Октябрьский вызов

      - Лань Чжань, идём, - сказал Вэй Ин, направляясь к заросшей тропе.       - Что ты узнал?       - Дорога ведёт в город И. Первый иероглиф на знаке «И».       - «И» как в слове «рыцарство»?       - И да, и нет, - слегка нахмурившись, ответил Вусьен.       - Что это значит?       - Иероглиф верный, только «и» не как в «рыцарство», а как в «похоронный дом».       Поднимаясь по тропе в город со столь мрачным названием, каждый из них догадывался, что легко не будет, а как же иначе, когда ты следуешь за демонической рукой? Но ни Лань Чжань, ни Вэй Ин не ожидали наткнуться на выводок «цыплят». Дети знатных семей охотно зашли в город, чтобы выяснить личность загадочного шутника, вздумавшего пугать их трупами кошек, но густой туман помешал им выбраться, и они оказались в ловушке.       - Лань Чжань, он опять явился дурачить нас, - сказал Вусьен, когда из тумана вынырнула фигура в рогатой маске.       «Нехорошо, - подумал Вэй Ин, быстро окидывая взглядом свой «выводок», - очень нехорошо».       Кому-то из них придётся временно побыть им матерью, а поскольку и меч, и кошелёк оказались у Лань Чжаня, то заняться молодняком решил грозный Старейшина Илин.       Он шутя поздравил их с отравлением ядовитым порошком, укрыл всех в хижине и, наконец, накормил отвратной кашей из клейкого риса со специями. «А Цзинь Лин ещё сетовал, что ему даже жалкой миски не достанется, - посмеивался Вэй Ин, наблюдая за покрасневшими лицами адептов, - хорошо, что он не отравился, не придётся заставлять его это есть», - думал Вусьен, но уже довольно долгое время его занимала другая мысль.       Кто мог столь хитроумно и виртуозно провернуть трюк с дохлыми кошками, чтобы заманить адептов в город И? Вэй Ин знал только одного человека, способного на это. Сюэ Ян.       Отзвук этого имени не поднимал волны гнева в душе Старейшины Илин, несмотря на то, что именно он стоял у истоков возвышения ордена Вэнь. Сюэ Ян был жестоким убийцей, вором, его называли последним безбожником, и всё-таки они были неуловимо похожи. Нет, не отвращением, которое могли вызывать у людей их имена, а своей талантливостью.       И он действительно вскоре появился, опять одурачив всех вокруг. Вэй Ин не видел его больше тринадцати лет, но Сюэ Ян не изменился, время вообще не властно над бессмертными, его губы всё также были растянуты в кривой улыбке и он требовал невозможных вещей.       - Я не могу воскресить человека, - пытался объяснить ему Вэй Ин, - тем более мёртвый сам того не хочет, от его души остались лишь осколки…       Но Сюэ Ян не унимался, в его взгляде плясали огни безумия, «последний безбожник» хохотал и чуть ли не плакал. Он подошёл и взял Вэй Ина за руку, заглядывая ему в глаза.       - И так всегда! – вдруг с каким-то неясным отчаянием в голосе прокричал Сюэ Ян. – Наливное яблоко! Ты готов протянуть свою руку любому, но что ты сделаешь, когда узнаешь, что не протянул её родному брату, Вэй У Сянь?!       Вэй Ин оторопел. Ему всегда казалось, что он был единственным сыном своих родителей, нет, Вусьен был в этом уверен, но Сюэ Ян не прекращал говорить:       - Да! Мы братья! Я тоже узнал об этом несколько лет назад, и у меня было достаточно времени, чтобы всё проверить. Ответь мне, разве это справедливо? Я расскажу тебе историю о двух мальчиках. Когда их родители умерли, судьба разлучила их. Первый забрёл в Пристань Лотоса, где добрый глава ордена приютил его в своём доме и обращался словно с родным сыном. Второму повезло меньше. Он скитался в поисках пищи и каждый день мечтал о том, как разбогатеет и будет есть сладости. Мальчик очень любил конфеты. Однажды он подошёл к мастеру, который проезжал через его город, в надежде выклянчить несколько монет. Но, видимо, мужчина был не в духе. Он ударил мальчика кнутом, повалил его на землю и велел ехать дальше. Колёса его кареты проехались по левой руке мальчика, дробя кости и мясо в кровавую кашу, а тот лишь мог вопить от боли и смотреть, как остатки его пальцев смешиваются с грязью. Ему было семь лет, он был ребёнком, а мир уже поступил с ним так жестоко! В тот день мальчик поклялся отомстить – вырезать весь клан того мастера. А если Сюэ Ян обещал, то он так и сделает, даже собаки не оставит!       Всё вставало на свои места. Рождённые от одной яблони, Вэй Ину повезло остаться на ветви, а Сюэ Ян упал и его внутренности изгрызли черви. Они не были похожи, скорее уж являлись полными противоположностями, но понимали друг друга лучше, чем кто-либо и мыслили одинаково. Сюэ Ян всегда находился в эпицентре событий, можно сказать, что именно он начал войну между кланами, в которой погибла тысяча заклинателей, но ему не было интересно ни господство Вэнь, ни сопротивление, Сюэ Ян всегда преследовал свои цели. И теперь Вэй Ин знал, чего тот добивается. Вусьену с трудом верилось, что они действительно могут быть братьями, однако, как ему ни было горько это признавать, с Сюэ Яном, которого он видел второй раз в своей жизни, у него было больше общего, чем с Цзян Чэном, с кем он рос бок о бок.       - Но всё же, зачем тебе понадобилось воскрешать этого человека? – безвольно опустив руки спросил Вэй Ин.       Сюэ Ян ничего ему не ответил. Плоду на ветке не понять доброту незнакомца, который случайно подобрал с земли червивое яблоко. Глупый герой наивно верил Сюэ Яну, а тот этим пользовался. Если бы столь чистый человек узнал, что держит в руках нечто столь гнилое и отвратительно, то без колебаний отбросил его прочь, в этом Сюэ Ян был уверен. Он привязался к Сяо Синчэню, но, увы, был подобен жабе, которая увидев красоту розы, сказала ей «я съем тебя». А если бы… если бы его душа была такой же червивой как и у него, они были бы одинаковыми. Равными… но герой предпочёл этому родству самоубийство, грехи, казавшиеся Сюэ Яну пёрышками, сломили его душу.       А ведь Сяо Синчэнь каждый день приносил ему по конфете. Сюэ Ян обязан его вернуть.