плоть

Азирафаэль ставит кончик карандаша в начало лабиринта в ежедневной газете и чуть надавливает, оставляя точку поверх типографской краски. Перед этой головоломкой сказано, что, найдя выход, можно получить ответ на вопрос. Ангелу интересно, сможет ли этот плоский лабиринт с неровными краями линий ответить на его вопрос: что ему делать с чувствами Кроули? Быть может, ради этого стоит потратить пару минут, распутывая с десяток вариантов исхода. Если сразу свернуть направо, можно в теории добраться до того развития событий, где Азирафаэль даёт демону шанс. Не особо понятно, на что, если честно, ибо у оккультных существ любовь к собратьям не принята. Нужно дарить благо лишь людям, твореньям божьим, а не распыляться подобным образом. В целом, человеческий вариант любви был не так уж и плох, и, скорей всего, именно к нему Кроули и стремился всем своим существом. Проблема: карандаш упирается в нарисованную стенку, а ангел не уверен, что смог бы позволить демону завладеть собой. Страх и всё подобное, если коротко и ёмко. Второй вариант, который с самого начала выглядел плохо — видно было, что в итоге, сделав петлю, линия возвращается к старту — был объявить Кроули, что между ними всё кончено и пора разбегаться по разным углам. Тут всё дело стопорил факт банальной привязанности ангела к демону, очень близкой к привычке. Нет, конечно, можно было и потерпеть пару веков, но Азирафаэль бы смертельно заскучал в фактическом одиночестве, и всё бы вернулось к прежнему состоянию. Значит, точно не подходит. Третий вариант был простой и бьющий по прямой: оставить всё, как есть. И однажды попросту не выдержать бесконечных взглядов, попыток коснуться и всевозможных двусмысленных предложений. И тут Азирафаэль затруднялся ответить, в какую именно сторону. Он прекрасно помнил, как пару раз ловил себя на отчётливых мыслях, например, о том, что будет, если прижать так же Кроули к стене. Или вновь быть прижатым им. И не всегда ангел гнал их от себя. Это было развилкой в лабиринте, но, увы, совершенно безрезультатной. А дальше шло ещё несколько вариаций, большей частью состоящей из комбинаций первых трёх пунктов. Например, постепенное сближение с определённым финалом или же такой же исход, но с отрицательными значениями. Азирафаэль хмурится и прикусывает противоположный конец карандаша. Всё это было ужасно неправильно и, на самом деле, с трудом укладывалось в четкость линий. Потому что в этом деле было до болезненной пульсации в виске много нюансов, мелких деталей и подробностей, которые будьте добры учесть. Хотя бы взять полнейшую неопределённость с его стороны. Нелепо, неказисто и попросту глупо. До того, что хочется довериться рисованной головоломке. Когда ангел уже хочет бросить это занятие, вновь откладывая газету куда подальше и избавляясь от мыслей посредством принудительного проветривания черепной полости, за спиной раздаётся быстрый щелчок. На бумаге появляется извилистая линия, ведущая к правильному выходу с номером ответа «шесть». Азирафаэль оборачивается и ловит взглядом чужую ухмылку, понимая, что в итоге линии стали лишь запутаннее, ударяясь в новые неизвестные. Богиня, дай мне сил, — выдыхает ангел, вновь обдаваемый аурой, пропитанной старше, чем весь существующий мир, любовью к нему.