Жить вместе

Наступило утро. Кристина, возможно, спала бы ещё дольше, но крик Эрика было сложно проигнорировать. Они уснули, переплетя конечности друг с другом, он поглаживал её красивые ножки, укутывая её и себя одеялом. Но во время сна отделились друг от друга, всё ещё крепко держась за руку. И сейчас, когда он был так взволнован и напуган, девушка и не думала отпускать его ладонь. Смелость от вина выветрилась. Открыв глаза, Эрик предполагал, что восхитительная ночь, которую он провёл с Крис — всего лишь сон. Даже если она его любит, вряд ли она могла переспать с ним, вряд ли могла хотеть его также, как он хочет её… Мужчина с удивлением и ужасом за неё обнаружил, что обнажён, и что его ладонь крепко сжимает пальчики Кристины, что также, без одежды. Он вскрикнул, чем и разбудил возлюбленную. — Эрик… что случилось? — она прибывала в полусне, спокойно зевнув. — Вчера… я слишком много позволил себе… Крис… Мужчина разжал её ладонь, чтобы обнаружить, что Крис ловко и нежно сжала его пальцы. — Да-да… Посмел опорочить невинную меня, — девушка усмехнулась и сладко потянулась, как бы случайно демонстрируя ему свою грудь. — И, не ты посмел, а мы вытворяли всё это друг с другом. Ночь была шикарной… Девушка вздохнула, чувствуя, что в сердце что-то оборвалось — Эрик заплакал. — И ты не жалеешь? Что… со мной? Я думал, что в последний момент ты остановишь меня, скажешь, что передумала… В первый раз её парализовал шок, во второй она просто была рядом. Но сейчас она уже знала, что нужно просто крепко обнять его, позволяя выплакаться. Он обнял её в ответ, жадно, отчаянно. Девушка гладит его по спине и волосам. — Поверь, если бы я не хотела, то даже на порог бы тебя не пустила. О, и кстати… — Кристина отстранилась и вытерла слёзы с его впалых щёк. — Когда мы ужинали, я думала, но всё не решалась задать тебе вопрос… Ты… переедешь ко мне? Эрик пару раз моргнул, решив, что ему просто послышалось. — Ты не можешь быть уверена в том, что предлагаешь… Крис, это не тоже самое, что ходить под ручку в Опере. Не боишься всяких слухов за спиной? Девушка усмехнулась — про то, чтобы объявить всему театру, что они встречаются, он тоже так говорил. — Слухи — часть нашей работы, — она пожала плечами, после чего нахмурилась. — С другой стороны, это тебе будет нужно держать себя в руках — учитывая, какие здесь слухи ходят обо мне… Учитывая, что ты не умеешь думать на холодную головушку, когда дело касается меня, ты по кирпичику разберёшь дом каждого из них. — Несомненно! — уверенно заявил Эрик. — Но так нельзя! — парирует Крис, шутливо толкая его в грудь. — Тогда… может, ты переедешь ко мне? Дом за городом, никого поблизости… Кристина округлила глаза. — Нет! Боже, ты мне предлагаешь переехать туда, где от каждого квадратного метра веет роскошью… Слушай, одно дело — погостить там пару деньков, другое — жить там… Эрик понял, что она стесняется. Ох, да о чём он, если Рождество, что они провели вместе в его коттедже, сопровождалось частым "Я боюсь что-нибудь сломать здесь». Хотя, самого Эрика мало волнует сохранность предметов, и если бы Крис всё же разбила вазу или ещё что, он бы не стал её винить. Мужчина погладил её по щеке и кратко поцеловал в губы. — Этой роскоши цена — одиночество. А так мы будем вместе. — А как же этот дом? — Можешь отдать его обратно Валериус, а можно возвращаться сюда иногда — пока осматривался, я даже прикинул, что мог бы сделать в гостиной камин… — Я подумаю. — Крис… ты в порядке после вчерашнего? Девушка было закатила глаза, собираясь сказать, что ей понравилось, но он объяснил. — Как ты чувствуешь себя сейчас? Нигде не болит? — А, ты об этом. Немного болит между ног и там, где ты оставил следы от укусов, — его виноватый взгляд метнулся на её шею, плечо и соски — там действительно красуются синяки. Девушка продолжила. — Догадываюсь, что у тебя болит спина от моих ногтей… Секунда, две, Эрик снова вскрикнул — на этот раз от боли. — Пока ты не сказала, я и забыл о собственной боли, — прошипел он с довольной ухмылкой. — Но я не хочу ослаблять эту боль, что принесла наслаждение. Кристина хихикнула. — Мазохист! — Сама такая же! — парирует Эрик ребячливо. — Догадываюсь, что ты тоже не планируешь мазать эти синяки, верно, милая? — Крис фыркнула, кивнув. Эрик крепче прижал её к себе. — Мы можем повторить то, что было ночью? — Ммм… Не возражаю. В нашем разбитом состоянии подойдёт нежный секс, иначе мы даже с постели встать не сможем, — медленно поглаживает его по волосам, поощряя начинать, доверительно заглядывает своими лазурными глазами в его золотые, и чуть приоткрывает губы. Она знает, что ей не нужно вести себя соблазнительно — для Эрика она всегда будет на первом месте, самая желанная из всех и из всего, что только может быть. Но этого недостаточно, это не исключает того, что ей тоже хочется показать ему, что её любовь к нему тоже сильна, чтобы он никогда больше не сомневался. Эрик наклоняется к ней, мягко накрывая её рот своим, их губы едва касаются друг друга. И сейчас он почти не сомневается в том, насколько велика её любовь, видя ещё одно доказательство — потемневшие от похоти и возбуждения, как и его собственные, глаза любимой. Остаток сонливости просто не даёт им скатиться в страсть, но это не значит, что их сердца перестали пылать огнём! Столь тесно прижатые друг к другу, и больше никого и ничего не нужно, по крайней мере, на данные несколько минут. Медленно, с особым трепетом и нежностью, рука Эрика скользит по изгибам тела возлюбленной, посылая по всему её телу приятную дрожь. Ладонь Кристины гладит его волосы, чуть оттягивая те, и Эрик стонет ей в рот; скользит по его широкому плечу и спине также медленно. Эрик спускается поцелуями ниже, покрывая шею Крис почти-целомудренными поцелуями, что посылают ток по всему телу девушки не первый раз за утро и за лихую, просто крышесносную ночь, она всхлипывает, прижимая возлюбленного ещё ближе. Эрик лижет её сосок, целует живот, колени и бедро, не прекращая поглаживать её тело. Кристина стонет, стараясь наблюдать за его движениями. Эрик перевернул её на спину, нависая над ней. В комнате светло, потому можно увидеть, что локоны возлюбленной, что струятся на подушках, сияют золотом, напоминая лучи солнца. Несколько секунд он просто любовался ею, кажется, совершенно не замечая, что Крис любуется им. Крис развела ноги в стороны, чтобы он вошёл в неё, что он и сделал. Снова и снова он целует её сочные губы, срывая с них стоны, размеренно двигаясь внутри неё. Девушка двигается ему навстречу, руки её скользят по его телу, где только можно дотянуться, особенно осторожно лаская спину, стараясь не задеть царапины, что сама же и оставила ему, но всё же задевает, отчего Эрик чуть выгибается и шипит. Ноги Крис обнимают его за талию, притягивая ещё ближе к себе. Эрик заводит её неугомонную ладонь ей за голову, переплетая с ней пальцы — это необходимо, чтобы больше Крис не трогала его спину, и впрочем, девушка не возражает. Кровать, кажется, с трудом держится от их совместных усилий, в спальне несколько минут звучат их стоны, рычание и всхлипы.

***

Неделю спустя. Крис, что всё же переехала в дом Эрика, очень и очень неспешной походкой идёт в гостиную, где на диване сидит возлюбленный, что даже не шелохнулся, услышав нестройный звук её шагов. Уже ночь, девушка только-только вернулась с работы. В Опере все девушки, а также Рауль и Перс интересовались её отношениями с Эриком. Мэг беспокоилась, Карлотта решительно была настроена врезать Эрику, Перс и Рауль вовсе предлагали сбежать. И Крис им всем, словно маленьким детям, сказала, что у них всё нормально, лучше и быть не может, и никуда она бежать не собирается. Крис застыла посреди гостиной, облачённая в тонкий свитер с длинным рукавом и закрывающим шею, и длинных джинсах. Она не может больше сделать шаг, по крайней мере, сейчас. — Мне звонил Перс, — недовольным голосом начал он. — Эрик, что ты творишь с мисс Дае?! — прозвучал в мобильнике недовольный голос Перса. — Учти, если ты рукоприкладствуешь… — Ох, я рад, что она доехала, — облегчённо выдохнул Эрик. — Ты издеваешься?! — Вовсе нет, я в самом деле рад, что она… Крис ведь в театре сейчас, да? — Да. Я случайно заметил синяки на её теле, не пытайся делать вид, что ничего не знаешь! — А что она на это говорит? — Отнекивается. Скажешь, что не защищает тебя? И вообще, я с тобой не разговаривать должен, а прибить за такое! — Не знаю, что именно ты успел предположить, но ничего серьёзного. Мы с ней просто сильно увлеклись сексом… Очень сильно. Успели опробовать за несколько дней… По голосу было слышно смущение, что на секунду заставило Перса растеряться. — И почему я должен верить? — Ты не задавался вопросом: почему меня нет на рабочем месте? Я буквально не могу встать, вот уже три часа! Три часа я просто сижу на кровати! Перс засмеялся, всё же поверив. — И как вас так угораздило? Вот до чего доводят месяцы воздержания! Эрик хмыкнул, а Перс же добавил: — Если что, я имею в виду и тебя, и её, насчёт сексуального воздержания.  — В свою защиту скажу, что на ней было сногсшибательное платье в обтяжку, подчеркивавшее все выпуклости. Под стать ему были и туфли — из тех, что называют «трахни меня». Крис, услышав об этом разговоре, смеялась, чувствуя, что щёки горят от смущения, а всё тело немилосердно ломит — пара так и не смогла удержаться от жёстких любовных утех, о чём, будем честны, нисколько не жалела. — И как ты дошёл до дивана? — Также, как ты в Оперу и обратно.