Чужая

Ленивый барабанил пальцами по спинке переднего сидения, выстукивая ритм, безуспешно пытаясь подстроиться под музыку, доносившуюся из наушников Чужой. Наконец, сталкер раздраженно выдохнул, затем прильнул к окну и с силой откинулся назад, так что сидение досадно скрипнуло. - Ну что там, блять, можно так долго делать?! – отрывисто произнес он. Чужая, услыхав частые шорохи и ворчание приятеля, нервно рванула наушник. - Да что стряслось опять? - Че они так долго? Время же! - Пусть узнают все, что нужно. Итак, полтора часа петляем. А Жовтень и Варвар и того дольше. - Жовтень и Варвар – кадровые. Но они-то, - Ленивый указал за стекло на группу столпившихся снаружи долговцев – из честных бродяг сюда пришли. Зону должны знать, как свои пять пальцев! Чужая повернулась к Ленивому, встала на колени и приподнялась над передним сидением так, что голова уперлась в крышу броневика и скрестив руки на затертой спинке, ответила. - А то, что ночью прошел Выброс и сейчас по Зоне передвигаться все равно, что заново ходить учиться тебя не смущает? Вы потеряли хватку сержант, – улыбнулась девушка,- отрастили брюхо, раскабанели на казенных долговских харчах и стали до того храпеть по ночам, что весь мой отряд уже собирает подписи на ваше выселение с этажа. - Ах ты ж, маленькая чертовка! – Ленивый улыбаясь попытался ухватить Чужую за нос, но та посмеиваясь с легкостью увернулась. - Я завтра все бумаги отнесу Полковнику, и он тебя переселит к охотникам! - Только попробуй! – Сталкеру удалось подцепить девушку за ворот куртки и с силой рвануть к задним сидениям от чего Чужая потеряв равновесие свалилась на Ленивого, который неуклюже сгреб ее в охапку так, что девушка не смогла бы вырваться при всем желании. Тем временем снаружи компания долговцев обступила со всех сторон двух одиночек. Сталкеры выглядели матерыми бродягами, топтавшими Зону не первый год, привыкшими и к лишениям, и к различным непредвиденным поворотам. Такие здесь живут очень долго, не примыкая ни к одному обществу, вырабатывают свой понятный только им взгляд на вещи и довольствуются очень малым. Смысл существования их сводиться со временем только к одному – найти хабар, вернуться живым, продать выгодно, потратить выручку и снова отправиться в рейд. Все благородные и не очень цели, мотивация и смысл сталкерства уходят у таких на второй, а то и третий план. Большинство потребностей сводиться к минимуму и на первый ряд взбираются базовые инстинкты. Подобные бродяги становятся кладезем всевозможных полезных советов и историй, но делиться багажом знаний они не желают и предпочитают играть роль всезнающих надменных ходоков. Впрочем, трепещущими перед теми, кто мало-мальски сильнее их. - К Могильникам не пройдете. Мы шли через Иловницу, но там «Развал». Если дальше по дороге, – сталкер кивнул в сторону виднеющегося лесочка, - упретесь в ловушки, которые застолбили все единственные подходы. - Вдоль реки? – спросил Сайгак. - Болото пошло. Грабанетесь на «Киселях», – неуверенно промямлил сталкер, пожевывая в сухих губах фильтр сигареты. - Или в «Тумане». - прибавил другой одиночка с кровавой повязкой на глазу. Монстр достал засаленную и потертую на сгибах карту, распластал как газету перед носом сталкера и ткнул пальцем. - Показывай безопасный маршрут, каким вы шли! - А вам зачем? - криво усмехнулся тот. - Слышь, делай, что говорят тебе, сволочь! - Мартин больно пнул сталкера в бок стволом автомата. Напарник его потянулся было к оружию, но долговец резким движением выдернул автомат из его рук. - Без шуток, бродяги! Нам всего лишь необходимо знать безопасный маршрут к Свалке. Двое бродяг стали разглядывать карту. Сизый, взводом которого был усилен отряд Чужой, досадно сплюнул на землю. Размазал слюну ботинком и ободряюще похлопав Монстра по плечу, направился к своей машине. *** Чужая вытянулась во весь рост и бесцеремонно закинула ноги на колени Ленивого. Закурила, приоткрыв окно. - Ты никогда не думал о том, чтобы вернуться к вольной жизни? - махнула в сторону одиночек Чужая. Ленивый удивленно покосился на напарницу. - Ты сейчас это серьезно, дорогуша? - Наверно… - задумчиво произнесла девушка – Нет, ну а что? Никакой обязаловки, приказов и правил. Хочешь – иди куда глаза глядят, хочешь – неделями сиди по лежкам или пропивай последнее в барах. Ленивый фыркнул. - Или сутками не встречай ни одной живой души, днями трясись от холода, вечно доедай последний хрен, считай патроны, постоянно парься на счет того, когда ждать Выброс. Нет, с меня хватит. В конце концов, мы же от этого и сбежали. - Зато ты принадлежишь себе, а не кучке высокопоставленных твердолобых чинов. - Эх, Чужая, я пол жизни был в армии, а остальную половину доживаю в Долге. Мне жаловаться не приходиться, я привык выполнять поставленные задачи, жить по уставу. Все просто. - Но у тебя не было чувства что ты что-то делаешь неправильно? Что воевать против себе подобных, таких же сталкеров как и ты, противоречит самой сути сталкерства? Что мы отдалились от них, – Чужая указала на топтавшихся возле долговцев одиночек – больше чем ты можешь себе представить. Не можем даже дорогу прощупать. Ленивый снял ноги девушки с колен и взглянул ей в глаза. - Ты это брось. – осторожно проговорил он – Что это за «зеленые» мысли такие? Считай, я этого не слышал. Чужая перестала улыбаться и недоуменно уставилась на Ленивого. - Что с тобой случилось? После Толстого Леса ты сама не своя! Я же вижу. Вчера в баре в былые времена ты бы там все вверх дном перевернула, а в этот раз как сонная муха была. Не понимаю. - Я просто… Нет… ничего все нормально. Не бери в голову, Лен. Все хорошо. Чужая было схватила ручку двери, но передумала покидать теплую и уютную машину. В конце концов, парни справятся и без нее. Она только переползла на свое переднее место, как дверь рванул Сайгак и плюхнулся за руль, следом ворвался Мартин и Монстр. - Тупые одиночки! - Сайгак гневно ударил руль и с треском рванул ручник. - Были проблемы? – осведомилась Чужая. - Да с них по одному слову пришлось вытягивать! Один говорит одно, другой – второе, - Монстр придвинул карту к девушке и стал водить дрожащим пальцем, показывая новый маршрут к Свалке. Чужая уточнила несколько нюансов и взяла в руки небольшую рацию. Остальные две группы под командованием Варвара и Жовтня долго не отвечали. Наконец, девушке удалось наладить хлипкую связь и получить довольно оптимистичные данные от обоих. *** Серьезное дело, если не сказать больше. Сразу три поста Долга не вышли на связь в установленное время. В этом не было ничего удивительного. Такое случалось и раньше. Тем более, что Выброс ощутимо потрепал юго-запад Зоны. Однако долговские заставы на Свалке, Агропроме и на окраине Чернобыля никогда не молчали все вместе. Существовал протокол, по которому они обязаны были несколько раз в день связываться с Ростком. Но на этот раз этого не случилось утром, хотя Выброс закончился раньше. Затем, ближе к полудню, когда в Зоне установилась относительно спокойная жизнь – в штабе занервничали. Поэтому, когда Чужая, Варвар и Жовтень стояли у входа в бункер перед Полковником, было принято решение наведаться на каждый из постов и чем раньше, тем лучше. Чужой показалось, что Полковник ощутимо нервничал и что-то недоговаривал, но тогда она не придала этому значения, хотя и почувствовала некую обеспокоенность. Тогда же распределили маршрут. Жовтню – спокойный Агропром, Варвару – кишащий зомби, Чернобыль, а Чужой – ненавистная Свалка. Долг был нечастым гостем на Свалке и никогда не заходил дальше небольшого блокпоста на выезде из леса, расположенного у кладбища техники. Места там были дикие, но в тоже время людные. Вся работа Долга на посту сводилась к отлову различной сомнительной публики и разгоне многочисленных стаек кабанов и редких Плотей. В результате частых перестрелок и охоты блокпост на Свалке приобрел славу некой «горячей точки». Туда посылали проштрафившихся бойцов в качестве наказания, новичков для проверки на вшивость и просто неугодных членов группировки, которых по каким-то причинам нельзя было выгнать из ее рядов. Сама Чужая в первые месяцы службы была там несколько раз, чаще всего за норовистый и строптивый характер непокорной одиночки, очень долго не принимавшей армейской дисциплины. Поэтому, когда Свалка молчала, о ней беспокоились меньше, чем к примеру о стратегическом КПП в Чернобыле. Мало ли что произошло? Перепились, загнали оборудование связи группке одиночек и так далее. Одним словом – штрафной пост на Свалке. *** Два черных броневика покрытые свежей коркой грязи с ревом вынырнули из-за поворота и, проехав еще с десяток метров, резко остановились у крутого обрыва – условная граница Свалки проходила здесь. Обрыв являлся ничем иным, как просевшим грунтом радиоактивного могильника. Об этом косвенно свидетельствовали частые уцелевшие указатели со знаком радиоактивной опасности. Из машин вышли несколько фигур, включая девушку с закинутым через шею дробовиком, который она удерживала обоими руками – за приклад и холодную сталь ствола. Долговцы задымили сигаретами. Чужая и Сизый приблизились вплотную к обрыву о чем-то оживленно переговариваясь и указывая на противоположную сторону провала. Умник решивший когда-то назвать окрестности кладбища техники Свалкой не прогадал. Местность была изрезана рвами, небольшими курганами, огромными могильниками и множеством различного хлама, свозившегося сюда после первой катастрофы. В сущности, вся Зона являлась одной большой Свалкой. Свидетельства самой большой техногенной катастрофы XX века встречались во всех ее уголках. Закрытые, снесенные с лица земли села, несколько крупных отстойников техники, бесконечные радиоактивные могильники были раскиданы по всей ее территории, но псевдоним «Свалка» почему-то закрепился именно за этой обширной равниной. Почти полвека назад сюда свозили и закапывали сотни единиц техники, создавая вечные стоянки и кладбища на поверхности и в бетонных траншеях под землей. Целые кубометры, зараженной почвы были погребены здесь под слоем песка, глины и бетона. Однако время шло и сталкеры делали свое дело. Большинство могильников с техникой были разрыты. Единственными нетронутыми оставались скотомогильники – места массового захоронения животных. Остальное все, что представляло какую ни будь ценность, вынесено. Свалка была усеяна штабелями рассыпающихся бетонных блоков, остовами техники и всевозможным хламом, нанесенным сюда сталкерами. - Тишина давит, – пробубнила Чужая, осматриваясь в бинокль. - Нда, не нравится мне все это. Как думаешь, парни живы? - Сизый вопросительно уставился на девушку. Чужую такая прямота вопроса и спокойствие в голосе сталкера несколько сбили с толку. - Давай не будем делать поспешных выводов, - как можно беспечнее ответила она, пытаясь подавить начинающееся волнение. Над кромкой близкой посадки, где располагался блокпост, девушка видела в бинокль круживших ворон. Плохой знак. Но разве бывают в Зоне хорошие? На плече противно зашипела рация. «Чужая! Чужая как слышишь? Прием!» Голос Варвара показался Чужой взволнованным. - На семь-восемь, Варвар. Выдвигаемся к конечной точке, что у вас? В ответ раздалось сдавленное ворчание затем шипение и связь оборвалась. - Варвар! Варвар, твою мать, прием! Варвар!!! Сизый стоявший рядом сплюнул и выругавшись быстрым шагом зашагал к своей машине. Чужая еще с минуту пыталась наладить связь, но на другом конце, всего в нескольких километрах от Свалки, молчали. Девушка ринулась к броневику, рванула дверь и схватив рюкзак, стала возиться с лямками, попутно отчеканивая отрывистые фразы. - Машины оставим здесь. Дальше пойдем пешком. Парни не отвечают, что-то здесь нечисто. Чем быстрее справимся здесь, тем раньше двинем на помощь к Варвару. Монстр, Сизый идете впереди со мной. Остальные в десяти шагах позади, Ленивый, Мартин – замыкаете. Старайтесь не шуметь и смотрите по сторонам. *** Обогнув по правому краю огромный провал могильника, заполненный грязной водой, группа вышла к условной границе кладбища техники. За редкими деревьями и разрушенным местами забором виднелось бесчисленное множество покореженных аномалиями ржавых машин, свозившихся сюда со всей Зоны. Они растянулись на сотни метров, переплетались с грозными остовами военной техники образуя некое подобие лабиринта с выделяющимися в нескольких местах скелетами вертолетов и утопали в сухой растительности. Бурьян местами доходил до пояса, а редкие молодые деревца выбивали себе дорогу прямо сквозь ржавые кузова. Кладбище техники было настоящим Клондайком всевозможных сталкерских тайников и схронов. Причем оборудованных настолько искусно, что специальные поиски ради наживы какого-то тайника были пустой тратой времени и патронов, потому как среди бесчисленных лабиринтов за каждым коричневым каркасом мог подкарауливать какой-нибудь мутант либо, что еще хуже – всякие сомнительные личности, которые вершили здесь свои темные делишки. Нарвавшись на сходку бродяг, нерадивый одиночка мог расстаться с жизнью, либо со всем своим нажитым добром, включая оружие. Свалка считалась местом хоженым. Об этом всем свидетельствовали остатки костров, горы пустых бутылок и различных пакетов, выцарапанные на машинах клички сталкеров, различные поговорки, псевдофилосовские высказывания и просто маты сопровождавшие соответствующие художества. Вообще проблема мусора в Зоне являлась такой же головной болью, как и на Большой Земле, с единственным отличием: во всем остальном мире с этим пытаются бороться. В конце концов, есть свалки и заводы по переработке отходов, а люди цивилизованных стран в большинстве своем не стремятся загадить свои города. Совсем другая ситуация здесь, на клочке проклятой земли чуть больше тридцати квадратных километров. Мусор в Зоне попросту некуда девать. Новичок, окунаясь в среду сталкерства, переисполнен романтикой выживания. Романтикой походного, даже окопного быта. Романтикой такой модной и пугающей атмосферы постапокалипсиса. Новоиспеченный сталкер жаждет исследования многочисленных заброшенных зданий, подземных бункеров, научных комплексов и просто покинутых сельских хат. Каково же его удивление, когда в пустых коридорах Агропрома он с удивлением обнаруживает горы катающегося по полу мусора. Пустые бутылки, обертки, пачки, консервные банки и тонны, десятки тонн окурков. Затем сталкер начинает искать дальше, но в каждом разрушенном и необитаемом доме он находит лишь истлевшие противогазы, использованные фильтры и опять горы бутылок. В конце концов, новичок отчаивается найти хоть одну незагаженную постройку и с разочарованием принимает все как должное, начиная самостоятельно разбрасывать пустые банки по всем закоулкам ЧЗО. Совсем другая ситуация у группировок и крупных сталкерских общин. Тут на помощь пришла сама Зона. Аномалия Жарка, одна из самых гнусных ловушек, оказалась почти единственным, не считая «Грибка» способом избавления от мусора. Способом быстрым и эффективным. Все просто. На базах группировки скапливается мусор. Выделяется специальная команда, зачастую транспорт, который и вывозит все к ближайшим Жаркам, а те уже без остатка сжигают все, что попадает в зону действия ловушки. Просто и эффективно. Но это группировки, простые же одиночки не пользуются таким даже на своих постоянных лежках. Однако, несколько лет назад светлейшие умы Янтаря открыли одно из чудес живого мира Зоны – плесень разлагающая пластик и большинство полимеров. Каково же было удивление ученых, когда обнаружилось, что местная плесень вполне себе живой организм, использующий для питания синтетику и совсем не интересующийся органикой. Природа и тут смогла перехитрить старуху Зону, подчинив ее себе. «Грибок» прекрасно справлялся с мелкими отходами, но процесс этот был далеко небыстрым. Со всего мира тут же полетели заказы и какое-то время цена образцов «Грибка» была сопоставима с ценой на самые редкие артефакты. Многие предприимчивые сталкеры построили на переправке «Грибка» за Кордон, целые бизнес-планы и потирали руки в надежде стать влиятельными местными торговцами, но тогда все закончилось так и не начавшись. Организм не смог выжить без аномальной энергии Зоны. Мировой экологической революции не совершилось, и «Грибок» так и остался своеобразным эндемиком, причем в весьма ограниченном количестве, с пометкой «под угрозой вымирания», где-то между Плотью и Кровососом. *** Группа долговцев вышла примерно на середине стоянки техники, в то время как блокпост располагался несколько ближе к началу. Как только отряд переступил остатки каменной ограды и оказался среди ржавого железа, показания дозиметров взлетели в разы. Бойцы зашелестели пачками таблеток, кто-то накинул респиратор. Сталкеров вел Монстр – такой же опытный следопыт, как и охотник. Чужая доверяла ему, как себе, и бойцы старались продвигаться среди гниющих остовов след в след за Монстром. Кругом царила тишина, перебиваемая лишь мерзким карканьем воронья. У Чужой почему-то все время закладывало уши и приходилось то и дело сглатывать или зевать, широко открывая рот. Вскоре обнаружилась и первая неутешительная находка – истерзанный птицами и грызунами труп в черной форме. Тело лежало на капоте какой-то легковушки уткнувшись лицом в шершавое железо. Несколько крупных ворон рвали его шею. Монстр обошел место по кругу. Пригибаясь к траве как можно ниже, что-то разглядывая и даже как показалось Сайгаку, вынюхивая. Как только сталкеры стали приближаться и обступили труп, Монстр жестами отогнал всех назад шипя что-то о следах. Проделав всевозможные только ему понятные движения, долговец подозвал Чужую. - Есть его следы, они ведут оттуда. Больше ничего. Он бежал, кэп. Возможно, спасался от погони. Смотри. – Монстр указал на несколько пулевых отверстий в машине и на пару рваных ран на ногах бедолаги. Затем срезал ножом лямки его черного рюкзака и показал спину, располосованную автоматной очередью. Чужой, да и всем остальным не нужно было объяснений, каждый понимал, что они увидят на блокпосте, но у девушки еще теплилась надежда. Она еще раз попыталась связаться с остальными, но безуспешно. Теперь приказ ее прозвучал холодно и кратко - Патроны в стволы. Выходим к конечной точке. Когда они приблизились к намеченной цели, ожидаемо сбылись все самые худшие опасения. На месте не оказалось ни одной живой души, кроме ворон, нагло расхаживающих среди десятка погибших сталкеров. Кругом были следы ожесточенного боя. Свежие гильзы, новые пулевые отверстия, выкошенная осколками в некоторых местах трава и ни одного выжившего. Несколько хлипких построек, примыкавших к зеленому вагончику и возведенных из того, что нашлось под рукой, были просто испещрены следами осколков и пуль. У бетонных блоков на въезде к кладбищу техники вповалку лежало несколько убитых, земля и серый бетон были измазаны кровью, тут же валялся крупнокалиберный пулемет с изогнутым от взрыва стволом. Аномалия, возникшая во время Выброса, неподалеку от зеленого вагона, очевидно затянула в себя уже убитого долговца и растерзав его на части, медленно вращала в своем центре кровавые ошметки. Кого-то из новичков отряда Сизого беспощадно стошнило. Чужая пребывала в состоянии мимолетного шока, не зная, что предпринять, куда идти и что со всем этим делать. Она аккуратно прохаживалась мимо каждого убитого. Некоторых она знала лично. Ленивый с ребятами осматривали тела, проверяли вагончик, но никаких следов, нападавших найти так и не удалось. Сошлись на одном – бой произошел утром, когда большинство одиночек все еще сидело под землей. В вагончике, который использовали как бытовку, тоже было несколько убитых, и девушка поспешила убраться из душного помещения. - Ленивый, связь мне со штабом, быстро! – только успела рявкнуть девушка, как хлопнул одиночный выстрел, и Сайгак, стоявший у бочки с потухшим, но еще теплым костром, как-то резко дернулся и упал на одно колено, затем сразу сдавленно крикнув завалился на спину. Долговцы тут же залегли за ближайшими укрытиями. Кто-то дал длинную очередь в сторону предполагаемого стрелка. - Твою мать! Сука! - ревел еще живой Сайгак, черная форма которого стремительно намокала от крови. - Лежать! Никому не двигаться, я сказала! Сайгак! Сайгак, не дергайся! Куда тебя ранило!? Второй выстрел пришелся сталкеру чуть ниже, под ребро. Кем бы ни был стрелок, он действовал молниеносно. Сайгак взвыл, корчась на земле. Дрожащими руками он пытался нашарить оружие. Сизый залегший у входа в вагончик уже жестами раздавал приказы своим. Его сталкеры короткими перебежками стали продвигаться в предполагаемую сторону снайпера, но быстро оказались заперты эффективным огнем стрелка. Мартин и Монстр стали вести беспорядочную стрельбу одиночными. Ситуация казалась патовой. Сайгак уже не кричал, а просто перебирал ногами поднимая пыль с земли. Жизнь покидала его с каждым ударом сердца. Долговцы оказались полностью блокированы неизвестным стрелком. Внезапно, как гром среди ясного неба, разорвалась подствольная граната, и Ленивый краем глаза заметил, как с тыла короткими перебежками под прикрытием остовов техники приближались сталкеры с ярко-зелеными повязками на руках. - Чужая! Сзади! – Ленивый стал осыпать нападавших выстрелами. Разорвалось еще несколько гранат и свободовцы ринулись атаковать, желая быстро завершить начатое. - Свобода! Вперед! – отовсюду раздались крики. Девушка уже со всех ног неслась к следующему укрытию, попутно делая несколько выстрелов. Эффект неожиданности, на который рассчитывали свободовцы, сработал не в полной мере. Отряд Чужой и Сизого быстро рассредоточился, занимая выгодные позиции. Сизый осыпал матом нападавших, потеряв одного убитого из своей команды. Монстр и Мартин возились с заклинившим пулеметом, рядом отстреливался Ленивый. Чужая дослав в магазин дробовика несколько патронов, осторожно обошла грузовик и перескочила открытое пространство до следующего остова. Краем глаза она заметила нескольких свободовцев. Девушка выудила из подсумка гранату и с силой выдернув чеку подбросила ее вверх и ближе к сталкерам, а сама, завернув за кабину припала к земле. Раздался взрыв и следом чья-то ругань с криками. Это дало Чужой шанс пробраться ближе к своим. Стрельба разгоралась все сильнее. Убитые и раненные уже были отмечены с двух сторон. - Ну что там, должники? Дождались падлы?!! За Акеллу! За Волю! – доносилось со стороны нападавших. - Где Ленивый? – кричала в ухо Монстру Чужая, хватая того за грудки. - Не знаю! Остался у БМПшки... Свобода частично добилась своей цели разделив долговцев на отдельные группки. Сизый с ребятами остались блокированными у вагончика, Монстр и Мартин оборонялись у бетонных блоков крепко засев с ручным пулеметом, Ленивый же и пара незнакомых девушке бойцов оказались отрезанными от основной группы дальше всех среди рядов старой военной техники. - Сизый! - Чужая под градом пуль проскочила к хлипким постройкам блокпоста за которыми залег долговец с бойцами. Девушка схватила оглохшего от стрельбы сталкера за воротник черной формы. - Сизый, где Ленивый?! Сталкер расстрелял последние патроны и отщелкнул пустой магазин. - Уходить надо, капитан, покрошат всех! - Знаю и без тебя! – рявкнула Чужая, затем слегка приподняла голову оценивая ситуацию. Между брошенных машин, не смолкала редкая, прерывистая пальба и крики перебегающих от укрытия к укрытию свободовцев, явно намеревавшихся взять долговцев в кольцо, чему успешно препятствовали бойцы, засевшие дальше всех у разбитой громады БТРа. - Ленивый с парой моих пацанов сидит у БТРа, - проговорил Сизый прямо в ухо Чужой, указывая на клочок земли, куда часть свободных перенесла свой огонь. Чужая на мгновение зажмурилась, пытаясь что-то придумать. В груди ее разгорался пожар тревоги. - Сизый, пробивайтесь к Монстру с Мартином и уходите к машинам по бетонке, обратно не возвращайтесь! Бетонка пустая, под прикрытием забора и посадки мелкими перебежками, у вас будут шансы уйти. - Что ты задумала? - усмехнулся Сизый, вырывая кольцо дымовой гранаты и коротко швыряя ее в сторону. - Верну наших «героев»! Сизый сплюнул, но не сказал не слова возражения, чему девушка была бесконечно рада. Он только усмехнулся и крепко стиснул руку своего командира. Потом добавил, протягивая Чужой пару гранат: - Задницей чувствовал, а? - Сизый подбросил в руках две РГД. - Как только я увижу, что ты добралась до Ленивого, я снимаюсь к Монстру и мы уходим… Чужая лишь козырнула в ответ и помчалась вдоль разрастающейся полосы белого дыма. Она спешила, несколько раз спотыкалась о тела убитых, пригибалась как можно ниже. Кто-то из «зеленых» заметил ее, когда Чужая, как заяц, пересекала открытое пространство до пожарного ЗИЛа и выпустил вслед длинную очередь. Девушка в последний момент прыжком достигла грузовика и чудом избежала несколько пуль, которые впились в ржавое железо и распались на раскаленные части где-то внутри машины. Чужая замерла с дробовиком в руках. Огромных усилий стоило сдерживать прерывистое дыхание. Сердце вырывалось из груди, но она ждала. Ждала, когда стреляющий придет за ней, шагнет за угол и тогда… Она и сама не поняла, как вдавила спуск, только увидела, как лицо свободовца превращается в кровавое месиво. Чужая сработала на автомате, как заведенный механизм. Резким движением рванула назад и вперед цевье дробовика, стреляная гильза выскочила с едва уловимым щелчком. Второй выстрел изодрал сталкеру грудь. Девушка тут же подцепила из подсумка несколько патронов и не глядя стала заряжать ружье, осторожно продвигаясь вдоль рядов косых гусеничных тягачей и БТРов. В голове молнией пронеслась мысль: «Что если это был тот сталкер? Что если…» Но размышлять об этом было некогда. **** С Ленивым Чужая столкнулась лоб в лоб за очередным поворотом лабиринта. Сталкер чуть было не открыл огонь и забористо выругался на девушку. Нос его был разбит, и белая щетина измазалась кровью, словно львиная морда после сытной трапезы. - Ты какого хрена тут делаешь, дорогуша?!Валить надо! - прокричал приятель хватая, своего капитана за руку и завлекая за собой. - Я знаю, черт возьми! Где остальные? - Не осталось никого, ну, быстрее! Среди военной техники показалось несколько фигур с зелеными повязками. Один из них припал на колено и попытался вести прицельный огонь по удаляющимся долговцам. Пули противно визжали над головой, поднимали фонтанчики земли и звонко бились о металл. Ленивый мчался не разбирая дороги. Чужая едва поспевала за ним и все время норовила вытащить свою руку из лапы сталкера. Наконец, ей это удалось, и она резко развернувшись расстреляла в сторону нападавших почти все патроны. Один за одним. Ленивый пробежал еще с десяток метров, затем понял, что Чужая осталась позади и поспешил обратно, вытягивая из-за пазухи пистолет, но мощный взрыв откинул его назад с невероятной силой. *** Чужая, вдавив в холостую спусковой крючок, одним движением перекинула через плечо дробовик, как за спиной что-то оглушительно взорвалось, осыпая девушку комьями земли. Она попыталась уйти вправо и выйти к Ленивому, но серия из близких разрывов гранат заставила ее на какое-то время потеряться в пространстве. Девушка попыталась пробежать еще несколько метров отчаянно тряся головой, но картинка перед глазами не желала сливаться в одну. Повторный сильный взрыв сзади опрокинул капитана на землю. Последнее, что она почувствовала прежде, чем потерять сознание — как кто-то взгромоздил ее себе на плечи. Мангуст сидел у потрескивающего костра широко расставив ноги, подперев рукой щеку. Сумерки все больше окутывали небольшую лесную поляну на севере Свалки, далеко от кладбища техники, где сегодня произошло два боя. Сталкер перебирал в мыслях произошедшее. Ранним утром они напали на блокпост «Долга». Черные не успели ничего толком понять. Бой завершился практически не начавшись. Решение о засаде было спонтанным. Блэк сообщил о нем всем участвующим в рейде свободовцам. Захотел повторить успех разгрома на Агропроме и Чернобыле. Что ж, проницательный сукин сын. Но не все вышло так гладко. Насколько знал Мангуст, потери «Свободы» в городе были огромны, однако они компенсировались умелой тактикой и полным расстрелом долговской колоны. Агропром же был взят почти без боя, но засада там не увенчалась успехом, и свободные были выбиты с блокпоста, который остался в руках «Долга». Это все, что знал к этой минуте Мангуст. Утром, лежа на сырой земле, среди ржавых остовов техники он жалел только об том, что не может быть во всех местах одновременно. Об одной мысли, что та черноволосая девушка может быть в городе, где случилась настоящая резня или на посту тихого Агропрома, Мангусту сводило челюсть, сворачивало внутренности в тугой узел. Он несколько раз спрашивал Пилигрима, который сидел «на связи», о том не было ли среди убитых на постах бабы из черных. На что получал злой, но обнадеживающий ответ: «Тебе чего Искры не дали? Понимаю… Если среди черных заведется какая-то курва, так мы узнаем, уж будь спокоен.» Однако у Зоны были планы на Мангуста. Она любит играть с человеческими судьбами, как капризный ребенок. Мангуст заметил ее сразу, еще до начала боя. И ничего не мог сделать. Стрелять в спины своих он не желал – они были его семьей. Оставалось только выжидать подходящего момента. Когда основной отряд стал загонять долговцев к дороге, он и еще несколько сталкеров стали отсекать небольшую группу, засевшую у военной техники. Они почти завершили начатое, как один из долговцев все же сумел вырваться из сжимающегося кольца, но исход боя решил автоматический гранатомет. Мангуст несколько отстал от своего отряда и в пылу частых разрывов, увидел ее, лежащую под колесами грузовика. Он принял единственно верное решение. Еще неизвестно, чем оно обернется для него, покинувшего своих в разгар боя, но это было необходимо. В противном случае девушку ждала незавидная судьба среди разгоряченных кровью и стрельбой зеленых братьев. Теперь он не отрываясь смотрел на свернувшуюся калачиком девушку. Их разделял только беспрерывно пляшущий огонь потрескивающего костра. *** Чужая чувствовала под собой мягкую лесную подстилку, прохлада опустилась на землю вместе с сумерками, за спиной потрескивал огонь. Она давно пришла в себя и практически сразу провалилась в беспокойный сон, не желая открывать глаз. Теперь она еще витала в каких-то его остатках. Тепло костра и запах прелых сосновых иголок создавали ощущение безопасности и уюта. Так чувствовала она себя когда-то в единственном в ее жизни походе. Вот-вот ее разбудит Лида с ребятами и они вместе выйдут в поле, к ночной дороге, чтобы до рассвета веселиться и смотреть на звездное небо. Однако близкий протяжный волчий вой, перерастающий судя по звукам в собачью возню вернул Чужую в жестокую реальность Чернобыльской Аномальной Зоны. Она еще какое-то время пыталась убедить себя, что это сон, что всех этих мутантов, аномалий и каких-то группировок не существует. Но нет, земля отдавала холодом и запахом гнили, в глубине леса копошились псевдоволки, руки ее пахли табаком, а одежда пороховой гарью и потом. Тело гудело, а голова раскалывалась на части, как после ночной пьянки. Затем она услышала шорохи и аккуратные шаги, по спине пробежал холодок. - Ну вставай уже, я же вижу, что ты не спишь. Твое дыхание перестало быть ровным, ты же теперь стараешься вообще не дышать. – усмехнулся какой-то знакомый ей голос, – Не бойся. Капитан пыталась подавить нахлынувшее оцепенение и, когда она почувствовала, что сталкер слегка склонился над ней, нанесла тому сильнейший удар под колено. Он зашипел, припадая к земле. Этого хватило для того, чтобы Чужая вскочила на ноги, и враг попал в ее крепкий захват. Мангуст и не думал сопротивляться, он был готов и к такому повороту событий. Теперь он стоял на коленях морщась от боли и чувствуя, как согнутая в локте рука девушки все сильнее сдавливает ему шею. - Хорошее дело, ничего не скажешь…так ты благодаришь за спасение… - прохрипел он. - Какое спасение, сука!? Еще слово, и я сверну тебе шею! – Чужая сильнее сдавила горло свободовца. Медлить было нельзя. В какой-то момент Мангусту показалось, что девушка не шутит. Все это продолжалось считанные секунды. Чужая ничего не успела понять и тем более среагировать. Мир перевернулся с ног на голову, и она, к своему удивлению, очень быстро оказалась на земле обездвиженная навалившимся сверху сталкером. Сильные руки пригвоздили запястья к земле, не дав капитану ни малейшего шанса вырваться, нижняя часть тела также отказалась во вражеских тисках, и попытки лягаться и брыкаться также не возымели успеха. Какой бы натренированной ни была Чужая, она прекрасно понимала, что в равной схватке она непременно проиграет мужской силе, поэтому прекратила тщетные попытки сопротивления. На минуту воцарилась тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием, постепенно приходящим в норму. Это подарило капитану возможность подробнее рассмотреть человека пленившего ее. Осознание, словно гром среди ясного неба, заставило что-то внутри зашевелиться. Это забытое еще со времен института ощущение возникало каждый раз, когда она думала о нем, о том самом свободовце, который позволил ей уйти. Сама того не замечая, она сверлила его любопытным взглядом, который бесцеремонно бродил по волевому подбородку, карим глазам и остановился на приоткрытых губах, что заставило сталкера смутиться. - Остынь немного… - отдышавшись проговорил Мангуст. Затем осторожно разжал пальцы, поднялся и отступил на несколько шагов назад, потирая красную шею. Опомнившись сталкерша резко поднялась на четвереньки и устремилась к дереву, где лежал ее рюкзак. Оружия не было, поэтому еще не вполне понимая свое положение, девушка просто уселась под огромным стволом сосны поджав ноги, обхватив колени руками. - Чего ты хочешь? – спросила она, стараясь подавить дрожь в теле и голосе. Она волновалась, но по уже по другой причине. Бежать она и не думала. Во-первых, далеко в темноте, да еще и без ствола она не убежит, во-вторых, ее начало съедать дикое любопытство, она хотела больше узнать о нем, и понимала, что другой такой возможности может не представиться. - Как ты себя чувствуешь? - поинтересовался Мангуст, оставив вопрос без внимания. - А ты как думаешь? Просто отлично! Так, будто недавно побывала в бою, где погибла половина моих друзей, а меня чуть не вывернуло наизнанку после взрыва. Поэтому мне настолько хорошо, что я бы повторила. - Долговцы смогли уйти, если тебе интересно, и тот седой тоже… - Вот как? Спасибо за ваше милосердие, спасибо. – Чужая медленно кивнула головой словно преклоняясь. - Тогда у Толстого Леса… Я забрал у тебя одну вещь, думаю, она важна для тебя. – с этими словами Мангуст достал из-за пазухи Кольт и поднявшись протянул пистолет мнимой пленнице. Та помедлив взяла в руки свое оружие и для острастки презрительно глянула на сталкера, дабы скрыть свою радость от возвращения дорогой вещи. Чужая проверила затвор, магазин и удовлетворенно спрятала Кольт за пояс про себя отметив, что колени ему, в принципе, можно и не простреливать. - Только не говори, где он побывал. Мангуст улыбнулся. - Там даже не было патронов. Ни одного. В его улыбке не было ни злобы, ни ненависти. Это несколько смутило Чужую. Недоверие к свободовцу улетучивалось с каждой минутой. «Вот это ты попала, подруга», - подумала девушка. - Спасибо. – ответила Чужая, уже без тени сарказма. Хотя резко менять гнев на милость она не желала. Это было не в ее стиле. «Не все так просто будет, парень». Мангуст не знал, что еще сказать. Он начинал чувствовать себя глупо. Прежде он никогда не общался со сталкерами из «Долга», не знал какие они. Не знал, что можно говорить, а что нет? К тому же это была девушка. Молодая, красивая, черноволосая сталкерша с небольшими ссадинами на щеке. - Извини, что я это… тогда возле насыпи, - он указал на щеку. - И не только это, зеленый. Тебе вообще повезло тогда, а мог бы лежать где-нибудь с дробью в заднице. - Чужая сплюнула и для пущего вида по-мужски высморкалась в руку, но сразу внутренне выругала себя за это. Из носа тут же хлынула кровь – последствие легкой контузии. Девушка, чертыхаясь, стала рыться в рюкзаке в поисках фляги. Мангуст тут же отстегнул с пояса свою. - Стой, погоди… Сейчас… Это, вот тут… Держи. - Да подожди! – прогундосила Чужая, – Зараза! - Только голову не запрокидывай. – Сталкер опустился рядом на колени, вылил воду в подставленные девушкой ладони. Затем смочил платок. Руки его дрожали. Он приложил холодный, мокрый платок к носу Чужой. Пытался сделать это как можно непринужденно. Чужая скосила глаза к переносице. Пальцы Мангуста не слушались. Фляга выскользнула из рук. Пролилась. - Ну все, все уже перестала. Убери руки, зеленый, – Чужая слегка ударила его по пальцам. В тишине прерываемой трелью сверчков Мангуст вернулся к костру и стал подбрасывать в него мелкие ветки. Чужая смотрела на него, стараясь запомнить каждую его черту, насколько это было возможным в сумерках, в свете огня. - Что это все значит? - Что именно? - Ваши игры в войну. - Ааа… Это не моя затея. - Ну это и контроллеру понятно. Вы же понимаете, что ничего из этого не выйдет. - Кто понимает, а кто нет. – усмехнулся Мангуст. – Сегодня победа оказалась на нашей стороне. Насколько я знаю, в городе не осталось выживших, но Агропром остался под вашим контролем. Что будет завтра, одной Зоне известно. - Для вас «завтра» может и не наступить. - Как и для вас, мы все равны перед… - Да-да перед Зоной. – перебила его Чужая – Носитесь с ней, очеловечиваете ее, похлеще одиночек. - А почему бы и нет? Вот она свела нас во второй раз и может неслучайно, - Мангуст тяжело вздохнул и первый раз посмотрел Чужой в глаза. Казалось, его что-то беспокоит. - Знаешь ты и впрямь красива… Впервые в жизни Чужая радовалась темноте. Ведь было незаметно как щеки ее наполняются румянцем. Девушка шмыгнула носом и переведя дыхание поднялась. Стала собираться. Слов она таких в свой адрес не слышала давно, и они возымели какое-то магическое действие. Потребовалось несколько долгих минут прежде чем она снова обрела дар речи. - Хорошо тут у вас, но мне пора. Кстати где мы? - Немного севернее кладбища техники, рядом с четвертым могильником. - Чудесно, тогда я пошла? Приятно было познакомиться, - Чужая небрежно и надменно бросала слова, накидывая на плечи рюкзак, затянула ремень, отряхнулась и прошла к костру. - Где ружье? - Там у дерева, махнул рукой в сторону Мангуст. – Куда ты пойдешь на ночь глядя? - Домой сталкер, домой. Провожать не надо. - Останься… - Нет уж, я еще со свободным не ночевала в лесу. Спасибо. Мимолетная эйфория прошла, и теперь она вновь заняла «глухую оборону». Мангуст вручил ей дробовик. - Есть сигарета, зеленый? - У меня вообще то имя есть, - обиделся сталкер, протягивая Чужой открытую пачку. Девушка забрала ее всю, спрятала в нагрудный карман, оставив одну сигарету и прикурила от протянутой зажигалки, обхватывая его руки своими, проклиная себя за свои вечно холодные и влажные ладошки. - Какое еще имя? Ваши тупые клички? Зоркий глаз? Твердая рука? Нет, погоди-погоди. Может, Белое пламя пляшущее на курганах врагов? - Мангуст. - Что? - Мангуст. Меня так зовут. - Ага, ну бывай… Мангуст. Спасибо за двойное спасение. – Чужая зашагала прочь от костра, попутно настраивая фонарик. - Постой, я имя знать хочу! Чужая остановилась. Сопротивляться не было никакого смысла, она это понимала. Уже слишком поздно. Сердце колотилось, как бешеное. Сдалась. - Чужая.