярно долбал им по батарее и вызывал милицию. — Вот это встреча на Эльбе! — воскликнула Роза. — Да я… — замялся Инженер. — Меня Особа сюда привела. Она сказала, что у нас, ну… и так немного культурных и... массовых мероприятий, — пожал он плечами. — Вообще, она любит классику, да, но и современную эстраду или как там ваш жанр называется, послушать не против. Ну, и… раз вы женщины... ну, девушки, дамы... да ещё и мои соседки… Не мог же я без цветов. Не прилично это. — Блин, спасибо, охеренно! — от переизбытка чувств обняла Инженера Роза, осыпав его рубашку серебристыми блёстками и кусками фольги. — Просто, нахрен, не ожидала! — И вам спасибо… тоже, — неуверенно помахал ей тот и, поправив вечно съезжающие очки, скрылся в толпе. — Прикол, конечно, лютый! — принимая от других зрителей букеты, крикнула Роза Яне. — Что бы это могло, нахрен, значить? Может, он перестанет нас теперь донимать? — Надеюсь… — протянула Яна. Уже в гримёрке, кинув на диван букеты и завалившись прямо на них, Роза воскликнула: — Я, блин, поняла! Это значит, что мы с тобой творим такое музло, которое трогает, нахрен, вообще всех, даже Пальто с кудрями! Ты прикинь, а? Мы пишем историю, Янка, мы пишем историю! И она, дёрнув за руку с трудом стоящую ровно Яну, утянула её к себе на диван. — Концерт окончен, блёстки не нужны, поэтому… — подняла она тёмные стёкла её очков. — Отмечаем! Яна мягко улыбнулась и поцеловала Розу в губы, но та, вздрогнув, отпрянула: — Ты чё, блин, «Анапку» хреначила втихаря? Пахнешь, как винный магазин на выезде! — Ну… — стыдливо опустила тёмные линзы Яна. — Чуть-чуть… — Ладно, блин, на первый раз прощается. Но второй раз запрещается, ясно тебе? Чтобы никаких, нахрен, мне тут этих, понятно? — погрозила пальцем Роза. — Хорошо, Роз, — промямлила Яна, снимая жилетку. — Тогда всё, — стащила с неё очки Роза и утянула в долгий поцелуй, пахнущий портвейном, помадой и розовым маслом…