Тёплое сердце с одиночеством внутри.

      Изуру довольно быстро сообразил, что проблему надо искать в нём самом, а потом уже разбираться во взаимоотношениях с Нагито и другими близкими ему людьми, хотя таких, можно сказать, у него нет. Говорить бездумно – глупо; говорить с эмоциями – иррационально. Следует изучить себя и свой разум, чтобы дать правильные ответы всем заинтересованным лицам, которые достойны услышать рассуждения Камукуры о том, кем он является. Приняв эту мысль, абсолютный глубоко вздыхает, наслаждаясь горьким воздухом, и разворачивается, направляясь прочь от места, к которому он пришёл, когда был зациклен на переговорах с собой. Как только чёрные оксфорды коснулись своего же следа, ведущего в противоположную сторону, Камукура услышал странный скрежет. Он без сомнений мог сказать, что этот звук не принадлежит человеку или ему подобному существу. Это определённо какой-то... зверёк?       Повернувшись к месту, со стороны которого исходил шум, его рубиновые глаза заприметили маленькое животное. — Хорёк? – тихо спросил Изуру, с подозрением глядя на силуэт.       Он без лишних колебаний подходит ближе к нему, а тот, словно встретив близкого товарища, что-то "зачирикал". — Это ты? Я помню тебя... Окрас, – проговаривал черноволосый, пытаясь понять, каким образом обычная фретка преодолела такое расстояние, а главный вопрос – зачем?       Он осторожно касается его, ощущая на кончиках своих пальцев твёрдую шерсть. Четырёхлапый зверёк цепляется за обнажённую руку Камукуры, оставляя маленькие, но в меру глубокие порезы от когтей. Изуру не возражает, так как его мысли заняты другим. — Ты точно принадлежишь Танаке Гандаму? – спрашивает он у хорька, зная, что ответа никакого не последует, – Глупое, ничтожное существо. Ваше существование отчасти бессмысленно, особенно в наших реалиях.       Красные глаза пересекаются с животными глазками-бусинками, которые не показывают ничего. — Скучно-о-о... – голос Изуру похож на рык, а его лицо хмурится.       Парень осматривает место, где только что находился фуро. Он не мог сидеть там без дела, там определённо есть еда. Хорёк забрался на шею, запутавшись в угольных длинных волосах. Когда Камукура обошёл огромные бетонные плиты, которые лежали там очень странно, как будто их кто-то специально сдвигал, он нашёл небольшие запасы пищи животного, а именно мёртвую маленькую птицу, потерпевшую поражение против агрессивного и голодного хорька, и тушку цыплёнка-бройлера. Последняя была в разодранной упаковке, может, так тащить было легче. Но это дало Изуру понять, что где-то неподалёку есть магазин с едой, довольно свежей едой. Красные глаза вновь устремились на хорька. — Не думал, что скажу это, но ты явно не глупый. Покажи мне, где находится магазин, – приказывает он фуро, ожидая действий от него.       Конечно, зверёк не понял, что от него требуется, но, уловив тон нашедшего, слез с его шеи на землю и стал смотреть. — На что я надеялся? – спросил сам себя Изуру, прижимая руку к лицу.       Но абсолютного недооценивать не стоит, если бы у него что-то не получилось, это был бы не он. Парень подбирает с грязной земли кусок куриного мяса и показывает хорьку, как бы объясняя, чего ему от него надо. Осторожные жесты, показанные меньшему, также сыграли свою роль и до него дошло, что нужно человеку. Камукура заметил более резкие движения зверька и положил его еду обратно, после этого фретка кинулась бежать.

***

      Неторопливо Изуру дошёл до одного из магазина, он находит слегка необычным то, что в Тибе пострадали жилищные помещения, но вывески пунктов продуктов питания сразу привлекали глаз, и внутри было всё намного лучше, чем на улице. Где-то живут люди.       Хорёк забежал вперёд, а черноволосый за ним следом. Еда, лежавшая на полках, была аккуратно положена, а холодильники работали, это заставляло напрячься. Если бы кто-то делал запасы, то он хотя бы снял плакаты с привлекательной рекламой магазина, так как заинтересованные бродяги найдутся везде. Камукура внимательно осмотрел всё, что присутствует в помещении, его взгляд привлёк прилавок, где лежали какие-то продукты. Он подошёл ближе и понял, что это просрочка. — Вот откуда ты забрал, – прошептал абсолютный, замечая, что на этом месте оставались только какие-то сладости и напитки, явно не рацион питания для животного.       "Может, взять пару конфет для Комаэды? Ему всё равно, что есть" – промелькнула шутка в мыслях Камукуры, но смеяться над ней он не хотел. Глубоко вздохнув, он понял, что оставить мотоцикл в ресторане рамэна было ошибкой, но не привлечёт ли он внимание, если приедет на нём? Этот вопрос заставил его усомниться в своих дальнейших действиях. Интуиция кричала ему забирать всё возможное сейчас, а не тянуть время. Абсолютный верит своему разуму, поэтому выбирает самые необходимые продукты и складывает их в пакет, который нашёл у кассы. Он больше не может найти сумки для того, чтобы набрать побольше и нести удобнее. Жадность – плохая штука. Поэтому, взяв определённое количество пищи, он направляется к выходу. Хорёк встал на задние лапы и смотрит на него. — М, – щурит глаза Изуру.       Он возвращается с набитыми руками внутрь и ногой открывает дверцу холодильника с мясом. Фуро быстро запрыгивает и роняет на пол определённые продукты, которые ему понравились, а затем, когда он сам вылез оттуда Камукура убирает ногу. — Сам донесёшь, – сказал парень зверьку и ушёл прочь.       Совесть не гложила за то, что он забрал чью-то еду, забота о самом себе – главный приоритет, остальные не должны волновать тебя, когда ты сам находишься на грани смерти. Это не совсем про Изуру, но оправдать своё эгоистическое поведение никогда не бывает плохо. Тем более, он несёт всё это не только для себя, а ещё и для своего верного Слуги. Аппетит у него хороший, будь он менее скромнее, съедал бы и порцию хозяина, хотя с последней выходкой, кажется, он и не на такое способен.

***

      Пару минут и Камукура уже "дома". Его лицо сразу становится хмурым, когда он замечает Комаэду, прислонившегося к стене. Нагито замечает Изуру и бежит ему помогать. — Почему ты стоишь на видном месте? — А почему ты ушёл? Опять. Давай помогу, – отвлекается он от темы, забирая из рук черноволосого продукты, – Ого..! Где ты столько откопал?       Они заходят внутрь. Хозяин ложит пакет на пол и садится на диван, а верный Слуга роняет всё, хорошо, что на стол. — Блин, чуть себя не уронил... хах... – он раскладывает все предметы на столе, чтобы они не лежали ненадлежащим образом.       Беловолосый плюхается на диван, расслабляясь, и поворачивая голову на абсолютного. — Довожу до твоего сведения, Камукура-кун, что я вышел подышать свежим воздухом. Почему это тебе можно, а мне нет?!       Другой жмурит глаза, его раздражает этот шум. — Потому что я не хожу без дела? Тебе здесь воздуха не хватает? — Не без дела... Как скажешь. — Не наглей, Комаэда, твоё неуважение ко мне вызывает неприятные ощущения в организме. — Оу, звучит потрясающе, ты так не думаешь? Отчаяние на отчаяние даёт надежду. Это как минус на минус в математике, – горько усмехается он. — Что-то ты совсем страх потерял. — Может.       Юноши замолкают. Эта тишина успокаивает нервы обоих. Спустя пару раздумий, Изуру спокойно спрашивает: — Отчаяние на отчаяние? — Угу, – кивает он, беря в руки бутылку молочного продукта, – Как бы это сказать... Мы с тобой стали более открытыми друг к другу, но, тем самым, приобрели некоторую неприязнь. Не находишь? – его монолог прерывается, когда прохладное молоко струится по его горлу. — Не переживай, ты мне всегда был противен. — М... говоришь это после того, что между нами было? Это обижает, – его взгляд становится расстроеным, – Но я не имею права тебя осуждать за это, мне наоборот приятно это замечание. Чувствую себя действительно нужным, ведь без меня было бы всё совсем уныло, м? — Да, определённо.       Кудрявый улыбается и отворачивает голову от него. — Думаю, тебе интересно, чем я занимался? – парень не услышал ответа, но решил рассказать, – Конечно, тебя не было не так долго, но, когда я проснулся, я был очень разозлён тем, что ты просто сбежал от меня, и я съел остатки еды, которая находилась в твоей сумке. Н-но не волнуйся, я всё убрал! — Мда, признание века. — Я пытаюсь тебя развеселить своим глупым поведением, я ничего не ел. — Это действительно глупо. — И я тебя люблю.       Такой бессмысленный разговор не заставил Камукуру лишний раз нервничать, ведь Комаэда склоняет к этому, слишком очевидно. На этот раз Изуру поворачивает голову к Нагито. — Чего ты хочешь? Чтобы я эмоции показал? Ты видишь их не в первый раз, пора привыкнуть и не пытаться из меня их вынуть противными методами.       Голос сероглазого на удивление твёрдый и строгий: — Я хочу, чтобы ты перестал закрываться от меня. Ты ведь держишь свои эмоции..? Выпусти их. Накричи на меня, посмейся, недовольно скорчи лицо. Кто мешает? Я близкий человек, Камукура-кун. Ты дорог мне. Мои попытки соответствуют моей личности, они пустые, но ты не пустой, ты наполнен дополна эмоциями и чувствами, и изредка они выливаются из тебя. Ты не можешь их держать. Наверное, раньше мог? — Моё прошлое – не такое простое, как тебе кажется. — Тогда, чёрт возьми, расскажи мне о нём! Я хочу узнать о тебе всё: как ты родился, учился читать и писать, находил друзей, получил все абсолютные способности и поступил в академию Пика надежды! Я буду слушать часами, днями, неделями и больше, если это потребуется! Я знаю, что у тебя превосходная память, и ты расскажешь мне всё по секундам, и я готов!       Восхитительная и воодушевляющая речь Комаэды поразила Камукуру своей лёгкостью и искренностью. Зависимость Слуги от хозяина немного пугала и вызывала много сомнений по поводу его психического и эмоционального состояния. А серьёзный взгляд придавал нотку уверенности для раскрытия всех тайн, желание рассказать всё как есть своему самому близкому другу росло стремительно и так же стремительно... упало. Изуру Камукура, Абсолютная надежда, не был бы собой, если бы разложил все карты. — Нет, – холодный и чёткий ответ, который не оставляет даже вопросов.       Нагито удивлённо смотрит на него, сглатывая от неожиданного напряжения. Его шок быстро превращается в грусть. Молча, он продолжает поглощать напиток, не смотря в сторону Изуру. Последний же тоже берёт бутылку, но уже обычной воды, бесшумно открывает её и делает один глоток. Этого хватает, горло от разговоров у него явно не пересохло.       Абсолютный решает ответить Слуге больше, чтобы тот успокоился и принял его сущность: — Дело не в тебе. Дело во мне, – его голос сразу же привлекает внимание другого парня, – Чтобы дать тебе точные ответы, я должен полностью понять себя. Слова без смысла будут, если я просто скажу тебе, как чувствую. Это неправильно. Это будет как самодиагностика, когда у тебя просто болит голова от стресса, а ты уже сказал всем, что у тебя рак головного мозга. В моём случае будет иначе. Нечто незамысловатое превратится в настоящий кошмар, которому, может быть, не будет конца, – он вздыхает, – Не хочу нагружать тебя этим.       Опять какое-то время они сидят в полнейшей тишине, это ужасно душит. Нагито не может подобрать слов, чтобы описать своё волнение над словами Изуру. Он понимает, что для работы мыслительных процессов Камукуры не обязательно просто сидеть ровно на месте и ждать, пока он примет решение о себе. Для более верных результатов следует делать какие-то движения, которые помогут вспомнить прошлое и проанализировать состояние на эти ситуации тогда и сейчас. А если это принесёт пользу обоим, то стоит пользоваться возможностью.