Жить вместе

Кристина сообщила Раулю и Мэг, с которыми она обычно шла домой, чтобы лишний раз поговорить вместе; чтобы сегодня не ждали её. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Мэг. — Мистер Дестлер недоволен тобой? — Нет, всё в порядке, — улыбнулась она и добавила. — Эрик меня подвезёт, и я покажу ему свой дом. — Ну, тогда, желаем удачи, — Рауль подмигнул Крис. — И надеюсь, его не придётся спасать от тебя. Парень хихикнул и показал ей язык, отчего Кристина только закатила глаза, игнорируя.

***

Эрик открыл дверь переднего сиденья своего авто, но Кристина отказалась. — Не хочу отвлекать тебя во время поездки. — О, ты зря так считаешь, дорогая. Я очень внимательный водитель. Кристина подняла бровь, хмыкнув. — Спасибо, но я всё же откажусь, мистер Виртуоз. Эрик промолчал, отведя взгляд. Кристина была достаточно с ним знакома, чтобы знать, что он — показушник. Мужчина закрыл ту дверь и открыл другую — заднее сиденье, куда Кристина села. Ехали молча. Эрик заметил, но молчал — девушка напряглась, но он не хотел делать поспешных выводов, убедившись, что иногда это приводит только к ещё большим проблемам. Уже стоя на лестнице её дома, Кристина вдруг спросила: — Ты не передумал? По голосу было ясно, что ей бы хотелось, чтобы он ответил «Да». Эрик удивился, на секунду всё же решив, что передумала она. Мужчина вопросительно наклонил голову. — Просто… — девушка вздохнула, прикусив губу. — Мой дом по сравнению с твоим загородным коттеджем, не такой роскошный и богатый. И это если не брать в расчёт почти-творческий бардак. Я такая глупая… Ты — первый, кого я вообще приглашаю в свой дом, я… Кто бы только мог подумать, что после всего, что было между ними, она стесняется не его, а перед ним? Да он многого не ожидал. Зал, что пару секунд пребывал в мёртвой, звенящей тишине, взорвался овациями, зрители кричат «Браво!», и занавес закрывает актёров, что могут, наконец, с облегчением выдохнуть. Кристина ищет взглядом Эрика и находит его за кулисами — она знает, что он всё видел, и даже маска не скрывает его улыбку — он вкушает её с ним триумф. Эрик не знает почему, но он навсегда запомнит, что дебют Кристины состоялся в мюзикле «Русалочка», и что она была просто восхитительна, неподражаема, и что этот рыжий парик ей очень идёт, но всё же, её светлые волосы он любит больше. И её голос действительно, как у прекрасной сирены… — Я же говорил, что у вас получится, — молвил он, когда девушка подбежала к нему. — Спасибо… вам… Кристина задыхалась от усталости и явно была довольна собой, хоть и не верила, что справится. Эрика тянуло мягко рассмеяться над своей милой ученицей, но в следующее мгновенье девушка крепко обняла его худое тело, и он, напрягшись, замер. Все слова, все мысли просто испарились, Эрик целиком растворился в её объятии, осторожно обняв в ответ. И в этот момент понял, что бесповоротно влюбился, и назад дороги нет. Даже если она пока что не знает, что скрывает маска.

***

Однажды, после дебюта, Кристина дома, сидя на диване и просто ленясь в свой законный выходной, думала о том, что произошло за последний год. А произошло многое. В этом году не стало её отца, Густава, но он всё равно остался в её сердце. Девушка подняла голову вправо — там, в красивой раме на неё смотрел её отец. Он улыбался ей так ласково… Это фото дарило ей такое нужное ощущение, что папа рядом, что он всегда поддержит свою дочь. Кристина внезапно понимает, что по щекам льются слёзы. Ей хочется обнять его, снова услышать его голос, но его нет. Мысли о матери наоборот, помогали ей успокоится. Кристина не знала её. Отец говорил, что её не стало, когда Крис было три. Девушка даже ни разу не видела её — семья часто переезжала, и всё, что осталось от матери — старое выцветшее фото, где невозможно было разглядеть даже силуэт. И Кристине нравилось представлять, какой же была её мать. Она не спрашивала о ней у Густава — тот сразу начинал плакать и говорил, что любил её мать, но это — всё, что ей удалось выведать. Также ей было приятно знать, что отец на протяжении всей жизни любил лишь её маму. Кристина думает, что её мать была бы любящей, что у неё светлые волосы и тёплые руки. Кристина и сама не замечает, но в голове у неё сформировался образ, объединяющий всех её подруг в Опере. Возможно, это от того, что сейчас она держит в руках мобильник и рассматривает недавно сделанные фотки с друзьями — пять с Карлоттой — она итальянка, и этим объясняется её экстравертная натура. Кристина никому и никогда не признается, но ей бы хотелось быть похожей на эту бойкую и целеустремлённую женщину. Их голоса, если верить Эрику и критикам, одни из самых лучших в Опере, и Карлотте придётся потеснится, чтобы они обе могли разделить первое место, как примадонна. Ещё пять с Жамм и Сорелли. Жамм, несмотря на то, что молода, умело танцует, Сорелли старается её превзойти, они обе близкие подруги, но с Сорелли Крис познакомилась первее — та встречается со старшим братом Рауля — Филлипом. И ещё девять — с братьями де Шаньи и Мэг. И ни одной с Эриком. Он слишком скрытный и не любит фоткаться, отчего Кристине пришлось отказаться от такой заманчивой идеи. Девушка вздрогнула — телефон, что был в её руках, зазвонил, отвлекая от мыслей. «Мистер Дэстлер» — засветилось на дисплее. Кристина подумала, что стоит сменить это на просто «Эрик», так как они уже давно подружились; прежде, чем нажать на «ответить». — Да? — Здравствуйте, Кристина. Я вас не побеспокоил? Сегодня был выходной, и, возможно, как его звонок в качестве её босса был бы очень надоедливым в такой день, но, по робкому голосу было понятно, что он позвонил ей, как друг, потому она была рада его слышать. Эрик долго ходил по своему дому с мобильником в руках, не решаясь звонить Кристине. «Привет. Это — твой директор. Знаешь, у меня ужасное лицо и чуть менее ужасное прошлое, а ещё, я в тебя влюбился». Нет, такое он ей не скажет. Эрик коснулся своей впалой щеки. И, наверно, никогда не признается. Даже если всю жизнь будет для неё только другом и учителем, это даже больше, чем мог надеяться такой демон, как он. Мужчина повертел телефон в руках. Что если сейчас она занята, а он её отвлекает? Что если она и ответит, то только из вежливости перед ним, как директором? Что если… В какой-то момент любые его сомнения заменила чёткая мысль «мне нужно услышать её голос». — Эрик! Мы же с тобой друзья, так давай на «ты». И… ты нисколько меня не побеспокоил, — девушка откинулась на диване. — Я как раз скучала. Эрик сел в кресло — ноги не слушались — Кристина улыбается от его звонка! Разве может быть что-то лучше? — А ты тоже ничем не занят? — Верно. На несколько секунд повисла неловкая тишина. И, пока Эрик не решил, что позвонил напрасно… — Это будет очень нагло с моей стороны, если я попрошу тебя что-нибудь рассказать? Шутливо-капризный тон девушки заставил Эрика рассмеяться. Его бархатистый смех… Так приятно слышать, и по спине девушки пробежали мурашки. Всё же, когда он только директор и учитель, то разговаривает с ней совсем по-другому, уверенно держась своей роли, и его выдержке можно только позавидовать. Никакой робости и, тем более, смеху, просто нет места. Правда, до сих пор он носит при ней маску, не показывая своего лица, из-за чего Крис думает, что не очень-то он ей доверяет. Но девушка надеется, что со временем они станут ближе. — Я сам позвонил тебе, так что, я не вижу в этом ничего наглого. Сказку или что-нибудь пореалистичней? — На твой выбор. Тебе никто не говорил, что твой голос просто ангельский? — Говорили, что красивый, но что ангельский… Ты в этом первая, — с особой нежностью подчеркнул он. — Что ж… И с того дня они часто созванивались просто так. Кристина также просила его иногда спеть или сыграть на каком-нибудь инструменте. И если Эрик поначалу думал, что она не слушает его, то, чтобы проверить, стал задавать ей вопросы, как бы между прочим, о рассказанной истории, о спетой песне или мелодии, что исполнил для неё. И каждый раз удивлялся тому, что Кристина действительно была заинтересована. Ещё более часто у них бывали дискуссии на ту или иную тему, которую они могли продолжить обсуждать на работе во время перерывов. Однажды, когда очередной такой звонок был окончен, Кристина поняла, что влюбилась. Она тоже многого не ожидала. Но сейчас, стоя на лестнице рядом с ним, ей было очень неловко. От всепоглощающего стыда её отвлекла его большая ладонь в чёрной кожаной перчатке, что мягко опустилась на её плечо. Кристина подняла глаза на возлюбленного. — Не волнуйся, я люблю тебя. Я думал, что мне незачем жить, думал, что безвозвратно потерял тебя, но ты всё ещё со мной, и для меня это — счастье. Тебе не важна ни моя маска, ни моё лицо, а мне всё равно понравится там, куда ты меня поведёшь. Хоть рай, хоть ад, любовь моя. Ты дорога мне… Кристина фыркнула. — Слишком пафосно. — Думай, что хочешь, но я совершенно искренен. — Тогда, прошу. Но учти, я увижу по глазам, если тебе не понравится. Девушка наконец открыла дверь, приглашая его войти внутрь. — И это совсем не мой дом. Я сняла его на деньги, что у меня оставались ещё до приезда в город. Миссис Валериус, добродушная старушка, что знала моего отца и считала своим сыном, разрешила пожить здесь… Эрик слушает её и осматривается вокруг. Дом внутри очень просторный, двухэтажный, есть патио, дверь которого открыта. Слева — большая гостиная, в центре которой диван и телевизор. Два прямоугольных окна с лёгкими белоснежными тюлевыми занавесками. У стены, напротив дивана, средних размеров книжная полка, что доверху забита книгами. Эрик думает, что здесь бы поместился ещё и камин, но пока молчит. Справа — кухня, со столом и стульями на четыре персоны, рядом также небольшой кухонный островок. Наверху располагаются комнаты. — Тебе не нужно оправдываться передо мной, — Эрик мягко хихикнул, после чего добавил. — Раньше я и сам жил в очень небогатом доме. — А раньше ты не мог это сказать? Кстати, можешь снять маску. Эрик так и сделал, после чего положил ту в карман своего пальто, затем снял пальто с себя и Кристины, повесив те на вешалку в коридоре. — Не думал, что та, кто запросто ставит на место директора театра, будет так стыдиться своего дома, вот и не считал нужным рассказывать. — И ты не шутишь? Не сказал это специально и не соврал? — Нет, к сожалению или счастью. Мы с матерью жили бедно. Она не любила меня, как лишний рот, а лицо было неплохим поводом ненавидеть меня ещё больше. И, если честно, твой дом не выглядит так уж бедно, как ты сказала. Мой дом детства был уж точно хуже. — Что ж… я рада, — Кристина смутилась и поняв, что сказала, поспешно добавила. — То есть, я не про твоё детство, а про то, что тебе здесь нравится. С горящими от смущения и собственной тупости щеками, Кристина быстро ретировалась на кухню… чтобы обнаружить пустой холодильник и такие же пустые полки, и почувствовать себя ещё более глупо. Пришлось всё рассказать Эрику. — Мы могли бы сходить в кафе или ресторан, но думаю, ты откажешься, — вслух задумалась Кристина, стараясь спасти положение, зная, что в последний раз они с Эриком ели в обед, а сейчас уже семь вечера. — Ну, ходить туда я действительно не люблю — куда бы не сел, все будут таращится на мою маску. Но часто заказываю оттуда. Получается, брать ужин на двоих? — Получается, что ко всему этому ещё и вино, так как я часто пью только пиво. И какие-нибудь закуски на завтрак утром. Если только тебя это не затруднит. — Ты — моя девушка, милая. Меня не затруднит помогать тебе. Ожидая доставку блюд, пара успела убраться на кухне. Затем, по прибытию доставки, Крис оплатила половину заказа, игнорируя упрекающий взгляд Эрика, думая, что это справедливо. Они вместе накрыли на стол, а импровизированный завтрак Крис запихнула в холодильник. — Если хочешь, можешь принять душ. Да и мне тоже не помешает. Он на втором этаже. Разумеется, отдельно. — И ты не возражаешь, чтобы я… — Ты мой бойфренд, глупый, — сказала она прежде, чем убежать наверх. После душа Эрик остался лишь в своих чёрных брюках и белой рубашке, чувствуя себя более уютно, чем несколько минут назад. Кристина спустилась к нему в домашних шортах и свободной футболке — от такого зрелища Эрик так и замер. Девушка фыркнула, кратко хихикнув. — Сдаётся мне, ты ожидал, что для нашего ужина я надену бальное платье, ну прости, но… Он перебил её, подойдя ближе, не отрывая взгляд от возлюбленной. — Нет. Я ещё никогда не видел тебя в домашней одежде… Ты выглядишь восхитительно! Она стоит на второй ступеньке, он подходит к Крис. Мужчина взял ладонь и с особым трепетом и нежностью поцеловал её маленькие пальчики. Это надолго лишило Кристину дара речи. Словно она действительно в бальном платье, словно они в ресторане. — М… — сначала Крис вернула себе способность дышать. Затем говорить. — Эрик, не нужно. Ты же не рыцарь… Ещё чуть-чуть, и ты преклонишь предо мной своё колено… — она смущённо хихикнула. Кто бы мог подумать, что он так умеет любить? Эрик мог бы решить, что ей неприятно, но девушка не пыталась вырвать свою руку из его хватки и всё ещё стояла на месте. — А мне сдаётся, что ты и не против такого расклада, верно? — он усмехнулся, добавив. — Да и я бы хотел стать твоим рыцарем… Рука всё же вырвана из его захвата, Кристина смущённо усмехнулась, пробормотав: — Поговорим потом. Иначе наш ужин остынет. Крис подумала, что стоит воспользоваться случаем, когда Эрик ниже неё, и она может легче дотянуться до него, нежно взъерошив его немного влажные после душа чёрные волосы, после чего кратко поцеловала его в губы.