Ненависть вместо любви

— Что ты наделал! Зачем? — поднимаю глаза на Нирана, и внутри все сжимается. Почему я надеялся на то, что все получится? Неужели опыта прошлой жизни мало и я не смог понять такую простую вещь, ведь ничего не складывалось с самого начала. Сколько бы я ни пытался, ни боролся, надеясь вынырнуть, раз за разом меня тянуло на дно. И сейчас я тихо опустился в бездну. Я не смотрел на Нирана с любовью, но давно принял его, смирившись со своей судьбой. Убедил себя и был готов принять его без остатка, мне бы хоть немного времени. Разобраться с творящимся хаосом и начать жить, но все мои просьбы остаются без ответа. Их не слышно на небесах и предки молчат на мои молитвы. — Я ведь уже говорил, моя жизнь никогда не имела смысла, и если этим я спасу тебя, я буду только рад. За тобой стоят два народа, а за мной нет ничего. Неплохая причина для такого, как я пожертвовать собой ради тебя. — Прекрати! Я ведь с самого начала говорил, что ты мне нужен! Так почему ты всегда все делаешь вопреки мне! Разве мы не должны были стать семьей? Не ты радовался, словно младенец, когда я согласился на нашу связь? Так зачем все уничтожать? — Винай, ты умирал. У меня не было выбора. Слова демона бьют по сердцу. Он прав, именно я обрек нас на этот конец. Но все же, пусть воспоминания оставались невнятными и расплывчатыми, я не мог понять, зачем я пытался убить себя. Даже если моя связь с Нираном еще не налажена, с трудом верится, что я бы стал предавать народы и сдаваться. Но сейчас не хотелось об этом думать. Я чувствовал, как вытекает энергия из тела Нирана. Как с каждой секундой ее становится все меньше. Подними я сейчас глаза и он просто растворится в воздухе. Сжимаю пальцами потрепанные одежды и вдыхаю уже полюбившийся запах. Я не стану мириться с таким концом. Никогда. Я принял решение и никакие силы не смогут меня остановить. Перехватываю Нирана, бросая на кровать, и опускаюсь сверху, подминая под себя обессиленное тело. — Что ты делаешь? — Закрепляю нашу связь, — голос словно сталь, жестокий и лишенный сомнений. — Стой, — Ниран перехватывает мои руки, — не надо. Я же умру, а ты на веки останешься один. Я не стану обрекать тебя на одиночество. Слезы наворачиваются на глаза. Давно я так не плакал, давно перестал чувствовать всю боль своим сердцем. Не хочешь обрекать меня на одиночество? Неужели ты думаешь, что после всего я буду искать себе другую пару? Хочешь, чтобы я все забыл и жил дальше? Неужели еще не понял, что я не позволю тебе решать самому. Наклоняюсь ближе и шепчу в самое ухо. — Мне плевать на твое мнение. У меня родится сын и ты будешь его отцом. Если такова воля судьбы, я сам воспитаю его. А ты будешь бродить своей душой в Царстве Хаоса и ждать нас, пока мы оба там не окажемся. Ниран смотрит на меня с удивлением и недоверием. Проглатываю все, давно научился глотать свои чувства, привык идти к своей цели и не обращать внимания, сколько жертв остается за моей спиной. Я не просил Нирана жертвовать собой, но раз ты так решил, я не дам твоей душе успокоиться. Даже в Хаосе твоя душа будет мучиться и жаждать возвращения. Целую замершие губы, не углубляя поцелуй, лишь едва касаясь, а потом прикусываю с силой, пока струйка крови не начинает стекать по подбородку. Ниран оживает, пытаясь одной рукой остановить меня, но сил у него меньше, чем в моем теле. — Не стоило отдавать мне руку, смог бы хоть попытаться противостоять. Перехватываю и дрожащей рукой снимаю с Нирана одежду. Освобождая слабое тело демона. — Прекрати сопротивляться, мне бы пригодилась твоя помощь. — Винай, хватит. Ты подался эмоциям, не стоит действовать необдуманно. — Ты единственный, кто действует необдуманно, злишься, что я все делаю сам, но при этом не сказал мне правду. Ниран вдыхает, пытаясь собрать остатки сил и оттолкнуть меня. Но желание плещется в карих глазах, завладевая его телом. Освободив Нирана от одежды, принимаюсь за себя, распахивая одеяние и открывая Нирану вид на свое тело. Демон медлит, но не выдерживает, и рука скользит по моей груди. Проходит по животу, поднимается вверх, захватывая соски и останавливается на шее, сжимая и выбивая воздух. Тело начинает дрожать, а желание, что годами пряталось в темном ящике, выплескивается наружу. Между нами словно поток из молний и грома. Воздух электризуется и нагревается, а пальцы сильнее сжимают шею, притягивая, и Ниран впивается в меня, протискивает язык глубже и начинает играть с моим. Рука скользит по всему телу, сжимая и тут же поглаживая, извиняясь. Меня полностью захватывает желание, безумное и сметающее все преграды. Стон срывается с губ, стоит Нирану укусить меня за кончик языка. Все тело дрожит, и, чтобы не упасть, опускаю руку на грудь демона. Но вместо радости ужасаюсь, сердце едва слышно теплится в теле. — Не уходи, пожалуйста. Поднимаюсь на коленях, все еще упираясь рукой в Нирана, и, перехватив его горячую плоть, направляю в себя. — Стой, надо растянуть тебя! Ниран пытается подорваться, но я в очередной раз придавливаю его своей рукой. — У нас нет на это времени. Слезы заволакивают глаза, но я выдыхаю. Пусть так, пусть он растворится и покинет меня, но его часть продолжит жить во мне. А после я буду смотреть на нашего сына и видеть в нем Нирана. Вдыхаю глубже горячий воздух и опускаюсь на всю длину. Боль проносится по моему телу, но она ничтожна перед тем, что сейчас раздирает мое сердце на куски. Ниран скользит по груди, поглаживая и пытаясь отвлечь, но я хочу запечатлеть каждый момент. Пусть он будет переполнен нашей болью и ошибками. Но он наш и, несмотря ни на что, навсегда останется в моем сердце. Привожу дыхание в норму и начинаю медленно двигаться. Боль сменяется удовольствием и зарождающейся в груди надеждой. Цепляюсь за нее, пока тело сходит с ума, переполненное желанием, а сердце разрывается от чувства вины. Толчки становятся резкими и обрывистыми, Ниран помогает, подхватывая меня рукой и направляя глубже. Кажется, все тело сейчас подчиняется только этому демону. Весь мир остался за тонкой тканью палатки, все войны и сражения, надежда на новый мир и стремление спасти народ. Сейчас только бешеное сердцебиение, волны удовольствия по всему телу и зарождающаяся в душе связь. Тонкая, едва ощутимая, она крепнет с каждым толчком, с каждым стоном, срывающимся с губ. Но я чувствую ее тепло, волнами перемешивающееся с желанием. И в этом потоке стираются границы, рушится веками выстроенная стена. Все летит в пропасть, поднимая нас на небеса. И даруя настолько теплые чувства, что не остается сомнений в правильности собственных поступков. Не выдерживаю, и волна проходит по всему телу от кончиков пальцев и концентрируется внизу живота. И с очередным толчком вырывается наружу, а за ней меня изнутри наполняет тепло. Затуманенным взглядом смотрю на Нирана, в его глазах полыхает пожар. Но с каждой секундой он начинает медленно гаснуть. — Спасибо. Прости, что оставляю тебя. — Не ты должен извинятся. Молчи, дай мне еще несколько мгновений. — Винай, скажи мне что произошло? Почему твой разум затуманился, ты ведь уже…. Открываю кровоточащие слезами глаза, смотря на Нирана, но вместо такого привычного взгляда карих глаз только пустота. Тело подо мной холодеет, и последние крохи энергии покидают его. Обнимаю, с силой сжимая уже моего демона, но он растворяется в моих руках. От прежней теплоты не остается и следа, и все вокруг покрывается инеем. — НЕТ! Вернись! Крик вырывается из горла и разлетается по лагерю, сковывая тело, и боль вырывается наружу вместе с этим воплем. Мысли заглушает пустота и обессиленное тело падает на остывшую кровать. — Прости меня. Шепчу в надежде, что ты меня услышишь и вернешься. Но ответа не следует, и я погружаюсь в темноту. Несколько дней спустя. Голова гудит, а мысли блуждают внутри головы, подбрасывая мне ужасающие картины. И каждый новый образ несет за собой такой поток боли, что сметает все. В последнем из них вижу тающего в моих руках Нирана и вся выдержка в очередной раз разлетается на куски. Сжимаю одеяло и впиваюсь в подушку зубами. Ненавижу этого демона за то, что он сделал с моим сердцем. Но слезы продолжают рваться наружу, застревая обидой в горле. И только теперь я понимаю, что наша связь окончательно окрепла. Что сколько бы не прошло времени, боль от потери Нирана не утихнет. Годами будет терзать мою душу, разрывая внутренности и не давая забыть о своей потере ни на секунду. Усиливая, подзывая воспоминания и не давая дышать спокойно. Я хотел привязать к себе уходящую душу демона, а в итоге привязал себя к мертвецу. Я не жалею, но кричащая во мне сила, сумевшая за несколько веков, наконец, почувствовать свою утерянную часть, воет, словно дикий зверь. Злится на весь мир и на меня за то, что не уберег. Что потерял сам смысл моего существования. Непривыкший к эти чувствам, я хочу спрятаться от них, отгородиться, как делал это на протяжении многих лет. Но, я знаю, что навсегда останусь с этой дырой во мне. — Винай! Ты очнулся! Мы переживали за тебя, ты не приходил в себя несколько дней. Хонгсаван заходит, опускаясь рядом. — Оставь меня! Убирайся! — Рад бы, да не могу. Мы застряли в лесу, пытались отыскать дорогу, но она словно растворилась. Оставаясь здесь, мы подвергаем всех опасности, соберись, ты мне нужен. — Я ведь сказал оставить меня в покое! — голос дрожит, а слезы продолжают капать на подушку. И нет возможности их заглушить. — Я знаю, ты тоскуешь по Нирану, но это его решение. И его смерть не должна оказаться напрасной. Поднимайся, ты все еще наш Король! Поднимаю красные глаза на наместника и со злостью смотрю на него. — Неужели ты думаешь, что сможешь замотивировать меня этими глупыми речами? Думаешь, мне есть дело до вас сейчас, когда меня разрывает на части от потери моего… демона. — Винай, ты хочешь сказать, что вы с Нираном…? — Да! Мы соединили наши судьбы. Я потерял не просто демона, я потерял своего супруга. — О чем вы думали! Ладно, я понимаю. Но я не могу дать тебе время, нам надо выдвигаться. Оставаться здесь опасно. Что-то нехорошее обитает в воздухе, даже демоны это чувствуют. — Ну, так чего мы стоим тут днями, отправляйтесь. — Я ведь сказал, мы не можем, дорога, которой шел Ниран, словно растворилась в воздухе. Нас окружает непроглядный лес со всех сторон. Я думал развернуться обратно, но сзади нас так же ждет погибель. Демоны боятся, а эльфы, наверное, почувствовали твою боль, они днями напролет поют песни, тревожа души мертвых. — Что значит дорога исчезла? — Не знаю, но лес словно не пускает нас дальше. Я уже потерял один отряд, отправив их на разведку. Они ушли несколько дней назад, но до сих пор не вернулись. — Ты был в Оснасе? Почувствовал там что-то? — Да, был и там все было хорошо. Город пустой, но в нем теплится энергия, он легко принял нас. — Когда ты почувствовал изменения? — Практически сразу, как ты три дня назад позвал к себе Нирана. — Сразу? Вы ведь почувствовали, когда умер Ниран? Это было после этого? — Нет, до этого. Я решил, что вы поругались, и это вызвало поток негативной энергии. Мысли кружат по голове, цепляясь за события последней ночи, проведенной с демоном. Но даже если у нас и были разногласия, они не могли повлиять на окружение. Наши силы были слишком малы, чтобы вызвать такие последствия. — Помоги мне подняться. Наместник подходит, помогая мне подняться. Ноги едва слушаются, моя сила волнами бьется в организме. То неся бесконечный поток энергии, то давая лишь крохи. — С тобой все в порядке? — Если скажу да, ты поверишь? — Нет, но с тобой что-то происходит, я чувствую. — Связь с Нираном начинает крепнуть, но не найдя его рядом, начинает искать, направляя всю мою энергию на поиски. — С тобой все будет хорошо? — Мне нужно время. Вряд ли что-то изменится, но я смогу нормализовать поток. — Почему ты пошел на это, зная, что останешься один? — Я эгоист. — Скорее вы оба слишком несчастные в своих судьбах. Проглатываю слова наместника вместе со всеми чувствами, что плещутся внутри. Разумеется, я повелся на слова Хонгсавана и не дам жертве Нирана исчезнуть бесследно. Но это лишь слова Короля, а как его половине, мне хочется только спрятаться и надеяться однажды снова увидеть его горящий любовью взгляд, окунуться в омут безумного желания и забыть обо всем мире, пусть этот проклятый мир ждет. — Винай, поговори позже с Сотхи, кажется, он во всем винит себя, хотя я и не понимаю почему. Не отвечаю, лишь киваю на его слова. Очередной поток энергии начинает плескаться в теле, а душу разрывает на части, когда мы выходим из палатки. Взгляд тут же начинает рыскать по демонам, надеясь отыскать того самого, моего. Но не найдя, накрывает меня чувством вины с такой силой, что едва удается сдержать рвущиеся наружу слезы отчаянья. Осматриваю поляну, на которой стоит лагерь, и слова наместника подтверждаются. Лес и правда взял нас в кольцо, а среди шелеста деревьев до меня доноситься шепот. Древний, веками забытый язык всплывает в памяти, и в этом шепоте я слышу проклятья. Мерзкие и ужасающие своей мощью, но не могу разобрать, кто их жертва. Слишком давно эльфы говорили на этом языке и он уже много тысячелетий забыт. От этого шелеста голова начинает идти кругом и сознание становится туманным. Смахиваю с себя наваждение. — Не прислушивайся к ним, — Кванг подходит к нам. — Ты понимаешь о чем они говорят? — Нет, я не изучал древнего языка, просто чувствую, что они злы и рассержены. Эльфы пытаются успокоить духов молитвами, но я не уверен, что это помогает. — Я помогу. — Не стоит, у тебя и так все силы на исходе, к тому же ты потерял супруга. Ты ведь понимаешь что, несмотря на то, сколько пройдет времени, рана не затянется и легче не станет? — Я понимаю, но я не мог поступить иначе. — Ты наш Король и мы примем твой выбор. Но нам надо уходить, не нравится мне все это. Мысленно соглашаюсь с Квангом. Но сил разобраться в происходящем не хватает. Что-то происходит с миром духов, но усталость не дает почувствовать, что же именно изменилось. Сосредотачиваю силу, направляя энергию и в очередной раз пытаясь вслушаться в шепот леса, но меня сносит волной и корявая ветка ближайшего дерева пронзает плечо. Кровь выплескивается наружу, а тело пронизывает боль, но эта боль словно наделена разумом, стремится с руки к низу живота. Выдергиваю ветку и выдыхаю, когда все успокаивается. Но в душе зарождается страх, меня попытались убить.