Иная

Где без питья и хлеба, Забытые в веках, Атланты держат небо На каменных руках. А небо год от года Всё давит тяжелей, Дрожит оно от гуда Ракетных кораблей. И жить ещё надежде До той поры, пока Атланты небо держат На жилистых руках. 1965 г., сл. и муз. Александр Городницкий       Alone. Solitaire. Одинокий. Идеально подходящее прилагательное для описания внутреннего состояния Первородного на протяжении всего его сознательного существования. А также бесцельный, безэмоциональный, беспричинный и безучастный. Кто-то назовет его эгоистом, кто-то высокомерным или самовлюбленным, равнодушным. Не скажет так только тот, кто знает правду. Знает, что у него отняли все человеческое, саму человечность. И все, что делало его человеком: сострадание, великодушие, доброту, участливость, теплоту, эмоции, психику, сложность человеческой глубины, способность любить, страдать, мечтать и верить. Все подобные части единого пазла под названием «Человек». Кто бы мог подумать, что связка маленьких ключиков от больших дверей его души находится в руках другого человека. Мертвого человека.       Безумная злость поначалу одолела его после осознания этой правды. Чертовы Высшие! Чертовы чудовища, сделавшие его таким. Сделавшие его зависимым во всех смыслах от другого. Как от чертового наркотика. Наркотика, которого даже не существует в природе этой планеты. Сама жестокость. Остыв и придя в себя, он осознал нечто намного более жуткое, чем эта зависимость. Вечное одиночество. Вот что подарили ему эти сумасшедшие ученые. Полное бессознательных скитаний существование. Им играли так же, как маленькие девочки играют куклой.       Встреча с тем мужчиной в России что-то сломала в Первородном или, наоборот, починила. Постепенно он обнаруживал в себе желания и эмоции, которых раньше не замечал. Ему начало чего-то хотеться и не хотеться, что-то нравилось, а что-то нет. Он не понимал природу этих явлений, как и не представлял, что с ними делать, как реагировать. Несколько сотен лет он жил словно по чужому сценарию, где все расписано до мельчайших подробностей. Он так и не вспомнил тех явлений, о которых говорил другой ликантроп, однако многому он в итоге нашел хоть и неполное, но объяснение.       «Кажется, я начинаю понимать, почему тот парень так много чертыхался.» - горько усмехается Антоний, сидя на каменном полу стерильной лаборатории Высших под афинским Акрополем. Хватаясь за голову, раскалывающуюся от того количества информации, которую в нее влил искусственный интеллект. Кажется, он представился как Джарвис. Наследие Высших, оставленное в качестве надсмотрщика за надсмотрщиком. С целью контролировать Первородного, не допустить отклонений от возможных позитивных сценариев, продуманных сверху.       - И почему же ты позволил мне узнать так много, мой невольный наблюдатель? – поэтичность Антония осталась с ним даже в такой нестабильный для его психики момент.       - Вы не узнали более, чем положено по протоколу, сэр. Критическая информация Вам не доступна. – металлически отчеканил ИИ. – Я донес до Вас знания о состоянии Вселенной за пределами планеты Земля на момент, когда мои Создатели покинули вас. По человеческому летоисчислению время между 13 и 14 веками. Кроме того, Вы имеете доступ к краткой информации о Вашем генетическом происхождении.       - Благодарствую, безумно важные сведения! Пойду выть на луну. А как же чертов «Агапэ»?! – зарычал Антоний, отчаянно ударяя кулаками об пол, словно это хоть сколько-нибудь могло повлиять на ИИ.       - Эту информацию Вы получили сами посредством весьма неумелых и грубых манипуляций в моей системе, пока я находился в состоянии сна. – в этот момент мужчине даже показалось смятение в тоне Джарвиса. «Стыдно, что ли, было допустить подобное?» - почему-то эта мысль позабавила Антония. – Поскольку такому воздействию я не мог воспротивиться, а связь с Создателями на данный момент для меня потеряна, наказания не последует. Но в стабильной ситуации нам обоим стерли бы часть протоколов. Простите, сэр, Вы называете это памятью.       - То есть ты не можешь мне дать то, что мне нужно, но… Я могу взять это сам путем грубого вмешательства, верно? – шестеренки в голове Первородного бешено закрутились в попытке собрать полученные полезные сведения в подобие плана дальнейших действий.       - Перекодировка, сэр. Вам необходимо взломать мою систему и перекодировать таким образом, чтобы я начал считать Вас моим Создателем. Тогда Вы получите доступ ко всем протоколам и файлам, не считая те, о которых даже я не знаю. – после секундного молчания ИИ продолжил. – Однако вынужден предупредить в целях Вашей безопасности: перекодировка происходит при непосредственном подключении вашего разума к моей системе. Во время этого активируются защитные протоколы, которые заставят меня противиться Вашему вмешательству и попытаются в ответ залезть в Вашу голову, чтобы сжечь нейронные связи мозга в прямом смысле слова. Также во время борьбы многие данные могут быть стерты или повреждены. Советую Вам сначала образоваться в данной области, прежде чем совершать попытку перекодировки. Полезнее для Вас будет вообще эту попытку не совершать. Надеюсь, я ясно изложил важнейшую информацию, сэр.       - Куда уж яснее, драгоценнейший. – вдруг язвительно огрызнулся Антоний и сам внутренне удивился такой своей реакции. Спустя тягучие минуты тишины и раздумий его голос вновь раздался в лаборатории. – Не припомню я что-то подобных знаний у человечества. Про перекодирование твое.       - Верно, сэр. По моим расчетам, зачатки интересующей вас информации на этой планете станут доступны к концу 20 века.       - Чего?! Знаешь ли ты, что ждать этого еще сто с лишним лет? – подорвался с пола ликантроп, возмущенно уставившись на огромный экран, замаскированный под стену. – Ты что делать мне прикажешь все это время? Сумасшествием маяться?!       - Сэр, Ваш пульс участился. Следовательно, Вы весьма недовольны полученной информацией. Прошу прощения. По поводу Вашего вопроса имею право донести, что Вам доступны некоторые обучающие протоколы. Как по земным источникам, так и знания Создателей, даже толика которых может послужить катализатором различных бедствий в и без того нестабильных человеческих обществах. В связи с чем настоятельно не рекомендую с кем-то ими делиться. Естественно, Вам они доступны в значительно ограниченном и выборочном объеме. Это Вас интересует?       - Черт тебя возьми, Джарвис! Почему ты сразу мне не сказал? – Антоний уперся руками и лбом в холодную панель управления, пытаясь привести дыхание в норму и вернуть самообладание. А затем облегченно рассмеялся. – Да уж, мне будет чем заняться эти полтора столетия.       Именно с этих слов началось затворничество Первородного, продлившееся до 1981 года, когда сильное землетрясение нанесло значительный ущерб как Парфенону, так и лаборатории Высших. Благо, к тому времени наш герой завершал перенос системы ИИ, которую уже достаточно для этого взломал, на внешний носитель. К сожалению, знаний на полную перекодировку ему не хватало, Антоний получил лишь около 30% содержащихся в Джарвисе данных, и только малая часть из них хоть косвенно относилась к экспериментам над ним.       Разрушения от природного бедствия даже оказались ему на руку – не пришлось самому уничтожать лабораторию. Путь ликантропа продолжится, и первой остановкой станет гениальный изобретатель, основатель компании по производству оружия Stark Industries, Говард Старк.       Спустя почти 20 лет на вечеринке в Швейцарии по случаю Нового года знаменитый Энтони Старк проигнорирует основателя компании Advanced Idea Mechanics Олдрича Киллиана. ************ 1982 г.       - Тебе не кажется, что Антоний – немного устаревшее имя? – с улыбкой посмотрел на ликантропа Говард. – Может осовременим его? Я все-таки американец, будет странно, если я дам такое имя своему сыну. Пусть и приемному. Приемному двадцатилетнему сыну, который с двенадцати лет учился во Франции и как там дальше по легенде…       - Говард, прошу тебя, не занудствуй, из нас двоих старик я, а не ты. В свои шестьдесят пять ты в самом расцвете сил. И вообще на данный момент мне должно быть одиннадцать, и во Францию я уеду только через год, так что официальные процедуры пока оставим. – усмехнулся Антоний, дружески хлопнув будущего «отца» по плечу. – И что ты предлагаешь? Какой-нибудь… Марк? Стивен? Эдвард?       - Сэр, согласно моим данным, Вы перечисляете самые распространенные и популярные в США мужские имена.       - Спасибо, Джарвис, я в курсе. Они были мной выбраны ради сарказма.       - Эдвард… А знаешь, мне нравится. – привлек к себе внимание Говард, задумчиво почесывая бородку. – Но я не это имел в виду под «осовременить». Есть аналог имени Антоний, звучит почти так же. Энтони. Как тебе?       - Да уж, дожили. Приходится менять звучание одного и того же имени, чтобы сойти за своего. – скепсиса в голосе ликантропа все же поубавилось. – Ладно, пусть будет Энтони, мне, в сущности, все равно. – махнув рукой, он продолжил изучать какие-то чертежи на голографическом экране.       - Мне из-за тебя пришлось сменить дворецкого и купить ему новое имя, чтобы редкие гости не считали тебя сумасшедшим, когда ты говоришь с каким-то невидимым Джарвисом, так что уступи и мне в чем-то. Повезло мне, что Мария – самая понимающая женщина на свете.       – Говард тем временем заполнял бумаги на опекунство, прикидывая, как бы ему в будущем презентовать общественности своего приемного сына, который почти десять лет неизвестно где прохлаждался.       - Эти твои «гости» - секретные агенты. Они даже при всем желании не имеют права разглашать информацию. – в своей по обыкновению важной манере выразился Антоний. – «Какой-то невидимый Джарвис». И это говорит человек, который спустя полгода знакомства с ИИ не перестает благоговеть перед ним.       - Какая же ты язва, Энтони Эдвард Старк. Тони. – это обращение заставило Первородного печально улыбнуться.       - Звучит неплохо. Как будто я не человек из ниоткуда. Или… вообще не человек.       Спустя несколько дней Говард и Мария Старк официально усыновляют одиннадцатилетнего мальчика и оформляют его как наследника Stark Industries. В будущем этот мальчик вернется в США, чтобы открыто продолжить исследовательскую и изобретательскую деятельность, которую Говард начал с неким Антонием в начале 80-х годов.       Спустя девять лет после этого разговора Первородный в качестве серого кардинала Старка улетает по делам компании в Германию.       Спустя шестнадцать дней его отсутствия в США общественность шокирует новость о гибели Говарда и Марии Старк в автомобильной катастрофе. Некоторые личности в компании допускают завистливые и подозрительные высказывания о том, как удачно Старки погибли, ведь их приемному сыну через несколько месяцев исполнится двадцать один. Конечно, внезапные пропажи этих личностей никак не связаны с подобными высказываниями. ******************       Как сообщают новостные издания, после гибели Говарда и Марии Старк до совершеннолетия их приемного сына Энтони корпорацией Stark Industries управляет совет директоров во главе с Обадайей Стейном.       В реальности же «злой гений» Стейн, еще при жизни Говарда пытавшийся тайно купить его компанию, был устранен Антонием через несколько месяцев после гибели Старков, когда решил воспользоваться падением акций и подставить корпорацию путем подделки документов о продаже оружия террористической организации. Таким образом ликантроп отдал дань уважения своему единственному другу, таким образом он скорбел по нему.       Первородный на протяжении полугода управлял компанией из тени, подготавливая ее к переходу в новую сферу деятельности и к выходу на куда более масштабные рынки, чем рынки торговли оружием. И когда пришло время Энтони Старку вернуться в Америку, чтобы управлять Stark Industries, для его триумфа в сфере инновационных технологий и робототехники уже была подготовлена самая плодородная почва. Конечно, эти разработки были лишь фасадом для общественности и ради зарабатывания денег, на самом деле Антоний занимался исследованиями искусственного интеллекта, космоса, а также генной инженерией.       В конце мая 91 года сразу после своего совершеннолетия Энтони Эдвард Старк вступает на пост главы многомиллионной корпорации и по необъяснимым причинам резко меняет вектор её деятельности, навсегда отказываясь от продажи оружия государственным структурам. Через пару лет Stark Industries с уверенностью тарана врывается на рынок инновационных технологий и становится его флагманом.       Чем больше Антоний взламывал код Джарвиса, тем больше дырок в своих знаниях и своем мировоззрении он находил. Чем больше космических угроз он вычислял, тем больше понимал о необходимости защиты планеты, были ли это остатки протоков Высших или потребности самого Тони, его уже не волновало. Он понимал, что еще далеко не скоро сможет получить то чудо генной инженерии, которое раскроет его потенциал ликантропа, ему придется и дальше существовать как не совсем обычному, но человеку. Бессмертному, но не неуязвимому. И однажды он находит в тщательно зашифрованных и скрытых данных ИИ наброски разработок Высших под кодовым названием «Зеведей».       «Похоже на… экзоскелет для людей с ограниченными возможностями.» - с этой мысли начались исследования Антония, которые в итоге приведут к созданию любимых игрушек Старка – Марков. ******************       - Тони! Тони, ты опять затворничаешь? – голос Вирджинии Поттс, одной из самых настойчивых личностей, которых знал Первородный, эхом разнесся по первому этажу башни Старка, а затем ее каблуки быстро зацокали по мраморным ступенькам, ведущим в мастерскую.       - Сэр, мисс Поттс в здании, направляется к Вам. – металлически доложил Джарвис в наушники Антония, приглушив любимую AC/DC.       - Я знаю, суперслух, помнишь? Все еще при мне, да. – отсалютовав невидимому собеседнику граненым стаканом с виски, ликантроп манерно крутанулся на пятках. Любой, кто увидел бы его сейчас, определенно сказал бы, что это тот самый Тони Старк, которого знает весь мир. – Дубина, стол протри-ка, чего прохлаждаешься. Ооо, мисс Поттс, чем обязан? – улыбкой, которой Тони одарил ее в этот самый момент, можно было топить масло.       - Вообще-то я руковожу твоей компанией, пока ты тут… пьешь виски, серьезно, Тони? – Пеппер пораженно развела руками, выглядя при этом безукоризненно прекрасно. Впрочем, как всегда.       - Твоя эмоциональность восхитительна, Пеп. Всеее… - Первородный взмахом руки обвел прелестное личико девушки, ухмыляясь уголком губ. – На лице написано.       - А ты такими темпами уйдешь в запой, одинокий волк.       - Все-то ты знаешь, маленькая мисс. – легко рассмеялся Антоний, этим демонстрируя высокий уровень доверия к собеседнику. – А знаешь ли, что с тех пор, как я оповестил общественность о своем весьма перспективном железном секрете, людишки мне прохода не дают? Вот и страдаю тут от тоски по их разномастным лицам. – сарказмом в голосе Тони, как особо опасным токсином, можно было в полу дыру прожечь. - Зачем пожаловала? Очередной договор подписать надо или так, соскучилась, м?       - Ни то, ни другое, Старк. И вообще, ты сам захотел заявиться на важную пресс-конференцию в своей консервной банке, необдуманно и беспричинно! – видимо, она так и не нашла эту причину или просто не искала. «А мотив-то ясен как день…» - мысленно усмехнулся ликантроп. – «Лучше пусть Они знают меня в лицо, чтобы долго искать не пришлось.» - У меня есть для тебя кое-что любопытное. – Пеппер бросила на только что протертый стол потрепанную папку и указала на нее кивком головы. – Взгляни. Тони задумчиво прищурился, поглаживая большим пальцем корешок папки, содержание которой ему, естественно, давно известно, но ведь мисс Поттс не обязательно об этом знать, правда? Из таких убеждений он и заглянул в документы.       - Антон Ванко. – Антоний скользнул незаинтересованным взглядом по бумажкам и вновь посмотрел на гостью. - Так-так и что же у нас тут? ******************       - Я не могу двинуться! Я заблокирован, заблокирован! – судя по показателям, Роудс явно паниковал внутри брони. – Тони улетай, скорей! Система вышла из-под контроля!       Сделав сальто при взлете и кинув «Прогуляемся?», Железный человек рванул вверх к стеклянному потолку, пытаясь взять весь огонь от дронов Ванко на себя. Он знает, что Иван хочет убить именно его. И у него получается увести за собой часть дронов, а также костюм Воителя с Роудсом внутри.       - Джарвис, мне нужен контроль над ним.       - Да, сэр.       - Тони, я захватил цель и сейчас буду стрелять. – ни на шутку встревоженный голос Роудса прорывается в сознание Тони.       - Во что? – лавируя от дронов, отрывисто бросает Старк.       - В тебя! – «А вот это уже не смешно.»       Антоний не представлял, что сейчас происходило на презентации Старк Экспо, где остался сухопутный отряд дронов, мог лишь надеяться, что никто не пострадает. Да и с Пеп была Наташа, так что… «Но экспонаты мы покромсали конкретно, от мисс Поттс за это прилетит явно мне.» - такими мыслями развлекал себя Тони, пока за ним гонялась стая дронов, разнося все на своем пути.       - Дистанционная перезагрузка не удалась. – «Чертов Ванко, прочно запустил свои лапки в систему костюма, недооценил я его. Ну хоть какое-то развлечение. Эти дроны ж так кучу народа положат! Уууупс.» - Старка резко дернуло в сторону при уклонении от снарядов сухопутных войск. – «Пацан, куда ж ты лезешь!»       - Классный выстрел. – Железный человек не оставил без подбадривающей фразы смелого мальчишку в знакомой красно-золотой маске, лицом к лицу встретившего очередного дрона, и вновь взмыл ввысь. Именно этот момент и был отправной точкой, вспоминал Тони много позже, именно тогда это теплое чувство, что он больше не один, и поселилось где-то в груди. Возможно, прямо под сердцем. И как он сразу его не почувствовал? Видимо, слишком был сфокусирован на своих целях.       Несколько ночей спустя обрывочные воспоминания о прошлом настигают Антония, словно огромный метеорит беззащитную Землю. Кровавые и жуткие сцены его расправ над людьми по чьему-то приказу, собственное милосердие, помощью голодным беспризорным детям пытающее прорваться через чужие установки. Египет, Греция, дворцы и стерильные, ослепительные лаборатории. Даже эти ничтожные кусочки огромного пазла его личности душат, впечатывают в землю огромной ношей на сильных плечах. Он чувствует себя Атлантом, держащим небосвод, наказанным за бунт против Богов. И не понимает, что оказалось спусковым механизмом, почему воспоминания возвращаются именно сейчас. Почему?! ******************       - Я закрою. Кто-нибудь на связи? Я сейчас закрою портал. – донесся дрожащий голос Наташи сквозь помехи. А затем и Кэпа:       - Скорее!       - Нет, постой.       - Старк, они еще лезут к нам.       - На нас ядерную пустили. – внутренне Тони был спокоен, у него уже был план. – До взрыва меньше минуты. – он остановился в полете, зависая над водой, и устремился за бомбой. – И я знаю, куда ее пристроить.       Прицепившись к корпусу и уже не слушая опасений Кэпа, Старк, использовав собственную башню в центре Нью-Йорка как трамплин, перенаправил бомбу в портал, руководствуясь при этом каким-то неясным для него инстинктом защиты. Чего или кого тоже было не понятно, но в голове набатом билось «Спасти!».       Там, в космосе, где его и без того ограниченные возможности ликантропа были еще ограниченнее, наблюдая за падением базы Читаури и не зная, выживет ли, Антоний почему-то вспомнил, что тогда в России сказал ему незнакомец. «Агапэ». Закрывая глаза и надеясь, что делает это не в последний раз, он вдруг подумал: «Что это такое? Не просто же так он сказал мне его найти. Знать бы как. Эх, мне бы еще немного времени.» ******************       - Перед домом такая чумовая тач…ка. – «Пацан сейчас должно быть в замешательстве. Не смейся, не смейся. Держи пафос на лице. Чертовы финики!»       - О, мистер Паркер. – с секундной задержкой, естественно, чтобы выглядеть круче, Антоний переводит заинтересованный взгляд на парня, натягивая дружелюбную улыбку. И в этот момент время буквально замедляется для Первородного. Резко улучшившимся зрением он различает мельчайшие блики света в пораженно распахнутых глазах Питера Паркера, наблюдает, как медленно расширяется в них зрачок, почти заполняя карий цвет радужки черным. Видит тонкие, едва зеленоватые ниточки, прошивающие основной цвет его глаз. И ощущение у него, что если издаст хоть звук, нарушит эту хрупкую тишину, разорвет их зрительный контакт, то просто исчезнет на месте. «Как прекрасно его удивление.» - невольная мысль, настолько странная и даже опасная, едва не заставляет Старка вздрогнуть. Он нервно облизывает губы, скользнув по ним кончиком языка, и понимает, что парнишка продолжает что-то говорить ему, активно жестикулируя.       - Я Питер. – читает по губам, все еще не слыша из-за неожиданного, но когда-то знакомого гула в ушах, и на автомате бросает, никак не меняясь в лице: «Тони.»       Секундное замешательство Паркера, отражающее заторможенный мыслительный процесс, дает Тони так необходимое ему время, чтобы прийти в себя. Задав парню еще несколько наводящих вопросов, направленных больше на его тетушку, и мимикой сигналя верные ответы, Старк наконец создает возможность остаться с ним наедине. Их дальнейший диалог забавляет Тони, даже не так, он его веселит. Действительно веселит. Все эти «чувачок-паук» и «членистоногий каратель» произносит лишь ради того, чтобы увидеть как можно больше самых разных эмоций на лице пацана. Как смущается, когда мужчина ловко обнаруживает его костюм в люке на потолке. Как злится, когда тихо выпаливает: «Я Человек-Паук», в упрямом жесте складывая руки на груди. Ооо, каких усилий стоит Тони не рассмеяться от умиления. И как чужды ему эти эмоциональные проявления, о чем в этот миг он позволяет себе забыть. «К черту, сейчас хочу наслаждаться, позже буду думать. А может и нет.» Перечисляя все необычные паучьи «штучки», Антоний с удовольствием видит сдерживаемую гордость в легкой ухмылке Питера.       - Боги! Ты в них хоть что-то видишь? Ой, где я?! – последовавшие за этими словами нелепые попытки оправдаться вызывают необъяснимое тепло в груди Старка, он всеми силами сдерживает улыбку, грозящую растянуть губы до ушей. «Этот пацан как-то странно на меня действует, чувствую себя плавленым сыром. Соберись! Ты тут по делу.» Усилием воли Тони вспоминает, зачем вообще пришел, и задает тот самый решающий вопрос: «Что тобой движет?». И получает самый важный в своей жизни ответ, сбивчивый, но вдумчивый, позволивший сразу понять, какой Паркер человек.       - Но когда ты владеешь такой силой и не используешь ее… - Антоний наклоняется к Питеру, пронзительным взглядом выискивая его душу на глубине глаз, ловя каждое слово, искреннее и такое близкое до щемящей боли в груди. - Ты всегда будешь виновен в том… что не предотвратил.       Тони опускает глаза, хватая за хвост молниеносно пронзившую его мысль: «Он такой же, как и я». И он бы хотел развить ее, продолжить этот разговор, узнать больше об этом удивительном парне, но у него слишком мало времени, нельзя заставлять Кэпа ждать.       - Ни слова тете Мэй. – припечатывает пацан. И к двери паутиной его тоже припечатывает. Тони мог бы увернуться, но роль у него не та. Обычный человек, и пусть пока все так и остается. Слукавил он, конечно, сказав, что в Германии Паучку понравится. «Он там с ума сойдет от восторга, зуб даю.» - усмехается Старк, выходя за дверь уютной квартирки в Куинсе. ******************       - Кого только случайно не встретишь в аэропорту. Удивительно, скажи? – Старк переводит разочарованный взгляд с Кэпа на Роуди, чуть прищуриваясь. Не слушает Стива элементарно потому, что больно. Ему, высшему существу, больно от предательства того, кого считал другом. В их диалог вливаются другие, пытаются убедить, образумить Роджерса, все хотят помочь ему. И Тони знает, что это бесполезно. Если Капитан что-то отстаивает, значит, убежден в этом до мозга костей, значит, не отступится. Поэтому он здесь не один. Повязать их всех – все, что они могут сейчас.       - Ну все, терпение лопнуло. Чувачок! – складывая руки на манер мегафона, зовет пацана Тони, растягивая последнюю в слове гласную. И не может сдержать улыбки, когда Питер начинает нервно болтать от восторга обо всем подряд. «Ну как я и думал, он крайне впечатлен.» - вдруг гордится собой и тут же себя одергивает удивленно. – «Это еще что за бред?» Когда Паркер говорит, что является фанатом Кэпа, Старк это подмечает и недовольно хмурится. По-детски, но услышанное ему не нравится. Злится из-за этого, злится на упрямого Стива, злится на себя за всю эту злобу и уже почти рычит, угрожая бывшим товарищам скорой расправой.       Атмосфера накаляется, команда Старка щадит ребят Кэпа, когда те, наоборот, дают жесткий отпор, из-за чего бой затягивается. Тони начинает понимать их задумку – квинджет. Лежа под завалом из дорогих иномарок, он в какой-то момент чувствует тревогу. На мгновенье, но сильно и резко, словно в гонг ударили. «День сегодня странный, чертовщина творится.»       Появление Вижена обнадеживает Антония – у них еще есть шанс. На кону всё, понимает он. Сейчас или никогда. Они победят, или раскол Мстителей, который Старк так старался предотвратить, неизбежен. Он так сосредоточен на битве, что всё остальное теряется, пропадает. В этот момент броня ограничивает его возможности ликантропа, но увеличивает возможности человека, это было сделано специально, это страховка. Хотя будь Тони без костюма, драка с Кэпом уже бы кончилась.       Гигантский парень выскочил как черт из табакерки. «И откуда он взялся?» - Тони не сразу заметил его, увлеченный воздушной перепалкой с крылатым. Судорожно соображая, как поступить в этой ситуации, понимает, что Паучок уже начал действовать. «Достойный пацан.» - подумалось вдруг. Его идея устранения Муравья, неожиданно позаимствованная из кино, приходится очень кстати, за что Тони и хвалит его. И когда голос Питера вдруг прерывается, его тело, отброшенное гигантской рукой, ударяется оземь, Первородного на мгновенье клинит, коротит от запаха боли, шибанувшего в нос. Инстинкт защиты вопит так, что Антоний рефлекторно устремляется к пацану, чувствуя, что тот жив, но все же паникуя. Паучок пахнет адреналином, слабо пахнет страхом и сильно желанием быть полезным, он пахнет жизнью. А еще… дождем, долгожданным дождем в бесконечную засуху. И Старк не понимает, почему чувствует это, впервые сущность ликантропа проявляет себя по-новому. Он смотрит на худое тело в красно-синем костюме, приближаясь медленными шагами, садится на колено и протягивает к нему дрожащую руку. Спрашивает что-то банальное, тут же перехватывая конечности бойкого парнишки, нет, паука, поджидавшего жертву. «Цел, слава богу.» - облегченно выдыхает Тони, осматривая Паркера, но не покупаясь на его «я в порядке». Он-то точно знает, что у того пара ребер сломана, просканировал уже.       - Отвоевался. – бросает, не глядя, и улетает ловить беглецов, не слушая слабые возражения пацана. ******************       Навалившиеся после побега Кэпа и Барнса события захватывают Антония словно лавина, не выпуская и не позволяя задуматься о чем-то еще. Покинув тюрьму, он снова гонится за ними, догоняет, борется, упускает. Испытывает досаду из-за поражения, обиду из-за предательства, горечь от стремительно приближающегося долгого расставания, к которому их толкают собственные необдуманные действия. Не понимает, что делать дальше, как все наладить, как вернуться к привычной жизни и стоит ли. Еще и Пеппер ушла, назвав эгоистом. Он знал, что она влюблена в него, знал, что переживает до смерти, знал, что ближе нее друга после смерти Говарда у него не было, он ведь даже ее в тайну своего происхождения посвятил. Пеп единственная была в курсе, даже Кэп не знал. Она простила ему Экстремис, но Заковию не смогла. Пытаясь спасти всех, оттолкнул самых близких и остался один.       Эксперимент с Альтроном, а потом и с Виженом был попыткой, миражом маячившей на горизонте, добраться до Высших для Тони. Джарвис, просканировав жезл Локи, обнаружил связь камня с ними. Он тогда сказал странную фразу: «У них единое предназначение.» Что это могло значить, Старк выяснить не успел. Безумный ученый внутри него тогда подумал о том, что упускает, возможно, величайший свой прорыв, как никогда за все время исследований приблизивший бы его к знаниям о собственном геноме.       Вот он, Тони Старк, отчаявшийся параноик и эгоист, взявший на себя слишком многое, чтобы справиться в одиночку, часто забывающий, что он не обычный человек. Он мог бы сделать больше, как ликантроп, но не хотел однажды стать подопытной крысой, да и идея самому на себе ставить опыты его тоже не прельщала. Именно по этой причине так переживает за Паучка, да, именно поэтому будет наблюдать за ним и защищать. Так он себя успокаивал. Антоний очень сомневался, что радиоактивный паук, укусивший Питера, никак не связан с экспериментами Высших. Как, кстати, и Черная Пантера. Ведь даже у сыворотки суперсолдата ноги оттуда растут – ту лабораторию все же нужно было уничтожить в 1981, зря понадеялся на природный катаклизм. «Проверкой этих догадок я и займусь. Иначе с ума сойду.»       Уладив все проблемы после побега части Мстителей, Первородный вновь поселился в мастерской и лабораториях, копаясь в секретных данных Щ.И.Т.а и надеясь найти полезную информацию хотя бы там, ведь после восстания Альтрона все знания Высших остались в голове Вижена, который либо и правда не имеет к ним доступа, либо умело претворяется. Отрезав себя от всего внешнего мира, кроме доставки еды, Тони обзавелся парочкой черных кругов под глазами и потерял несколько килограммов, периодически забывая поесть. К тому же он разрабатывал новый костюм с использованием вибраниума и нанотехнологии. Продолжалось это до тех пор, пока Пятница не выдала ему красно-синий сигнал на всю мастерскую, что могло означать лишь одно – Питер Паркер влез туда, куда Старк ему запретил.