Взломщик
29 января 2021 г., 16:00
Кроули принципиально не хотел больше приезжать в книжный. Желательно, никогда.
Раз Азира так с ним поступил, то и ноги его больше не будет в этом кладбище сгнившей древесины!
Однако, нет-нет, но он сам не замечал, как после особенно трудных дней, его автомобиль припарковался около лавки, над которой продолжала издевательски висеть надпись «А.З. Фелл и Ко». Энтони мог просидеть в машине глядя на неё весь вечер, а потом возвращался домой, стараясь не обращать внимания на посыревшие щеки.
Вот и сегодня выдался один из таких дней. Кроули припарковался так, чтобы его не было видно из окон книжного и просто сидел, пытаясь выкинуть из головы лишние мысли и вернуть себе самообладание.
Погода под стать настроению мужчины тоже была мрачной. Шел противный мелкий дождь, а небо заволокло тяжелыми тучами. Сегодня солнца точно больше уже не будет.
— И долго ты будешь здесь сидеть в одиночестве, дорогой? — Кроули подпрыгнул на месте.
Сквозь закрытые окна голос прозвучал глухо, но в нем были настолько знакомые интонации!
Кроули опустил окно и состроил гримасу.
— Здравствуйте, Уильям, — фыркнул Энтони и поспешил вернуть окно на место.
— Подождите! — мягкая ладонь залезла в узкую щель, останавливая механизм.
Кроули вопросительно выгнул бровь.
— Может, вы войдете? Выпьем какао?
— Кофе, — пораскинув мозгами, Энтони решил, что ему в принципе нечего терять. Он может уйти в любой момент.
— Кофе, — согласно кивнул Уильям и вытащил руку.
Кроули вышел на улицу и передернул плечами: такая сырость! Он промокнет в два счета без зонта! В ответ на его мысли над головой открылся старенький зонтик в шотландскую клетку.
— Пойдем дорогой, пока ты окончательно не промок.
— Нгх! — невнятно отвел Кроули и послушно последовал рядом с укрывшим его мужчиной.
***
Колокольчик весело звякнул, как и в бытность его прошлого владельца. Предатель. Мужчины зашли внутрь магазина и Кроули воровато огляделся. Все вещи оставались на своих местах, как законсервированные. Будто не прошли эти пара месяцев, как здесь появился Уильям. Куча книг у рабочего стола и забытая белая кружка с крыльями. Одна из огромного сервиза, который Кроули однажды в шутку подарил отцу. Кто же знал, что подарок придется по душе, и будет выставлен в самом видном месте на кухне, чтобы было удобнее любоваться… — Пойдемте наверх. Я приготовлю вам кофе, немножко согреетесь, а то на улице прохладно, — Уильям сложил зонт и уверенной пружинистой походкой поднялся по лестнице. Кроули ничего не оставалось как последовать за ним. Энтони осторожно присел на краешек дивана, будто готовый встать и убежать прочь (так оно и было), но какое-то странное чувство, тянувшее в груди, заставляло его оставаться на месте и жадно впитывать в себя каждый клочок места, что он всю жизнь называл «домом». С приходом нового владельца даже запах в лавке не поменялся: пыль, какао и какая-то иррациональная свежесть. Кроули был готов к побегу, когда Уильям появился в комнате, сверкая широкой белозубой улыбкой, неся в руках поднос с какао в белой кружке, мисочкой любимого сахарного печенья Энтони (откуда узнал, подлец!) и кружкой с кофе. У Кроули засосало под ложечкой. Эта черная, с бунтарски вздернутым чертовским хвостом-ручкой, кружка была его. Его кружкой! — Грхк… — Вы что-то сказали, дрогой? — Я … — Кроули чуть не задохнулся от этого «дорогой», но все-таки нашел в себе силы продолжить, — это моя… это была моя кружка. — О! Об этом было не трудно догадаться! — усмехнулся Уильям, — только вы все же ошибаетесь, мой друг, — Кроули вопросительно выгнул бровь, отпивая глоток (божественно! Папа готовил точно также!), — это кружка не была вашей. Она ваша и сейчас и в любой другой момент, когда вы придете в магазин снова. Или можете забрать её насовсем. Но мне бы этого очень не хотелось, — Ульям серьезно посмотрел в темные очки Энтони, будто ища его взгляд. — Грнх, — выдал Энтони. Что он мог еще сказать?***
Не то чтобы Кроули стал заходить в книжный чаще. Но, нет-нет, да и заглядывал туда. Пару раз в месяц. Ну, может на выходных. Два раза в неделю точно. Уильям оказался не таким мудаком, как думалось Кроули. Но все же в некоторой степени сволочью определенно являлся.***
— Нет, извините, но эта книга не продается! Кроули зашел в книжный и с порога услышал привычное возмущение книготорговца. Только прежде так восклицал Азира… Кроули встряхнул головой. Он уже давно подметил, что привычки и повадки кузена почти полностью совпадают с привычками отца. Вот и сейчас: немного фальцетные нотки проскакивали у, возмущенного желанием покупателя купить книгу, Уильяма. — Мэм, вы глухая? Эта книга не продается. И вообще, у нас закрыто, — вальяжно продефилировав к прилавку, ухмыльнулся Кроули. — Это возмутительно! Что вы себе позволяете! Я буду жаловаться! — Валяйте! Мы — совладельцы магазина. И мы вас внимательно слушаем, — оперевшись на прилавок, Кроули сделал сосредоточенный вид, положив голову на сложенные руки. Клиентка задохнулась от возмущения вздохом и вышла на улицу, громко хлопнув дверью. — Что?! — пожал плечами Энтони, когда Уильям посмотрел на него укоряющим взглядом, — или ты хотел продать эту книгу? — Нет, конечно! Просто, по-моему, ты был слишком груб! — ангел вздернул нос и взяв книгу подмышку, пошел в подсобку. — Ой, да не надо тут! Еще чуть-чуть и ты сам бы выставил её за дверь. — Может быть и выставил бы, — передернул плечами мужчина, — но более цивилизованно… — немного покряхтев, он все-таки смог затолкать книгу в небольшой зазор, который буквально чудом появился между книгами. — Чаю? — Валяй. — Согласился Энтони, все еще держа руки в карманах.***
— Я не понимаю…. — Чего, мой дорогой? — спросил Ульям. — Почему ты не продал ей книгу?! Она же была готова заплатить! — во всю размахивая бокалом с вином, возмутился Энтони. — Ох, но она не была ей нужна! Зачем продавать книгу тому, кто её даже не откроет?! — С чего ты взял? — Это видно, мой дорогой мальчик. С таким же успехом эта книга полежит и в моем магазине, пока её не купит действительно заинтересованный читатель. — С таким подходом у тебя никогда не будет прибыли! Уильям лишь пожал плечами и хитро улыбнулся в стакан. — Достаточно продать одну такую книгу нужным людям по нужной цене и мне не о чем будет беспокоиться несколько месяцев. — А у тебя есть список книг, с которыми ты бы ни за что не расстался? — поинтересовался Кроули, — кроме тех, что были в Том Самом Списке отца? — Да. — И какие? — Если бы было возможно, я бы не расстался ни с одной из книг из моего… нашего магазина. Разве что исключая полки «современный бестселлеры» и детскую литературу. Детей нужно приучать к чтению как можно раньше, а в наше время редкий «бестселлер» является образчиком литературы. — По-моему, ты очень высокомерный книготорговец. — По-моему, ты очень наглый совладелец магазина. — Выпьем за это? — С удовольствием, мой дорогой.***
Каким-то образом Кроули и Уильям все-таки смогли подружиться. Обычные пятничные посиделки с отцом трансформировались в пятничные посиделки с кузеном, но были в какой-то мере более открытыми, поскольку Энтони не нужно было так следить за тем, что он говорит, как в беседах с отцом. С Уильямом было проще. Над Кроули не висел дамоклов меч, что он не оправдывает ожидания. Азирафаэль был счастлив, что отношения с Кроули удалось наладить. Все вышло даже лучше, чем он мог надеяться в самом начале (особенно — после разбитого носа). Энтони доверился ему и, по смутным ощущениям, рассказывал Уильяму больше, чем Азире, да и чаще позволял себе грубую лексику. Конечно, Уильям делал замечания своему родственнику, но тот пропускал её мимо ушей еще чаще, чем критику отца. Что же, Азирафаэль готов с этим смириться. Только бы у них с Кроули все было хорошо.***
В один из пятничных вечеров Энтони наведался в книжный раньше обычного. Он еще не был закрыт, но стрелки уже почти показывали семь. Если посетителей нет — они с легкой совестью повернут замок. Если есть — то придется слегка повременить, пока они не выйдут наружу. И им же будет лучше, если выйдут они с пустыми руками. Дверной колокольчик вяло звякнул и Энтони уже открыл рот, чтобы оповестить о своем пришествии, как до него донеслись звуки разговора, ведущегося на повышенных тонах. — Я уже сказал вам — это помещение не продается! — Подумайте еще раз. Разве книжному магазину место в Сохо? Тут одни бордели, сомнительные магазины и гей-деревня! — Вы хотите сказать, что проститутки и геи не могут читать? Поверьте моему опыту, многие из них… Уильям недовольно поджал губы: мужчины, окружившие его, весело переглянулись и закашлялись. — …просто попали в тяжелую жизненную ситуацию. На самом деле, среди них встречаются высокоинтеллектуальные личности, которым нравится читать книги. — Ладно. Мне не интересно рассуждать, сколько мозгов может быть у проститутки, когда я буду её трахать, я не обращу на это внимание. — Напрасно! А вот, например, в Японии — гейши… — Я сказал достаточно. — К Уильяму вплотную подошел плотный мужчина чуть ниже его ростом. — Подумайте хорошенько над моим предложением. В следующий раз оно не будет таким выгодным. — криво улыбнувшись, мужчина положил на стойку перед Уильямом визитку. — Не нужно. Мое мнение не изменится. — Холодно улыбнулся Уильям. — А Вы все же подумайте. Это здание уже совсем не пригодно для жилья. Знаете, проводка… А еще, я слышал — слабые газовые трубы. Вы же знаете, как погиб прежней владелец. И, наверняка, не желаете себе такой участи. — Послушайте… — Уильям? Все хорошо? — Кроули решил обратить на себя внимание. Ему не нравилось, что кто-то так открыто угрожал кузену! А эти намеки на Азиру… Неужто он был прав и отца действительно убили?! — Все хорошо, дорогой. Мои посетители уже уходят! — холодное лицо Уильяма изменилось на добродушное. В уголках глаз появились забавные морщинки, как у Азиры, к которым, как оказалось, у Энтони была слабость. — До свидания, — переглянувшись, попрощались мужчины. — Прощайте. — Чопорно кивнул Азирафаэль и закрыл дверь, мягко махнув рукой, заставляя посетителей забыть дорогу к его порогу. — Что они хотели?! — Выкупить магазин. Не волнуйся, я отказал, — дернул плечом Ульям, — вино или чай? — «Не волнуйся»?! Конечно, я волнуюсь! Они угрожали тебе! — Не переживай, они больше не вернутся, — задумчиво вертя в руках бутылку, отмахнулся Уильям. — С чего ты взял! Эти ребята не выглядят как добросовестные риэлторы! Они прямым текстом запугивали тебя. — Дорогой, — Азирафаэль тяжело вздохнул и потер переносицу, — они больше не вернутся. Поверь мне. А если вернутся — дорого пожалеют. Неужели ты думаешь, что семья, веками владеющая недвижимостью в подобных районах не нашла способ решать временами возникающие подобные проблемы? — Ты хочешь сказать, что… — брови Кроули удивленно поползли вверх. — Я ничего не хочу сказать. Доверюсь твоему буйному воображению, — махнул рукой Уильям, — это замечательное вино! Прекрасно расслабляет! Окажешь мне честь разделить его со мной? — Нргх… — нахмурился Кроули, принимая бокал. Вино было восхитительным. А пришедшие за ним мысли о том, что слухи, что Азира является членом мафиозного клана — нет.***
Кроули не раз и не два раздумывал о том инциденте в магазине. Он стал наведываться в лавку чаще, но казалось, это нисколько не смущало Уильяма, что встречал его, как и прежде, с доброй улыбкой на лице. — Ох, Кроули, проходи, дорогой! Я как раз думал закрыться пораньше! И жалюзи опускались, в замке поворачивался замок, а кузены оказывались в небольшой гостиной у искусственного камина, где Энтони больше притворялся, чем действительно хмелел, чтобы напроситься переночевать. Отца он уже потерял. И он абсолютно не готов терять столь нечаянно обретенного члена семьи таким глупым путем.***
***
Сегодня Энтони решил не заходить к Уильяму. Он просто припарковал машину в конце улицы, чтобы можно было видеть книжный. На улице было темно, но свет витрин и фонарей разгонял густой сумрак. Свет в книжном недавно потух. Уильям лег спать. Часы пробили полночь. Энтони решил, что прождет еще с полчаса и вернется домой, как увидел, что в окнах на первом этаже отразился слабый луч света. Внутри мужчины всё похолодело и он, схватил приготовленную заранее монтировку, поспешил к черному входу в книжный.***
Азирафаэль, мурлыча себе под нос, решил выбрать книгу на ночь. Он только что закончил принимать ванну и готовился подняться в спальню, чтобы скоротать время до утра. Он зашел в торговый зал с намерением выбрать книгу, решив не включать свет. Слабого сияния, которое он сам мог издавать, да наполовину проявившего нимба было достаточно, чтобы осветить полки, тем более он и так наизусть знал, где какие экземпляры расположены. Тягостные размышления, с какой все же из двух выбранных книг взять с собой наверх (ангел склонялся к варианту: «обе») прервались ужасным грохотом, доносящимся от черного входа. Азирафаэль вздрогнул. Наколдовав трость, он на цыпочках прокрался к черному входу. Из-за двери донеслось бессвязная ругань. Тяжело вздохнув, ангел поудобнее перехватил трость и резким движением распахнул дверь. — Для вашего же блага вам лучше покинуть этот дом! — грозно прокричал Азирафаэль в темноту и щелкнул выключателем. — Ах ты, бога… черт тебя дери, Уильям! Что за хлам?! Ты вообще в курсе, для чего в домах запасный выход?! — Кроули? — Азирафаэль удивленно посмотрел на мужчину, что обнаружился в коридоре. Энтони, раздосадовано шипя, сидел на полу. Его правая нога застряла в старом дырявом металлическом ведре, которое Азирафаэль никак не удосуживался выбросить. А с тех пор, как там поселилась очаровательная мышиная семья, что благоразумно обходила стороной его книги и жилые комнаты, руки на это не поднимались. Похоже, Энтони наступил в него, когда ударился о старое расстроенное пианино (Давно пора было вызвать наладчика и перенести инструмент в главный зал! Обязательно, как только расчистит для него место), и похоже, чучело оленя тоже внесло вклад в образовании огромной растущей шишки на лбу человека (вон оно валяется в углу, хотя Азирафаэль точно помнил, что ставил его на крышку старого шкафа, о ввалившуюся дверцу которой опирается спиной Энтони). — Может, ты уже поможешь мне?! — Кроули, пыхтя, попытался встать, но у него ничего не получилось. Наоборот, не выдержавший такого издевательства, шкаф протестующее скрипнул и угрожающе накренился. — Сейчас-сейчас! — Азирафаэль всплеснул руками и поспешил вызволять неудачливого взломщика. — Хм, а этого, кажется, здесь не было, — Азирафаэль нахмурился и, запахнув халат, нагнулся, поднимая увесистый железный прут, — Кроули, ты ничего не хочешь мне сказать? — Грх… — Энтони потупился. — Хорошо. Сейчас мы зайдем внутрь, и ты мне все расскажешь. — Вздернув нос, заключил Азирафаэль и прошел мимо застывшего Энтони к двери в жилые комнаты. — Ты идешь? Кроули отмер и поспешил за кузеном. В его голове билась лишь одна мысль: «Вот черт! Вот черт! Вот черт!».***
Открыть запасными ключами черный ход оказалось несложно. Не сложно было попытаться преодолеть заслон из гниющего хлама, что громоздился в коридоре. Сложно было перестать пялиться на Уильяма, что появился в ослепляющем свете тусклой лампы, как Небесный воин, едва прикрытый домашним халатом. Пораженный этим видом, Кроули попытался встать, но неловко осел обратно. Уильям, увидев его замешательство, тотчас подскочил к нему и… О, Госп… Сат… да кто угодно! Уильям оказался мягким, но сильным. Он будто играючи поднял Кроули на ноги, давая ему возможность вдохнуть свой запах. Голова Энтони закружилась, и он невольно сильнее оперся о кузена. Кожа на шее была еще влажной, а темные волоски на затылке закручивались в спиральки. Что-то в животе Кроули сворачивалось в спираль вместе с ними. Похоже Уильям недавно принимал ванну. От него еще пахло мылом, а банный халат был сырым. Энтони понимал, что он продолжает пялиться на кузена, когда тот что-то у него спросил. Но способность ясно мыслить покинула мужчину, когда Уильям нагнулся, чтобы поднять с пола его монтировку. Ткань халата натянулась на мягких ягодицах, а полы халата немного разъехались, оголяя белое бедро. И Кроули понял, что он пропал. Скорее по инерции, чем осознавая свои действия, он поднялся за кузеном наверх. Когда в его руках оказалась чашка с чаем, он понял, что его уже достаточное время сверлят синие глаза. — Я… Мгх…- Кроули громко отхлебнул чай, собираясь с мыслями. Госп… Сат… Вот же он влип!***
Азирафаэль мягко кивал на сбивчивы рассказ Кроули, а в душе ликовал — его сын оказался таким отзывчивым и добрым! Но все же — это не дело, людям ночью нужно спать, а не бегать по городу с металлическими прутами. — Но у тебя горел какой-то свет на первом этаже! Я думал — это грабители! — Боюсь, что это я. Я хотел почитать на ночь, но решил не включать лампы, чтобы не тратить понапрасну электричество и привлекать внимание, а воспользовался фонариком. Уверяю тебя, мой дорогой, со мной ничего не случится. Давай, в следующий раз, если ты будешь слишком волноваться, просто приходи ко мне — я тебе всегда рад, а твоя комната готова к твоему возвращению, — Азирафаэль мягко нагнулся, накрывая смуглую ладонь. — Гркх… Ладно, как скажешь, ангел… — тяжело вздохнул Энтони. Маленький торшер забавно подсвечивал все еще закрученные волоски, что прозвище сорвалось с губ совершенно самовольно. — То есть, я хотел, не подумай… Я… — Я не против, дорогой, мне даже нравится. Пойдем, я провожу тебя в постель. Ты порядком измотался, сегодня была очень насыщенная ночь! Кроули жутко покраснел от двусмысленности фразы, хотя Азирафаэль был уверен, что это от стыда. Он ободряюще погладил мужчину по плечу, прежде чем оставил его одного. Вернувшись в свою спальню, ангел все еще пребывал в задумчивости, когда его взгляд скользнул по зеркалу, что было встроено в дверцу старенького шкафа. — Господи боже мой! Я что, принимал гостей в таком виде?! — его халат был почти полностью распахнут, являя свету грудь с редкой порослью светлых волосков, а ноги были оголены выше колена. Каким-то чудом кусок ткани едва прикрывали срамные места, но это мало утешало Азирафаэля, который был готов взобраться на потолок от съедавшего его стыда.***
«Блять. Блять.Блять!» — Кроули уселся на кровать, яростно натирая лицо ладонями. Член больно сдавливали ставшие тесными джинсы, а в голове с шумом грохотала кровь. Как же он так вляпался?! Подумаешь, увидел полуголого мужика! Он что, мужиков не видел?! В сознании всплыли молочные бедра и грудь с темными сосками, ухоженные пальцы и разъезжающийся халат. Еще чуть-чуть и он бы увидел член. Мало того, Кроули точно помнил, как он в нетерпении облизывал губы, невольно молясь про себя, чтобы Уильям шевельнулся еще, чтобы снять занавесу и с этой тайны… Слава кому угодно, этого не произошло. Но что делать со влечением, которое проснулось у него к кузену, Кроули категорически не знал. Поэтому, он мудро решил подумать об этом завтра. А сегодня у него есть другая проблема: как усмирить стояк максимально бесшумно, если буквально за стенкой находится причина ваших нескромных фантазий.
