Сборник "Перекресток судьбы"

Серое небо тяжелым грузом нависало над головой, а из свинцовых туч уже несколько дней, без продыху лил студеный дождь. Осень на севере была неприятным явлением для тех, кто привык к теплому климату и жил в тех местах, где зима значила, что ночью температура будет чуть ниже обычной летней. Холодно, мокро, неприятно. Но варлока это беспокоило только потому, что в ее костюме пару дней назад начал барахлить регулятор температуры. Особенно это становилось напрягающим, когда ей приходилось несколько часов к ряду лежать на одном месте, затаившись. Бэлла отпустила приклад винтовки и попробовала подвигать онемевшими от холода пальцами. Прогреть бы их с помощью стихии огня, но тогда на мрачно-сером фоне свалки и в почти сумрачном освещении ее станет видно, как блестящее на солнце зеркало. Она спряталась на останках какой-то ржавой башни, откуда хорошо просматривалась большая часть окружения. Удобное место для слежки, для единственного точного выстрела, но не для продолжительного боя. Пробудившаяся вновь прильнула к окуляру Превосходства. Почти в полутра километре от нее копошился в обломках человек в видавшей виды броне. Его лицо было скрыто за маской, но варлок прекрасно знала, кто он. Следы света, что она нашла на могиле отвергнутого принца привели ее сюда. И теперь она не знала что делать. За несколько дней Бэлла так и не решилась приблизиться к нему. И уже навряд ли решиться. Он был уже другим человеком, хоть и с тем же лицом. Для нее, как и для всего мира, он был мертв. В голове лишь ворошился рой мыслей, доставая из памяти старые образы, какие то приятные, но чаще те, что вызывали у нее болезненное, давящее чувство где-то в груди. Зачем она пришла сюда? Присмотреть за ним, чтобы он не попал в беду? Узнать как он? Она не могла найти ответ и, поначалу, не хотела идти сюда, но по какой-то необъяснимой причине ее тянуло в это место. Внезапно Бэлла почувствовал укол раздражения, когда увидела, как молодой Страж неосторожно откинул осколок черепичной крыши в сторону, разнося по свалке громкий стеклянный звук. Беспечность, нежели манера рисковать. В памяти, без ее желания, всплыла старая картина, когда Ульдрен вылез на рожон, прямо под пули, с его типичной ухмылкой, чтобы отвлечь противника на себя и дать шанс ей и Джолиону обойти с фланга. Тогда все обошлось, как и в другие разы. Но не кроме того, когда за игру Ульдрена с госпожой Смертью пришлось расплачиваться ей. Она поняла, что это воспоминание вызывает у нее болезненно гневное чувство и отпрянула от прицела. Капли дождя неприятно барабанили по шлему. Тыльной стороной ладони Бэлла вытерла их с визора, пытаясь, за одно, отогнать непрошеные мысли. — Интересная цель, — знакомый ей голос раздался откуда-то сбоку. Так, словно его обладатель уже долгое время сидел рядом, молчаливо поддерживая варлока в ее одиночном бдении. — Но Превосходство отработает отлично даже на таком расстоянии. Восьмой сидел тут совсем недолго. Он заметил слежку скорее каким-то непонятным внутренним чувством, чем увидел глазами. Охотник знал не так много существ, которые были способный подкрасться к нему вот так. Но сейчас не он был целью. Копошащийся среди остатков былой роскоши человеческого поселения мужчина, казалось, не обращал на них внимания. И Восьмой с неудовольствием отметил возникшую где-то в глубине мысль о том, что это было совершенно тому не свойственно. Не то, чтобы он знал его когда-либо в принципе, но охотник не отрицал того, что в некоторых случаях знать кого-либо было не нужно. Хватало и того, что он знал кем тот когда-то являлся. И эта абсолютная неосторожность могла раньше стоить ему жизни. Или жизни кому-то другому. Говорили, что удача принца основывалась на том, что леди Смерть всегда отворачивалась от удачливого пробудившегося ровно настолько, чтобы тот успел улизнуть из ее мягких объятий. Восьмой был почти не удивлен тому, что Бэлла так же следила за восставшим принцем. Разве что возможно их намерения были разными, но варлок не стреляла. Один выстрел той, чей брат был всегда лучшим из снайперов, никогда не знал промаха. И если бы тогда на Земле около осколка Странника вместо Петры была Бэлла Тиль… Охотник резко оборвал мысль, не желая выстраивать очередную симуляцию прошлого. Тут и сейчас под неприятным дождем они видели настоящее, с которым приходилось работать. Пробудившаяся закрыла глаза и тяжело выдохнула. Сейчас беспечной оказалась она. Из-за нахлынувших мыслей, заслонивших ей чутье, а может от усталости, она потеряла контроль над окружением и не заметила, как кто-то подошел очень близко, достаточно, чтобы перерезать ей горло. И ради чего стоило так рисковать? На ее счастье этот кто-то оказался знакомым охотником, возможно, она могла назвать его даже другом. Во всяком случае, никакой опасности со стороны мужчины она не ощущала. Даже на момент их первой встречи. — Если бы он был целью, то был бы давно мертв, — ровно произнесла Бэлла. Зачем она это сказала? Покрасоваться или просто констатировала факт? Ей показалось, что капли воды, которые непрерывно били по ее телу, стали как то тяжелей, ощутимей даже сквозь бронекостюм. Она отпустила приклад винтовки и снова подвигала пальцами, сжав их в кулак, чтобы скрыть дрожь от холода. Затем пробудившаяся попробовала встать, но поняла, что замерзла достаточно сильно от чего ноги ее плохо слушались. Максимум смогла подтянуть их под себя и сесть на колени. Серое и мрачное небо сужало пространство, порождая где-то в районе позвоночника дурманящее чувство, из-за которого можно было потерять равновесие. Все это стало походить на какой-то сон, начинающийся кошмар. Картинки и образы в ее голове все еще продолжали беспричинно всплывать, почти застилая глаза, и она почему-то не могла взять их под контроль. Словно ее заставляли смотреть отвратительное кино, привязав к стулу. Бэлла повернула голову и посмотрела на Восьмого, сейчас единственно казавшимся ей реальностью. — А ты, ради какой цели сюда забрел? — ее голос был тихим и немного хриплым из-за динамиков шлема. На самом деле ее мало интересовали дела охотника, тем более так близко к городу, где всегда было полно других Стражей. Они вечно тут копошились, не делая ничего особенно важного. Это была их территория. Бэлле просто захотелось услышать голос Восьмого, полагая, что он поможет вытянуть ее сознание из этого нахлынувшего марева. Поэтому она была готова задавать ему даже самые глупые вопросы, лишь бы он не молчал. Ей, наверное, даже нравился его хрипловатый голос. Охотник улыбнулся под шлемом, жалея, что сейчас его знакомая не видит его искренней доброжелательности. Он ощущал некоторую напряженность в эмоциональном фоне варлока, но что именно это вызвало он мог лишь гадать. — Неподалеку завелись не очень приятные падшие, подобрав под себя небольшой заброшенный военный бункер. Как по мне — это прямая причина заняться этим, а не щелкать клювом. Стена близко. Пока Завала раздает задания, не касающиеся этой планеты, кто-то должен нести вахту и тут. В том числе и вот в таких случаях… — он, совершенно не задумываясь, принялся отвечать на вопрос. Тайны в его миссии не было, это мог знать любой Страж на Стене. А уж предупредить Бэллу об этом раскладе было вполне себе необходимо. — Ты не замерзла? Он пристально взглянул на то, как варлок двигалась. Несложно было заметить мелкие нюансы в моторике и том, как женщина подобрала под себя ноги, чтобы сесть. Восьмой чуть сдвинулся в сторону и протянул руку, предлагая Бэлле подвинуться и согреться хотя бы самым банальным способом. Пробудившаяся оказалась права. Голос охотника, звучавший сейчас доброжелательно и вещающий такой простой ответ на ее вопрос, помог немного собрать мысли и сосредоточится. — Наверное. Немного, — как-то неуверенно произнесла она. Это выбивалось из ее привычной интонации и казалось странным. — Регулятор температуры, кажется, полетел… Бэлла замерла, смотря на протянутую Восьмым руку. Не из-за того, что ее сознание все еще находилось в какой-то прострации, а скорее ее немного удивил этот жест. Она знала, что охотник не особо любил, когда к нему прикасаются без разрешения. А тут он сам протянул ей руку, даже больше, немо приглашая погреться. Это был достаточно доверительный жест с его стороны, и она решила ответить ему тем же, приняв предложение. Варлок с трудом придвинулась и задрожала, не в силах больше терпеть холод. В сознание снова, без позволения, врезались воспоминания о том, как она с братом и принцем точно так же жались к друг другу в Черном Саду, когда там пошел настоящий проливной дождь. Пробудившаяся чуть мотнула головой и посмотрела в сторону, куда было направлено дуло ее винтовки. Без оптики она не видела, был ли бывший принц все еще там или уже ушел? Сейчас ей казалось это безразличным. Ради чего она сюда пришла? Что бы что? Помочь человеку, который ее даже не помнил, которому было все равно кто она такая даже до его смерти? Или все из-за чувства вины, что она допустила все это: смерть ее людей, смерть Кейда-6, его смерть? Могло ли ее вмешательство действительно что-то изменить? В голове опять начали прокручиваться роковые события. Варлок машинально пропустила свои тонкие пальцы между пальцами охотника, словно это могло спасти ее от проклятых воспоминаний, а может просто захотела стать ближе к тому, кто был с ней сейчас. — Ты сказал падшие? — Бэлла снова посмотрела на Восьмого каким-то мутным взглядом. Хорошо, что на ней сейчас был шлем. — Я пару дней назад видела в десятке километров отсюда транспортник кабал. Но, наверное, Авангард уже в курсе, что эти красные опять начали наглеть… — ее голос немного дрожал. Собственные слова о том, что она находилась здесь столько времени, показались ей странными. Женщине захотелось уйти отсюда. — Кабал тоже беспокоят Авангард, — он легонько сжал пальцы, пытаясь приободрить варлока. Та дрожала, не взирая на работающую сейчас вовне броню охотника. Восьмой мягко приобнял Бэллу, даря той тепло. — Есть подозрения, что они планируют прорыв. Им все неймется… Имел ли он ввиду только кабал или последняя фраза куда больше адресовалась крошечной фигуре где-то за пеленой дождя? Охотник не готов был ответить даже себе. Он мягко держал в объятьях Бэллу, совершенно точно ощущая исходящие от нее эмоции. Две замерзшие, взъерошенные птицы на высокой сухой ветке, пытающиеся переждать дождь и холод. Это сравнение сейчас как никогда было на удивление уместным, по мнению охотника. — Если хочешь, можем зайти ко мне после того, как твое бдение на этой вышке закончится, — Восьмой постарался голосом передать легкую улыбку. Единственное что оставалось пока не голове шлем, а руки в перчатках. — Я починю терморегулятор, будет работать лучше прежнего. Он мельком взглянул на Превосходство, все так же безмолвно стоящее на сошках, смотрящее в сторону того, кто больше не нес на себе груз прожитых веков. Бэлла с удивлением посмотрела на руку, которая была сплетена с рукой Восьмого. Поначалу она хотела отпрянуть, подумав, что не специально позволила себе лишнего. Но она не чувствовала сопротивление со стороны охотника. Еще больше удивилась, когда он приобнял ее, просто так делясь с ней теплом. Пробудившаяся знала, что он не из тех, кто ведет себя достаточно открыто с окружающими и подпускает кого бы то ни было так близко. Ей, почему-то, стало спокойно и мучавшие ее до этого воспоминания начали развеиваться, оставляя лишь чувство неприятного привкуса. С недоумением для самой себя, Бэлла поняла, что сама подпустила так близко кого-то к себе, и это никак не было связано с тем, что она замерзла. Она посмотрела на свою снайперскую винтовку, по которой тихо барабанил дождь. Сейчас бы с удовольствием постреляла в кабал, размялась, но предложение охотника, особенно когда она услышала в его голосе улыбку, показалось ей куда более соблазнительным. Тем более варлок почувствовала себя глупо и безрассудно, потому что позволила взять чувствам вверх, ведомая еще не остывшими воспоминаниями, словно ее заколдовали. Вдалеке, каким-то шестым чувством, она все еще ощущала присутствие своего прошлого. — Бдение должно было закончиться еще вчера… Так что да… не откажусь, — в ее голосе слышалась ответная доброжелательность вперемешку с еле заметной усталостью. Варлок посмотрела на предплечье левой руки, где был маленький экран с панелью управления. — Обычно починкой мой призрак занимается… Она замолчала, поняв насколько долго Эл’Вена не было рядом и что она почти начала скучать по его назойливой заботе. Затем осторожно отпустила руку Восьмого и потянулась к Превосходству, чтобы забрать. — Я бы еще от чашки горячего чая не отказалась, — шлем скрыл теплую улыбку. Бэлла редко кому так улыбалась.